Глава 6. Яйца всмятку

Женский коллектив больницы буквально праздновал обретение независимости доктором Зайцманом. Удивительно, как по-разному относится общество к расставшимся мужчине и женщине.

Женщине обычно достаются сочувственные взгляды и уничижительное прозвище "брошенка", "разведенка", а мужчина — напротив, после разлуки становится "свободным". Можно подумать, что до этого супруга в браке угнетала и неволила его.

Теперь каждая встреченная Иннокентием женщина, узнавшая о его новом статусе, загадочно улыбалась и стреляла в него томным взглядом. Самые активные непременно хотели позаботиться о венерологе. Только за утро трое предложили жилплощадь, где он смог бы остановиться на время, ну, а лучше насовсем. А в обед началось паломничество коллег в его кабинет с предложением накормить одинокого мужчину, потому что все женщины помнят крылатое выражение о том, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок.

Первой пришла Зинаида. Она принесла холодец и с извинениями за утренний инцидент, поставила прямо перед ним на стол большое прямоугольное блюдо. Иннокентий ужаснулся размеру холодца, напоминавшего ледовый каток на центральной площади города. Ему с таким и за месяц было не управится.

— Попробуйте, Иннокентий Арнольдович! Я его по рецепту своей бабки готовлю. Главное — это отобрать свиную рульку пожирнее, добавить туда хвосты, мозги и копыта… — эмоционально делилась она.

При слове "хвосты, мозги и копыта" Иннокентию подурнело. Теперь его пугал не только объем, но и содержимое “катка”.

— Господи Боже, Зина! Это ж сплошной холестерин! После такого обеда уже не стоит беспокоится о том будет ли атеросклероз, потому что он точно будет, — возмутился Зайцман.

— Иннокентий Арнольдович, это же экологически чистый продукт, а не это Ваше ГМО! Так что ничего не будет! Посмотрите на меня! Вот я постоянно питаюсь правильно, и отлично себя чувствую, а все женщины завидуют моей аппетитной фигуре, — со смешком произнесла она. — Давайте, хотя бы ложечку! Попробуйте, — Зинаида, щедро заправив студень горчицей, зачерпнула его столовой ложкой и настойчиво поднесла ко рту Зайцмана.

— Нет! Категорически нет! — Иннокентий подскочил с кресла.

Прошлый раз, когда он согласился с ее предложением попить кофе, научил, что не стоит вести себя, как послушный теленок. И теперь он решил стоически бороться за свои права, грубо попираемые беспардонной Зинаидой.

В этот момент дверь приоткрылась и в кабинет заглянула Светлана из регистратуры.

— Иннокентий Арнольдович! А, Вы на обед идете? — с загадочной улыбкой спросила она.

— Я уже принесла ему обед! — рявкнула Зинаида на коллегу, пытающуюся переманить драгоценного мужчину.

— А что сегодня на обед? — оживился Иннокентий и стал осторожно обходить Зинаиду, так и державшую на весу ложку с трясущейся массой.

— Девочки звонили из столовой. Говорят, что сегодня повара превзошли себя. Так вкусно они ещё не готовили, — защебетала Светлана, радуясь тому, что Иннокентий предпочел ее общество. — Прям ресторан уровня Мишлен три звезды!

Зинаида шумно вздохнула и со звоном бросила ложку на блюдо.

— О! Тогда, конечно, я иду с Вами, — Иннокентий поравнялся со Светланой и, бросив кабинет не запертым, потому что побаивался выдворять рассвирепевшую Брюшкину, отправился в столовую.

В столовой весь пищеблок собрался посмотреть на то, как Иннокентий оценит их труды. Женщины умилялись каждый раз, когда он отламывал кусочек мясной запеканки, отрезал кусок пирога, который только ему принесли целиком, а не порционно, как всем, и промокал губы салфеткой. Но настоящий экстаз дамы испытали, когда, поднявшись из-за стола, он произнес:

— Это было великолепно! Спасибо!

Кулинарная команда едва не плакала от счастья. Светлана же бросилась за ним вслед и проводила до кабинета.

Когда Зайцман, наконец, остался один, он с грустью подумал о том, что все эти кулинарные шедевры променял бы на яйцо в мешочек, которое каждое утро безупречно готовила ему Маргарита.

Вечером Иннокентий решил во чтобы то ни стало его приготовить. Он сходил в ближайший супермаркет, где долго блуждал среди полок и, повинуясь инстинктам, покупал совершенно нездоровую еду, не имевшей места в его семейной жизни с Маргаритой: чипсы, газировку, колбасу, но, главное он приобрел десяток любимых яиц.

В предвкушении Иннокентий вернулся в ординаторскую, помыл, выложил три яйца в пластиковую ёмкость без крышки, и щедро посолил, как и рекомендовала соседка Любовь Алексеевна. Из технических средств приготовления еды здесь была только микроволновка. В нее то Зайцман и поставил яйца. Он долго размышлял над тем, какой выбрать режим, а когда включил чудо-печь, то внутри что-то заклокотало, а затем раздался оглушительный треск и хлопок. Стекло и внутренние стенки забрызгало взорвавшимися яйцами. Соль не помогла, а быть может она действовала только на белок? Про желток то никто ничего не говорил.

Иннокентий от ужаса округлил глаза: "теперь у тебя яйца будут только всмятку. Во всех смыслах этого слова" — вспомнил он пророческие слова Марго.

Иннокентий потом ещё долго отмывал последствия своего неудавшегося эксперимента и проникался уважением к жене, которая так легко справлялась с приготовлением еды. Зайцман безумно скучал по ней и, как оказалось, действительно, был совершенно не приспособлен к жизни без Маргариты.