Глава 17

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я, когда мне посчастливилось встретиться с Валианом за ужином.

— Тебе не стоит из-за этого переживать, — как всегда, он был сама любезность.

Возможно, следовало мягко подвести разговор к волнующему меня вопросу, но я была бы не я, не задай его в лоб.

— Почему король с королевой решили нас поженить?

— Ты неправильно поставила вопрос, — не растерялся Валиан.

— То есть?

— Они в принципе решили меня женить еще полгода назад, но ты первая, кто согласился. Я удовлетворил твое любопытство?

Если Валиан хотел, чтобы я почувствовала себя «особенной», то у него получилось.

— Нет. И кому еще предлагались твои рука и сердце? — с сарказмом уточнила я, так как до конца не верила, что Валиан говорит правду.

— Дай припомнить все неловкие чаепития, — горько усмехнулся он. — Леди Тори Бекстер, Хлоя Тантерс, и был кто-то еще... Секунду... Вспомнил — сестры Энджи и Надин Кистерс. Последние две присутствовали вместе, королева Синтия к тому моменту начала терять терпение.

Все три фамилии были мне хорошо знакомы. Лорда Бекстера посадили за взяточничество, Хлоя Тантерс приняла постриг в храме всех Богов, а Кистерс лишили титулов и отлучили от двора. Прав был отец, королевской семье не принято отказывать. Даже не знаю, что удивляло меня больше — цена, которую семьи заплатили, лишь бы не породнится с родом Кроу, или количество попыток женить Валиана.

— Валиан, я...

— Мы можем поужинать в тишине? — с раздражением перебил он.

Кажется, эта тема была ему глубоко неприятна, но я устала постоянно натыкаться на стену отчужденности, так старательно выстроенную вокруг лорда Кроу.

— Нет, — резко ответила я, — неужели ты не задумывался о том, чтобы завести семью?

— Возможно, через несколько лет. И вряд ли бы я остановился на тебе.

— Вряд ли бы кроме меня нашлись еще желающие!

Повисло молчание. Обмен «комплиментами» прошел успешно.

— Почему ты не хочешь дать нам шанс? — взвилась я, не в силах больше держать бурю эмоций внутри. — Валиан, я твой счастливый билет. Как ты этого не поймешь?!

— Ты вбила себе в голову всякие глупости и понятия не имеешь, с кем связала свою жизнь.

— Тогда расскажи мне все, а не игнорируй, словно я искусственное декоративное растение!

Незаметно мы оказались в столовой одни. Бенет и Хильда куда-то испарились. Тарелка Валиана треснула, так сильно в пылу ссоры он хотел распилить столовым ножом кусок мяса.

Я резко встала из-за стола и пошла к себе в комнату. Ужинать дальше не было ни сил, ни настроения. До этого момента мне казалось, что брак вынудит Валиана попытаться стать со мной семьей, и только сейчас я поняла, насколько ошибалась.

На следующий день Валиан отбыл по делам государства. О чем я узнала, конечно же, от Бенета. Впрочем, так даже лучше. Мне следовало остыть, а Валиану — подумать о нашем разговоре. Его чувства вины хватило на короткую записку со словами: «Прости за вчерашний вечер», написанную перед отъездом, что, по сути, было уже неплохо. Но мне требовалось нечто большее, чем признание его вины.

Я старалась отвлечься делами по дому. Мой план по набору нового персонала сработал. Вместе с Бенетом мы взяли несколько человек, и они благополучно приступили к своим обязанностям. Под чутким руководством старого дворецкого замок Кроу стал преображаться. Я же вносила в него новые краски, избавляясь от старых, проеденных молью штор и вытертых ковров. И первое, и второй Бенет отказывался выкидывать, аккуратно складируя «реликвии» в одной из многочисленных кладовых. Закралась у меня мысль, что старый пройдоха в тайне надеется в один прекрасный день вернуть весь хлам на свои места.

Открылись еще две гостиных и столовая, в которых я решила сделать косметический ремонт на свой вкус. Все так же в интерьере преобладали темные оттенки, но уже с яркими акцентами и с современным узором на обоях и тканях.

Не забыла я и о комнатах для слуг. Увидев, в каких условиях спят Марша, Миневра и Хильда, я испытала легкий шок. Кажется, там ничего не менялось с момента постройки замка!

В период больших перемен Бенет стал особенно ворчливым.

— Что вы так переживаете? — пыталась я подбодрить старика. — Это же не ваши кровные деньги.

— Да, леди Кроу, — уныло соглашался тот.

Мы вместе зашли в гостиную, из которой я решила сделать галерею.

— Леди Кроу, — лаконично начал Бенет, осматривая картины бывших владельцев замка, — возможно, стоит посоветоваться с лордом Кроу по поводу портретов.

— Зачем? Все они великие маги. Своими предками нужно гордиться. Когда у нас появятся дети, я хочу чтобы они чтили историю семьи.

— Вы правы, леди Кроу.

Бенет легко согласился. Слишком легко. Не было ворчания или хмуро сдвинутых вместе бровей. Я уже научилась отличать, когда он в корне не одобрял мои новшества.

— О Боги, Бенет! — воскликнула я, и старик вздрогнул. — Вам нравится идея с галереей!

Внезапная догадка заставила меня рассмеяться, и впервые за время пребывания в замке Кроу я увидела чью-то улыбку в ответ. Но радость быстро сменилась тоской. Вынуждена признать, замок Кроу плохо меня принимал. И вроде бы я имела все права и возможности хозяйки, но в сердце меня никто не пускал. Ни ледышка Валиан, ни слуги.

— Леди Кроу? — позвал меня Бенет, и я вернулась из своих мрачных мыслей.

— Мне нужно прогуляться.

Обычно местом для утешения служила оранжерея, но в этот раз я пошла к главному входу в замок. Роза прекрасно себя чувствовала и, получая ежедневный уход и заботу, радовала взгляд яркими цветами.

— Как мне покорить сердце Валиана? — шепотом попросила я совета у розы.

Она снова приникла к ладоням, пряча шипы. От нее веяло теплом и спокойствием. Роза знала только одно — заморозки, как и зной, нужно переждать.

— Я умру, ожидая от него любви, — грустно заметила я.

— Каждую осень кажется, что я умираю, но потом настает день, и тепло снова вселяет в меня жизнь.

Эти слова прозвучали словно шепот, который едва перекрывает шелест листвы на ветру. Широко распахнув глаза, я стояла рядом и боялась спугнуть наваждение. Еще никогда растения не общались со мной словами. Были образы, чувства, жажда, в конце концов, но не слова!

— Как ты это делаешь? — растерянно спросила я.

Ответа не последовало. Погладив нежные лепестки бутона, я отпустила цветок. Надеюсь, расскажет, когда будет готова. Улыбка расцвела на лице. Один обитатель замка Кроу все же мне открылся.

На третий день отсутствия Валиана я начала волноваться. Мысль о том, что он сбежал, была, безусловно, глупой, но не лишенной смысла. Меня порядком достало спрашивать о нем у слуг, и я сменила тактику. Просто ждала момента, когда светоч семьи Кроу вернется в родные пенаты.

После очередного вечера в одиночестве я коротала время в кровати за книгой. «Порочные желания» покоились в тумбочке до лучших времен, и сейчас все внимание было уделено толстому фолианту с заметками о путешествиях одного из предков Валиана. «Нет, все же какие горизонты и возможности открывает сильный дар и внушительное состояние», — мысленно восхищалась я. В семье Гарден давно не водилось ни первого, ни второго, так что внешний мир и опасные приключения были нам противопоказаны. Отец немного владел магией воды, потому и служил в администрации верфи. Дар мамы, который унаследовали мы с Лили, был прекрасен и мог прорастить семя жизни в самых плохих условиях, но против разбойников или диких животных, к сожалению, являлся бесполезным.

За дверью послышался шум. В столь поздний час это мог быть только Валиан. Я вскочила с кровати и замерла у двери. А что, собственно говоря, я ему скажу? Кинусь как болонка в ноги хозяина и буду прыгать от радости, что он вернулся? У моей гордости и так выдались тяжелые времена, не мешало бы дать ей небольшой отдых.

Я нашла компромисс. Сделаю вид, что иду в уборную. Увижу Валиана, скажу холодно «с возвращением» и с высоко поднятой головой удалюсь.

Я вышла в коридор и замерла. Валиан валялся на пороге своей комнаты. Я кинулась к нему и осторожно похлопала по щекам.

— Валиан! Приди в себя!

Он открыл глаза, но уже в следующую секунду зрачки закатились за веко, и он снова потерял сознание. Откинув полы черного плаща, я ахнула от открывшегося вида подпалин на одежде и обгоревшей плоти. Но даже не это поразило меня больше всего. Перчатки. Перчатки, которые он никогда не снимал, превратились в жалкие лоскуты и оголили руки.