Глава 22

Порядок проведения торжественной церемонии предполагал, что принц войдёт в парадный зал под руку со своей невестой. И Айна рассчитывала перехватить Сольвино перед началом, чтобы поговорить. Чтобы у него было в запасе немного времени принять решение.

В небольшом будуаре — роскошно убранной комнате, предназначенной для гостей, Айна ждала принца, то и дело подходила к зеркалу — то поправить платье, то убедиться, что волосы лежат, как надо.

Сольвино оценил по достоинству её наряд божественной улыбкой прямо с порога. И остался исключительно доволен увиденным — и обнажённой шеей, и глубоким декольте.

— Моя дорогая, — протянул принц руки к талии девушки, пока Айна собиралась с духом. Не помог ей даже добрый глоток калона. Она нервничала, хотя по-прежнему была полна решимости. — Ты великолепна.

— Ваше Высочество, — выдохнула она, когда его ладони заскользили по ткани, привлекая девушку к себе. — Я знаю, что вы уже приняли решение и даже его озвучили, но… — она тревожно замерла, ощутив его холодную ладонь на голой спине.

И принц тоже замер, но с радостным удивлением на лице.

— Помолчи, — наклонился он поцеловать её плечо.

Но Айна скорее расценила это сигналом к действию, чем к бездействию. Она подхватила одной рукой свои волосы, обнажая плечо, к которому он уже приник губами.

— Я хочу, чтобы вы это видели, — спокойно сказала Айна.

Принц остановился, смотрел на неё внимательно пару секунд, а потом отпустил. И пока звучали те несколько шагов, ведущие за спину, Айна закрыла глаза.

Казалось, в звенящей тишине прошла вечность между двумя ударами сердца. Айна вздрогнула, когда холодные пальцы Сольвино нежно прикоснулись к её склонённой шее и заскользили вниз, считая позвонки.

— Твоё тело безупречно, — прикоснулся он губами к тому же плечу, а потом горячо зашептал в ухо. — Спасибо, что ты доверилась мне. Тебе нечего стесняться.

— Простите Ваше Высочество, — открыл дверь камердинер. — Пора.

— Да, мы идём, — едва удостоил его Сольвино взглядом, и ещё один поцелуй влажным следом лёг на обнажённую шею Айны, пока сердце её билось испуганной птицей, и наполнялось теплотой и благодарностью.

Принц помог своей избраннице расправить волосы. Густым длинным покровом они скрыли голую спину. И Айна с облегчением вздохнула — пусть она не успела признаться в потере кольца, но самое страшное для себя признание — сделала.

— Дорогая, я рядом, — протянул Сольвино руку, и, крепко стиснув ладонь Айны, под крики глашатая повёл девушку в зал.

Почтительными поклонами они поприветствовали короля с королевой. Король был спокоен, равнодушен и даже расслаблен. Он вежливо кивнул. А королева хоть вся и светилась радостью и самодовольством, снизошла лишь до мимолётного взгляда в их сторону.

Сегодня, кроме помолвки принца с герцогиней де Лабранш, будет объявлено и решение короля возложить на голову своей жены корону, будет зачитан и его указ о новом порядке передачи власти. И королева уже чувствовала себя победительницей.

Король махнул рукой, разрешая принцу высказаться. И пока Сольвино произносил проникновенную речь о своём будущем браке и представлял невесту, Айна увидела Лотера, и тот был напряжён, как никогда.

Среди многолюдной толпы взгляд выхватил и Тьера де Риза. Возле герцога, как ни странно, стояла не Лорина де Одилон, а леди Грэсия, разговором с которой де Риз был увлечён больше, чем происходящим действом.

Под громкие аплодисменты, которыми закончился монолог Сольвино, гости потянулись высказать почтение королю, а затем и избраннице принца. И одним из первых к руке Айны склонился мессир Хьюго.

Несколько приятных слов и тёплая улыбка посла Гиацинтарии ободрили девушку. Она ощущала себя голой и в этом откровенном платье и, особенно чувствуя, как беззащитно обнажены её шрамы. Только принц, стоящий чуть позади Айны, словно прикрывая собой её спину, придавал ей уверенности. Но слышать похвалу и неподдельное восхищение этого кучерявого бородатого дядьки ей было особенно приятно, ведь больше в этом зале она никого не знала.

— Посол Астарии, — прошептал на ухо Сольвино.

— Как здоровье Её Величества? — поинтересовался король у бледного, словно посыпанного мукой, астарца. — Я слышал, Мартина подхватила лихорадку?

— К счастью, это было лишь лёгкое недомогание, — склонился в поклоне посол.

— Ах, да, о чём это я? Она же, как вечная стужа — вечно больна, — засмеялся довольный своей шуткой Эдгард Пятый, повернувшись к жене, и снова обратился к представителю другой державы. — Передайте Её Величеству, что я буду рад её видеть. Конечно, как только она поправится.

Его раскатистый смех ещё звучал, когда белёсый, как мотылёк, посол склонился к руке Айны. А когда посол удалился вместе с Лотером, его место занял посол Урсии.

— Миледи, Его Высочество сделать хороший выбор. Из его уст это прозвучало с мягким акцентом, как «милеТи» и «кАЛОши выбоЛ».

— Вы очень добры, господин посол, — ответила ему Айна на урском, и его раскосые глаза удивлённо заморгали.

— Благородная женщина говорит на языке Страны Круглых Голов? — перешёл на родной язык и посол. Именно так переводилось название УрСиЯ, где «круглые головы» (УрСи) означало «мудрецы».

— Совсем немного, — улыбнулась Айна.

— Моя царица быть в восхищении узнать насколько образована избранница Его Высочества, — перешёл посол на фритальский и, раскланявшись, уступил место следующему гостю.

— Его Высочество и сам быть в восхищении, — прошептал Айне Сольвино, передразнивая посла, когда очередной желающий поцеловать её руку удалился. И Айне было приятно, что наконец-то принц оценил в ней что-то помимо её «прелестей».

Может быть, девушке только показалось, но во всём том почтении, высказанном ей — всего лишь дочери южного герцога — читалось, что на неё возлагают надежды и члены совета короля, и представители сторонних держав. Хотя, ввиду своей неопытности, она ещё так плохо отличала лесть от почтения, что боялась даже думать об этом, чтобы не ошибиться.

Когда торжественная часть, посвящённая помолвке, была, наконец, закончена, заиграла музыка. И Сольвино пригласил Айну на танец.

Весёлый подвижный танец предусматривал смену кавалеров, и Айне повезло почувствовать в своей ладони и сильную руку Лотера, и даже горячие пальцы де Риза обняли её почти ласково. Видимо, предстоящее оглашение воли короля действовало на них так странно: Лотер хоть и не поскупился на комплименты, но большую часть танца просто молчал, играя желваками, а де Риз и вообще не произнёс ни единого лишнего слова. Ни шуточек, ни издёвок, ни даже насмешливого взгляда. Дежурная фраза: «Вы, как всегда, великолепны. Вам очень к лицу это платье», — вот и всё, чего Айна удостоилась от герцога.

«Ой, да не очень-то и хотелось, — хмыкнула мысленно Айна, когда безразличного де Риза сменил следующий кавалер. Почему-то было обидно, что герцог так равнодушен. — Хотя, может, он, наконец, от меня отстанет».

А ещё девушка радовалась, что всем окружающим было плевать, что скрывают её распущенные волосы.

«С чего я решила, что все начнут показывать на меня пальцами? — следила она взглядом за Лотером. С другими девушками он показался ей более улыбчивым. — Определённо, мне пора избавляться от этой мании величия».

Танец закончился. Сольвино, следящий за Айной, как коршун за добычей, тут же отвёл её в сторонку.

— Ты не поверишь, я ревную, — шепнул ей на ухо принц. — Все эти чужие руки, что прикасаются к тебе, меня исключительно нервируют.

— Ваше Высочество, — улыбнулась девушка. — Вы же сами просили откровенное платье.

— Я погорячился, — он выдохнул девушке в шею, а затем с тихим, но таким красноречивым стоном вдохнул запах её кожи. — Теперь я понимаю, ты слишком хороша в нём. Не желаю, чтобы кто-то, кроме меня, на тебя даже смотрел.

Айна хотела ответить, что она даже не возражает, но со своего трона поднялся король, и все замолчали.

— Я благодарю всех, кто явился выразить почтение моему сыну и его избраннице. Надеюсь, они не передумают до свадьбы, — усмехнулся Эдгард Пятый. — Молодёжь нынче так непостоянна.

Несмотря на свой назидательный тон, короткая речь короля вызвала в притихшем зале даже улыбки.

— У меня тоже есть, что сказать всем собравшимся, своим подданным и представителям дружественных держав, — он махнул рукой канцлеру, тот выступил на первый план, и пока разворачивал бумагу, король снова занял своё место на троне.

— Его Величество король Фриталии, — начал зачитывать документ этот серьёзный лысеющий дядька, но Айна отвлеклась, наконец-то увидев в зале Лорину. Она осторожно протиснулась между присутствующими к Лотеру. Герцог де Одилон выслушал её, склонив голову. Айна даже обрадовалась, когда он улыбнулся.

Зал не взорвался аплодисментами по окончании чтения документа, скорее наоборот, все испуганно, в недоумении притихли. И в этой гробовой тишине поднялась со своего места Генриетта.

— Это большая честь и ответственность… — сверкала она белоснежными зубами, и улыбка её была скорее похожа на звериный оскал, ведь королева растягивала только губы, глаза её оставались злыми и холодными.

Лорина брезгливо передёрнула худенькими плечами. И первый раз Айна увидела, как дружески, ободряюще обнял её брат, словно у них что-то получилось.

Суть речи королевы была понятна и без всего её многословия и витиеватостей: Генриетта благодарна королю за оказанную милость. И для всех, судя по всему, известие о её коронации не стало новостью. А вот озадаченно нахмурить лбы присутствующих заставил указ короля о том, что корона теперь будет передаваться не старшему сыну, как это шло испокон веков, а после смерти короля власть переходит к его вдове.

Сольвино старался не подавать вида, но, кажется, был крайне огорчён. Словно он до последнего надеялся на другое решение отца. Жаль, что с Айной он ничем не делился, кроме своих самых откровенных планов на тело девушки. Ей оставалось только догадываться о его чувствах. И она ничего не понимала.

Эдгард Пятый разрешил всем праздновать и веселиться, а сам удалился, прихватив с собой жену, смерившую Айну ненавидящим взглядом. И это девушку совершенно обескуражило.

Сольвино извинился перед своей невестой и покинул её, когда слуги распахнули двери в помещение с накрытыми столами. И Айна решила использовать эту возможность, чтобы поговорить с Лотером, но, к сожалению, в зале его не увидела.

К неожиданно оставшейся в одиночестве девушке подошёл гиацинтарский посол.

— Мне показалось Его Высочество раздосадован решением короля? — улыбнулся он мягко.

— К моему большому сожалению, я пока не сильно понимаю эмоции моего будущего супруга, — честно призналась Айна, перейдя на гиацинтарский. — А уж сделать правильные выводы из озвученного решения короля и, тем более, не могу. Как вы считаете, мессир Хьюго, создаст ли это сложности в отношениях между нашими странами?

Айна сцепила кисти в замок, проверяя кольцо. Следить за этим дорогим украшением теперь вошло у неё в привычку.

— Когда-то именно Гиацинтария невольно сыграла решающую роль в том, что на престол взошёл Эдгард Пятый, — не стал уклоняться от ответа посол. — Когда-то мы были сильной и независимой державой, но звёзды переменчивы. Теперь путеводной звездой для Фриталии сияет Астария. Их королева умна и сильна. Царица Урсии тоже женщина. И решение Эдгарда Пятого вполне вписывается в современные направления — отдать власть в руки прекрасной половине человечества.

Он вздохнул, опустил голову, тоже сцепил кисти в замок, и Айна увидела в его руках бархатный мешочек.

— Женщины у власти, как правило, мудры и дальновидны, — поддержала его речь Айна.

— Вы правы, Ваше Сиятельство, — поднял взгляд своих чёрных глаз посол, пряча улыбку в курчавую бороду. — Хотя мне известны и другие случаи. Но, увы, в роду Контаров нет даже женщин. Король пошёл на уступки своей жене. Её коронация означает признание законности наследника. Но документ передачи власти королеве вызывает много вопросов. Думаю, на отношения между Фриталией и Гиацинтарией он никак не повлияет. А вот лично вам в браке с Его Высочеством это даёт неплохие перспективы. Поэтому мне странно, что Его Высочество так расстроен.

— Какое же это даёт преимущество лично мне? — удивилась Айна.

— Простите мне подобное предположение, оно немного цинично. Но лично вам, как жене будущего короля, после его смерти тоже достанется трон.

Айна вспомнила, как при первом знакомстве стращал её король, что выгонит взашей, если она не родит наследника. Теперь выходит, что это неважно. И хотя она была крайне озадачена полученной информацией, посол слишком уж забегал вперёд.

Айна, совершенно сбитая с толку, упустила тот момент, когда к ним подошёл Лотер.

— Ваше Превосходительство, — поклонился он послу. И судя по взгляду, брошенному на Айну, де Одилон слышал их разговор, а может часть его, но этого Лотеру хватило, чтобы понять, что на гиацинтарском девушка говорит гораздо лучше, чем он успел её обучить.

— Ваше Сиятельство, — отвесил ему поклон мессир Хьюго. — Как поживает ваша гончая? Мне помнится, она повредила ногу.

— Спасибо, мессир Хьюго, собака поправилась. И мы вместе с ней и моим отцом будем рады, если вы почтите нас своим приездом ещё раз.

— Непременно, мой друг. Я подошёл засвидетельствовать моё уважение миледи Айне и вручить скромный подарок от короля Гиацинтарии в знак личного расположения и нашей дружбы, если миледи позволит мне называть её своим другом.

— Да, мессир Хьюго, бесспорно, — улыбнулась ему Айна, боясь взглянуть на Одилона. — Возможно, без вашей заботы я и вовсе не смогла бы добраться до дворца. Вы помните, тот шторм? Меня же чуть не смыло за борт.

— О, вы очень добры, преувеличивая мои скромные заслуги. Я всего лишь оказался в нужное время в нужном месте, — поклонился посол и протянул Айне бархатный мешочек. — Прошу вас, миледи.

— Мессир Хьюго, исключительное преимущество вашего короля в том, что он обладает редким даром правильно выбирать приближённых, — рассыпался в любезностях Лотер, пока Айна открывала подарок. — А его советники умеют делать правильные выводы в отношении едва засиявших на небосклоне звёздочек.

— Возможно, мой друг, возможно, — скромно склонил голову мессир Хьюго, а Айна достала кольцо с необычным тёмно-красным камнем.

— Пожалуйста, передайте мою искреннюю благодарность вашему королю, — с восхищением надела на палец Айна украшение, похожее на огромную каплю крови.

— Конечно, миледи, — снова склонился в поклоне посол. — Как мне ни приятно проводить с вами время, но не буду им злоупотреблять. Ваше Сиятельство!

И едва он развернулся спиной, раскланявшись с Лотером, как Айна схватила герцога за руку.

— Лотер, пожалуйста, выслушай меня!

— Как ты могла, — сокрушённо покачал он головой, и такая боль была в его глазах.

— Пожалуйста, позволь мне сказать! — почти выкрикнула она, и заметила, что люди стали оглядываться.

Да, бегать за обиженным Лотером на глазах у стольких людей — было не лучшей идеей. И Лотер тоже правильно оценил ситуацию.

— В малом тронном зале, — шепнул он. — Сейчас.

И решительно пересёк зал в направлении выхода.