Глава 50

Эдгар

Казалось бы, что сложного в простом переходе, пусть и растянувшемся на две недели? Езжай себе вперед, делай короткие привалы, останавливайся на недолгий ночлег. Но только не когда сердце сжимается от тревоги за близких. Я был сам не свой в эти дни. Мама написала, что от Ники пришла записка, но это было почти в самом начале нашего путешествия, и тогда уже войска Синтурии подходили к замку. А что сейчас? Держится ли там братишка? Он был умным парнем, куда более уравновешенным, чем мы с Тианой, и более скрытным. Ни я, ни Тиа не могли похвастаться, что знаем, о чем думает наш младший брат, чем он живет. Сможет ли Ники один противостоять армии Синтурии? Позаботиться не только о себе, но и о жителях замка, и прилегающего городка? Я готов был скакать день и ночь, но солдатам нужен отдых — и приказ короля.

Мы готовились к очередному ночлегу. Я покосился на Илверта. Тот, как всегда, держался в стороне от своих людей. Глупо и недальновидно! Король должен знать, чем живет его народ, а Ил будто постоянно общался со своими призраками. Воины его побаивались, хоть и признавали, что Илверт — куда лучший вариант, чем Осмонд, который больше руководствовался не здравым смыслом, а собственными амбициями. Король-некромант — то еще испытание для народа. Сам я не боялся его призраков. К чему? Моя магия тоже далеко не безобидна, и отцу понадобилось много сил, чтобы научить меня её контролировать, учитывая, что мой папа магом не был.

Да, не очень приятно чувствовать, будто на тебя кто-то смотрит из темноты, а я то и дело сталкивался с этим. Но сейчас мы были на одной стороне, так что пришлось смириться. Тем не менее, наши отношения с Илвертом оставались натянутыми. Я со стыдом признавался себе, что дело еще и в Тиане. Она почти не отходила от своего короля, а я привык, что мы с сестрой держимся вместе, и в глубине души злился. Впрочем, Лили была единственной, кто это заметил. Она подсела ко мне и опустила голову на плечо.

— Не злись, — шепнула тихо. — Твоя сестра — взрослая девушка, и она сделала свой выбор. Это не значит, что она любит тебя меньше, просто первая любовь иногда лишает разума.

— Вот уж точно, — фыркнул я, а Лили улыбнулась. Я все чаще ловил себя на мысли, что не знаю, как бы проходил этот поход без Лили. Она всегда была рядом и улавливала любые перемены моего настроения, могла рассмешить, когда становилось совсем уж невмоготу. Удивительное создание. Её любили все, и суровые воины улыбались, стоило хрупкой девчушке появиться рядом, а я ревностно следил, чтобы её никто не обидел.

— Я бы так хотела, чтобы у меня был брат или сестра, — продолжила она, помолчав. — Хотя, может и будет. Зависит от итогов войны.

— Думаешь, твои родители рискнут?

— Возможно. Если падет проклятие, папа перестанет тревожиться.

— Открою тебе маленькую тайну: твой отец будет тревожиться всегда. На то он и отец.

Лили рассмеялась, а я подумал, как там папа. Он писал только пару раз, что все в порядке. Оставалось надеяться, что это действительно так.

— Ладно, надо обсудить дальнейший план действий с его величеством, — поднялся на ноги и протянул Лили руку, тоже помогая встать. — Скоро мы будем возле замка Аттеус.

— Не беспокойся, твой братишка держит оборону, — кивнула маленькая провидица. — Он сильнее вас с сестрой, ты знаешь?

— Да, — ответил я. Потому что Ники никогда не полагался на магию. Только на собственный ум и знания. Да и тренировался он не меньше нас.

Оставалось найти Илверта. Это было несложно. Он сидел у нашей палатки и вглядывался в ночную темень. Лицо его было каким-то потусторонним. Наверняка, опять высматривает своих призраков. Печать заныла.

Король обернулся. Видимо, тоже почувствовал и недовольно поморщился.

— Я хотел обсудить, как мы будем действовать дальше, — сказал ему. — Замок уже близко.

— Хорошо, — ответил король. — У тебя есть предложения?

— А у тебя?

То ли так действовала печать, то ли мы просто были слишком разными людьми, но общаться становилось с каждым днем все сложнее.

— Есть, — ответил Илверт. — Я с призраками пойду вперед, вы прикроете сзади.

— Не пойдет. Ты — король, и мы должны тебя защищать.

— Хочешь пожертвовать живыми ради мертвых?

— Хочу, чтобы мы действовали слаженно. Надо подумать, как расставить отряды для лучшего взаимодействия. Возможно, к каждому живому отряду присоединить нескольких призраков?

— Чтобы солдаты забыли о бое и шарахались от собственной тени? — поинтересовался Илверт задумчиво.

— Не преувеличивай.

— А тебе будет приятно такое соседство?

— Я потерплю ради победы.

Илверт казался мне излишне самоуверенным. Он будто не понимал, насколько зыбко всё, что нас окружает. Либо сейчас мы объединимся и погоним синтурцев до самых границ, либо они разобьют нас наголову, потому что у Илверта мало боевого опыта, и у меня не так много. Да и в этой войне большая часть солдат — юнцы, прошедшие Литонию, где все произошло быстро и невнятно.

— Допустим. — Король склонил голову. — У меня после нашего похода накопилось двести призраков. А в нашем войске — около пяти тысяч человек. Как их распределить?

— Ты сам понимаешь, что пехота отстает от нас. Надо либо дождаться их, либо…

— Но ты ждать не хочешь, — перебил меня Ил.

— В замке Аттеус мой брат.

— И мои сестры.

— Что-то я не заметил, чтобы тебя волновала их судьба.

Обычно бледные щеки Илверта вспыхнули. Оказалось, короля не так-то сложно вывести из себя, но мне надоело разговаривать с ледяной статуей, я желал видеть человека.

— Я люблю своих сестер, — ответил он. — И не тебе судить, так это или нет.

— Да, конечно. Поэтому ты не даешь мне провести операцию по освобождению замка так, как будет наиболее безопасно для них.

— Я — маг, и полагаюсь на свою магию.

— Я тоже маг, и полагаюсь на своих людей.

— Что происходит? — подлетела к нам Тиана. Не могла дольше бродить где-то? — Эд, что не так?

— Всё не так! — выпалил я. — Мы просто идем вперед, а что будет, когда дойдем, Тиа? Твой король не хочет сказать?

— Разговаривай со мной, когда я здесь, — отрывисто ответил Илверт.

— А я с тобой и разговариваю, — обернулся через плечо. — Только это оказалось бессмысленно.

— Вы слишком много себе позволяете, дэй Аттеус.

— Закрой рот!

Илверт замолчал. Печать кольнула. Что ж, даже по взгляду я читал всё, что тот обо мне думает. Нет, это не был приказ, но печать рассудила иначе.

— Надо уравновесить живую и мертвую силу в войске, — говорил я, пока король временно не мог со мной спорить. — Есть еще вариант. Пустить вперед мертвых, как предлагаешь ты, Ил, чтобы они гнали синтурцев на нас. От страха люди обычно бегут, а что может быть страшнее призрачной орды, когда ты с ней не сталкивался?

Илверт насупился и едва не вскипел.

— Да говори уже! — Я махнул рукой.

— Еще раз, — он шагнул ко мне, и вокруг стало прохладнее, — еще хоть раз ты испытаешь на мне действие печати…

— И что? — поинтересовался я. — Что тогда будет? Убить меня ты не сможешь, причинить вред — тоже. Можешь, конечно, окатить ледяным презрением, тебе хорошо это удается, но мне как-то все равно!

— Хватит! — воскликнула Тиана. — Хватит вам уже, сейчас не время ссориться. Мы должны подумать, как снять осаду замка, а вы меряетесь силами.

— Мы давно уже померялись, еще в Литонии, — отрывисто ответил я. — Он проиграл.

И пошел прочь, пока не испепелил глупого некроманта на месте.

И почему разозлился, спрашивается? Но упрямство Илверта действовало на нервы. Он никого не желал слушать, а потом удивлялся, почему проиграл Осмонду. Да потому, что нельзя полагаться на мертвых! Их уже ничего не интересует, они свое прожили. Надо думать об интересах живых, и тогда тебя не будут предавать близкие соратники, как это случилось с Илвертом. Глупый зарвавшийся мальчишка, вот он кто! Несмотря на то, что на полгода старше меня.

Стоило усесться у костра, как ко мне подсели другие командиры.

— Что там его величество? — поинтересовались тихо, и я едва сдержался, чтобы не высказать о величестве всё, что думаю.

— Считает, что только силами мертвых мы можем одержать победу, — ответил спокойно. Не годится вносить раздрай в войска.

— А ты как думаешь, командир? — спросил капитан Шарен, у которого хватало военного опыта.

— У меня другие планы. Но, думаю, все-таки стоит выпустить мертвецов короля вперед, хотя бы частично. Пусть они загонят синтурцев в наши руки. Это мы насмотрелись на умертвий в Литонии, а Синтурия не представляет себе, какая это гадость.

— Сумеешь его уговорить?

— Да. Все-таки я тут главнокомандующий.

О том, что мне пока не стоит говорить с Илом, многозначительно промолчал. Пусть угомонится. У нас есть пара дней, завтра и побеседуем.

— Пусть так, — согласились товарищи по оружию.

Между тем, надо было отдохнуть, а палатка у нас по-прежнему была общая. Я подумал и решил спать у костра, отправив Лили в палатку. Провидица сопротивлялась, но сегодня я уже и так был зол, как демон, поэтому ей оставалось только послушаться. Лагерь затих, поэтому легкие женские шаги я услышал сразу — и узнал.

— Тиана? — поднял голову. — Зачем ты пришла?

— Поговорить. — Сестра присела рядом. — Эд, зачем ты так?

— Так — это как? — Едва улегшееся раздражение подняло голову.

— Зачем ты ссоришься с Илом? Он не сделал тебе ничего плохого.

— Я ему тоже. Печать не в счет, так было надо.

— Но ты злишься. Почему?

— Потому что он принимает решения один, будто мы — пустое место. Я хочу, чтобы эта война закончилась нашей победой, Тиа, а не гибелью. Так что убеди своего некроманта послушаться меня, если не хочет, чтобы его армия стала исключительно мертвой.

— Ты не прав, — вздохнула Тиана, опуская голову мне на плечо. — Илверт слышит тебя, но он постоянно в напряжении, потому что надо контролировать призраков. Думаешь, ему легко?

— Я не говорю, что ему легко, Тиа, но сейчас все мы в равных условиях. Либо вместе победим, либо проиграем.

— Вот именно. Вместе, Эд. Послушай и ты его.

— Я попытаюсь, — ответил сквозь зубы.

— Идем спать, через пару часов нам снова отправляться в путь.

Я поднялся и пошел за сестрой в палатку. Спать действительно хотелось, поэтому тихонько лег рядом с Лили. Она тут же придвинулась ко мне, задышала в шею. Я подумал — и обнял её, прижимая к себе. Всего два дня до Аттеуса. Может, уже завтра мы столкнемся с синтурцами, потому что нет смысла держать всю армию у одного-единственного непокорного замка. Завтра… А у нас нет плана.

Так что утро для меня начиналось предсказуемо. После быстрого завтрака я подошел к Илверту, который предпочитал держаться от меня подальше:

— Есть разговор, ваше величество, — сказал со всем почтением.

— Я вас слушаю, дэй Аттеус, — так же холодно ответил он.

— Вернемся к вчерашнему плану.

— Да, вернемся. Он останется неизменным. Мертвые нападают, живые прикрывают.

— Нет.

— Мне сместить вас с должности? Кажется, вы забыли, кто здесь король, дэй Аттеус. Так вот, напомню — я король Изельгарда, и ваше дело повиноваться, а мое — отдавать приказы.

— Я вас понял, ваше величество, — ответил спокойно и пошел прочь.

Не желает меня слушать? Его дело. А план у меня был свой. Командиры тоже ждали ответа.

— Что решил король? — спросили, стоило приблизиться к ним.

— Король считает, что он прав. Пусть поступает, как знает, а мы поступим, как считаем нужным.

Я обрисовал для солдат детали грядущего плана. Мы быстро обсудили подробности и разошлись, потому что пора было отправляться в путь. Вопреки опасениям, синтурцы нам не попались. Лишь ближе к вечеру впереди показался большой конный отряд, только скакал он не со стороны замка Аттеус, и на воинах была зеленая форма Литонии.

— Я пошлю призраков в разведку и узнаю, что им нужно, — остановился Илверт и замер на несколько минут, которые показались невыразимо долгими. — Нет, это не враги. Это подмога.

От кого? Мы ждали, пока отряд из двух сотен человек приблизится к нам. Его командир, высокий и рыжеволосый, спрыгнул с лошади и пошел к нам один, подняв руки. Доказывал, что не враг.

— Ваше величество, — сказал на ломаном изельгардском, кланяясь Илверту. — Меня послал лер Мейр к вам на помощь.

— Лер Мейр? — уставился на него Ил.

— Не узнаете меня, ваше величество?

И рыжий лучезарно улыбнулся.

— Кит! — Илверт кинулся к нему. — Это правда ты?

— Я, я, — рассмеялся парень. Видимо, они давно были знакомы. — И я не с пустыми руками.

Точно. Лер Мейр должен был написать, как избавиться от связавшей нас с Илом печати. Наконец-то! Видимо, этот юноша — кто-то из приближенных отца дяди Ника.

— Останавливаемся, — скомандовал Илверт.

Но еще ведь белый день! Я едва сдержался, чтобы не развязать спор при всем войске. Мы теряли время. Слишком драгоценное время. Не хочет же он прямо здесь попытаться снять печать? Воины принялись обустраивать место для ночлега в стороне от дороги, а Ил с Китом отошли в сторону.

— Как здоровье дедушки Мейра? — спрашивал Ил.

— Отлично, не жалуется. Передавал, что очень ждет, когда вы с отцом наиграетесь в большую политику и приедете к нему.

— Обязательно приедем, — пообещал король. — Так он передал тебе письмо для меня?

— Да. Боялся, что попадет не в те руки. Магия сейчас не сильна, знаете сами. Держите.

Конверт перекочевал к Илверту. Тот тут же сломал печати и жадно вчитался в строчки.

— Эд, — подозвал меня.

— Что? — Я подошел ближе.

— Лер Мейр описал способ снятия печати. — Ил показал конверт. — Попробуем?

— Прямо сейчас? Тебе не кажется, что это может внести дисбаланс в нашу магию и потребует много сил?

— Сейчас, — нахмурился Илверт. — И это не обсуждается.

— Дело твое, — ответил я.

Печать так печать. С другой стороны, я тоже от неё устал, с меня хватит.