Глава 9

Глава 9

Затем я проснулась. Распахнула глаза, уставившись в потолок со знакомыми трещинами, разбежавшимися еще после первого ночного землетрясения, и на все тот же полупрозрачный балдахин, свисавший над моей кроватью. Потом повернула голову и стала смотреть, как пробираются солнечные лучи сквозь прорехи в темно-синих шторах.

Окна были распахнуты, и тяжелую ткань занавесей колыхал легкий ветерок.

Я понятия не имела, сколько проспала. Несколько часов? День? Два?

Потянулась сладко. Кажется, в кровати я валялась очень и очень давно. Наверное, целые сутки, потому что в голову полезли воспоминания о том, что ночью нас снова трясло. Кровать и стены шатались, но я так и не смогла окончательно проснуться, заблудившись в мире грез.

Вот и старина Ингор, немного пошалив, снова успокоился, погрузившись в глубокий сон.

Зато сейчас я пришла в себя окончательно — пусть немного разбитая, да и резерв восстановился еще не до конца, но вполне бодрая и уже без магической метки.

Сразу же полезла ее проверять!.. Приподняла рукав сорочки и уставилась на свое плечо.

Хотела убедиться в том, что мне все это не приснилось. Ни Третье Испытание, ни Сестры Трехликой, пытавшиеся меня убить, ни то, как я шла за ними по пятам. Охотилась уже на них, после чего пыталась избраться от магической метки. Но она не поддавалась так долго, пока Хакан что-то не сделал…

И все, все закончилось!

Убедилась — пусть волдыри еще не сошли, но вместо грифонов и орла с ключом я увидела чистый участок заживающей кожи. И никакой больше отметины Трехликой, да и Сестры Богини тоже не почтили меня своим появлением с утра пораньше.

Вместо них пришли мои служанки. Поздоровавшись, доложили, что сейчас около десяти часов утра. Принесли домашнее платье, заявив, что все-таки разобрали саквояжи графа Легера. Быть может, я соглашусь надеть подарок, он как раз подходит к случаю?..

И я, помявшись, все-таки кивнула. Ну что же, раз Камилла Легер не возражает, почему бы и нет!

Затем попросила принести мне завтрак. Нет, отправляться в Розовый Зал Центрального Корпуса для совместного времяпрепровождения с оставшимися участницами у меня не было ни сил, ни желания, но есть хотелось до невозможности. Последний раз съестное я видела вчера, поэтому накинулась на еду, как голодный лев на добычу. Съела пшеничную кашу с фруктами, запив все кофе с молоком, слушая рассказы служанок о том, что произошло, пока я спала, потому что половина вчерашнего дня и эта ночь выпали из моей жизни.

Правда, ничего особенного не произошло. Только то, что вчера меня принес сам Хакан Ассалин, который, уложив меня в кровать, выразил королевское недоумение тем фактом, что я живу на Четвертом Уровне, а не на Первом, как остальные его избранницы.

— Чем же плох Четвертый Уровень? — пожала я плечами, решив, что свежевыпеченная булочка с джемом — настоящее произведение пекарского искусства.

И мне обязательно нужно съесть еще одну.

Впрочем, это был риторический вопрос, на который служанки не знали ответа. Знали лишь то, что леди Вайолет — она тоже присутствовала — принялась оправдываться перед королем, после чего он распорядился оставить меня на ночь здесь, чтобы я проснулась в знакомой кровати.

Но по полудню мне грозит переезд на верхнюю террасу.

— Это мы еще посмотрим! — отозвалась я, прикончив вторую булочку.

Улыбнулась счастливо, подумав, что нет ничего лучшего, чем завтракать в постели, когда в комнате полно букетов, перевязанных лентами в цвета королевского флага — наверное, чтобы у меня не было сомнения в личности дарителя! И цветы пахнут до одури сладко, а сквозь раздвинутые служанками шторы светит яркое солнце и зеленеет листва в саду. Вулкан не спешит извергаться, и никто, никто больше меня не убивает!..

— Что же было дальше? — спросила я у служанок.

С их слов выходило, что дальше ничего особенного и не было.

Король ушел, наказав сообщать о моем состоянии, хотя перед этим сам же заявил, что я просплю до самого утра. К моим дверям приставили стражу — она до сих пор там! — а еще король наказал передать мне, что, когда я проснусь, он сразу же меня навестит.

Но, судя по всему, планы у его величества изменились. Утром он спешно отбыл в столицу, но успел прислать мне новые подарки и записку.

На это я украдкой вздохнула.

Потому что подарков к этому времени у меня скопилась целая гора, но я с радостью бы променяла их на нашу встречу. Мне очень хотелось, чтобы король пришел меня навестить и рассказал, что именно произошло на Третьем Испытании. Почему на моей руке больше нет магической метки — удалось ли мне избавиться от нее самой, или это он ее погасил, чтобы я себя не прикончила?

И к чему эти его слова, что Отбор для меня продолжается, если на моей руке больше нет метки? Ведь, получается, для меня уже все закончено?

К тому же мне очень хотелось узнать, послышались ли мне его слова, когда он назвал меня своей… Своей любовью. Вместо этого Хакан Ассалин слал мне бриллиантовые гребни в комплекте с колье и алое платье.

К нему шла записка. Король надеялся, что оно будет к лицу его огненной ведьме.

Так и написал!

На это я выдохнула растерянно, а сердце забилось быстро-быстро.

Еще он прислал мне чертежи Адда-Адалина, которые заняли мое внимание куда дольше, чем платье. Естественно, после того, как я прочла его записку.

«Эйвери, — писал мне Хакан, — я собирался навестить тебя перед отъездом в столицу, но ты еще спала».

— Ну конечно же! — пробормотала я. — Сам усыпил, а потом удивляется!

«Поэтому мы увидимся с тобой в полдень. Я постараюсь закончить свои дела как можно скорее и вернуться в летний дворец. Затем я буду полностью в твоем распоряжении. Ты сможешь выбрать любое место, куда мы отправимся, чтобы провести вместе время до вечера. Пока же, чтобы тебя занять, я шлю тебе чертежи нового водопровода. Надеюсь, Адда-Адалин отвлечет тебя от поисков приключений».

Я вздохнула украдкой. Ничего не могло отвлечь меня от поисков приключений, потому что они сами меня находили!..

Затем вернулась к записке.

«И вот еще, Эйвери, я серьезно озабочен тем, что узнал от твоего отца, и внимательно слежу за ходом начатого вчера вечером расследования. До его окончания Сильвер Маллет отстранен от должности префекта. Мне жаль, что я не узнал об этом раньше, иначе не позволил бы ему проводить Третье Испытание».

Затем шла размашистая подпись — Хакан Ассалин, король Трирейна.

Внизу был постскриптум:

«Помни о тех, кому ты дорога, и постарайся удержаться от глупостей. По крайней мере, до моего возвращения».

Отложив его письмо в сторону, я задумалась.

До этого во всем мире мое существование интересовало только одного человека. Дядю Бертрана, который, наверное, сейчас места себе не находит… Я не только не вернулась домой со вчерашним рейсом «Медузы», но не приехала и сегодня. И мне нужно было обязательно послать ему весточку, хотя я еще не понимала, как надолго все затянется.

Теперь же выходило, что дорога я не только ему. Граф Легер старательно набивался мне в отцы, а еще у меня появились сестры… Нет, не те, которые носили белые балахоны и смотрели на всех с высокомерием на выкрашенных белилами лицах, а те, в которых тоже текла кровь Легеров.

Но самое главное — был король Трирейна Хакан Ассалин, с которым меня не должно было ничего связывать. Вместо этого я настолько запуталась в его паутине, что так просто из нее и не выбраться.

Но как же мне быть? И почему я все еще на Отборе, если моя метка погасла еще вчера? А еще это письмо, цветы, платье, ткани и драгоценности… И даже чертежи Адда-Адалина — все, чтобы меня порадовать и чтобы я снова не ввязалась в какие-то приключения!..

По крайней мере, до его возвращения.

Осторожно спросила у служанок, но они и знать ничего не знали. Сказали только, что никаких особых распоряжений не поступало, так что Отбор, по-видимому, продолжается.

Зато, наверное, обо всем знали мои сестры, которые ворвались в мою спальню, стоило служанкам унести поднос с тарелками, а мне отложить в сторону чертежи водопровода. Заявили, что охрана у дверей — надо же, здесь никого больше не охраняют, а у моих покоев стоят двое здоровяков! — попыталась их не пропустить.

Но они все равно прорвались. Потому что мы — родня!

Порывистая Анаис тут же бросилась мне на шею, и я, все еще чувствуя себя довольно неловко, ее обняла.

Камилла мялась возле двери. Смущалась.

— Присаживайся, — сказала ей, когда младшая из Легеров разжала руки. Указала на стул рядом с кроватью, потому что Камилла все еще не решалась подойти. — Расскажите мне, что происходит во дворце. Кажется, я проспала все на свете.

Анаис, плюхнувшись рядом со мной на кровать, вместо ответа с многозначительным видом выловила откуда-то из пышного подола небольшую коробочку, перевязанную красной лентой. Подмигнув, развязала и откинула крышку.

Внутри оказались шоколадные конфеты.

— Сначала нужно проверить!.. — начала я, но с руки Камиллы уже сорвалось заклинание.

Магическое поле над конфетами не изменилось — отравы внутри не было.

— Собираюсь выучиться на Высшего Мага, — пояснила она в ответ на мой взгляд, — а потом стать префектом Коррины. Эта должность должна вернуться в нашу семью.

На это я покивала — похвальное желание! Только вот, боюсь, Сильверу Маллету оно не придется по душе.

— Мне, признаться, это и в голову не приходило, — беспечно отозвалась Анаис, потянувшись за первой конфетой. — То, что внутри может быть яд.

— Ты слишком наивная, Ани! — заявила ей Камилла, опять же, озвучив мои мысли. — Пора уже повзрослеть.

На это младшая сестра пожала плечами. Судя по ее виду, взрослеть она нисколько не собиралась.

— Да, не хотелось бы провести весь день в лазарете, а потом уехать домой, как Лиза, Сабрина и Этель, — произнесла она.

На это я буркнула:

— Хорошо, если в лазарете, а не отправиться прямиком на кладбище! — и Камилла понимающе кивнула.

Анаис, пожав точеными плечами под тонкими шифоновыми рукавами — ее метка едва тлела, — добавила:

— А еще домой уехали Барбара и Истер. Они тоже провалили Третье Испытание.

— Значит, после меня все продолжилось…

— Продолжилось, — встряла в разговор Камилла, — но уже без короля, который куда-то тебя унес. И еще без Маллета и Сестер Трехликой — те тоже почему-то пропали. Испытание проводил магистр Раккис с двумя своими магами.

— На Отборе сейчас осталось шестеро, — подхватила Анаис. — Трое нас, Легеров, — оказалось, меня тоже причислили к «нам». — Конечно же, Нэнси Блейз, куда без нее? И еще Кайла Найроми и Мартина Темер.

— Одна из близняшек, — пояснила Камилла. — Она тоже прошла. Правда, рыдает все время. Говорит, что за восемнадцать лет она ни разу не разлучалась с сестрой и что ей очень хочется домой.

— На это Нэнси ей сказала, — снова встряла в разговор Анаис, — что очень скоро мы все туда поедем. Ну, домой… Возможно, даже сегодня вечером. Потому что Отбор уже закончился и все это всего лишь декорации.

— Какие еще декорации? — удивилась я. — И когда успел закончиться Отбор, если он продолжается?

— Он закончился еще вчера, — отозвалась Камилла, уставившись на меня ясным взглядом серых глаз. — И победила в нем ты.

— Это со слов Нэнси, — снова встряла Анаис, — но остальные так не считают. А мы с Ками даже и не знаем, что думать.

На это я решила, что этот их визит как раз и вызван тем, что они не знают, что и думать. Поэтому и пришли, и конфеты с собой принесли.

— Нет! — покачала я головой. — Все совсем не так! Король мне сам сказал, что Отбор продолжается.

— Но твоя метка не горит, — отозвалась Анаис, — а ты все равно осталась во дворце!

— Осталась, — согласилась я, — но пока еще не понимаю, в каком статусе. Думаю, все прояснится, когда Хакан вернется из столицы.

— И как же она погасла? — поинтересовалась Камилла.

На это я пожала плечами.

— Я попыталась ее погасить на Третьем Испытании. Пыталась и пыталась, пока метки не стало.

— Но зачем?! Зачем ты пыталась ее погасить?! — воскликнула Анаис.

Подалась вперед, глаза загорелись, и я подумала — ей-то что с того?..

— Потому что мне не слишком нравится, как здесь кормят, — усмехнулась я. — Вернее, кормят здесь хорошо, но как-то слишком уж редко. — Затем посерьезнела. — Мне претит, когда кто-то ограничивает мою свободу, да еще и следит за мной через свою проклятую метку!.. Да и к Сестрам Трехликой у меня скопилось слишком много претензий, и я решила, что на этом хватит!.. Я не собиралась больше носить знак их Богини!

— Да, папа нам рассказывал, — покивала Камилла. — Я бы тоже их ненавидела.

— Но как так вышло? — гнула свою линию Анаис. — Как тебе удалось это сделать?

В ответ я снова пожала плечами.

— Внезапно я поняла ее природу, поэтому и решила попробовать.

— И у тебя получилось! — торжественно возвестила Анаис. — И наш король так впечатлился твоими магическими способностями, что решил оставить тебя на Отборе. — Сказав это, она отправила в рот еще конфету. — Офень фкуффно, — заявила мне. Затем, прожевав, добавила: — Как же хорошо, что нас теперь трое и у меня появилась еще одна старшая сестра…

Камилла вздохнула. Затем повернулась ко мне:

— Как это произошло? Какие заклинания ты использовала?

— Не знаю точно, что именно сработало, — призналась ей. — Вчера я была на последнем магическом издыхании. Пробовала все подряд, поэтому и не могу сказать… — Про вмешательство короля решила промолчать, это было слишком личное. Поэтому перевела разговор на другое: — Зато я знаю наверняка: ваш вулкан может взорваться в любую секунду, и если начнется извержение…

— Не начнется, — снова встряла Анаис, потянувшись за очередной конфетой. — Сестры Богини нас уберегут. А метку ты погасила с помощью Темной Магии, — заявила мне авторитетно. — Я слышала, она куда сильнее нашей, Светлой.

— Помолчи уже, Ани! — оборвала ее Камилла. — Не стоит говорить о вещах, в которых ты ничего не понимаешь. — Затем посмотрела на меня. — Даже если начнется извержение, мы не сможем убраться из дворца до окончания Отбора. Сестры Трехликой приложили свою руку к заклинаниям в защитном куполе над дворцом. Попытайся мы сбежать до того, как погаснут наши метки, они нас попросту убьют.

— Но ведь Эйвери все-таки удалось! — воскликнула Анаис. — Если будет нужно, она сможет погасить и наши!

На это я украдкой вздохнула, подумав, что, вообще-то, ничего мне не удалось. Вернее, мне казалось, что мою метку погасил король, но узнать я могла это только тогда, когда он вернется из столицы.

— Я очень хочу, чтобы ты поговорила с одним человеком, — внезапно произнесла младшая из Легеров. Ее голос изменился, из него исчезли детские нотки. — Знаю, ваша первая встреча прошла не слишком удачно. У него сложный характер, но он… Эйви, — она назвала меня сокращенным именем, — я прошу тебя его выслушать! Ради меня. Для меня это очень важно!

И уставилась на меня голубыми наивными глазами, в которых я внезапно заметила слезы. Камилла пожала плечами.

— Ох уж эти влюбленные! — заявила ворчливо. — Я много раз говорила Ани и сейчас снова повторю: эти встречи до добра не доведут!

— Ками, только не начинай!..

— Но, похоже, уже слишком поздно… — трагическим тоном возвестила ее старшая сестра.

— Я люблю его! — воскликнула Анаис. — И мне не нужен никто другой!

На это я, сразу же догадавшись, о ком идет речь, хотела спросить у Анаис, почему она до сих пор на Отборе и ее метка все еще горит, раз она так сильно любит Закария Маллета.

Но затем решила промолчать. Вместо этого спросила, зачем мне с ним разговаривать. Только вот Анаис так толком ничего и не смогла мне объяснить — все твердила, что Заку нужно со мной поговорить, это очень важно, и он все скажет мне сам.

— Отец все равно не позволит вам быть вместе, — покачала головой Камилла. — А после того, что он узнал от Эйвери, так и подавно! Да он костьми ляжет…

Анаис снова всхлипнула.

— Так оно и есть, он и слышать ничего не хочет! Но папа не понимает, что Зак очень хороший…

Вот и я не понимала. И слышать тоже ничего не хотела. Но решила, что мне все-таки стоит встретиться с Закарием Маллетом — раз уж он так хотел со мной поговорить, — чтобы понять, что творится у того в голове. Потому что, судя по восторженным репликам наивной Анаис, у них все зашло довольно далеко. Но, судя по тому, что я знала о Маллетах, — ни к чему хорошему это не приведет.

И я дала свое согласие.

После того, как сестры, доев конфеты, ушли, я отправилась поджидать своего гостя в гостиную с видом на море и на гору подарков, разложенных на всех свободных поверхностях трюмо и буфетов. Сказала охране, чтобы они пропустили не слишком-то желанного гостя.

Пусть мой магический резерв после вчерашних выкрутасов еще до конца не восстановился, но я была готова встретиться лицом к лицу с сыном своего врага.

Довольно скоро он явился — со знакомой мне высокомерной усмешкой на губах; высокий, крепкий, красивый уверенной мужской красотой. И я подумала, что Закарий Маллет явно пошел в мать, потому что внешнего сходства с отцом, как бы сильно я ни старалась, так и не смогла отыскать.

Зато этот его самоуверенный вид и слова… Те самые, которые он произнес, едва зашел в мою гостиную. О да, они сразу же напомнили мне о Сильвере Маллете! Потому что Закарий заявил, что мог бы быть мне братом, но вместо этого станет зятем.

— Я люблю ее, — произнес он спокойным голосом, — и мне наплевать, кто и что об этом думает. Даже если от нас отвернется весь мир, Анаис все равно будет моей.

На это я промолчала, пораженная его уверенным тоном. Закарий тем временем продолжал:

— Так уж вышло, что мой отец ненавидит Легера, а Легер платит ему той же монетой. Наши семьи против нашего брака. Они всячески пытаются нам помешать, но все будет именно так, как я решил. Анаис станет моей женой.

Произнес это и уставился мне в глаза.

Внезапно я поняла, что мы с ним во многом похожи. О нет, дело здесь вовсе не в Темной Магии, цвете глаз или волос. Если бы весь мир обернулся против моего брака с человеком, которого я любила, мне бы тоже было глубоко наплевать. И я бы тоже боролась до последнего.

Так, как до этого боролась за свою свободу, пока не обнаружила, что сижу в своих покоях в Синем Крыле и жду обещанного свидания с королем.

— Ну, раз так и тебе наплевать на то, что скажут вам остальные, зачем тогда ты сюда пришел? — спросила я у Зака Маллета. — Вряд ли для того, чтобы попросить моего благословения. — На это он усмехнулся. — Мои советы тебе не нужны, ты все равно сделаешь по-своему, а Анаис тебя послушает. Насколько я поняла, ты серьезно задурил ей голову…

— Она меня любит, — произнес он уверенно, — так же сильно, как я ее. Но Анаис не может отсюда выбраться, потому что наш король знает толк в женской красоте, — и окинул меня изучающим взглядом. — Я много об этом думал и решил… Зачем королю столько сестер из рода Легеров?

Теперь усмехнулась уже я.

— Тогда скажи мне, зачем?

— Они ему совершенно ни к чему, — отозвался он с ленивой улыбкой. — С него вполне хватит и одной. Допустим, тебя.

Я склонила голову.

— Допустим, с него вполне хватит и меня. И что дальше?

— А то, что ему стоит поделиться остальными сестрами со своими поданными. Не зря же мы платим ему столько налогов, — закончил свою мысль младший Маллет.

— Допустим, — отозвалась я, — что это вполне здравая мысль. Тогда почему бы тебе не поговорить об этом с королем?

Закарий покачал головой.

— Значит, с королем ты делиться не хочешь… — усмехнулась я. — Тогда тебе стоит дождаться, когда закончится Отбор. Нас всего шестеро, и, думаю, это произойдет со дня на день. Или же ты боишься, что Анаис выберет не тебя? Предпочтет короля тебе? Как-никак, она уверенно проходила все испытания и теперь одна из последних избранниц на Отборе. Так и до королевы Трирейна рукой подать.

Я специально его провоцировала, но, судя по выражению лица, такой мысли Закарий Маллет не допускал. Вернее, она попросту не существовала в его мире.

— Анаис любит только меня, — произнес он без малейшего сомнения в голосе. — Возможно, когда-нибудь король и отпустит ее, но я хочу увезти сегодня же. Как видишь, я с тобой откровенен. — Склонил голову. — Возможно, даже слишком.

— Возможно, — согласилась я. — Но я все равно не понимаю, почему бы тебе не поговорить об этом с королем и зачем ты пришел сюда. Неужели он станет удерживать одну из избранниц, если она любит не его, а другого? К тому же без Анаис Легер у него останется еще целых пять. Но ты правильно заметил, ему вполне должно хватить и меня одной.

Закарий, немного помолчав, произнес:

— Боюсь, король может не оценить подобной спешки.

Внезапно я догадалась. Поняла, к чему он ведет.

— То есть, вы хотите сбежать?! И сделать это сегодня?

— Наши отцы скорее перегрызут друг другу глотки, чем позволят нам с Анаис прогуляться к алтарю, — заявил он уклончиво.

На это я кивнула. Закарий довольно точно описал сложившуюся ситуацию.

— И что же тебе от меня нужно? — спросила у него. — И к чему эта спешка? Говори уже прямо, хватит ходить вокруг и около.

— Услуга, — отозвался он. — Мне нужна от тебя одна услуга, за которую я готов щедро заплатить.

— То есть ты предлагаешь мне заплатить за… услугу с моей стороны? Хочешь, чтобы я помогла сбежать своей единокровной сестре?!

— Немного не так, — поморщился он. — Я все сделаю сам. Но и без твоей помощи нам, похоже, не обойтись, поэтому я готов щедро тебя отблагодарить.

— Деньгами? — усмехнулась я. — Не думаю, что у тебя найдется сумма, способная меня заинтересовать.

Он склонил голову, размышляя над моими словами. Сразу видно, деловой подход.

— Я довольно обеспечен, — намекнул мне.

— Если вы сбежите, твой отец моментально лишит тебя наследства. Не оставит и ломанного льера. Думаю, и Анаис приданого не видать, так что тут ты погорячился.

— Я получил наследство от деда, — возразил он. — Его вполне хватит, чтобы вести обеспеченную жизнь далеко от Трирейна. Но, похоже, деньги тебя не интересуют.

Я покачала головой, с интересом дожидаясь, что еще за козыри он припрятал в своем рукаве. И дождалась.

— Хорошо, — кивнул Закарий. — У меня есть кое-что еще на обмен.

— Что именно?

— Как Темный Темной, — произнес он многозначительно, — я скажу тебе одно. Куда важнее знать, чем не знать!

Замолчал и уставился мне в глаза.

— То есть, — протянула я, — ты хочешь сказать… Выходит, у тебя есть компрометирующие факты на…

— На человека, который может тебя интересовать.

В Трирейне меня интересовали только Хакан Ассалин и Сильвер Маллет. Ну, и еще граф Легер с сестрами. Но вряд ли Закарий стал бы предлагать компромат на короля или мою семью, значит…

— Выходит, у тебя есть то, что может открыть глаза на деяния твоего отца?

— Можно сказать, что так, — отозвался он. — И это, несомненно, пойдет тебе во благо.

— Любое, что сможет навредить Сильверу Маллету, пойдет мне во благо, — согласилась я. — И ты на это пойдешь?

Он кивнул.

— Хорошо, — отозвалась я. — Допустим, ты меня заинтересовал. И что же мне придется для этого сделать?

Делать я ничего не собиралась, но мне было интересно.

Закарий Маллет усмехнулся.

— Все очень просто. Сказать мне, как именно ты сняла с плеча магическую метку Отбора.

На это я тоже усмехнулась — его формулировка мне вполне подходила. Значит, сказать ему, как именно…

— То есть услуга за услугу? — уточнила я у младшего Маллета. — Хорошо! Да, я скажу тебе, как именно я сняла метку. — Вскинула руку, нарисовав в воздухе печать Амина. — Как Темный Темному, видишь, я даже поклянусь… Но и ты должен поклясться, что предоставишь мне компромат на своего отца.

— Хорошо, — спокойно отозвался он, и его печать вспыхнула такими же кровавыми рунами, как и моя. — Но ты начинай первая.

Пожала плечами, с трудом удержавшись от очередной усмешки.

— Сестры Трехликой пытались меня убить на Третьем Испытании, — пояснила ему. — Добрались до меня через магическую метку. Хотели отомстить за то, что я заступилась за Анаис за завтраком, из-за чего с Отбора выбыли сразу же две племянницы Великой Сестры. И еще, думаю, они мне припомнили, что я не сдохла в их приюте восемнадцать лет назад.

— За завтраком было достойное зрелище, Анаис мне рассказывала. Жаль, меня не было рядом. Я бы оценил, — отозвался Закарий.

На это я пожала плечами.

— После этого достойного зрелища я решила завалить Испытание по магии, чтобы избавиться от метки, а они…

— Они, похоже, решили завалить тебя.

Прозвучало это довольно грубо, но все было именно так.

Кивнула.

— Да, но на этот раз я ее почувствовала… И чувствовала очень хорошо, поэтому решила, что смогу! Но я ошиблась, метка оказалась сильнее меня. К тому же Сестры продолжали меня убивать, и в отместку я принялась убивать их. И тогда король… Да, именно король погасил мою метку, иначе бы я заодно убила и себя. Так что Хакан Ассалин спас мне жизнь, и как погасить метку спрашивать нужно именно у него.

Услышав это, Закарий Маллет изменился в лице. Я же, усмехнувшись, продолжила:

— Как Темная Темному — согласна, с моей стороны это была не слишком-то честная сделка, но я выполнила все ее условия. От себя добавлю, что готова проявить дополнительную инициативу, раз уж так вышло… Я все равно собиралась поговорить с королем. Хочу попросить у него перенести Отбор в столицу, потому что оставаться здесь слишком опасно. Заодно поговорю с ним насчет магических меток. Уверена, с выбором королевы Хакан справится и без Трехликой Богини.

— Тогда поговори с ним сегодня же! — потребовал Закарий. — Мне нужно, чтобы он отпустил Анаис как можно быстрее. Потому что, как Темный Темной, я скажу тебе одно: нужно уносить из дворца ноги. И чем скорее, тем лучше.

— Ты что-то знаешь, не так ли? Уверена, ты что-то знаешь о вулкане, — я уставилась в его сиреневые глаза. Такие же, как у меня! — Это и есть твоя часть сделки.

И я не ошиблась.

— Я не одобряю методы своего отца, — произнес Закарий. — Настолько не одобряю, что собираюсь уехать из страны и жить с Анаис далеко от этих мест. Я уже купил нам дом. Корабль тоже зафрахтован и ждет своего часа. Но вчера вечером, готовясь к побегу, я стал искать кое-какие документы в его кабинете. И нашел то, что несомненно заслуживает твоего интереса.

— Что именно?

— Расходную книгу своего отца, куда заглянул, скажем так, из чистого любопытства, — оскалился он. — И вот что я тебе скажу! За последние две недели он выплатил крупные суммы магам, дававшим свое заключение о состоянии вулкана. Зная своего отца и то, как тяжело он расстается с деньгами, могу тебя заверить, что все это неспроста. Думаю, он заплатил им за молчание, и мы все ходим по лезвию бритвы, потому что извержение вот-вот начнется.

На миг я закрыла глаза. Ну что же…

— Ты нашел их настоящие отчеты?

— Сомневаюсь, что они остались. Отец не настолько глуп, чтобы хранить то, что может отправить его за решетку. Зато я увидел кое-что другое, причем опять же своими глазами. Вчера в порту, когда я договаривался с капитаном, я столкнулся с одним из тех магов. Он отплывал в Андрию со своей семьей. Затем я порасспрашивал там и сям… Из трех магов, инспектировавших вершину Ингора, в столице не осталось ни одного.

— Твой отец убил остальных?!

Закарий усмехнулся.

— Нет, они забрали свои семьи и уплыли далеко от этих берегов. И сделали это в большой спешке.

— Ясно, — отозвалась я. Приложила руки к полыхнувшим огнем щекам. Пару раз вздохнула, пытаясь успокоиться. — Но если нам грозит извержение, тогда почему Сильвер Маллет это скрывает?.. Неужели он не понимает, что это приведет к огромным жертвам? Коррина и ее пригороды, люди попросту не успеют… К тому же он и сам в столице! Он и его сын!

Закарий пожал плечами.

— Меня в расчет ты можешь и не брать, отца я никогда не интересовал. Его вообще никто не интересует, исключительно его собственная персона. Он привык получать то, что захочет. И если кто-то ему мешает, он попросту вычеркивает его из своей жизни.

— Как и вулкан, который может помешать его планам?

— Как и вулкан, который может помешать его планам, — согласился Закарий.

— Но Ингор невозможно вычеркнуть! Можно сжечь отчеты, можно заплатить магам, чтобы те убрались из страны, но Ингору безразлично, что его извержение не входит в чьи-то планы! — Внезапно я догадалась. — Поэтому ты хочешь сбежать именно сегодня?! Уехать как можно скорее и забрать с собой Анаис, пока не стало слишком поздно?

— Именно так, — кивнул Закарий. — И тебе советую, сестричка, которая мне не сестричка, убираться отсюда подальше. Но я дам тебе еще один совет. Опять же бесплатный, как видишь… Не связывайся с моим отцом! Оставь эти мысли и уезжай из Трирейна, раз уж у тебя больше нет метки. Беги отсюда, потому что вам с ним не справиться.

— Выходит, ты все знаешь… Знаешь мою историю?

— Знаю. Отец рассказывал, что он сделал с твоими родителями. Он находил это довольно забавным, хотя я так не думал. Пару раз пытался ему возразить, но затем решил, что лучше держать свое мнение при себе. Его плеть, которой он сек меня все мое детство, умеет быть довольно убедительной.

И больше ничего Закарий говорить не стал. Вместо этого попрощался, напомнив об Анаис и ее метке, и ушел. А я осталась. Принялась расхаживать взад-вперед по мягкому ковру гостиной, пытаясь успокоиться и уложить в голове то, что услышала от сына Маллета.

Эта встреча оказалась довольно полезной. Закарий, который мог бы быть моим братом, но с таким упрямством определенно станет моим зятем, дал косвенные, но доказательства жульничества своего отца.

Расходная книга с выплатами королевским магам… Крупные взятки, а затем их поспешное бегство… Ну что же, это несомненно добавит гвоздей в гроб Сильвера Маллета, в который мы с графом Легером вот-вот его заколотим!

Зря Закарий так боялся своего отца — если уж за Маллета взялся король, а у нас появились новые доказательства, то так просто ему не выпутаться!

И я вновь принялась мерить шагами гостиную.

Но не успела я толком прийти в себя, как в дверь снова постучали. Вошедший слуга, почтительно поклонившись, сообщил, что меня уже ждут. И если леди Легер готова, то он с радостью меня проводит.

Я, расправив подол светлого домашнего платья, сказала ему, что всегда готова. Правда, сначала мне хотелось бы узнать, кто именно меня ждет.

Оказалось, граф Легер, которому срочно понадобилось сообщить мне нечто крайне важное. Сейчас он находился в Дубовом Кабинете на третьем этаже Синего Крыла, но меня к нему проводят…

Кивнула, решив, что на эту встречу вполне можно отправиться и в платье одной из сестер Легер. Вот если бы меня ждал король, тогда бы я… О да, я бы надела его подарок! Но, по-видимому, Хакан Ассалин еще не вернулся из столицы, где его задержали неотложные дела, и я, украдкой вздохнув, отправилась следом за слугой.

К тому же мне и самой не терпелось рассказать Расмусу Легеру, что этим утром у меня добавилось гвоздей в крышку гроба Сильвера Маллета, которые граф обязательно пустит в ход. И даже если префект столицы успеет уничтожить расходную книгу с записями о взятках, сам факт спешного отъезда магов из города говорил сам за себя. О нет, такое уже не скрыть!

И очень скоро я шагала по длинным пустынным коридорам Синего Крыла, поглядывая на широкую спину слуги в золотой ливрее. Шла и размышляла… Не только о Сильвере Маллете и разговоре с его сыном, который, оказалось, влюблен в Анаис и готов ради нее на многое, но и о том, почему граф Легер сам не явился в мои покои, раз уж ему так не терпелось со мной поговорить.

Сестры пришли, Закарий тоже — на короткие встречи с мужчинами на Отборе смотрели сквозь пальцы, — поэтому мою охрану посещение графа Легера нисколько бы не встревожило.

В принципе, мою охрану вообще ничего не могло встревожить по причине ее отсутствия. Совсем недавно у дверей стояли два здоровяка, увешанные оружием, и я сама просила их проводить в гостиную Закария Маллета, когда тот явится, а теперь уже больше нет.

Мои покои никто не охранял.

Быть может, решили, что мне уже ничего не угрожает? Получили распоряжение и покинули свой пост. Или у них… перерыв на обед? На кухне дают что-то вкусненькое, вот они и отправились утолить голод.

Причина их отсутствия мне была неизвестна — оставалось лишь гадать, — как и том, почему Расмус Легер захотел поговорить со мной в том же самом кабинете, где я выплеснула ему в лицо всю свою ненависть, которая копилась внутри меня долгие годы. Неужели это место дорого ему как память?

Но, скорее всего, причина была куда более банальной.

С этими мыслями я спокойно шагнула в распахнутую передо мной дверь и очутилась в знакомом кабинете с дубовым столом. Правда, камин на этот раз не был разложен, а от того, кто меня поджидал, сразу же потянуло могильным холодом.

К тому же дверь за моей спиной закрылась, но я была готова. Моментально накинула на себя магическую защиту, уставившись на того, кто с невозмутимым видом сидел за столом.

Я довольно быстро поняла, что ждать меня будет именно он, потому что наша встреча давала ответы на все терзавшие меня по дороге вопросы. Например, куда пропала стража от моих дверей… О нет, они вовсе не уплывали на корабле из Коррины! Думаю, люди Маллета поступили с ними куда более безжалостно. Или же, раз уж я не почувствовала отголосков боевой магии, им могли принести поддельный приказ короля. Маллет в этом деле мастер.

А еще мне стало ясно, почему здесь не было отца. Все потому, что граф Легер вовсе не собирался встречаться со мной этим утром. У него были неотложные дела в Коррине, а за мной пришел один из приспешников Маллета, чтобы привести меня к своему хозяину.

И я пришла. А теперь смотрела на Сильвера Маллета, развалившегося за столом в том самом кабинете, где не так давно я разглядывала поддельные мамины письма, а потом разбиралась, к чему была задумана вся эта афера. Судя по лицу бывшего префекта столицы, моя участь тоже была предрешена.

И все потому, что я им мешала.

Для него и Сестер Трехликой была как кость в горле. Вернее, как заноза в их привыкших почивать на лаврах задах!

— Ну здравствуй, Эйвери Ривердейл, — усмехнулся Сильвер Маллет, — дочь Анны Ривердейл!

На это я промолчала, дожидаясь, что будет дальше. От стен отделилось трое магов — все Темные, очень сильные, — и я увидела, как закручиваются вокруг них вихри Темной Магии, готовые в любую секунду превратиться в боевые заклинания.

Судя по всему, убежать мне попросту не дадут. Это не входило в их планы.

Поэтому, усмехнувшись, я гордо вскинула подбородок, затем преспокойно уставилась в глаза Маллету.

Я нисколько его не боялась.

Страх давно уже ушел, уступив место холодной ненависти. Ну что же, он сам развязал мне руки, решив убить меня в королевском дворце!