9-3

В животе — не пусто,

На душе — не грустно!

Патрик пел частушки да ходил колесом! На поляне весело — ровно так, как в шутках скомороха. После ухи стало по-настоящему тепло, уютно и радостно. Всё же горячая еда — великое дело, товарищи. Это я вам как учитель русского языка и литературы говорю.

Его величество король Стефан смотрел на меня таким жадным, вожделенным взором, что я засомневалась — а не сварила ли я нечаянно вместо ухи приворотное зелье? Могла, потому как мысли в голову лезли шальные, особенно на сытый желудок. Уж лучше о еде думать, честное слово! Но что делать, когда влюблённые синие глаза рыжего великана смотрят прямо в душу — долго, внимательно и так… нежно?

Наверное, пойти, подышать свежим, лесным, вечерним бодрящим воздухом. Одной. Пройтись с Кексом во-о-он по той тропинке. А народ пусть веселится. Мне же надо подумать. Обо всём. О том, как же мне, горемычной и не злой (нет, ну честное слово, я уже не злюсь, ну ни капельки!) расколдовать прОклятых бедолаг, а заодно и всё королевство. Проанализировать — почему в лесу готовить получается? И самое главное — разобраться в своих…

«Чувствах к Стефану» — такое даже мысленно не получается произнести. Ну, какие чувства? Он — король. Он… он в птицу превращается! А я? Я даже одно маленькое королевство не могу расколдовать. Разве я ему пара?

Конечно, нет. Тогда почему? Почему он так… смотрит? Наверное, его величество — Дон Жуан. А что? Все короли испокон веков считали, что раз они обратили на женщину внимание, значит она — его. Может, у Стефана просто ведьм в коллекции не было. Он — король. Не может быть между нами ничего серьёзного, разве что интрижка.

И тут я задумалась. Крепко. А мне-то самой — что нужно? Любовь до гроба и замуж за короля? Вот уж чего не надо, господа мои хорошие, того не надо! Тогда что меня тревожит? Сама не знаю. Пойди пойми этих ведьм! Пока я ей не была, всё было намного проще. Или мне так казалось?

Скрипнула ветка. Я вздрогнула, оглянулась — никого, лишь птичка-синичка вспорхнула, заставив дрожать ветки. Мопс старательно рыл землю задними лапками, фыркал, только что не урчал от удовольствия. Ещё бы — ухой накормили, теперь вот гуляют в лесу. Городская жизнь, она ведь совсем другая, да, малыш? Не побегаешь вволю, не пороешься в земле от всей своей собачьей души. Мы всё шли и шли, вглубь леса, раздвигая кусты. Похолодало. Заморозков ещё нет, но их приближение чувствуется — вот-вот зима наступит. Интересно, какая она здесь, в королевстве?

Вдруг вспомнилось, что там, в моём мире, скоро все с ног собьются, готовясь к самому светлому, самому волшебному празднику в стране. Пятиклашки украшают подоконники классов ватой и бумажными домиками, младшие активно, в промышленных масштабах вырезают снежинки. У учителей, как всегда, на повестке дня самый важный вопрос — дадут премию или нет? Надо же подарки купить! И вообще…

Кого-то всё это раздражает, а у кого-то, как у ребёнка — волшебное, новогоднее настроение. Я вам так скажу… Новый год — как лакмусовая бумажка. Всё у тебя хорошо — будешь улыбаться каждому шарику в витрине, а нет — всё станет хуже во сто крат! В праздники так не хочется ссориться или болеть. Хочется наряжать ёлку и мечтать о светлом будущем.

Словно с ответ моим мыслям, задрожали еловые лапы и снова хрустнули ветки где-то поблизости. Кто ж там за мною наблюдает? Лесные звери? Птицы…

И тут вдруг захотелось домой. Нестерпимо. К ученикам, оболтусам. К их родителям (вот уж по кому, думала, не заскучаю никогда). Вспомнились коллеги и даже наш директор. Конечно, я часто злилась на рабочие моменты, но именно здесь, в колдовском лесу прОклятого королевства вся моя прошлая реальная жизнь показалась неожиданно милой, понятной, родной и…моей. Мысли о вечно неприбранной нашей с Кексом квартирке заставили сердце сжаться — неделя-другая, и мы бы с мопсом принялись убираться перед праздником. Каждый год сей подвиг не давал особых результатов, но важно-то не это, а суета вокруг дивана.

Вот бы сейчас посмотреть телевизор, лёжа в кровати, с чашкой какао, очередной кем-то подаренной коробкой конфет или шоколадкой, а главное — с хрипло дышащим другом под боком. Всего этого невозможно представить здесь, в сказочном мире, где король носит огромный, яркий бархатный берет с бубенчиками и превращается в огромную птицу.

Мысли вихрем пронеслись в голове, сердце застучало, как бешеное, ладони вспотели. Вновь хрустнули ветки за спиной и поднялся ветер! Настоящий ураган. Он сорвал с земли пожухлые листья, завертел их смерчем в воронку, и если бы я не схватила мопса — унёс бы его с собой!

Прижав Кекса к себе, побежала назад, к лагерю, но споткнулась и упала. Огромными глазами мы с псом смотрели на то, как в самом центре вспыхнуло что-то, чем-то похожее на огромный горящий бенгальский огонь, и вдруг…