Глава 23

Айна выждала несколько минут, пока любопытные успокоятся.

Любезно улыбнулась архиепископу Бертийскому, духовному главе церкви Фриталии. В центральном храме в Берте должно будет пройти её бракосочетание с принцем. И, кажется, Ингельм Бертийский лично собрался их венчать.

С облегчением вздохнув, что разговора на богословские темы удастся избежать, когда архиепископа отвлекли, Айна не спеша и с достоинством покинула зал. А, оказавшись в пустом коридоре, рванула по направлению к малому тронному залу что есть мочи.

— Лотер! — распахнула она двери, запыхавшись.

Стройная фигура герцога де Одилона застыла у окна каменным изваянием. Но на оклик девушки он повернулся к ней лицом.

— Лотер, пожалуйста, прости меня за эту ложь, — стремительно пересекла Айна зал и её пальцы сжали ладонь герцога. — Я должна была признаться сразу, но ты был так добр ко мне, и ставить тебя в неловкую ситуацию мне не хотелось.

— Нет, это вы простите меня, милая Айна, — прижал он к своим губам её руку, а потом вдруг упал на колени. — Мне так стыдно. Я был так предвзят, так надменен, так несправедлив.

— Пожалуйста, Лотер, — тянула его подняться Айна. — Мы оба друг в друге ошибались. Но я рада, что с этими недоразумениями, наконец, покончено.

— Нет, миледи, нет, — герцог упорно не хотел вставать с колен. — Вы ошибаетесь во мне намного сильнее. Я прошу простить меня за всё, что я сейчас скажу. Но я больше не могу молчать.

Он поднял вверх голову, и в его голубых глазах словно светлело небо.

— Я люблю вас, Айна де Лабранш, — девушка застыла, не зная, как реагировать на его признание, но он пока и не ждал ответа. — Люблю всем сердцем и всей душой. Искренне и беззаветно. И не прошу у вас ничего, только не выходите замуж за принца. Умоляю!

— Нет, нет, нет, Лотер, — всё же заставила она его подняться. — Лотер, нет! Я не могу отказаться от этой свадьбы.

— Из-за наследства? — тревожно сошлись его брови у переносицы. Но этот взгляд… Теперь Айна понимала, почему Лотер на неё так редко смотрел, ведь всё было написано в его глазах. Эта невыносимая тоска в них пробирала до костей.

— Да, и из-за наследства тоже.

— Тоже?! — он задрал голову к потолку. — Этого просто не может быть. Нет, нет, нет, пожалуйста!

— Что «нет», Лотер? — снова схватила его Айна за руку, и это была её ошибка.

— Он всё же добился своего, да? — прижал её к себе Лотер девушку. И это были очень крепкие объятия. Айна чувствовала, как от частого дыхания вздымается его грудь. И его тёплую руку, скользящую по её голой спине. — Вы любите его?

— Я, — Айна изо всей силы упёрлась руками в его грудь, девушке казалось, что от её близости он теряет контроль. — Я не знаю, Лотер! Не знаю! Пожалуйста, отпусти.

— Нет, — его руки сжались ещё сильнее. — Ты должна это знать. Сольвино нужны только твои деньги. Он их получит и избавится от тебя. Со мной или без меня, но он сделает это.

— Пусти, Лотер! — рявкнула Айна, и тот, наконец, разжал объятия.

— Прости, прости, — поднял де Одилон руки, они заметно тряслись.

— Мои деньги нужны этой стране, — гневно вскинула подбородок Айна. — И он использует их на благие цели.

— Боже, как ты ошибаешься, — в отчаянии взъерошив свои светлые волосы, герцог отвернулся. Его шагов, что Лотер делал по ковру, было совсем неслышно. Он метался, словно не зная, что ему делать.

— Так расскажи мне правду, — было больно смотреть на его мучения.

— Ему не нужен трон. И власть. И эта страна, — развёл руки в стороны Лотер, а потом они безвольно упали вдоль тела. — Уверен, он даже рад, что после смерти короля все заботы лягут на плечи его матери. Он привык жить в своё удовольствие и просто иметь всё, что он хочет. И твоим деньгам он найдёт применение в своих интересах. И тебе сильно повезёт, если он просто отправит тебя в Женский замок. Но ты ведь отчаянная, ты ведь будешь бороться, а потому участь твоя изначально предрешена.

— Неправда, — потрясённо качала головой Айна. — Скажи, что всё это неправда. Ты ведь просил меня тебе не верить. И я не верю тебе, Лотер!

— Неправда всё, что было до этого. Я должен был очаровать тебя, а затем тобой овладеть. Таков был первоначальный план твоего Сольвино. И как бы ты ни каялась потом, придворный лекарь подтвердил бы, что договор нарушен. Твои деньги отошли бы оскорблённому жениху.

— Но Сольвино передумал? — пыталась Айна поймать взгляд Лотера, но герцог снова смотрел куда угодно, только не ей в глаза.

— Да, ты так беззаветно летела в расставленные им сети, как бабочка на огонь, что Соль передумал. Он решил жениться. Не знаю, как, но ты очаровала даже простой люд, не говоря уже о вельможах, — Одилон посмотрел на Айну отчаянно, упрямо. — Хотя, о чём я говорю, я ведь и сам очарован. И влюблён. В твою искренность, в непосредственность, в чистоту и наивность. Безнадёжно влюблён.

— Не безнадёжно, Лотер, — не сводила с него глаз Айна. — Только ты ведь, в отличие от принца, не передумал?

— Я никогда не передумаю за тебя бороться, — он сделал к ней шаг и прикоснулся к её волосам на виске. Нежно, трепетно провёл вниз пальцами по её лицу. — Если ты дашь мне время, если дашь мне надежду, если поверишь, то станешь моей королевой. Меня, а не Генриетту поддержит Астария. А с пустой казной ей не удержать трон. И если ты доверишься мне, я сохраню твои земли, и буду любить тебя и заботиться о тебе до конца своих дней.

Одна рука Лотера скользнула Айне под волосы, запрокинув голову девушки, другой он бережно прижал её к себе. И его губы, сухие и требовательные, жадно накрыли её рот. Не давая ей опомниться, не давая прийти в себя, герцог де Одилон целовал девушку. И Айна закрыла глаза, подчиняясь его ласкам.

— Браво! — прозвучал голос Сольвино. В пустом зале отчётливо зазвучали его громкие аплодисменты. Айна резко отстранилась, но герцог её не отпустил. — Браво, Одилон! Браво, моя дорогая!

— Она — не твоя собственность, Соль, — крепко держал девушку Лотер, хотя, если бы он её отпустил, может быть, ей не было бы так неловко.

— Нет, Лотер, лишь невеста, которую я оставил одну всего на несколько минут, — Сольвино медленно, но уверенно пошёл навстречу герцогу. И в этот момент Айна с удивлением увидела топчущегося за его спиной архиепископа.

— Это — честное состязание, Соль, — наконец, отпустил Айну де Одилон.

— Нет, Лотер, — остановился принц в нескольких шагах от них. — Потому, что я уже выиграл. Дорогая, не знаю, что там тебе наговорил этот сердцеед, но ему от всех девушек нужно только одно. Я понимаю, как трудно тебе было устоять. Но обещаю, я сделаю вид, что этого не видел, — принц протянул руки в приглашающем жесте. — Иди ко мне.

Айна замерла в нерешительности, не понимая, кому из них верить, не понимая, что ей вообще сейчас делать.

— Милая, это было всего лишь пари. Если хочешь, я даже отдам ему выигрыш, — небрежным жестом Сольвино сорвал с пояса кошелёк и кинул герцогу. — Держи, друг!

И рука Сольвино уже сомкнулась на запястье Айны, когда из упавшего кошелька по ковру, поблёскивая, раскатились монеты.

— Я решил немного ускорить события, — наклонился принц к самому уху девушки. И его такое знакомое дыхание, такое привычное тепло, отозвались в её сердце нежностью, несмотря на все обвинения, произнесённые в адрес принца Лотером. — Нас обвенчают прямо здесь и сейчас.

— Как обвенчают? — очнулась девушка.

— По всем канонам, конечно. Уверяю тебя, у архиепископа Бертийского есть на это все полномочия, — Сольвино обернулся за спину. — А герцог де Одилон будет нашим свидетелем, раз уж так удачно здесь оказался.

— Нет, Соль, нет, — вырвала Айна свою руку. — Я не согласна!

— Она не согласна, Соль, — довольно засмеялся де Одилон.

— Я не согласна так. Не согласна сейчас, — переводила Айна взгляд с одного на другого. — И здесь я тоже не хочу.

— Главное, что против моей кандидатуры она не возражает, Лотер, — усмехнулся принц, повернувшись к герцогу.

— Не факт, — усмехнулся в ответ Одилон, словно Айны здесь и не было.

И они, наверное, и дальше бы перепирались, только решительной походкой в тронный зал вошёл Тьер де Риз.

— Господа, вынужден вас огорчить, но девушка идёт со мной, — и он тоже схватил Айну за руку и поволок как тряпичную куклу под озадаченно вытянутые лица присутствующих. Он обернулся, но не замедлил шаг: — И идёт быстро, миледи!

Повинуясь его воле, Айна послушно переставляла ноги, чтобы не растянуться на полу. Она и возразить-то не успела.

— Чёрт, поздно, — де Риз так неожиданно остановился, что Айна врезалась в него, но он тут же поменял направление, и увлёк её в сторону окна.

Со всех сторон слышался топот, но громче всех в этом гуле выделялась чеканная поступь королевы. Она и вошла в этот зал первой, а потом через обе двери, словно муравьи, стала сбегаться стража, заполняя всё окружающее пространство.

Архиепископа прижали к стене. Принц с Одилоном тоже оказались в плотном окружении. И только Айна, инстинктивно понимая, что вся эта вооружённая охрана по её душу, спряталась за широкую спину герцога де Риза.

Вернее, Тьер сам её туда оттеснил. И стоял сейчас один против всех этих вооружённых людей.

— Анна де Лабранш, — зычным голосом произнесла королева, смерив презрительным взглядом герцога де Риза. — Вы обвиняетесь в распутстве и богомерзких деяниях, и по приказу короля будете отправлены в Даунтар до выяснения. Стража!

— Нет! — кинулся Сольвино, но его тут же схватили.

— Айна! — та же участь постигла и Лотера. И хоть он сумел скинуть с себя нескольких гвардейцев, его всё равно скрутили.

— Не вмешивайтесь, господа! — строго глянула в сторону сына Генриетта.

— В тюрьму?! — воскликнула Айна помимо своей воли, выходя из-за спины де Риза, ничего не понимая.

Она прижала руки к груди, чувствуя, что ей не хватает воздуха. И вдруг грозный взгляд королевы наткнулся на кровавое кольцо, подаренное Айне послом.

— Стража! — повторила свой приказ королева, и во взгляде, которым она снова смерила девушку, появилось что-то новое. Удивление? Страх?

Думать об этом было некогда — стражники кинулись к девушке, де Риз сделал шаг назад, увлекая Айну за собой. Но одной его поднятой руки хватило, чтобы вооружённые до зубов люди остановились.

— Отойдите, де Риз, — приказала королева. — Вас это точно не касается.

— Меня всегда и всё касается, Генриетта, — ответил Тьер.

Одним точным движением он привлёк Айну к себе.

— Посмотри на меня, — спокойно и властно прозвучал его голос.

— Нет! — пыталась вырваться девушка.

— Верь мне, — стиснув её железной хваткой, Тьер всё же заставил посмотреть Айну в свои глаза. Ей ничего не оставалось, как подчиниться.

Внутри его обычно зелёных глаз словно разгорался огонь, метались языки пламени, плясали огненные всполохи. Айну сковал ужас — всю свою жизнь она помнила эти глаза. И девушка уже не могла ни отвернуться, ни осознать, что происходит.

— Ничего не бойся, — донёсся до её сознания голос де Риза.

А потом Айна услышала звон разбитого стекла и крики. Но страх ожидания неминуемого падения заглушил все звуки. Ветер уже подхватил её волосы, но крепкие руки держали надёжно. Вместо падения вниз она вдруг полетела вверх. И хлопанье крыльев — стало последним, что Айна запомнила.