Глава 20

Меня привели в просторный зал, где уже намечалось гуляние. Всюду сновали женщины с полными руками еды, от которой шел пар, вызывая у меня неконтролируемое выделение слюны, после сухого хлеба и сморщенных яблочек.

Мужчины, прибывшие с нами на драккарах, крепко обнимали своих женщин, вызывая у них игривые смешки и желание жен целовать каждую ямочку. Я взглянула на кина Хальвора, который вел меня под руку, и задумалась, ждал ли его кто-нибудь кроме девушки, которая уверенно, словно и в правду видела, двигалась вперед, к массивному креслу у самой дальней стены зала.

Кто она ему?

Она же опустилась на мягкие шкуры настеленные друг на друга и с улыбкой махнула рукой на ближайшие свободные кресла.

Кин усадил меня по правую руку от нее, а сам сел по левую, и я впервые ощутила тоску по его близости. Поёжившись, выпрямила спину и с благодарностью приняла кубок украшенный бирюзой, которая слишком ярко выделялась на фоне остальной посуды. Но женщина, вложившая его в мою руку, не сомневалась, и я решила, что возможно это для тех, кто вернулся из набега, все равно не понимая как это связанно со мной.

Рассматривая окружающих, я с приятным удивлением поняла, что женщины клана Осе очень красивые. У каждой были простые косы с множеством украшений вплетенных в них, под стать мужским прическам, плотные корсеты из мягкой, но дорогой ткани, меховые плащи, шубки и жилеты. Они ни в чем не нуждались, красиво и тепло одетые, под горячими взглядами своих мужчин.

И я позавидовала.

Впервые в жизни мне так остро захотелось быть нужной и такой же желанной в чужих глазах.

Я рассматривала их выбитые браслеты на руках и видела, что у каждой он почти в идеале повторяет орнамент на широких предплечьях мужчин. Такой символ связи. Брачных уз.

Целые семьи, где у каждого был выбит символ рода, собирались в большие стаи и радостно принимали вернувшихся. Теплые семейные встречи.

И вновь зависть. Горькая и ядовитая.

— Я не представилась. — Девушка безошибочно повернулась в мою сторону и улыбнулась. — Меня зовут Латнергера. Ты можешь обращаться ко мне по любому вопросы.

— Спасибо.

— Почему ты не пьешь вино? — Удивленно спросила она, рукой указывая на кубок. — Оно не понравилось тебе по запаху?

— Ммм? Почему вы так решили…

— Зови меня по имени. Латнергера. Здесь я ирли, но для нареченной своего брата буду просто Герой.

Ирли? А где же ярл? Почему он не встречал драккар с трофеями и сейчас здесь даже не предусмотрено места для него?

Стоп…

Девушка, видимо заметив мое молчание в замешательстве, рассмеялась:

— Я удивила тебя? Мой братец как и всегда напускает мраку. Любит он драматизировать и умалчивать. — Я скосилась на кина Хальвора, но он был увлечен беседой с одним из мужчин и даже не смотрел в нашу сторону, делая глубокие глотки из похожего на мой кубка. — Похоже, я только что раскрыла его секрет. — Судя по игривости в голосе, она нисколько не расстроилась и была рада подначить брата.

— Отчасти. — Признаться в том, что меня все это время держали за дуру, не хватило храбрости, не девушку это, казалось, не волнует. — Я могу спросить?

— Конечно! — Она приложила тонкие пальцы к груди, и на секунду мне показалось, что она почти прозрачная. Такая тонкая и невесомая, что стоит ветру чуть перегнуть, и она сломается пополам как тонкая корочка на подмерзших лужах. Обманчивое впечатление.

— А кто ярл клана Осе?

— Его нет. — Она вновь улыбнулась бледными, хоть и пухлыми губами. — На этой земле нет ярла. Есть только я и мой брат. Видишь ли, — она задумчиво запрокинула голову назад, и белые локоны поспешили вслед за владелицей. — Мой брат не так умен, как я, поэтому он воюет, а я управляю.

— Не привирай, Гера. — Голос кина Хальвора раздался так близко, что я едва не подпрыгнула, но девушка только шире улыбнулась в пустоту.

— А разве я не права? И вообще, когда ты собираешься провести обряд, если уже нанес на Хель свой знак?

— Позже. Чуть позже. — Отрезал он, хмуря брови.

Гера поцокала языком:

— Вот поэтому ты так долго ее искал. Романтики в тебе ни на грамм. — Она развернулась ко мне и невинным тоном спросила: — У тебя есть платье для обряда?

— Нет. — Вместо того чтобы спросить «какого?», я ляпнула про отсутствие гардероба, но Геру это не смутило:

— Значит, с этим разберемся несколько позже. А пока можешь сама обсудить с Хальвором, почему он обвенчал вас, не поставив тебя в известность.

Откинувшись на спинку кресла, она довольно сложила руки на груди, оставляя нас с кином, выжидающе смотреть друг на друга.

Я медленно и со вкусом переваривала ее слова, до конца не осознавая какой смысл в них вложен. Шутка ли, правда ли?

Все словно дернулось и застыло, стоило нашим глазам встретиться, одновременно накрывая меня пониманием — он не шутит. Тату за ухом заныло, будто напоминая, специально тыкая носом в то, что я добровольно подставила голову, связывая себя с этим мужчиной. Нет, конечно нет. Брак еще не признан богами, но десяток мужчин могут подтвердить, что все происходило по доброй воле, без принуждения и кина Хальвор…. Захватчик Хальвор теперь мой нареченный.

Это глыба, скала у которой такая горячая поверхность, добровольно связала свою судьбу со мной. Эти руки, что прикасались ко мне так часто, как никто другой, эти глаза цвета весенней грозы, что так открыто смотрят в мое лицо.

Облегчение. Оно топило все изнутри, готовое вырваться наружу. Мне хотелось прикоснуться к нему, понять, проверить, что он существует. И пальцы горели от воспоминаний о его упругой плоти и жестких волосах, к которым мне довелось прикасаться.

Хальвор…

Такой же проклятый как и я. Только проклятым себя не считает, как и люди что вокруг него. Все видят в нем лишь силу и мощь. Верность и храбрость, но только не ваха. Кого угодно.

Мысль о том, что возможно он первый кто увидел не мою метку на руке, а меня, полоснула по ребрам и в глазах замерла пелена. Я хотела, и улыбнуться, и рассмеяться, но только громко сглатывала собравшийся в горле ком.

«Ты больше не ваха. Забудь это слово» — звучал в голове его голос, а мой повторял следом:

"Я Хель"