ГЛАВА 18 · Hans Zimmer – Любовь дьявола · Flashback
От третьего лица
- «Давным-давно жил да был прекрасный принц в роскошном замке. У него было все, чего только можно пожелать, но он был тщеславным, жестоким и грубым…», - Кэтрин начала читать вслух, держа в руках старую книгу в позолоченном переплете. Малыш, сидевший рядом, прижал голову к ее материнскому плечу. Четыре года назад она и подумать не могла, что так сильно привяжется к «сыну», которого посчитала проклятием своей семьи. Грязным пятном на собственных чувствах и чувствах ее любимого мужа. Но все сложилось иначе. Каждый раз, когда она видела этого малыша, она чувствовала только безграничную любовь к мальчику.
Кэтрин могла часами проводить время с младшим сыном. И несмотря на то, что Джонатан считал, что чтение сказок на ночь – сомнительное занятие для одного из наследников, она порой приходила в комнату к Брэндану и читала ему свои любимые книги. Или они просто разговаривали обо всем на свете.
- «-Запомни, внешность обманчива. Красота живет внутри нас, - предупредила принца старуха», – продолжала читать Кэтрин.
В начале сказки Брэндан, откровенно говоря, засыпал от скуки. Но Кэтрин показывала ему картинки время от времени и он все больше погружался в историю, представляя каждое написанное автором слово, как на яву.
- «Любовь Белль навсегда преобразила его душу. Они жили долго и счастливо», - закончила читать Кэтрин, глядя в синие глаза младшего сына и приобняла его крепче. – Понравилась сказка?
- Да, – тихо сказал мальчик, задумавшись. – Только я не понимаю, как из-за любви какой-то девчонки чудовище перестало быть вот таким… - Он с нетерпением перелистнул страницы книги и ткнул пальцем в волосатое чудовище на картинке – изображение принца напоминало ему нечто среднее между обезьяной и львом.
- Это образы, Брэндан. Человек без любви черствеет, становится бесчувственным. Перестает быть человеком… Понимаешь?
Мальчику было трудно в это поверить.
- И эта роза напомнила мне твой цветок в нашем саду.
- Красную камелию?
- Да. Ты говорила, что этот цветок последний на всем свете.
- Да, это так. В мире нет точно такого же цветка, как этот. Когда-то он был привезен из Китая, но вскоре подобные ему цветы уничтожили. Эта камелия растет только в нашем саду. Она – особенная. С ней связано много интересных историй, и у нас еще много времени, чтобы я рассказала тебе их.
- Ваааау, – мечтательно прошептал он, даже и не догадываясь раньше о том, что простые растения могут нести за собой целые истории.
- Мам... – неуверенно спросил он. – А почему принц был таким злым? Все принцы такие? Я не хочу быть таким.
Кэтрин рассмеялась, укрывая Брэндана одеялом.
- Конечно, ты не будешь таким. Ты уже… Совершенно другой. – Она потрепала его каштановые волосы. – Принц… Был одинок. А у тебя есть семья, и мы тебя очень любим.
- И мы всегда будем вместе? – неуверенно уточнил он, глядя прямо в глаза матери – девушка даже вздрогнула от взгляда своего сына. Он проникал в ее душу.
- Да. Я обещаю. Я всегда буду с тобой. – Она мягко поцеловала его в лоб и, сжав его небольшую ручку, направилась к выходу.
Мальчик долго не мог уснуть, глядя в потолок. Многое в сказке было ему непонятным, и он не особо хотел верить в волшебство и заклятия вроде таких, что наложили на замок чудовища.
Наконец он уснул, с облегчением подумав, что все это - всего лишь сказка, и он никогда не станет уродливым, мерзким и страшным чудовищем.
POV Брэндан
Горячая вода стекала по моей спине, пока я упирался в кафельную плитку огромной душевой комнаты. Хотелось разнести все к черту.
Я повернул кран вправо – вода стала еще горячее и теперь просто пожирала кожу, доставляя неимоверную боль.
Раньше я делал это, чтобы почувствовать. Стиснуть зубы, сжать кулаки и идти дальше.
Теперь я делаю это, чтобы заглушить воспоминания. О прошлом Брэндане – о слабаке, о человеке, который позволил себя прилюдно унизить и заточить в тюрьму.
Если бы я всегда был таким, как сейчас, то никогда бы там не оказался.
Все восхищались мной, но не боялись.
А теперь каждый придворный, каждый друг из моих советников знает, что в любую секунду я могу выйти из себя и разорвать его в клочья.
Даже каждая шлюха втайне побаивается меня, заглатывая мой член.
Впервые думать о них было не интересно. Просто секс уже не заводил меня. Мне нужна была игра, эмоция… И в то же время понимал, что играю с огнем, и эта «эмоция» терзает все мои внутренности.
Грязнокровка меня не боялась. Она творила беспредел прямо под моим носом, совершенно не страшась моей кары.
Потому что я знал почти о каждом шаге, который она делала, за редким исключением. И то, о чем я узнал только что, привело меня в настоящую ярость.
Пошла она к черту… Шлюха.
У нее хватило смелости смотреть на меня как на дерьмо, после того как я вылизывал ее нежную кожу.
Ее вкус до сих пор был у меня во рту. Мой член дернулся, как только я вспомнил ее сладость, кожу и даже капельки пота.
Я повел себя опрометчиво. Выказал слабость. Единственной отдушиной было то, что это только расслабит ее перед тем, как я нанесу ей ответный удар.
Сначала я не хотел превращать наши отношения в войну – она была бы неплохой фавориткой, с которой я не прочь поразвлечься пару месяцев.
Но теперь… Это уже личные счеты. Камелия отвечала на мои вызовы, и это заставляло наносить удары снова.
Она наивно полагала, что мне нет дела до того, чем она занимается, что делает и как проводит свое время. Где бы она ни была, я следил за ней, особенно с тех пор, как пленница пыталась сбежать. Я надеялся, что после того, как я отымел ее, она перестанет творить все, что ей вздумается.
Но мне докладывали обо всем. О каждом ее шаге.
Наедине с собой она могла остаться только в своей комнате. А этой ночью она была там не одна.
Если бы мой наблюдатель еще бы и разглядел этого подонка, что посмел ворваться в ее комнату ночью, я бы никогда не оставил этого.
Уже с час я изводил себя мыслями о том, кто это мог быть, и зачем он посещал ее комнату. Жуткие картины Камелии в объятиях другого мужчины бесили меня. Заставляли испытывать незнакомый мне уже много лет страх.
Выключив воду, я осмотрел свою спину в отражении зеркала - уродство. Как бы я не старался смягчить это при помощи спорта, первое, что бросалась в глаза, когда я глядел на себя – краснота. Шрамы.
Медицина не помогла убрать их полностью, поскольку их наносили регулярно в течение шести лет.
Некоторые раны излечить невозможно.
И они находятся гораздо глубже, чем на поверхности кожи.
***
Через два часа я сидел в своем кабинете за рабочим столом. Стук в дверь был торопливым – так стучит только Джейсон.
- Так поздно, – прокомментировал я, глядя на часы. Половина третьего.
Джейсон кивнул мне, падая на кресло напротив меня. Он хлопнул в ладоши, потирая свои руки.
- Радуйся. Кажется, мы ее нашли.
Я скептически посмотрел на него, не понимая, о чем он вообще говорит.
- Кого еще?
- Эмм… Наследницу французского престола. Могу обрадовать, она симпатичная, – выпаливал он, пока я замер с ручкой в руке. Я как раз разбирался в сложных бумагах, а теперь словно выпал из реальности.
- Почему не привел ко мне?! Это точно она?
Я надеялся, что Джейсон не слышит нотки разочарования в моем голосе.
- Точно-точно. Метка на бедре, все как положено. Запуганная пташка. Но бояться ей придется не долго…
- Это точно.
Я закинул голову на спинку кресла, прикрыв глаза.
- Где ликование? Радость? Бутылка виски? Бал в честь будущей королевы? МЫ ИСКАЛИ ЕЕ ДВА ГОДА!
Я жестом приказал Джейсону замолчать. Иногда он действовал на нервы, как надоедливое радио.
- Не знаю, мне пока слабо верится, что это она. Да и к тому же… Что нас ждет? Брак, коронация, а потом она мне на хер не сдалась. Будет посиживать рядом со мной на приемах. А так, отправлю ее куда-нибудь подальше.
- Эм, а как же наследник?
Об этом я не подумал. Сжав кулаки, я разозлился на самого себя. Все шло не так, как я задумал.
Кто-то истошно закричал.
Крик был настолько сильным, будто не принадлежал мне. Я смел все бумаги со стола, оставляя Джейсона в недоумении.
- Может, расскажешь?
- О чем тебе рассказать? Может, о том, что моя сестра спит с гвардейцем?! – Я поймал на себе удивленный взгляд Джейсона. – Знаю. Я знаю об этом давно, и только ее влюбленные глазки принуждают меня сохранить ему жизнь. Она возненавидит меня, как и все, если я убью его! Или о том, что парламент месяцами вынашивает план о том, как ко мне подобраться?! Убить? О том, как мне каждый день снится Адинбург?! Или, может, о том, что я хочу лично задушить убийцу своих родителей, но понятия не имею, где их искать, а? О ЧЕМ Я ДОЛЖЕН РАССКАЗАТЬ?!
Я и без зеркала знал, как сейчас выгляжу. Как поехавший псих. Джейсон вжался в кресло, но быстро расправил плечи.
- Или, может, о том, что я бастард, и мои права на престол весьма сомнительны? Или о том, что я видеть не хочу эту чертову наследницу!
- Брэндан, мы обсуждали это тысячу раз. Ты единственный претендент. Ну, не доверят же люди управление страной Мэри… У нее в голове только гвардейцы, шмотки и балы. – Он поморщился, усмехаясь. – Хотя, в твоей голове, в последнее время, тоже…
- Что – тоже? – Я смерил его уничтожающим взглядом.
Я знал, что он хочет опустить комментарий о Камелии.
- Эм, просто слышал о том, что твои фаворитки сейчас без дела…
- У меня было слишком много дел. Президент Дании звонил насчет очередного несанкционированного нападения в центре их столицы… А это не моих рук дело. Что я должен был ему отвечать? Гребанный парламент…
- Поэтому тебе и нужно объединиться с сильной гвардией. Францией, ты не забыл? – Он помахал рукой перед моим носом.
- А, что, если это путь в никуда? Опять реки невинной крови. А толку не будет. Нужно узнать все планы парламента. И нужно возобновить поиски убийцы моих родителей. Я и так подозреваю, что это кто-то из них или французов… И все же.
Джейсон сдержанно кивнул, одобряя мою идею. Я и сам немного успокоился.
- Так от куда ты знаешь про Даниэля и Мэри?! Ты уверен?
- Только не делай вид, что ты не знал. – Я прищурил веки, вглядываясь в мимику Джейсона, проверяя, его на ложь.
Он слегка опустил глаза, а потом вновь посмотрел на меня.
- Я не видел их вместе и не хотел обвинять принцессу из-за слухов. Это было бы несправедливо. Если бы я нашел им подтверждение, я бы тут же тебе доложил.
- Согласен. Но… - Я продолжал внимательно разглядывать Джейсона. – Не заставляй меня сомневаться в твоей верности.
Я знал, что никому нельзя доверять. Ни в чем. Даже самому себе я уже не доверял, потому что раньше не позволял эмоциям управлять мной. Каждая мысль о Камелии была моим проклятьем. Словно медленный яд, она пробралась под мою кожу и поселилась там, отравляя с каждым прикосновением.
Каждый раз, когда эти чайные глаза смотрели на меня, я слабел.
А король не может позволить себе быть слабым… Или даже иметь такие слабости. Иначе его быстренько ударят по самому больному месту.
POV Кенна
«Ты убьешь его медленно. По капле. Это яд».
Слова Гаспара не выходили у меня из головы. Но у меня руки не поднимались уничтожить пузырек с разрушающим содержимым.
Я хотела мести, я хотела причинить Брэндану боль, но не убить...
Сама не знаю почему. Мир был бы куда прекраснее без него. Возможно, все бы закончилось. Я бы обрела свободу, вернулась домой, а за спиной бы снова выросли крылья.
Которые он сломал и делал это с каждым разом, когда унижал меня. Я боялась, что в своей жестокости он может зайти слишком далеко.
Я должна придумать более изощренную месть. А для этого мне необходимо по-настоящему узнать его.
Порывшись в шкафу, я обнаружила шелковую черную блузу и юбку-солнце до середины бедра белого цвета. Недавно я пожаловалась Мэри на слишком длинные платья, и мои просьбы были услышаны.
Я сразу вспомнила о том, что сказал Гаспар. Наследница французского престола. Сначала эта информация вызвала во мне шок, а потом – пустоту. Мне плевать. Будь я даже правительницей всего мира, я была бы в этом не заинтересована. В родителях, которые не нашли ничего получше, чем отослать меня куда подальше.
Разве они любили меня?!
К тому же, я не доверяла словам Гаспара. Он прикидывался английским гвардейцем, а значит он великолепный врун – то качество, о котором я и не догадывалась.
Он думает, что это то, в чем я нуждалась? Заявился во дворец, вывалил на меня кучу запутанной информации и требовал от меня убийства.
Какой любящий человек станет требовать совершить такое? Гаспар явно что-то скрывал, и я без конца ловила себя на мысли, что он может навредить принцу.
Я пошла к Брэндану в надежде хоть раз в жизни завязать с ним нормальный разговор. Попросить отпустить меня или поблагодарить за лекарства.
Которые понадобились из-за того, что ОН был жесток и груб.
Все это было неважно. Я просто хотела его видеть, хоть и не признавалась в этом. Ноги сами несли меня по витиеватым лестницам башни в его спальню.
Не знаю, на что я рассчитывала, чего ждала. Лестница под моими ногами напоминала мне о том, что произошло между нами.
О страсти, которая поглотила нас обоих.
Если бы он только не был так жесток ко мне…
Гвардеец у входа в комнату Брэндана был другим этой ночью, и, смерив меня взглядом, он почему-то произнес только одну фразу:
- Вы опоздали.
Я не совсем поняла, что он имеет в виду, но обрадовалась, что на этот раз меня пустили без проблем.
Как только я вошла в комнату Брэндана, мое сердце пропустило удар. Сумрак, все вещи стоят на своих местах: у лестницы висит новое зеркало, синтезатор закрыт и не издает ни звука.
Замерев у двери, я не могу отвести взгляда от картины, которая заставляет гореть все мои внутренности.
Брэндан стоит возле лестницы, его торс полностью обнажен, в то время как рыжеволосая и нагая девушка стоит перед ним на коленях. Другую он обнимает за талию и поворачивает к себе, чтобы поцеловать.
Мое сердце не бьется.
Все слова застревают в горле, потому что я не чувствую ничего, кроме адского пламени, в котором погибаю.
А потом он поворачивает ее спиной ко мне и целует, не закрывая глаз. Наши взгляды встречаются.
Брэндан смотрит только на меня и целует другую – безликую дешевку. Он хватает ее за волосы, не отрывая синих глаз от меня.
Я сглатываю образовавшийся в горле ком и понимаю, что больше не могу вынести этой боли.
Я вылетаю за дверь, словно ошпаренная, и тяжело дыша иду по замку, словно в тумане.
Мои легкие болят – кажется, я не могу дышать, и вот-вот упаду прямо здесь и просто буду лежать там, где мне и место.
Он отчетливо показал, где мое место. Кто я такая. Я считала себя особенной? В глубине души считала. Глупая.
Вся моя гордость превратилась в пыль от эмоций, которые вызывала во мне чудовищная картина.
То, как они гладили его по бедрам. То, как их губы слились в поцелуе.
Это ты, если бы ты была музыкой.
Ненавижу! Всем сердцем ненавижу.
Мне хочется собственноручно отправить его в ад, а не в Адинбург, но я знаю, что мне не станет легче.
Словно в тумане дойдя до своей комнаты, я сажусь на кресло. Дрожащими руками достаю яд, затерявшийся в подушках.
Выпить бы всю склянку прямо сейчас и забыться. Внутри все горит от ревности настолько, что я не могу этого вынести.
Нет, не от ревности. От еще одного унижения, от еще одного плевка в мою сторону. От того, что он еще раз показал, что я – никто.
Ты никто. Ты никто.
Я слышу его шепот и вспоминаю, как он жестко толкался в меня, доводя до изнеможения. Целовал, терзая губы, будто не мог насытиться мной.
Не мной, а всеми. Ему без разницы – будь то я или любая другая шлюха. Мы все здесь для потехи короля.
Его маленькие пешки.
Но только они могут с этим мириться, а я – нет. Я не рождена быть среди толпы.
Я рождена быть единственной.
Я достойна того, чтобы меня носили на руках. Так делал Гаспар… А я испытываю чувства к ублюдку, который не стоит НИЧЕГО.
Я сжимаю в руке яд, понимая, что мне никогда не выбраться от сюда. Я могу просто «выйти из игры». Сдаться.
Кто-то же должен это сделать.
Гаспар сказал, нужно пить медленно, по капле. Что будет, если опустошить пузырек залпом?
Мне хотелось сделать это немедленно.
Но я боялась, что яд тогда подействует по-другому. Я ничего не знаю о нем.
Я сделала крошечный глоток из склянки, почувствовав, как сладкая жидкость обжигает горло.
В голове будто что-то щелкнуло, и, упав на спинку кресла, я заснула без снов и мыслей.
POV Брэндан
Как только дверь за Камелией захлопнулась, я прекратил совать язык в горло этой девушки.
- Хватит. – Я снисходительно посмотрел на обоих своих фавориток, которые еще недавно с удовольствием трахал. Двоих сразу. Но теперь это было скучно.
- Повелитель желает чего-то другого? – покорно обратилась ко мне Селена – рыжие волосы спадали на ее большие сиськи, и она откинула их, показывая мне больше.
- Хозяин, мы сделали что-то не так? – упала на колени и вторая, которую я только что целовал.
Вы все сделали замечательно. Идеально. Еще одна порция боли моей дорогой Камелии обеспечена.
- Сегодня вы мне не интересны. Пошлю за другими, – коротко ответил я, указывая им на дверь. – А теперь – вон.
Ни тени боли или слез в их глазах. Лишь покорные кивки, разочарованные взгляды, и вот они уже направляются к выходу, виляя своими красивыми попками.
Было бы странно недооценивать женское тело. Но их так много. У меня всего в изобилии.
Так много красивых тел, так мало прекрасных душ.
Так мало девушек, которые бы вдохновляли меня на что-то, кроме желания их трахнуть.
Такое случилось только однажды.
В тот день, когда сбежала Камелия.
Я мог бесконечно отрицать, что испытываю к ней лишь желание, но то, что почувствовал тогда, говорит об обратном. Я не мог позволить себе отпустить, потерять ее.
Чувство непередаваемого собственничества управляло мной настолько, что я лично отправился по ее следу.
И когда увидел, что она была в руке Золотозубого… Я пожалел, что прежде не убил его. Лично.
***
Ко мне привели девушку. Ее белоснежное платье рассыпалось по полу, когда она низко поклонилась.
С минуту я пристально разглядывал ее - все-таки было интересно посмотреть на свою будущую супругу. Каждая черточка ее лица была точеной и аккуратной, глаза - круглыми и большими. Янтарный цвет радужки придавал девушке загадочность и невинность, в общем и целом она была хороша.
Идеальна.
Как и все мои фаворитки.
Но я никогда не искал идеальную. Внешность красавиц настолько приелась мне, поэтому характер Камелии настолько зацепил меня. Она не кланялась мне, она – воевала. Она была никем, а вела себя так, будто она мне ровня.
- Ваше Высочество, позвольте представить вам Скарлетт Бош. – Гвардеец, который стоял в дверях, кивнул мне, и я жестом попросил его выйти за дверь. Мне не терпелось узнать, что представляет из себя девушка, которая стоит передо мной.
- Здравствуй. - Девушка избегала моего взгляда и выглядела вымотанной. Думаю, с ней не очень хорошо обращались, пока не узнали, кто она такая. – Полагаю, ты знаешь, зачем ты здесь.
- Я-я… Н-не… С-совсем. – Она начала заикаться, слегка задрожав.
Ну вот, начинается. Я же не настолько страшный.
Мне уже становилось скучно, но я понимал, что должен лично убедиться в том, что она та, кто мне необходим для дальнейшего укрепления своей власти.
- Подними платье, – просто попросил я, подходя ближе. Девушка посмотрела на меня с мольбой, в янтарных глазах заблестели слезы.
Дрожащей рукой она подняла платье, медленно проводя ладонью по своему бедру. Моему взору открылась нежная девичья кожа, которую украшала метка. ТО, чего я так долго ждал.
- Так, значит Скарлетт Бош – это твое новое имя? Ты же знаешь, кто ты?
- Это имя, с которым я жила с восьми лет.
- А твое настоящее имя? – Мой желудок скрутило от волнения. Я так долго хотел услышать это имя, но не из уст этой девушки.
- Кенна.
Гнев завладел мной мгновенно – с ненавистью глядя на эту ни в чем не повинную девушку, я толкнул рукой рядом стоящий стул, и он с грохотом упал на пол.
- Отлично. Просто прекрасно.
- Что вы будете со мной делать? П-пытать? Но я… - Я прервал ее ропот, схватил за подбородок и заглянул в янтарные глаза, наполненные ужасом.
- ТЫ ГОВОРИШЬ ПРАВДУ?! – Я внимательно смотрел за ее реакцией. Она не опустила взгляд, только тяжело задышала, испугавшись моего крика.
- Я не лгу.
Она выдержала силу моего взгляда, а потом зажмурила свои веки, и из них потекли слезы.
Через несколько секунд Скарлетт начала плакать навзрыд, упав на пол.
- П-пожалуйста. Пощадите меня и мою семью. Вы же ничего с ними не сделаете? – лепетала она, хватаясь руками за подол своего платья.
- Молчать, – приказал я, пытаясь уложить в голове происходящее. Все теперь казалось бессмысленным.
Я пытался разобраться во всем этом, но понимал, что меня гложет разочарование. Я – псих, неспособный на любовь, но даже я хотел бы испытывать к своей спутнице жизни хоть толику чувств.
Но глядя на это прекрасное создание, я не испытывал ровным счетом ничего. Только – жалость. И я был удивлен, что десять лет жизни так изменили принцессу – не было в ней ничего. Ни осанки, ни изящности, ни гордости.
Просто красивая картинка, которую мне предстоит трахать. А ей предстоит рожать мне детей.
- П-пожалуйста…
- Я ничего не сделаю тебе. Встань, – попросил я, глядя на то, как она медленно собирает себя с пола. Сломленное дитя.
- Я выделю тебе удобные апартаменты, прежде чем решу, что нам делать дальше. – Больше мне нечего было сказать девушке, и я вышел за дверь, отдавая приказы гвардейцам.
- Дайте ей все самое лучшее.
У меня было несколько вариантов – либо жениться на ней, заполучить корону и союз с Францией. Это укоренит мой авторитет и сотрет парламент в порошок. Но что-то мне слабо верилось, что король Франции будет рад тому, что я вдруг решу стать правителем Европы. И не думаю, что он согласен стать никем, осквернив свою династию английским бастардом.
Или же я вынужден буду всех их убить. А заодно и отомстить за мою семью, которая пала от их рук.