- 39-

Путь в библиотеку уже не казался особенным. Место, которого боялись все студенты этого заведения и кое-кто за его пределами, было ей хорошо знакомо и близко.

Маша открыла дверь, переступила через порог и, легко ориентируясь в полумраке, прошла к столу. На душе приятно потеплело. Она уже соскучилась по голосу привидения, по его шуткам.

- Ну, и зачем пришла? - раздался сварливый голос.

- Как зачем? Ты сам сказал прийти, когда буду готова. Ну, вот… Я и…

- А ты уверена, что готова? - кажется, сегодня привидение не собиралось шутить. И привычной теплоты в голосе не было. А вот привычку задавать неудобные вопросы, оно точно не оставило.

- Они идут… - на этот раз вслух повторила Маша. - Сегодня чуть не погибла девушка. Нельзя больше тянуть. Я не хочу, чтобы из-за меня погиб кто-то еще. Это надо прекратить.

- Разве я спорю? Конечно, надо. Вопрос только в том, сможешь ли ты.

Маша глубоко вдохнула.

- Смогу. Я готова, - с уверенностью в голосе сказала она.

- Думаешь? - улыбнулось привидение. А может, и не улыбнулось. Кто же это увидит? Просто его голос, звучащий под сводами потолка, потеплел. Ненамного, на пару градусов, но все же. - Давай посмотрим.

Интересно, как он собирается проверять ее готовность? Еще один тест? Еще один вопрос? Много вопросов?

И снова книга сорвалась с полки и поплыла в сторону Маши. Тяжелый фолиант лег на стол и открылся на какой-то странице. И перед Машиным взором снова оказались ненавистные кракозябры.

- Ты издеваешься? - устало спросила она у привидения. - Я же говорила, я не могу это прочитать. Или ты думаешь, что за такое короткое время я успела выучить нелепый древний иностранный язык, который, между прочим, мне никто и не собирался преподавать.

- Нет, конечно, не думаю. Тебе не нужно учить этот язык. Ты знаешь его. Ты придумала его сама.

Нет, не она, конечно. А та - Агнесса. Маша внимательно вгляделась в буквы. Она должна это вспомнить?

- И сейчас я говорю не с хорошей девочкой Машей, которая терпит глупые выходки подруги и никогда не возражает, прикрываясь давней дружбой и нежными чувствами, а на самом деле просто не хочет ссориться. Которая идет туда, куда не хочет идти, потому что не может настоять на своем. Маша, которая боится микробов и беспокоится, кто и что о ней подумает. Эта Маша не сможет снять проклятие…

Она слушала, замерев. Никогда еще привидение не было таким серьезным. И откуда оно все о ней знает? Но главное - неужели это правда и она не сможет снять проклятье?

- Не сможет, - донеслось, словно ответ, - до тех пор, пока не примет себя, ту, настоящую. До тех пор, пока не признает, что Агнесса - это она, и не сумеет воспользоваться настоящей силой и настоящими знаниями ведьмы. Ступай и возвращайся следующий раз только тогда, когда действительно будешь готова.

Она вышла из библиотеки, с трудом сдерживая слезы.

Итак, чудесное привидение считает, что она не готова, что она слишком пай-девочка! Что она трусиха. Ну что ж, значит, пора сделать что-нибудь такое, чего бы прежняя Маша не сделала никогда.

И она знает, что именно.

Чертово невезение! Едва отойдя от двери, она споткнулась, упала, больно ударилась локтем, но тут же поднялась. В конце концов, ничего смертельного не произойдет. И чему-чему, а падать за это время она научилась.

После того как угроза жизни миновала, рядом с Мадленой остались только лекари. Периодически в лазарет заходил ректор, а остальные преподаватели приступили к занятиям.

У Маши был четкий план: она прямиком направилась к Виоле. Конечно, можно было бы подождать, когда мини-проклятие, положенное каждому, кто решится посетить библиотеку, пройдет и схлынет. Но стоило ли искать какие-то причины, чтобы оттягивать неприятный разговор?

Агнесса, которой так восхищается привидение, точно бы не стала!

Невезение давало о себе знать. Битый час Маша бегала по этажам для того, чтобы услышать, что Виола только-только была здесь, но ушла и, кажется, отправилась…

Она выслушивала, куда, и продолжала свой бег по коридорам.

Встретились они с Виолой нескоро.

А когда встретились. Маша оробела. Во-первых, преподавательница, которую все опасаются, во-вторых, мать Рафаэля. В общем, во-первых и во-вторых вполне достаточно, чтобы оробеть.

- Здравствуйте.

Виола смерила ее своим обычным снисходительным взглядом.

- Здравствуй!

- Помните наш первый разговор?.. Девушка, из-за которой я сюда попала. Она была похожа на вас… И вы обещали с этим разобраться, если я никому не буду говорить. Вот я и не говорила. А вы разобрались?..

Ей стоило огромного труда выговорить это. Слова будто бы застревали в горле и никак не хотели выбираться наружу. Но она справилась.

Теперь оставалось лишь надеяться, что ее не превратят за это в какую-нибудь не слишком привлекательную зверушку.

Виола посмотрела на нее строго:

- Я же сказала, что разберусь, значит, разберусь. Дай мне время.

Время. Если бы оно у нее было!

- Да, конечно, извините, - промямлила Маша и заторопилась к выходу.

Ну вот проявила твердость характера! Привидение будет в бешеном восторге! А уж Агнесса бы ею гордилась!

Пришла, услышала отговорку, развернулась и ушла.

А с другой стороны, что ей остается делать: угрожать Виоле, что все расскажет?

Нет, к сожалению, все, на что она способна, это уйти и дальше ждать и надеяться, что какие-то ответы сами свалятся ей на голову.

Был только один человек, который какие-то ответы знал, но делиться ими ни за что не хотел, ни с ней, ни с Морисом. Рафаэль.

- Джессика, постой, - Виола словно бы не могла на что-то решиться. - А хочешь чаю?

От строгой преподавательницы это звучало более чем странно, но Маша поняла: нужно соглашаться, второй такой возможности не будет.

Они зашли в кабинет, и Маша в очередной раз поразилась тем, как некоторым удается буквально несколькими штрихами придать изысканность даже такому никчемному помещению, как учительский кабинет.

Виола разлила горячий чай по тонким фарфоровым чашкам и достала откуда-то тарелку с пирожными. С пирожными!

Маше пришлось поверить во многое. В то, что магия существует. В то, что стриптезеры - важное звено в магической пищевой цепочке. В то, что она сама - реинкарнация древней ведьмы, а два ее однокашника - разделенная душа.

Но все это было чепухой по сравнению с тем, что она видела сейчас: Виола предлагает ей пирожное. Нет, определенно, мир сошел с ума, а основы мироздания пошатнулись.

- Ну что ты так смотришь, отработаешь потом в зале.

Она подвинула тарелочку поближе, и Маша с опаской взяла в руки пирожное. Ее пугали не мифические сантиметры на талии, которые волшебным образом появятся, стоит ей съесть чего-нибудь мучного и сладкого. Ее пугало то, чего захочет Виола. Ради чего строгая учительница готова предложить ей такую взятку?