Глава 12

День инспекции выдался хмурым. Серое небо нависало над Академией, как тяжелое одеяло. Воздух был плотным, влажным, пахло грозой. Или это только казалось? Или это мои нервы сгущали тучи над головой?

Я стояла в парадном зале вместе с другими студентами боевого факультета. Мы выстроились в идеальные шеренги — причесанные, вычищенные, в парадной форме. Черные мундиры с серебряной вышивкой. Браслеты-накопители на запястьях.

У меня внутри бушевал ураган.

— Ты дрожишь, — прошептал Финн, стоявший справа.

— Нет, — ответила я. — Это зал вибрирует.

— Зал не вибрирует, — возразил он.

— Значит, тебе показалось.

Он замолчал. Но я чувствовала его взгляд — любопытный и встревоженный. Все последние дни он смотрел на меня так. Будто ждал, что я сорвусь.

Но я не сорвусь. Я не имею права.

Сегодня я Селения Романдэ. Лучшая студентка боевого факультета. Скромная, талантливая, но совершенно обычная девушка без странностей и темных тайн.

Моя душа спрятана глубоко внутри. Завернута в кокон из техники, которой научил меня Орландо. Моя аура — спокойная, ровная, без единого всплеска. Никто ничего не почувствует. Даже он.

— Внимание! — голос ректора разнесся по залу. — Прибывает Совет Инквизиции!

Двери распахнулись. Все замерли. Я не дышала. Вошли пять человек в черных плащах с серебряной вышивкой. На груди у каждого изображен знак Инквизиции: меч и весы, символ правосудия и кары.

Но я видела только одного. Он шел в центре. Выше всех и шире в плечах. Его плащ развевался за спиной, будто крылья хищной птицы. Лицо — маска из льда и камня. Ни тени эмоций. Ни тени жизни.

Тамириус Де Жамбер. Герцог Опальных Земель. Мой муж и мой убийца. Он не постарел. Четыре года — не срок для такого, как он. Но он изменился.

Раньше в нем была страсть, огонь, безумие, которое притягивало и пугало одновременно. Теперь — только лед. Холодный, безжалостный, мертвый лед.

Его серые глаза скользили по залу, сканируя лица, оценивая, выискивая. В них не было бури. В них была пустота. Пустота человека, который потерял все.

Мое сердце билось где-то в горле. Пальцы дрожали. Я заставила их сжаться в кулаки, чтобы никто не заметил. Он прошел мимо первой шеренги. Второй. Третьей. Он приближался ко мне. Каждый шаг отдавался в моей груди глухим ударом. Бум. Бум. Бум.

Я видела его левую руку. Поверх перчатки, чуть выше запястья, выступал край браслета. Изумрудная вязь. Наша татуировка. Он не скрывал ее. Носил открыто, как напоминание? О чем? Обо мне? О своей ошибке? О том, что убил?

Я не знала. Он поравнялся с нашей шеренгой. Я смотрела прямо перед собой, как требовал устав. Не поворачивала головы. Не дышала. Его взгляд скользнул по лицам студентов. Финн. Парень слева от меня. Потом — я.

Одна секунда. Две. Его глаза встретились с моими. Серые, ледяные и совершенно пустые. Он не узнал меня.

Конечно, не узнал. Как он мог узнать? В этом теле — чужие черты, чужой цвет глаз, чужая аура. Для него я никто. Одна из сотни. Студентка, которая сейчас забудется через минуту. Он прошел дальше.

Я слышала, как стучат его сапоги по каменному полу. Как затихают шаги. Как растворяются в общем гуле голосов.

Внутри меня что-то рухнуло.

Неужели наша связь была настолько хрупкой? Неужели четыре года — достаточный срок, чтобы забыть? Неужели я для него — пустое место?

Или это моя маскировка сработала слишком хорошо? Или браслеты молчат, потому что я спряталась слишком глубоко? Я не знала. И от этого незнания хотелось выть.

— Селения? — Финн снова прошептал. — Ты побледнела. Тебе плохо?

— Все в порядке, — ответила я одними губами. — Просто душно.

— Здесь не душно.

— Значит, мне показалось.

Он замолчал. Но я чувствовала его взгляд. Мне было плевать.

***

Церемония приветствия тянулась бесконечно. Ректор произносила речи. Представляла преподавателей. Рассказывала о достижениях Академии. Тамир стоял в центре зала, как каменное изваяние. Не двигался. Не моргал. Только его глаза — эти ледяные серые глаза — скользили по залу, выискивая, оценивая, запоминая.

Я смотрела на него и не могла отвести взгляд.

Да, он изменился, стал жестче, холоднее. Раньше в нем была жизнь — безумная, опасная, но жизнь. Теперь — только долг. Только миссия и охота на предателей. Герцог-Инквизитор.

Как ты до этого дошел, Тамир? Как ты позволил лжи сломать тебя? Как ты позволил ей остаться рядом и продолжать отравлять твою жизнь?

Я не знала ответов. Но я знала одно – я должна их найти.

***

После церемонии нас построили в коридоре. Инквизиторы будут отбирать студентов для личной беседы. Случайным образом. Чтобы проверить благонадежность.

Я стояла в шеренге и ждала. Мимо прошел один инквизитор. Второй. Третий. Четвертым был он.

Тамир шел медленно, внимательно глядя на лица. Останавливался возле некоторых, задавал короткие вопросы:

— Имя?

— Курс?

— Факультет?

Студенты отвечали дрожащими голосами. Даже самые смелые бледнели под его взглядом.

Он приближался ко мне. Я чувствовала это кожей. Каждый его шаг отдавался в моих костях. Сердце билось где-то в горле. Пальцы дрожали.

Остановился напротив.

— Имя? — спросил он.

Голос низкий, хриплый, как наждак. Я помнила этот голос. Он шептал мне на ухо ласковые слова. Он кричал от ярости. Он выл, когда я умирала.

— Селения Романдэ, — ответила я. Голос не дрожал. Я не позволила.

— Курс?

— Четвертый.

— Факультет?

— Боевой магии.

Он посмотрел на меня. Серые глаза — холодные, пустые, ничего не выражающие. Я смотрела в ответ. Не отводила взгляд. Не опускала глаза.

— Вы одна из лучших, — сказал он. Это был не вопрос. Утверждение.

— Да, ваша светлость, — ответила я.

— Ректор хвалила вас. Говорила о необычайном таланте.

— Я много тренируюсь, ваша светлость.

Он наклонил голову. В его взгляде мелькнула заинтересованность. Или только показалось?

— Откуда такой талант у дочери обедневших дворян? — спросил он.

— Упорство не зависит от богатства, ваша светлость, — ответила я.

Он молчал и просто смотрел. Я чувствовала, как браслеты на его руке пульсируют — слабо, едва заметно. Магия внутри них шевелилась, будто что-то искала.

На мгновение мне показалось, что он узнает. Что браслеты покажут правду. Что его глаза вспыхнут узнаванием. Но нет. Он отвел взгляд.

— Свободны, — сказал он и пошел дальше.

Я выдохнула. Только сейчас поняла, что не дышала все это время. Внутри клокотала ярость. Смешанная с болью. С разочарованием. С чем-то еще, чему я не хотела давать имя. Он все же не узнал.

Четыре года я готовилась к этой встрече. Тренировалась, училась, становилась сильнее. Спрятала душу, замаскировала ауру, притворялась той, кем не была. А он прошел мимо. Даже не взглянул.

— Дурак, — прошептала я одними губами. — Слепой дурак.

***

Вечером я сидела в комнате одна.

Лира и Мия ушли в столовую. Сказали, что принесут мне ужин. Я не просила. Мне не хотелось есть. Не хотелось пить. Не хотелось жить.

Я смотрела в окно на серое небо и думала. Он не узнал. Не почувствовал. Не вспомнил. Значит, я для него — никто. Пустое место. Одна из сотни.

–– Зачем вы вложили мою душу в это тело? Чтобы я мучилась? Чтобы я смотрела на него и не могла подойти?

Я закрыла глаза.

Перед внутренним взором встало его лицо. Серые глаза. Ледяные и пустые.

— Ты меня не узнал, — сказала я. — Но ты узнаешь. Когда-нибудь. Я заставлю тебя.

В дверь постучали.

— Селения? — голос Лиры. — Мы принесли ужин. Открой.

Я открыла глаза. Встала. Подошла к двери.

— Не надо ужина, — сказала я, открывая дверь. — Мне нужно тренироваться.

— Тренироваться? Сейчас? — Лира смотрела на меня с недоумением. — Уже поздно.

— Лучшее время, — ответила я и пошла в тренировочный зал.

Мне нужно было выплеснуть ярость. Боль и разочарование. Нужно было вспомнить, кто я. И зачем я здесь.