Глава 26. Мод

Карлайл-Холл, Корнуолл, 2019 год

К пятнице на столе в библиотеке скопилась высокая стопка старых журналов и дневников, которые удалось отыскать среди книг, хранившихся в Карлайл-Холле. Пять долгих дней потребовалось мистеру Грейвзу, чтобы перебрать многотысячное собрание в старинных переплетах, стряхнуть с них пыль и водрузить на место. Мод мстила дворецкому его же методом: если он раньше следил за каждым ее шагом, то теперь она частенько наведывалась в библиотеку, посмотреть, насколько споро мистер Грейвз выполняет ее требования.

Вечерами, после ужина, Мод с Дэвидом уединялись в библиотеке и просматривали обнаруженные дневники и книги, которые тем или иным образом могли содержать информацию об истории поместья. Мод было все равно, что подумают слуги о ее вечерах наедине с Дэвидом. После того как она застала мужа в объятиях любовницы, скрывать свои истинные чувства больше не имело смысла. Да и никогда не имело. Сейчас Мод отдавала отчет своим поступком, их глупости и спонтанности. Тем не менее, если бы ей предложили все изменить, вернуться в февраль, в Портофино, и все исправить, она бы все равно согласилась выйти замуж за Артура. Ведь только этот нелепый брак и Карлайл-Холл могли привести ее к Дэвиду. Рядом с ним ей казалось, что все остальное вторично.

Однако вечера, проводимые ими в библиотеке, были совершенно невинными. Сколько бы мистер Грейвз ни старался застать их врасплох, неожиданно появляясь в дверях или подслушивая по другую сторону, даже ему не в чем было упрекнуть Мод. Они с Дэвидом обсуждали уже просмотренные журналы, показывали фотографии или карандашные рисунки, на которые неожиданно натыкались в одной из книг, делали отметки в записной книжке, которая лежала под рукой. Несчастному мистеру Грейвзу не к чему было придраться и нечего доложить хозяину.

Всю неделю Артур хранил гробовое молчание. Мод решила, что он не звонит ей специально, чтобы избежать неприятного разговора. Что ж, она подождет до его возвращения. Серьезные вопросы лучше обсуждать, глядя друг другу в глаза, а не на расстоянии.

– В этой книге тоже ничего интересного, – посетовала Мод, захлопнув очередной том.

– И у меня пусто, – потянулся Дэвид, широко зевнув.

Мод бросила взгляд на часы – всего лишь десять.

– Думаю, пора расходиться, – нарочито громко воскликнула она, зная, что притаившийся за дверьми мистер Грейвз не дремлет. – Я ужасно устала и хочу спать.

– Вы правы, Мод, я тоже отправлюсь к себе.

Мод проводила Дэвида до дверей. Где-то в потемках гостиной мелькнула тень.

– Спокойной ночи, мистер Трайтон.

– Спокойной ночи.

Закрыв дверь, Мод крикнула:

– Мистер Грейвз, надеюсь, вы еще не спите? Заприте тут все как следует.

– Да-да, миледи, – вынырнул из темноты дворецкий.

Он стоял слишком далеко, чтобы увидеть, как, прежде чем пожелать Мод доброй ночи, Дэвид заговорщически ей подмигнул. Сегодня была пятница – ночью должны появится призраки, и в этот раз Дэвид намеревался увидеть все собственными глазами, но навязчивому мистеру Грейвзу знать об этом было вовсе не нужно. К двум часам ночи, когда Дэвид и Мод договорились встретиться, он, как и другие слуги, наверняка уже будет спать. Сама же Мод знала, что не сомкнет глаз. Чтобы скоротать время до двух часов, она прихватила из библиотеки один из дневников некоего лорда Карлайла, жившего в Карлайл-Холле, судя по первым записям, в 80-ых годах XIX века. Разместившись на банкетке, Мод поджала под себя ноги и начала перелистывать пожелтевшие от времени страницы. Ничего интересного в дневнике Мод не обнаружила. Записи навевали на нее скуку. Этот Карлайл, кажется, был философом. В дневнике он рассуждал о Канте, Гегеле и Макиавелли. Когда Мод совсем разочаровалась найти хоть что-то, ее взгляд вдруг вырвал строчки, выбившиеся из типичных записей: «Гертруда, кажется, совсем сошла с ума. Вчера ночью она устроила переполох и кричала так сильно, что перебудила весь дом. Она утверждает, что снова видела призраков. Один из них проник в ее спальню и разбудил ледяным холодом, после чего Гертруда вышла на лестницу, где на нее, как она заявила, напала женщина, укутанная в черное одеяние. Когда я нашел ее, опустившейся на пол возле ступенек, она посмотрела на меня таким диким взором, что я испугался. Вместе с горничной мы перенесли Гертруду в спальню, где я дал ей настойку лауданума, и вскоре она затихла. Припадки моей жены повторяются все чаще и чаще. Неужели моя бедная Гертруда тоже сойдет с ума?»

Мод лихорадочно перелистнула страницу, но это оказалось последней записью в дневнике. Она чувствовала, как засосало под ложечкой от страха. Ей казалась странной и даже жуткой последняя фраза. Почему лорд Карлайл пишет «тоже сойдет с ума»? Значит, кто-то еще к тому времени уже страдал душевным расстройством? Мод вдруг вспомнила о первой жене Артура: викарий Джонс говорил, что она страдала каким-то психическим заболеванием и покончила с собой. Ей пришла на ум странная мысль: может быть, все те, кто видел призраков Карлайл-Холла, со временем лишались рассудка?

– Глупости! – тряхнула она головой. – Миссис Гудвайз говорила, что она тоже их видела – и ничего.

Отбросив неприятные мысли, Мод решила принять душ, чтобы взбодриться в ожидании свидания с Дэвидом.

***

Она спустилась в столовую в половине второго. Хоть Мод была и не из пугливых, но бродить одной по уснувшему дому было жутковато. Она не решилась зажечь свет, боялась, что это может разбудить проныру-дворецкого. На цыпочках прокравшись вниз, она распахнула окно, впустив в помещение прохладный ночной воздух. Пахло цветущим шафраном, ветер доносил запах моря. Мод сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Она всмотрелась в тьму за окном – ничего не разглядеть. Небо было затянуто густой пеленой облаков, через которую не пробивался лунный свет.

Домик привратника, в котором жил Дэвид, находился в стороне, а потому из окон столовой нельзя было увидеть света, даже если бы он горел. Оставалось еще минут десять до прихода Дэвида, и Мод села на подоконник, чтобы уловить звук шагов. Она боялась, что если мужчина появится из темноты неожиданно, то напугает ее, она закричит и разбудит слуг.

Темнота снаружи ее не пугала. А вот то, что таилось внутри Карлайл-Холла страшило ее. Через несколько минут Мод услышала хруст ветки под чьей-то ногой, и из-за угла показалось бледное пятно света, которое плясало по земле, как светлячок, приближаясь к окну.

– Дэвид, – прошептала Мод. – Окно здесь.

Мужчина быстро преодолел разделявшее их пространство, вручил мобильник с включенным экраном Мод и перелез через высокий подоконник. Как только он оказался в столовой, Мод погасила телефон.

– Боишься, что свет разбудит твоего любимого мистера Грейвза? – насмешливо спросил Дэвид.

– Нет, но он может привлечь призраков.

Мод рассказала ему, как в одну из ночей звонок ее телефона привлек призрачные фигуры, тут же ринувшиеся к ней, будто она нарушила заведенный ими ритуал и должна за это поплатиться.

– А я всегда думал, что привидения живут в своем, параллельном нашему, мире, и никакие внешние раздражители не могут отвлечь их, – сказал Дэвид.

– То, что они появляются в одном и том же месте, в одно и то же время действительно похоже на то, будто запись поставили на повтор, – согласилась Мод, – но, видимо, не все так просто.

Они замолчали, и Дэвид подошел к двери.

– Будем ждать здесь? – спросил он.

– Не знаю, наверное.

– Я думаю, нам лучше подняться в восточное крыло, – предложил Дэвид. – Ты же говорила, что хочешь посмотреть, что эти женщины делают, когда уходят туда.

– Я не уверена, что это хорошая идея. – Мод представила, что им придется выйти из столовой и подняться по темной лестнице на второй этаж, и почувствовала, как от страха у нее нервно забилась венка на виске.

– Брось, ты же не трусиха, к тому же я буду все время рядом.

В темноте Мод нащупала руку Дэвида, и они, переплетя пальцы, шагнули в темный холл. Когда ночи стояли ясные, то в помещение проникал лунный свет, придавая окружающим предметам немного размытие очертания. Сегодня же весь дом был погружен в темноту. Дэвиду пришлось включить мобильник, чтобы не врезаться в какой-нибудь предмет и не наделать шума. Они быстро прошли к ближайшей от столовой лестнице и поднялись, пересекли открытую площадку и вошли в восточный коридор. Вокруг по-прежнему царила тишина.

– Предлагаю спрятаться в самую первую комнату, где нет мебели, – прошептал Дэвид.

– А если призраки придут именно в нее? Там невозможно остаться незамеченными, – голос Мод дрогнул.

– Значит, мы столкнемся с ними лицом к лицу.

– Ты что, совсем не боишься?

– Нет, милая. Я всегда думал и продолжаю думать, что призраки не могут причинить вреда живым.

– Я из-за них с лестницы упала, – напомнила Мод.

– Да, но если проанализировать ту ситуацию, ведь они тебя не толкали? Или толкали?

Мод задумалась.

– Нет, не толкали, – признала она, – но сильно напугали.

– Верно, сильно напугали, ты споткнулась и потеряла равновесие.

– Хочешь убедить меня в том, что черная женщина или ледяная леди меня не съедят? – хмыкнула Мод.

– Именно.

Они вошли в пустую комнату, Дэвид выключил сотовый, засунул его в карман джинсов и, не дав Мод опомниться, обвил ее талию руками. Их губы нашли друг друга в кромешной тьме. И Мод, расслабившись, облегченно выдохнула. Всю неделю желание прикоснуться к Дэвиду, обнять его, поцеловать не давало Мод покоя. Она знала, что и он чувствовал это напряжение, но оба не позволяли себе ничего лишнего. Не тогда, когда в любую минуту их мог настигнуть внимательный взгляд мистера Грейвза. Зато теперь можно было отдаться на милость чувств, ощутить тепло губ Дэвида, почувствовать, как неистово стучит в его груди сердце. Когда они наконец смогли оторваться друг от друга, в комнате уже не было так темно – плотное скопление облаков ушло на север, и в окно заглядывала луна.

Однако полюбоваться видом на мыс, открывающимся из окон, у Мод не хватило времени. Где-то вдали раздались стоны и рыдания. Мод перевела взгляд на Дэвида, и поняла, что он тоже слышит их. Плач раздался более отчетливо, а за ним послышался невнятный шепот. Мод не могла разобрать ни слова, но она уловила интонацию – тот, кто издавал это бормотание, был зол. Через несколько минут шуршание и плач в коридоре приблизились, Мод и Дэвид ощутили, как воздух вокруг будто заледенел. И снова стон. За ним всхлип. А следом – злой шепот.

Дэвид и Мод стояли в стороне, справа от приоткрытой двери. Они увидели, как по коридору проплыла прозрачная, охваченная синим, словно изо льда, ореолом фигура девушки. Она рыдала и вскрикивала. За ней мимо двери тяжелой поступью следовала черная фигура женщины, что-то злобно приговаривая.

Женщины миновали дверь в комнату, где затаились Дэвид и Мод. Мужчина тут же выглянул в коридор и пальцем поманил Мод. Она с опаской высунулась и увидела, как призраки исчезли в детской. Теперь оттуда раздавались такие громкие рыдания, что у Мод сжалось сердце от предчувствия надвигающейся беды.

– Пойдем! – Дэвид потянул Мод за собой.

Они вошли в детскую. Призрак девушки был в спальне, где, как помнила Мод, стояла одна кроватка и были разбросаны солдатики. Черная фигура стояла в дверях этой комнаты и что-то бормотала, будто читая девушке нотацию. А та, то затихала, прислушиваясь к неразборчивым словам, то начинала кричать, словно обвиняя в чем-то черный призрак. А потом, совершенно неожиданно для Мод и Дэвида, две призрачные фигуры сцепились. Черная женщина ухватила за волосы девушку и начала тащить к выходу, та всхлипывала и норовила вывернуться, вцепиться обидчице в глаза.

Испуганная Мод отступила во тьму коридора, Дэвид последовал за ней. Они остановились чуть поодаль, у противоположной стены, и видели, как женщина в черном выволокла уже не сопротивлявшуюся прозрачную девушку из детской и подтолкнула ее в сторону коридора, ведущего обратно к лестнице. Они медленно шли – девушка чуть впереди, черная фигура – сзади. А потом произошло что-то необъяснимое. Глаза Дэвида и Мод не успели уловить быстрые движения дымчатых фигур, которые слились в один ком, а потом черный сгусток стремительно полетел вниз, прозрачная же ледяная дымка рассеялась в воздухе.

– Ты знаешь, кто они? – хрипло спросил Дэвид, пораженный увиденным не меньше Мод.

– А ты разве не догадался?