Глава 11. Черная вода

Если Неро так все переиначивает, по-честному у него не выиграть.

А я не хочу оставаться здесь.

Не желаю быть бесправной игрушкой, которую жрец будет — ну да, изощренно и сладко, если это были «только поцелуи», то каким же может быть остальное? — трахать.

Ладно. Признаю.

Я его захотела.

Я взрослая женщина, имею право просто хотеть мужчину.

А этот мужчина меня не уважает. И я его не уважаю тоже.

Так что из его логова нужно выбираться.

Надеюсь, он не поймет то, что я сейчас сделаю, буквально...

Я откидываю одеяло с ног и выгибаюсь мостиком. Так, чтобы все там открылось и стало видно.

— Хочешь, чтобы я тут осталась, жрец? Тогда меня лижи. Насколько там твоей выносливости хватит? День? Два? Неделю? Или язык раньше отвалится?

Неро напрягается — как будто борется с собой.

Главное, чтобы в самом деле лизать не решил!

Я молчу и продолжаю делать мостик.

— Вот твое платье, жрица. Туфли и украшения, в которых ты была. Хочешь домой — иди. Хватит тут гимнастикой заниматься. Придешь домой, скажешь, что не так с пионами.

— А что с ними не так? — упрашивать меня не надо, а то вдруг Неро передумает. Я натягиваю платье, опасаясь, что Неро начнет «помогать» и все закончится сексом.

Уже вероятно по-настоящему...

Неро выглядит каким-то обиженным. Разводит руками.

— Не знаю, что не так. Я старался. А ты говоришь, что они дурацкие. Тогда, может, розы? Розы ты любишь больше, куколка? Красные? Белые? Розовые? Какие?

— С ума сошел! — я едва не падаю с туфель и обнаруживаю, что едва не оцарапала Неро опять.

— От твоей красоты и сошел. Будут красные.

— Что мне делать с этими грядами?!

— Как что, ухаживать. Ну или семье поручи. Ты очень красивая, когда злишься.

Ааааа!!!

— Я не злюсь!

— Тогда поцелуй меня. Ты меня так нормально и не поцеловала. Или тебе мало подарков, хочешь еще? Бери, вот! — в комнате, помимо кровати, есть стол с ящиками. Неро наклоняется к ящику и достает оттуда кучу бумаг.

Передает всю охапку мне.

Это рисунки.

И на всех рисунках я. Как живая.

На одних я с распущенными волосами, на других их поддерживают шпильки.

Мое лицо всюду выглядит сияющим. Лучится красотой и счастьем.

Значит, для Неро я такая? Хотя я все время ору на него и злюсь...

Зачем он меня рисовал?!

И всюду я изысканно одета... В основном наряды незнакомые, но семь комплектов я узнаю сразу.

— О нет. Только не надо мне снова манекенов. Я те и так пристроила с трудом...

— Сплавила мои подарки? — Неро снова выглядит обиженным. — Хочешь мне сердце разбить? Ну давай, бей. Я крепкий, выдержу.

Неро столько живет с артистами, что играть научился замечательно.

И все равно мне становится не по себе.

— Я не могу это принять... Они мне не по статусу, Неро...

— Хорошо. Будешь носить, когда мы останемся наедине, вот как сейчас.

Спорить с Неро бесполезно.

Я все еще как в тумане нахожусь.

Не понимаю, что говорю, что делаю и что будет дальше.

— Да.

И зачем я согласилась?

— Пойдем, Армела. Завтра у тебя выходной, отдыхай и наслаждайся цветами. А потом храм с тобой свяжется.

Неро обнимает меня за плечи и мягко подводит к двери.

Коридор пуст.

Чувствую себя очень странно.

***

Домой мне идти не хочется.

Дома на меня набросятся сестры и будут спрашивать, что сегодня произошло.

Как прошли уроки. Уроки, ну-ну...

Хорошо, что синяки на ногах действительно исчезли.

А из-за красных роз на меня набросится вся моя любопытная семья.

Открыть им правду о связи с Неро немыслимо. Да и что это за связь?

Отчего-то главный жрец считает, что быть любовницей знатного мужчины — что-то вполне допустимое.

Любовница — это секс и подарки. Причем подарки демонстративные.

Качественные, дорогие — такие, чтобы девушка чуть ли не гордиться могла своим положением.

Этот Неро в своих покоях бесконечно далек от реальной жизни.

Я телепортируюсь на наш домашний пляж.

В самый угол, где меня плохо видно за сваленными лодками.

Хочу побродить в теплой ночной воде, отливающей миллионами огоньков, и подумать.

Мысли сплошь невеселые.

В реальной жизни связь с мужчиной из высокого сословия — это одни проблемы.

Правильно мне мама сказала...

Я ей ответила, что такой мужчина может много дать и многому научить... но пока он там научит, уж скорее бросит.

И тогда мне будут сочувствовать все наши соседи и знакомые.

Не ясно, что хуже: злобный завистливый смех или такое вот участливое сочувствие.

Они довольно похожи.

«Как же ты, бедняжечка, так вляпалась. А он — подлец! Они все там повыше — подлецы!»

Я брожу по колено в воде. Дует ветер.

На душе у меня так же муторно.

Сейчас уже совсем вечер, долго я не прогуляю. Придется идти домой и что-то там сочинять...

Я иду от берега все дальше в море. В море мне сейчас уютнее.

Когда зайду слишком глубоко, поплыву.

Неро не хочет меня отпускать: оно и видно, он не наигрался.

Он в отличие от обычного знатного даже жениться не сможет никогда.

Даже если наплюет на чудовищную пропасть положений между нами.

А обычные знатные...

Арлена меня съест, но я не хочу никаких гостей развлекать. Просто не хочу.

Терпеть мелкие бытовые ссоры с другими жрицами, а еще наверняка крупные подставы.

Биться за дурацкие квоты.

Заниматься сексом с ненужными мужиками у всех на виду...

А уж Арлена ради выгоды будет пихать меня именно на такие «праздники».

Еще Донато чего доброго купит билет и явится. Он упертый, может ради мести денег накопить.

Взять меня после четкого разрыва отношений — для него месть.

Не хочу я такую жизнь. Она не моя. Меня занесло не туда.

Демоны, а ветер крепчает... Я пытаюсь выплыть, но силы не те.

Орать, звать на помощь — мысленно меня услышат, но кто поможет? Моя семья не маги.

Мне жутко.

Холодно... То ли озноб, то ли...

А черная вода прямо тут. Вокруг. Всюду.

Огоньки тонут в ней, как мои надежды.

Меня уносит в открытое море.

Позвать Неро? Не буду его звать.

Мне надо выбираться... Танцевать в казарме голой — это лучше, чем секс с подвыпившими гостями.

Чем меньше Неро меня видит — тем скорее забудет.

Завтра у меня не будет выходного — я приду в храм и потребую, чтобы меня уволили из жриц.

Они вообще ничего не вложили в мое обучение, я никому не должна и абсолютно свободна...

Неро не посмеет мне отказать.

Волны слишком большие.

Я прекращаю бороться и грести.

Теперь я или утону, или меня прибьет к берегу, когда стихнет ветер.

Главное, не слишком наглотаться воды.

Какая же непроглядная чернота вокруг...

***

— Ари! Что с тобой? Ари!

Это Мауро, Нэирэ, еще один мой брат и Вирини.

Медленно прихожу в себя.

Я на домашнем пляже, рядом свалены наши лодки.

Тут я вошла в воду. Вот и мои туфли.

Я лежу на песке. На мне платье и украшения.

Волосы собраны в прическу.

Как будто и не было темной воды...

Все, как раньше, только... меня окружает непонятное золотое свечение.

Это не обычные огоньки энергии, рассеянной вокруг. Это более плотное и даже ароматное сияние. Как будто...

В какой-то момент пропала тьма. Огромный мужчина, сотканный из крупинок мягкого сияющего света, поднял меня на руки и пронес прямо сквозь воду.

На его губах играла легкая улыбка, а я смотрела на его строгие до боли красивые черты и тоже улыбалась.

«Теперь все будет правильно».

Он принес меня на берег, поцеловал в лоб и мягко опустил на песок.

А я уже спала, кажется, после его поцелуя я стала засыпать.

Но, выходит, это был не сон?

— Сантос... Я слишком далеко заплыла в море, и меня спас Сантос...

— Как? Сам бог Сантос??? Что именно было? Покажи нам!

— Пойдемте в дом. Всем там покажу.

Вирини забирает мои туфли, а Мауро укутывает меня в плед и на руках несет домой.

Все-таки я чуть не утонула.

Золотое сияние Сантоса освещает меня, будто облако.

— В жизни не видел ничего красивее! — это Нэирэ.

— Никто не видел. Это настоящее чудо. Надо решить, будем ли мы об этом говорить вне семьи, или Ари не хочет внимания? — Вирини.

— Мы расскажем всем. Я выступлю в новостях. Дам интервью каждому, кто захочет его у меня взять.

Быть избранной Сантосом — это полностью восстановить честь моей семьи.

Это объяснит и дурацкие пионы, и розы, и даже манекены с платьями, если Неро снова куда-то занесет, и не надо будет валить на ненормальную щедрость Троюродной.

Которая, надеюсь, у нас больше не появится.

***

— Я бы думала, что мне все приснилось, но сияние...

— Эльфов из новостей надо звать прямо сейчас, пока оно не пропало, — папа.

— Пока оно даже не тускнеет. Ари, а Сантос просто вынес тебя из моря или... он подарил тебе что-то еще? — Найрини.

— Подарил? — смотрю ей в глаза и понимаю, на что Нэй намекает. — Не знаю. Я ничего особенного не чувствую. Как получится, схожу в храм и там выясню у жрецов, как они это определяют...

— Ари, тебя надо переодеть и причесать. Срочно! Мыслеобраз с Сантосом в новостях не покажут, но тебя-то со всех сторон! — это практичная Вирини.

В доме поднимается невероятная суета.

Нас всех скорее всего засветят в новостях на всю страну, надо срочно вылизать дом и абсолютно всем одеться максимально хорошо.

Замечательно, что Арлена мне платьев надарила. Хоть что-то полезное в работе жрицы.

— А если тебя будут спрашивать про Дар, что скажешь?

— Правду.

— Давайте передвинем стол вот сюда. По комнатам их не будем пускать, но мало ли сами влезут.

— Не влезут, это запрещено.

— Они иногда нарушают, это же журналисты. Как будто мы прячем целого Сантоса в комнате!

— Жаль, что твоей рыжей из храма нет. Она знает, как с журналистами говорить. Там, может, и из ее семьи есть.

— Не надо нам Троюродную! Звезда вечера — Армела.

Мы, как можем, приводим в порядок дом, наряжаемся и ждем гостей.

Конечно, это будет экстренный выпуск новостей по главному каналу. Остальные подтянутся позже.

Сантос приходит к эльфам очень редко, во всяком случае вот так, к простым.

А какие тайны хранит его храм, кто знает...

***

В конце-концов решаем выйти на пляж — раз Сантос появился на пляже, тут его и стоит обсуждать.

Не хочется, чтобы наш дом обсасывали вообще все эльфы, которые увидят выпуск.

А я так и не понимаю, есть ли у меня теперь Дар или нет. Как он вообще ощущается?

Сияние не меркнет.

Наверное, это все же то, о чем стоит посоветоваться с Неро.

Даже если он сам не смотрит новости, а никаких кристаллов я у него в комнате не увидела — может, смотрела плохо? — ему очень быстро донесут о чрезвычайном происшествии.

А он может обвинить меня: как так, главный жрец и не в курсе.

С Неро станется.

Из жриц я пока не уволена, лучше договариваться мирно.

И очень быстро.

Обращаюсь мысленно:

— Неро?

Он отзывается моментально:

— Что, куколка? Соскучилась? — но в интонации ни капли флирта.

— Нет же, Неро. Я сегодня чуть не утонула. Меня спас Сантос.

Мысленный голос звучит обеспокоенно:

— Ты? Утонула?! Когда? После нашей встречи? Как это произошло?

— Я — да. Но Сантос... Журналисты будут о нем спрашивать. А моя семья не знает, что я жрица в храме. Знают только сестры.

— Вы вызвали журналистов? Понял, куколка. Сейчас буду у вас.

— Семья не знает, что мы с тобой общаемся! Умоляю, сделай вид, будто мы не знакомы!

— Арлену хотя бы они знают?

— Арлену — да.

— Хорошо. Не паникуй, куколка.

А меня трясет. Очень сильно трясет.

Я уже вижу журналистов. Их очень много. Целая свора.

Мы позвали один канал или подстраховались и позвали все разом?

Чувство, что меня сейчас разорвут на кусочки.

Как тут не паниковать?

Меня окружает семья. Это хорошо, что мы можем выступать вместе. Так мне немножечко спокойнее.

— Кто у вас Армела? О, такое свечение... Да... Такая красавица... Давайте выберем наиболее удачное место для съемки. Покажите, где все произошло.

Завтра на наш пляж придут толпы желающих прикоснуться к чуду... Естественно платно.

Мои родные смогут заработать.

Но это будет потом.

Сейчас...

— Армела, срочно покажи мыслеобраз, что было с Сантосом — это Неро.

Я вижу его мощный силуэт вдали, когда мне делают макияж специально для камер.

Обычно эльфы ничем не красятся, но шоу — другое дело. А пластическая магия по таким случаям неуместна.

Я показываю жрецу все, кроме своего отчаяния.

Кроме нежелания больше быть в храме.

Кроме жажды, чтобы сам Неро скорее забыл обо мне.

В ближайшие месяцы он вряд ли забудет.

С этим нужно смириться...

— Умница, куколка. Не паникуй. На неудобные вопросы я отвечу вместо тебя, хорошо?

— Да.

Сумасшедшая ночь.

Шум. Разговоры. Смех. Крики. Отсветы огней. Прожекторы. Множество незнакомых эльфов.

Интересно, а в храме ночью тоже так?

И Неро. Собранный, деловой, серьезный и удивительно спокойный... Как будто он на моей стороне...

Хотя тут просто замешан его храм. Самым прямым образом.

Неро знают все, потому никого не удивляет его желание встать рядом со мной и отвечать на вопросы всех журналистов сразу.

Снова у меня это непонятное чувство, что мы как будто одни в море других.

Только его горячие ладони уже не лежат у меня на плечах.

Запись эфира начинается...

— Итак, Армела из семьи производителей лодок расскажет нам о том, что произошло вчера около двадцати двух вечера.

Неро не трогает меня.

Он смотрится совершенно обособленно, как-то совсем иначе, чем все, в своем полностью черном одеянии, смуглый, черноволосый и какой-то непривычно суровый.

Но он стоит рядом, как и мои родные.

Если я буду думать, на что это похоже, то сойду с ума и запнусь в интервью.

Улыбаюсь. Выпрямляю спину.

И рассказываю о том, что произошло на пляже.

Теперь самое страшное. Вопросы журналистов.

И скрыть, что я жрица, нельзя. Слишком многие меня видели на уроках.

— Армела, как ты думаешь, почему Сантос выделил тебя? Ты много бываешь в его храме?

— Нет. Не знаю, почему...

Рассказывать всей стране, что еще месяц назад я даже не думала о храме, может быть полным неуважением. Арлена вон трудится, а ее Сантос не спасал. Мало ли чего с ней приключалось — я ж не знаю.

— Твоя внешность выделяется среди внешностей всех членов твоей семьи. Это тоже подарок Сантоса?

— Нет. Это мастерство Троюродной Лалы. Она преподает пластическую магию, и я стала ее дипломной работой на курсе у правителя.

— Откуда ты знакома с Троюродной?

— Нас свел случай и капелька везения.

— Теперь ты выглядишь, как жрица из храма Сантоса. Не думала попробовать себя в творчестве и службе?

Неро, спасай...

Он как чувствует. Вежливо, но сухо улыбается.

— Поскольку жриц в храм отбираю я, я исследую феномен Армелы. И насчет Дара: если у нас зажжется новая звезда, я обязательно вам об этом сообщу. Старшие жрицы — украшение нашего храма.

— Сантос очень любит море и особенно шторм. Возможно, он появился вчера по причине шторма. Расскажите о ваших лодках.

Мы еще раньше решили, что о лодках будут рассказывать папа с мамой.

Вроде все опасные вопросы кончились, но камеры продолжают снимать.

Я стою и улыбаюсь.

Зачем Сантос меня спас?

Захотел, чтобы я посвятила свою жизнь служению ему?

То, что я с самого начала пришла в храм, мои попытки отомстить Неро за издевательства над девушками... все было ради того, чтобы я узнала Сантоса?

Тогда... я не могу вот так это бросить...

Мне нельзя увольняться.

Прямой эфир заканчивается. Журналисты сворачивают аппаратуру, их становится все меньше.

Неро стоит в отдалении, разговаривает с кем-то из них. Почему-то еще не уходит.

Пропадает ненадолго...

И появляется опять, когда на пляже не остается никого, кроме моей семьи.

— Сантос избрал и отметил вашу дочь, производители лодок. Теперь ее имя связано с храмом. Сегодня днем отправьте Армелу ко мне проверить ее Дар. Он проявляется не сразу, проверка займет несколько дней, но откладывать нет смысла. Иначе, боюсь, вас будут атаковать этим вопросом все и каждый.

— Поверить не могу, что моя дочь может быть жрицей, — мама.

— Мы выясним. Если Дар есть, Армеле будут предоставлены покои в храме, и у нее появятся некоторые храмовые обязательства. Не беспокойтесь, ваша дочь будет в полном порядке.

Он даже не смотрит на меня.

Делает вид, что мы друг другу никто...

Так и есть, правда?

В суматохе я не успела рассмотреть ни его пионы, ни розы...

— Светлой вам ночи, производители лодок.

— Светлой ночи тебе, главный жрец.

Я жду, пока он телепортируется от нас.

Сажусь в розовый песок. Сегодня слишком многое произошло, и у меня никаких сил стоять.

Спрашиваю мысленно:

— Неро, а как проверить Дар?

Он снова отзывается моментально:

— Два способа. Второй — это комиссия из старших жриц, которые проверят твои ощущения на нескольких испытуемых, куколка. А первый, без которого не бывает второго, это секс. Разумеется, с тем, кто понимает в Дарах.

Секс?!

— Ты шутишь?

— Нисколечки. Это же Дар сексуальной, эротической совместимости. Как еще его проверять? Ты, конечно, можешь отказаться... Но лучше убедиться наверняка и подтвердить или опровергнуть Дар. Знаешь, почему у старших жриц охраняемые покои в храме? Во всех остальных местах им проходу не дают. Дар наделяет особой энергией, которая выделится, даже если жрицу изнасиловать. Так что не проверять, есть ли у тебя Дар, для тебя опасно. Все эльфы увидели, насколько ты красива. Красивые женщины интересны сами по себе. И естественно каждый мужчина уже думает, что Дар у тебя есть. Не все из них адекватны.

Это... это просто ужасно.

— А секс... с кем? Разве нельзя просто потрогать мужчину?

— Просто трогать — это когда уже развитый Дар. А как ты предлагаешь ему окрепнуть? Нужен разнообразный секс и не один раз. Зато одного мужчины на все разы вполне достаточно. Я не буду больше ничего тебе говорить, чтобы проверка была настоящей. Иначе ты решишь, что я тебя соблазняю. Нет, куколка. В этот раз нет.

— Ты меня просто вынуждаешь!

— Ага, еще скажи, что я специально с Сантосом сговорился. Да если бы так, Дар не был бы чудом. Его получали бы все, кто хорошо работает. И это точно не ты.

— Хватит меня оскорблять!

— Ари, иди домой. Будем пировать и обсуждать новую популярность! Завтра все захотят кататься на наших лодках — это Найрини. Живьем, вслух.

Надо закончить с Неро.

— Днем я приду в храм. И приду не ради тебя, не думай.

— Очень жду, горячая малышка. Очень жду.

Как же он меня раздражает!