30

Все же приятно, вкусить блага цивилизации. Скажу точно, я не фанат кемпинга и палаточной жизни.

Об этом я думала сидя перед большим ростовым зеркалом на красивом резном стуле, обложенным подушками. За моей спиной стояла молчаливая девушка и колдовала над моими волосами, переплетая пряди таким образом, чтобы сделать Корону Безумного Короля как будто бы частью меня. Я без труда смогла выставить щит и поэтому не слышала ее мысли, а занималась разглядыванием себя.

После пробуждения в большой каменной чаше, наполненной еле терпимой горячей водой и практически несильного натирания моего тела сначала жесткими мочалками, а затем ароматными маслами я только сейчас успокоилась. Из глубины зеркала на меня смотрела девушка с румянцем на щеках и отсутствующими синяками под глазами. Кожа лоснилась и буквально «пела». Девушка была одета в некое подобие кимоно. Оно было алым с вышитым по всей поверхности змеевидным драконом. Азиатским. Вещь роскошная и жуткая одновременно. Почему?

Место в котором я очнулась от долгого сна было роскошным. Куда не посмотри мрачная готика, бордовый цвет и золото. Горящие алым пламенем камины и множество свежей в подсвечниках разной величины и люстрах под потолком. И не души. Не считая четырех девушек, что молча суетились вокруг.

Мысли их были больше мне не интересны. В них все просто. И информативно.

Девушки — султы. В их мыслях я видела темноволосого мужчину так похожего на Деймона, хмурого, холодного и безразличного к страху, что девушки испытывали в его присутствии. Он сидел на своем каменном троне в темном зале, подсвеченный светом заходящего солнца.

— Султы… их роль извратили… пока… я спал, — произнес он лениво, растягивая слова, словно кот, греющийся на солнышке, — сейчас их возвели в роль супруги. Глупцы. Роль султ в том, чтобы оберегать и заботиться о миайе. Делать все что нужно, чтобы ей не нужно было заниматься тем, что ей в тягость. Домом, слугами. Всем… Превратить ее жизнь в сплошное удовольствие. Пока ее дракон занят. Вас привели ко мне, посчитав лучшими кандидатками. Посмотрим. Запомните, девушки, повторять не буду, она ваша госпожа. И только ее слово важно. Теперь идите, она должна быть готова к ужину.

Полные смятения и что скрывать разочарования… девушки отправились куда было велено.

Девицы разделились поровну. Двое восприняли слова Арслана правильно и их мысли были благодатью для моего опустошенного мозга. Даже не замечала сколько шума было в моей голове и что я лишь сдерживала натиск. Словно меня сжимали невидимые стены, а я держалась и судорожно размышляла как выбраться. Сейчас все иначе. Барокамера из черного как ночь камня и ювелирное изделие на моей голове сделали свое дело. Ощущение, что я схожу с ума пропало. Сила стала словно частью меня, словно я укротила бушующий поток и повелеваю им. Ощущение обманчивое, но от этого не менее приятное. Пожалуй так хорошо я себя не чувствовала давно.

Итак, девушки. Две. Эйси и Лифара восприняли слова Арслана всерьез. Они искренне пытались угодить. Они уговаривали меня что-то сделать, извинялись и постоянно улыбались. Старались. Разумы их были кристально чисты. Никаких дурных помыслов, лишь легкая зависть, но это мелочи в сравнении с той желчью, что лилась в разумах двух других девушках. Они в отличие от Эйси и Лифары не желали смиряться с участью служанки при мирайе. Они были наслышаны о том какой место сейчас подле драконов занимает султа. И были намеренны не сегодня, не сейчас, но в будущем это место занять. Считая его заслуженным. А прислуживание мне унижением. Сколько всего я услышала про себя. Про фигуру, лицо, волосы, рост и цвет глаз. Все было ужасным. Ведь они и статней, и краше. А нрав у меня вообще отвратительный. Впрочем как и дар. Они были осведомлены о моей силе, но не подозревали насколько она велика. Пока по комнатам не начали летать предметы. Было забавно наблюдать за плавно текущими в их головушках мыслями.

— Вон, — просто сказала я им, самостоятельно завязывая пояс своего халата.

Одно слово и след простыл. Они уходили, ненавидя меня всей душой. И действительно… удивительно…. С чего бы вдруг?

Зато оставшиеся девушки вздохнули с облегчением. Предметы перестали летать по комнате. Пока я сушила свои волосы у камина, пропадая взглядом в алых всполохах огня девушки навели порядок, принесли мне фруктов на резном подносе из красного дерева и мой собственный зачарованный кубок. стоило ли удивляться тому, что незнакомцы копались в моих вещах? Думаю нет… уже нет.

Затем мне предложили на выбор одежду. Мммм… Он был весьма тяжелым. Как выбрать из десятка халатов в стиле кимоно алого цвета, расшитого драконами? Непосильная задача. Поэтому я ткнула пальцем не глядя.

Мне помогли облачиться в него. Оказалось под алым кимоно, скрывалось еще два слоя. нежные и шелковистые, полупрозрачные слои. Белоснежный и золой. Если белый был из шелка, то золотой из неизвестного мне материала. Приятный на ощупь и очень легкий, но теплый. все же в этой готическом царстве было холодновато. Уходить к зеркалу от камина не хотелось. На ноги мне одели мягкие ботиночки, расшитые золотой нитью. Угадайте какого цвета? Правильно! Бордовый!

Сейчас, сидя и глядя на себя в зеркало, я чувствовала себя героиней фильма Гильермо дель Торо «Багровый пик». И пусть это будет версия фэнтезийная, но общий антураж вполне соответствует. И место, и дева с венцом на голове, что я вижу в отражении зеркала с позолоченной резной рамой.

— Госпожа, я закончила, — произнесла Эйси, отступая на шаг назад.

— Прекрасно. Очень красиво, спасибо, — улыбнулась я и встала, не забыв прихватить свой кубок.

Мириэль не оценил коктейль «виски-кола». А зря. Еще и лекцию прочел о том, что подарками богов нельзя раскидываться.

Могу себе позволить.

Считай, живу один день. Ну не один, а так, пока не выполню сверхважную задачу по спасению всех драконов.

Та еще задачка.

Хотя… Все чаще в голову приходили слова, сказанный этой фитоняшкой, матерью всея драконов. Что-то в этом было не то….. Ритуал, который разнесет всю цитадель. В перспективе. Во всяком случае Мия не будет против. Ритуал подвергнет опасности всех кто там будет в этот момент.

Я в очередной раз посмотрела на тоненькую Эйси.

Нет… что-то не то…

И что? Как освобождение дракона Деймона повлияет на драконов? Он что король? Он может взять и запретить так относится к мирайям и все его послушаются и исправятся, а девицы начнут рождаться просто пачками.

Я очень хочу освободить Деймона от проклятья, но чудится мне в этом всем какой-то подвох…

На плечи мне опустился подбитый серебристым мехом плащ.

Оказывается, задумавшись, я брела в сторону открытого всем ветрам балкона. Створки ставен были распахнуты, впуская морозный воздух. Заставленная лежанками в подушках и столиками с забавными вещицами зала не могла быть прогрета двумя огромными каминами. В них горели не просто дрова, а огромные поленья.

Лифара отступила назад, в плен тепла, а я двинулась дальше на балкон.

От увиденного перехватило дыхание.

Я никогда не видела гор. Знаете, тех самых, что в на фото или картинках. Тех самых, с белыми шапками на вершинах, что теряются в облаках. Тех, чьи склоны покрывает густой вечнозеленый лес. Таинственный и сказочный.

Это прекрасно.

Закатное солнце играло среди заснеженных вершин бликами. Словно рассыпая по склонам драгоценные камни. Алые и золотые. Небо было алым, а лес далеко внизу бился о скалы темным морем теней. Воздух был чист и свеж. Пространство вокруг было столько. что невольно я почувствовала себя ничтожной песчинкой в этом огромном мире.

Приятное чувство… захватывающее…

Что-то сродни «я девочка, хочу платьишко и на ручки».

Ветер трепал полы моего плаща, желая раскрыть его, обнажить нежную кожу. Но не тут то было. Сколько бы не дул, я все сильнее запахивала его, стараясь сохранить тепло и успеть насладиться внезапно нахлынувшим чувством свободы.

Парадоксально.

На ум приходят строки, кажется, Александра Сергеевича Пушкина «Узник»: «Сижу за решеткой в темнице сырой…»

Какая уж тут свобода?

Движение откуда-то слева я замечаю периферийным зрением. С любопытством поворачиваю голову и вижу, скользящего по соседнему склону горы змеевидного крылатого ящера с черными крыльями, сложенными и покоящимися на длинном извивающемся теле. Движения его плавны и энергичны одновременно. Он странным образом соединяет в себе эти противоположности. Кажется, что движения его опасны, но при этом этой «опасности» попросту нет. Кажется, что каждый шаг и движение хвоста на диво легки, но видя огромные размеры бордового туловища становится страшно. Оно словно кровавая река на белом склоне, является прекраснейшим дополнением к окружающим меня готическим декорациям. Сильные взмахи крылом. Несколько сосен с треском, отдающимся гулким эхом среди горных склонов, упали, подломленные воздушной волной, что поднял лишь один взмах.

Он взмывает в небо. Легко. Словно презрев все законы физики, если они вообще существуют в этом мире. Красуется. Делает круг. Показывает себя со всех сторон. Презентует, так сказать, товар лицом.

Хочется тяжко вздохнуть и закатить глаза, прицокнуть. Я не отказываю себе в этом удовольствии. Отпиваю из кубка. Смакую сладкую и пьянящую жидкость. Наблюдаю. Вираж, еще один круг, снова вираж. И вот, он буквально зависает передо мной. Огромная морда, огромные глаза, шипы, рога и два длинных уса, как у дракона Деймона. Только вот шрамы на морде и не такие голубые как у «моего» дракона глаза. Черные как ночь крылья и цвета крови чешуя. Темнеющая…. не алая.

Он смотрит на меня.

Выжидает, наверное.

Но я не боюсь.

Он не тот самый злодей…. и он не соперник никогда им не станет…. Хоть и пытался убедить его, меня в обратном. Он дракон другой породы. «Старовер». Он помнит другое время…. когда мирайи были светом, сердцем и душой. И почему-то, глядя в его глаза, сама того не понимая, начинаю тихо декламировать старые строки.

— Сижу за решеткой в темнице сырой. Вскормленный в неволе орел молодой, мой грустный товарищ, махая крылом, кровавую пищу клюет под окном, клюет, и бросает, и смотрит в окно, как будто со мною задумал одно. Зовет меня взглядом и криком своим и вымолвить хочет: «Давай улетим! Мы вольные птицы; пора, брат, пора! Туда, где за тучей белеет гора, Туда, где синеют морские края, туда, где гуляем лишь ветер… да я!..» — смотрю и читаю эти строки. С каждым сказанным словом в голосе все больше силы.

Вокруг гигантского тела вспыхивает багровая мгла и на балюстраду уже ступает знакомый мне мужчина.

Голый.

— Знал бы, как ты встретишь меня, подобрал бы более приличествующее случаю одеяние, — произносит он иронично, спрыгивая на пол.

— Сомневаюсь, — произнесла я с видом прожжённой светской львицы (в моем понимании конечно), придирчиво осмотрев его фигурку, — тогда не вышло бы такой эффектной демонстрации себя красивого. Не отморозь себе…. что-то. Холодновато что-то тут у вас….

Сказав это, повернулась к нему спиной и пошла к огню. Хоть ветер и не смог раздеть меня, но холод все же смог пробраться сквозь мою многослойную одежду… Войлочные ботиночки все же нехотя, но пропустили колкий мороз.

— Свежа и колка, как мороз и стужа, — смеясь, сказал он мне в спину.

— Мне холодно даже слышать твой голос, Арслан, — бросила я, — закрой ставни, может быть поможет от сквозняков. Тут жуткий холод. Как тут вообще можно жить? Можно мне на ночь снова в гроб, а для верности его в камин на угли поставить? Ты сильный и мощный дракон, перетащишь? М?

Ответом мне была тишина. Он видимо выжидал. А мне было плевать.

Я поставила на пол свой кубок и протянула руки к огню. Могла бы, засунула их в самое пекло. Все же я слишком сильно замерзла. Слишком.

— Отойди от огня, ты стоишь слишком близко, — не выдержал он, а следом за этим услышала как ставни закрываются, — ты могла и сама закрыть их. Неужели твоя сила тебе не подвластна?

— Зачем? Раз они были в такой мороз распахнуты, значит так и должно было быть. Тогда любопытство не потянуло бы меня на балкон и я не увидела прекрасно срежесированное представление с тобой в главной роли. Ты прекрасен, спору нет, но есть тот, кто сердцу моему милее. Так что фиг тебе, а не золотая рыбка, Арслан, — бросила я ему через плечо, все так же продолжая греться у огня.

— Откровенно говоря, мне жаль этого юнца, — его голос раздался очень близко к моему уху, а сильная рука обвилась вокруг талии и он просто переставил меня, чуть приподняв над полом, — упрямая, своевольная и слишком сообразительна для женщины.

— Завидуй молча, — фыркнула, недовольная сменой позиции и похолоданием.

— Отужинаем? — обратился он ко мне, протянув руку. Галантно и царственно одновременно.

Пока я была занята согреванием своего замерзшего тела, он успел обмотать вокруг своего пояса какой-то плед или что-то в этом роде. Прикрыл и стыд, и срам, а так же перестал смущать одну занятую мирайю — меня. Хотя, на мой вкус, Арслан был слишком идеален. Стать и фигура у них похожи, как ни как родственники, прекрасный генофонд. Но шрамы…. эта сеточка белесых штришков на теле и лице делали Деймона еще прекрасней, в своей небрежной не идеальности. Он один такой идеальный в своей не идеальности. Все как мне надо. Правда, я до знакомства с ним и не знала что именно мне надо… Но это уже совсем другая история.

— Пожалуй, — кивнула я, ощущая как никогда вес короны на голове.

Чинно мы вступили в столовую. Еще одни декорации к готическому триллеру в стиле фэнтези. Золоченые подсвечники, огромный камин с ревущем в нем пламенем, длинный стол. Длинный настолько, чтобы мы были на расстоянии, но не достаточно, чтобы быть слишком далеко от собеседника. Идеальный стол для важных переговоров.

Именно они и ждали меня впереди.

Девушки, что помогали мне собраться после сна, прислуживали нам. Мне. Дракон жестом отослал Эйси, приказав сосредоточить свое внимание на мне. Сам отрезал себе кусок мяса, налил вина, подвинул интересующие закуски. Полностью «самообслужился». Я же была окутана заботой султ. Как-то даже неловко стало. Играть в эти куклы надоело быстро, и получив на тарелке приемлемую порцию для ужина, я попросила их оставить нас наедине.

Кивнув с легкими улыбками на губах, девушки скрылись, искренне считая, что оставляют нас наслаждаться обществом друг друга. Как дракона и его мирайю. «Любовь-морковь» и все такое.

Подобные мысли не были приятны мне. Отросшие за время безделья ноготки скреблись о ладошку.

Хотелось броситься в атаку. Рвать, метать, отстаивать свое право на все и вся. Но! Мой оппонент был занят мясом. Бесполезная трата сил с моей стороны, была бы, начни я разговор первой. Поэтому пересилив себя, я занялась ужином. Да так увлеклась, что долгое время для меня ничего не существовало, кроме, мяса, местных гарниров и закусок. Кубок с коктейлем сделал вечер не таким мрачным.

— Мрачновато тут, — обведя погруженную в полумрак пышно обставленную столовую, произнесла я, когда первый голод был утолен, — страшновато. Так и ждешь, что из шкафа выпрыгнет кто-то или из-за угла выползет зомби. Гроб этот…. в нем конечно прекрасно спится, но посреди спальни выглядит жутко.

— И что ты предлагаешь? — лениво спросил мужчина на том конце стола.

— Побели потолок. Не знаю… Покрась стены в белый. Тут слишком темно.

— Эти стены видели слишком много смертей, — отправляя в рот кусочек произносит он и пронзает взглядом, — Тут веками стояла непроглядная тьма. Она впиталась в стены и камень этого места. Именно в этих стенах рождались юные драконы рубинового рода. В этих стенах умирали мирайи. Именно в этих стенах родился и он, твой дракон. Тут погибла его мать, затем за ней ушел и его отец, как достойный дракон. Деймон строит новое гнездо. Это лучшее решение. Эти стены помнят слишком много горя и боли. В этих стенах живет проклятье.

— Сам виноват, — пожала я плечами, вспоминая слова богини. Я не поддамся…

— Не буду отрицать. Тебе придется потерпеть. Возможно, немногим позже, я задумаюсь о смене обстановки в твоих комнатах. Если это будет необходимо.

Говорит так, словно я тут навечно. Ох…. Я от бабушки ушла, я от дедушки ушла и от тебя серый волк уйду.

— Все эти смерти — твоя вина.

— Да, — ухмыляется он, глядя в мои глаза, — бывает. Немного просчитался.

— Так легко говоришь об этом.

— Почему нет?

— Потому что твои амбиции привели к тому, что сейчас происходит. И я не про угасающий род рубиновых драконов.

Он прожевал свою еду, запил глотком вина и поставив локти на стол, чуть подался вперед и подарил мне пристальный и такой колкий взгляд.

— Ну нет… Адалин, не стоит делать из меня злодея. У меня было время подумать и о своей вине, и о долге перед Аланой, и родом, и драконами в целом. И поверь мне, есть то, что в чем я готов признать свою вину, но брать ответственность за весь драконий вид я не собираюсь. Драконы сами виноваты в исходе мирай. Есть много способов унизить и предать мирайю и без того, чтобы отдать ее жизнь в жертвенном кругу. А Алана… хм, — хмыкнул он довольно, чуть прикрыв глаза, — всегда была горяча и страстна. Нрав огненный, а ум холодный как клинок. Прекрасна во всех своих проявлениях. Многое ей не нравилось в статусе души дракона уже тогда. Она переиграла всех. А сейчас то, что мне казалось незначительным тогда, переросло в то, что вызывает сейчас во мне лишь гнев. Я давлю в себе нутро своей уже не драконьей сущности, чтобы не начать разорять их гнезда и избавлять прекрасных дев от мучений. Чтобы не выпотрошить на глазах у драконов, которым прежде переломаю все лапы и крылья, их обожаемых султ. Служанок и компаньонок, выращенных алчными родственниками, чтобы порабощать волю дракона. А потом на их глазах выпить всю жизнь до капли из мирайи. Освободить нежное создание от мук и агонии в которой она живет под драконьим крылом. И смотреть как бьется в своей собственной агонии дракон, понимая на смертном одре, что было в его жизни самым ценным. Я буду держать их всех на границе жизни и смерти. Буду смотреть как они мучаются и как в этих мучениях очищаются от скверны алчности и лжи. Знаешь, я горжусь каждым своим потомком. Каждый из них ушел следом за своей душой, своей женщиной. Никто из них не сомневался. Никто не совершил той ошибки, что сделала меня тем кем я являюсь.

Чем больше он говорил, тем больше «накалялся». Тьма сгустилась вокруг нас. Темно-бордовый туман окружил стол. Казалось, что я плаву на корабле посреди мрачного кровавого моря. Это уже не декорации к готическому фильму…. Я в мистическом ужастике. Я хочу проснуться.

К концу речи, он уже был на ногах и возвышался надо мной. В его глазах полыхало пламя.

Я же вжалась в спинку стула и дышала через раз.

— Ты меня пугаешь, — произношу продираясь через страх. Он весьма убедительный маньяк.

— Не бойся. Пока ты со мной, ничего не бойся, — он отодвинул что-то из посуды и присел на край стола, в опасной близости от меня. Коснулся костяшками пальцев скулы, погладил кончиками пальцев щеку и подбородок. Нагнулся и выудил мою руку из складок плаща, который я так и не сняла. Раскрыл ладонь, погладил линии на ней, — рядом со мной ты в безопасности. Я сделаю все, чтобы иномирная сила не свела тебя с ума и не уничтожила раньше срока.

— А потом?

— Потом посмотрим. Твоя жизнь зависит не от меня, моя королева, а того, кого ты так опрометчиво ты оставила в ночи. Это знаешь ли… унизительно. Но..! Лишь осознавший ценность своей души дракон останется в живых.

Ясно. Заложница и жертвенная коза на алтарь его безумных планов. Что не говори, но горбатого могила исправит. И этот… и он рассуждает о ценности мирайи. О том, что ее надо оберегать и защищать. О постулатах драконов, которые вещают о том, что чужая мирайя неприкосновенна, очень удачно позабыл или умолчал.

— Я начну с него, с моего потомка. Ему решать канет рубиновый род в небытие или нет. А потом займусь ими всеми. Или может быть совмещу полезное с приятным. Еще не решил окончательно.

— У тебя не хватит сил справится со всеми ними, — цежу, тщетно пытаясь вытянуть свою ладонь.

— Со мной Бог. Со мной сам Дракон. Я его кнут и я его бич. Я — кара на их непокорные головы. И в моих силах многое. И в моих руках ты. Королева. Козырь Мии, — он нагнулся и поцеловал мою ладонь.

— А… Слушай… руку мою отдай! Ни к чему эти лобзания. Ну серьезно. Ты знаешь, я знаю, что все эти танцы с бубном вокруг меня и разыгрывание роли соперника потерпели фиаско. Не нужная я тебе как женщина, а ты мне не нужен. Так что давай не будем разводить тут….. все это…. - приложив значительные усилия я вытянула свою руку и тут же спрятала ее и под плащ, ко второй, украдкой отерев место поцелуя о ткань одежды.

— Если желаешь, — произнес он окинув меня плотоядным взглядом, — хотя, признаюсь, ты многое теряешь.

— Ну да, конечно. Себя не похвалишь, никто не похвалит. Знаешь, я не нужник для твоих плотских желаний. Могу тебе порекомендовать двоих в этих стенах. Бери обоих, это вполне соответствует их планам. Пусть наперебой пробуют то, что я потеряла.

— Это те девицы, которых я тут не увидел? Прогнала? Почему?

— Прогнала. Я не слишком красива и статна на их вкус. Не хочу разочаровывать девушек. Опасаюсь правда, что проснусь завтра с несварением или еще с какой-нибудь гадостью.

Хмыкнула, а дракон в лице изменился. Обратив все свое внимание на мои тарелки он моей же вилкой (вдруг я не доела? Своя же есть!) перепробовал все, что я ела.

— Похвальное беспокойство от того, кто в будущем собрался решить когда мне умереть, — произнесла я не скрывая сарказма. Ну а что? Сколько можно бояться? Я ведь в этой пьесе главный герой. Главный герой знающий, что его ждет. Героиня. Но сомнительно, что меня придушит один известный идейный псих, просидевший несколько сотен лет под горой прямо сейчас, за ужином. Так что, могу себе позволить быть прямолинейной. Поэтому отпив из своего кубка, посмаковав напиток, продолжаю, — я выражалась образно. У нас иногда так говорят «дурной глаз» или «пожелали». Вообщем, девушкам я не понравилась, а слушать их размышления на тему как прибрать тебя к рукам, загнать под каблук, а меня сбыть с глаз долой, мне не хотелось. Да и в мою иномирную «мощь» они не верили. До поры до времени. Итак? Помимо роли жертвенной овцы на алтарь решения Деймона, какие еще у меня есть варианты?

Он сканировал меня взглядом, прожевывая все, что успел запихнуть в свой рот. Взгляд задумчивый и с каждой секундой более тяжелый. Я буквально видела как в них загораются горны желания. Тело его напряглось, мускулы подрагивали красиво подсвеченные огнем камина.

Я же скручивала внутри себя пружину силы, чтобы выпустить ее в любой момент и провести «грань». Мое маленькое тайное оружие, которое не хотелось демонстрировать раньше времени. Шеян в строгой секретности обучал меня своей магии. Пологая, что в какой-то момент «доброжелатели» сделают все возможное, чтобы ограничить меня в доступе к силе менталиста. Еще у дяди Семы мы выяснили, что я восприимчива к той магии, что творят нурши. Потому то я и нашла путь к дракону Деймона. Потому то и пряталась у него от Арслана. И тот сон, в котором мы встретились с ним, построила я. И одежды, что приготовил Арслан для меня, делались по его рисункам. Ему очевидно понравилось то, что он увидел в этом сне. Это я откопала в мыслях одной из тех дев, что прогнала.

Тем временем мужчина взял себя в руки и посчитал, что лучшим решением будет вернуться обратно, к другому концу стола. Правильное решение. Полностью одобряю.

— Все же, ты очень похожа на Алану. Такой же нрав и столько страстей в тебе бушует. Очень сложно удержаться и не вкусить твой сладкий сок, Адалин.

Я молча поднесла кубок к губам. Я так сопьюсь к чертовой бабушке. Еще и чужого озабоченного мужика мне в жизни не хватало.

— Я не питаю ложных иллюзий на твой счет, моя королева. Ты призванный маг и жить тебе осталось не так долго. Но ты все еще можешь внести весомый вклад в общее дело. Наше общее дело (и кто сказал, что дело у нас общее?) Если твой дракон сделает нужный выбор и выберет тебя, то ты проживешь дольше. Настолько, что успеешь произвести на свет новое поколение рубиновых драконов. Парочку, я думаю. Для верности. У меня в запасе есть еще несколько занятных артефактов. Такого же толка как венец на твоей голове и те браслеты, что я так и не смог снять с тебя. Они помогут продлить время, оттянуть безумие. Отсрочить неизбежное. И я надеюсь, твое нахождение в этих стенах сейчас, позволит родовому артефакту полностью настроить твое тело на нужный лад, чтобы ты выносила и родила сильных сыновей Деймону, а мне сильных потомков.

Сердце пронзила стрела. Ледяной кол воткнули в него. Родить сыновей, чтобы оставить их сиротами. Да ни за что!!! Я лучше умру. Я и так умру. Тогда есть повод сделать это до… зачатия. Оставить малышей сиротами не знавшими материнской любви и вечно тоскующими по ней. Судорожно я начала подсчитывать свой цикл. Пока все в норме. Но через некоторое время я смогу сказать уже точно. Ведь близость Деймона действует на меня как наркотик..

— Вижу ты не согласна.

— И что с того? Можно подумать ты изменишь свои планы от одного моего желания? — произнесла, отпив еще один глоток из кубка.

— Нет.

— Да ты ничем не отличаешься от остальных драконов. Лишь бронзовую клетку на золотую меняешь, но свободы никогда не будет у мирай с такими как ты, как вы все. Раса абъюзеров. Рано или поздно вы все вымрете. И останутся о вас только воспоминания, а потом и они исчезнут.

— Злишься. Прекрасно. Это возбуждает, — ответил он мне после пикировки взглядами.

— Я уже сказала тебе, что ты с этим можешь делать, — отвела я взгляд, пряча его во всполохах огня камина, снова отпивая из кубка, но в этот раз глоток побольше.

— Возможно я даже последую твоему совету.

— Прекрасно.

— А пока мы ждем нужного нам дня, чтобы хотелось моей королеве?

Я даже поперхнулась коктейлем. Долго смотрела на молчащего оппонента, там за другим концом стола. Псих. Маньяк. Больной.

— Теплых носков, книжек. Только давай без любовных романов, я хочу провести время с пользой. Почитать про ваш мир. Хочу мои вещи обратно. Одежду, штаны. Хочу делать гимнастику. Умру я завтра или через десять дней, не важно. Но фигуру надо поддерживать. Хочу мороженного, мармелада и шоколадных конфет с орешками. И еще соль для ванной с запахом сирени. И ее саму. Запах сирени на морозе особенно прекрасен. Это пожалуй все. И пусть…. меня не будят. И не броди в моих снах, я утомилась от тебя бегать. Помню, после той памятной встречи голова болела два дня, а в мигрень я весьма несговорчива.

— Это все? — заломил он бровь.

— Тебе мало?

— Просто интересно.

— Ну можешь порадовать своим отсутствием. Буду наслаждаться тишиной и отсутствием раздражителей. И когда все же решишь посетить меня, прикройся. Мне холодно на тебя смотреть. Закашляешь еще, или я на тебя глядя.

— Дракону не страшен холод.

— Ага. Это еще никто не проверял… — произнесла я, вспоминая про криогенную заморозку.

— Я понял. Поделившись своими планами на будущее, я испортил тебе настроение, — хмыкнул он.

— Удивительно, да? — я хамила уже в открытую. Все же алкогольное опьянение делает храброго многих и меня в том числе.

Сейчас бы под горячий бок, под бордовое крыло в ложе из подушек.

— И еще. Хочу много подушек в этой тюрьме. Красивых, шелковых и мягких. Пусть наполнят шерстью, не пухом. И пусть будет много голубого и белого. Бесит ваша кровавая гамма. Кофе в вашем мире нет…. Жаль… я бы выпила утречком на балконе. С таким видом грех не выпить…..Хм… выпить

— Тебе хватит, — он вдруг оказался рядом, — и пора спать.

Удивительно ласково отобрал кубок и аккуратно поднял на руки.

— Ты похож на него. Но он лучше.

— Не сомневаюсь, — улыбнулся он.

Удивительно для такого идейного психа, который все равно хочет убить меня. Не бывать стокгольмскому синдрому.

Деймон.

Обоз отправился дальше на север к Цитадели драконов в Северных горах. Деймон проводил его тяжелым взглядом. Натянул на голову капюшон плаща, приник к крупу коня и пустил его галопом. Мириэль был с ним, стальной вместе со своей мирайей тоже и Родомир. Времени слишком мало. С тихим шепотом в ночь полетело ее имя.

Адалин.

Удивительно, но на следующий день я имела все, что попросила.

Проснулась, когда солнце было в зените. Отдохнувшая и выспавшаяся. Сила не буянила, барокамера и корона сделали свое дело. На кровати меня ждали две пары мужских вязанных носков, мой рюкзак и любимый пояс. На столе лежали стопкой толстые книги. Штук шесть. На них сверху примостили бумажный кулек с засахаренными фруктами. Не мармелад конечно, но хоть что-то сладенькое.

В дверях я столкнулась с Лиф, что несла стопку ярких подушек. Ни одной голубой.

— А где голубые и белые? — спросила у нее. Получилось слишком сурово и капризно одновременно.

— Милорд отбыл на рассвете за тем, что вы пожелали. Просил передать, что тех двоих больше тут не увидите и что он вернется как сможет. Он очень надеется, что вам будет чем себя занять. Соли для ванной с ароматом сирени поблизости не нашлось, но мы принесли розовое масло. Желаете искупаться? — спросила она, из-за горы подушек.

— Да. Наберите воду. Я хочу посидеть в одиночестве. Полистаю книжки.

— Хорошо, — ответила девушка и поспешила по делам.

Вслед ей неслись ее мысли. Удивление и восхищение моей….м…. женской силой. Я заставила урога искать соль для ванной и он позволил мне читать книги. Что женщинам не давали читать и в принципе учиться.

От зашкаливавшего шовинизма этого мира меня уже трясло.

Позавтракав, и позволив в это время девушкам привести мои волосы в порядок, я пошла в купальни, где провела половину дня, предаваясь всем прелестям и полезностям горячего источника, на котором стоял оплот Рубинового рода.

Размышляя, размышляя и еще раз размышляя.

Не переставая делать это и тогда, когда заставила себя не смотря на удивительно хорошее состояние заниматься. Медитация никак не выходила такой какая нужна для поставленных Шеяном задач и целей. Но все же….

Девушки всегда были рядом. Ни на минуту не оставляя меня одну. Исполняя наказ урога. Еще бы, тот пообещал им вечные муки в месте где перерождение им будет не доступно. Ему как жителю Пограничья прекрасно известны такие места.

И еще…

Стоило мне прикрыть глаза, как перед ними всплывал образ голубоглазого мужчины мечты. Деймон….

Он наверняка дико зол…..

Дракон-хранитель, спрятал от меня свою морду. В зеркале я видела только его попу и шипастый хвост. Тонкий намек. Я все ловлю на лету.

Уже ночью, ложась в гроб, я была настроена решительно. Пришла пора практиковать навыки. Запечатала гроб изнутри, и следуя инструкциям Шеяна, что знала на зубок, стала погружать себя в транс. Дыхание…. сердцебиение…. первый раз должно быть тяжко, но я справлюсь.

Молочный туман окутал мое сознание и я поняла, что уже не лежу во тьме каменного саркофага, а стою на ногах. На мне белая хламида. Я в измерении сна…. Одна в бескрайнем пространстве чужих образов.

Теперь мне нужно найти путь…..

Долго ты. Я ждал тебя еще прошлой ночью, — разгоняя туман ко мне вышел Шеян в обличие рогатого льва..

— Ян, — я кинулась ему на шею, могучий рогатый лев был мягким и теплым на ощупь, — прости. Я напилась. На трезвую голову с этим психом разговаривать не возможно. Если бы не кубок Мии…. он свел бы меня с ума. И вместо оздоровительного сна в каменной барокамере я забилась бы в самый темный угол и тряслась бы от страха. В тот момент алкоголь сделал меня храбрее.

— Тогда понятно. Сейчас где он?

— По магазинам бегает. Соль для ванной ищет наверное, с запахом сирени и шоколадные конфеты с орехами. Я была в ударе.

— Лина, — укоризненно покачал друг головой, зная, что фантазия у меня хорошая и вредности хватает.

— Ну что? Я в роль вошла. Да и нужно же было его чем-то занять. Думаешь, он позволил бы…

— Конечно нет.

— Деймон? — оттолкнувшись от его горячего тела, и заглянув в его глаза, спросила друга.

— Зол. Как в прочем, был бы зол любой на его месте.

— Я хочу… Мы можем пойти к нему?

— Он почти не спит. Его терзают кошмары. Не хочу, чтобы ты видела их.

— Почему?

— Твоя смерть. Вот что он видит в каждом своем сне.

Я выругалась. Как же быть….. как же быть…. Милый…

Внутренние противоречия стали разрывать меня изнутри еще больше. Ведь я прекрасно понимала, что поступаю плохо, подло по отношению к нему. Но… Но сойти с ума и начать совершать безумные вещи было недопустимо. Никто не знал какими усилиями мне давался этот самоконтроль.

Боже мой…. Деймон…

Простишь ли ты меня?

Затем я просто рассказала другу все что узнала.

— Я хочу освободить его. Хочу умереть так как хочу я, а не кто-то другой. Не игрушкой в руках психа. Пусть он будет свободен и забудет обо мне, чем потеряет меня после родов, а затем уйдет за мной следом как и те шестеро до него. Поможешь?

— Да, — кивает огромной рогатой головой, — тебе пора. Ты молодец. Тренируйся. В первый раз самостоятельно долго тут быть нельзя. Ты будешь плохо себя чувствовать, когда очнешься.

— На мне корона Безумного короля и сплю я в саркофаге. Как вампир. А вокруг… ай…

— Прекрасно. Тогда это будет больше похоже на похмелье.

— Прекрасно.

— Иди. До встречи.

Я не успела ничего ответить. Из меня словно весь дух вышибли. Дыхание сбилось и я очнулась в саркофаге. Попыталась сесть, но ударилась головой о крышку и упала на подушки, подвывая от боли.

Класс….

Шишка на лбу…. Супер…