Глава 17

Глава 17

Два месяца спустя

От постоянного перещелкивания экрана начинает в прямом смысле рябить в глазах. И это вряд ли последствия от пары бокалов виски. Палец уже жжет от ежесекундного «изнасилования» мышки. Сейчас я даже жалею о том, что в доме так много комнат. Прошелся дважды по всем помещениям, трижды осмотрел камеры на улице — и ничего. Названивать Варе, Олегу или самой Соне с вопросом «где» — нет никакого желания. Сам чувствую, что излишний контроль — путь в никуда. Хотя о чем я? Вся моя жизнь медленно и верно идет в никуда. Наступил такой момент, в котором абсолютно все кажется беспросветным. Для меня — беспросветным, потому как для Сони — все совершенно наоборот. Казалось бы, я ведь должен радоваться ее успехам, но не получается в полной мере, просто потому что я для нее кто угодно, но не муж. Сосед по комнате, которого в последнюю неделю она точно избегает. Правда, общается весьма мило. Более того, я бы сказал, что я сосед, которому временами она очень даже доверяет. На этом все. Если первый месяц ее злость, психозы и истерические загоны я списывал на трудности в реабилитации, что, собственно, так и было, то последние пару недель — этого всего уже нет, передо мной шелковая Сонечка. Шелковая Сонечка, у которой кроме готовки получается абсолютно все. И на самобичевание и другие загоны у нее нет ни минуты свободного времени. А если и есть, то меня она в эти считанные минуты либо избегает, либо принимает за какого-то дружочка. В этом и есть самая большая загвоздка. Я ей — не друг.

Чувствую, что еще какие-нибудь полгода и она ускользнет. Просто окончательно встанет, пусть и не самой уверенной походкой, но гордо поковыляет на своих двух. Я ей на хрен не сдался. Ни под каким соусом. Иногда мне кажется, что еще чуть-чуть и я сорвусь. Нарушу свои же слова и обещания и трахну ее, не взирая на то, чего хочет она. Точнее не хочет. Нет, надо называть вещи своими именами — я ее тупо изнасилую, потому что как это не вуалируй — так это и зовется. И ведь не секс мне как таковой от нее нужен, хотя уже и он становится тем, о чем так или иначе думаешь чаще, чем надо. Жизненно-необходимая потребность заключается в том, чтобы поставить на ней клеймо, а не просто иметь печать в паспорте.

Ставлю уже пустой бокал на стол и откидываюсь на кресло, прокручивая обручальное кольцо. Не так я представлял себе свою жизнь. Совершенно не так. Новый паспорт, печать, фамилия, кольцо — не сделали Соню моей женой. Это же нонсенс — спать в одной кровати столько времени и ни разу не залезть в трусы собственной жены. Кому скажи — не только не поверят, но и обсмеют. И правильно сделают. На кой черт я согласился играть в это благородство? Хотя, что уже говорить, если выбранная мной модель поведения сдержанного добряка-терпилы крепко засела в Сониной голове. Сам налажал, сам и расхлебывай. Только не расхлебать, равно как и не залезть к ней в голову. Стал себя ловить на том, что ее улыбка и преображение в последние пару недель связаны далеко не с успехами в выздоровлении и активной жизни в сети, а с очередными мечтами о алмазном мудозвоне. Так и вижу, как эта дуреха уже расписала себе в голове всю схему, как братец падает к ее здоровым ногам. Сама мысль, что Соня думает о нем — окончательно отравляет мое и без того херовое состояние. Забавно, а ведь еще полгода назад я был уверен, что рано или поздно она в меня втрескается по самое не могу. Теперь же моя уверенность, а, если быть точнее, самоуверенность очень уверенно скатывается в задницу.

Никогда не мог подумать, что буду скучать по обозленной и стервозной Соне. Но именно это я и делаю. Ощущение ненависти к моей скромной персоне было гораздо мощнее, чем все, что сейчас происходит. Какого это вообще испытывать на себе Сонину любовь? А ты позвони, Бестужев, мудозвону и узнай. Усмехаюсь в голос от собственных дебильных мыслей и вновь наклоняюсь к столу. Заполняю до краев бокал и, недолго думая, делаю большой, обжигающий глоток. А еще через пару минут открываю личную страничку собственной кошки. Упасть и не встать — у Марии есть своя личная страница в инстаграме. Могу дать руку на отсечение, что за сегодня Соня выложила, как минимум одно новое видео Марии. Ну собственно, что и требовалось доказать.

- Пизд… анская башня, - резко поднимаю голову на стоящую рядом Анжелу. - Как у нее это получается? Вот только не надо на меня так смотреть. Я стучалась, между прочим, - быстро оправдывается Анжела. - Но ты, видимо, так был занят рассматриванием детской люльки, что пропустил сей факт. Я могу поздравить тебя с пополнением? У вас родилось дитя от непорочного зачатия? - оба синхронно переводим взгляд на экран, на котором Мария, расположившаяся пузом к верху в детской люльке-качалке, активно резвится лапами со свисающим над головой шаром, напоминающим погремушку. Музыку Соня тоже к сему действу подобрала очень подходящую. - Глеб, ты тут?

- Нет, не тут.

- А где?

- В заднице.

- Все настолько плохо? - меняет привычную интонацию в голосе, чуть сжимая мое плечо. Молчу, не зная, что ответить. Отпиваю глоток виски, краем глаза наблюдая, как Анжела пододвигает кресло и садится рядом со мной. - Не хотелось бы сыпать соль на рану…

- Хотелось бы. Сыпь. Не стесняйся.

- Я тебе сотни раз говорила, что она доведет тебя до могилы. Мало того, что избила, так теперь и морально доводит. Она хоть больше не распускала руки? Ну кроме того случая?

- Не хотелось бы в этом признаваться, но Соня бьет меня каждый день, стерва такая.

- Ты серьезно?!

- Да. Бьет четко и чтобы никто не видел. В самое сердце, - усмехаюсь в голос, отпивая виски.

- Дурак, - пихает меня в плечо.

- А ты всерьез думала, что она меня избила в первый раз?

- А что, нет?

- Нет. Я же сказал — это была случайность. Мы были на озере, я полез в драку. Точнее не в драку, а чтобы защитить одну дурочку. Хотел мирно все урегулировать. Не получилось. А Соня… она кинула камень в одного из парней, но попала мне в лоб. Вот и все.

- Мда… у тебя очень интересная супруга. И меткая.

- Очень меткая… засела, зараза такая, глубоко, - и не избавиться, и не вылечиться.

- Глеб, ты вообще помнишь, что у нас завтра открытие?

- Еще бы я об этом забыл.

- Ну раз не забыл, может прекратишь пить?

- Я не пью, так, выполняю профилактику тромбозов — сосуды расширяю.

- Я не узнаю тебя. Мне это все реально не нравится, - знала бы ты, как мне все это не нравится.

- Что я делаю не так, Анжел? Я серьезно. Ты же женщина, скажи мне. Неужели я ей настолько противен? Я же просто хочу сделать ей приятно, даже не трахнуть, а просто приятно. Я же не насильник какой-то, но… что-то мне уже, кажется, что к этому все и идет.

- Хватит чушь нести. Был бы ты ей противен, она бы себя не так вела. Не мне советовать, как выстраивать отношения с противоположным полом, но ты измени свое уважительное отношение к ней на… хамское. Или равнодушное. Да, так даже лучше — нахами ей. Можешь даже плюнуть в нее. А вообще знаешь что?

- Что?

- Брось каку, - поворачиваюсь к Анжеле, смерив ее таким взглядом, от которого она быстро сменила тактику. - Я пошутила. Я поговорю с ней завтра на открытии. Познакомлюсь наконец-то, ну и побешу ее немного, но только во благо тебе. Я вызову ее ревность. Надену оху… хрененное платье с сиськами на выкат и буду льнуть к тебе. Прям активно льнуть, а ты меня пару раз зажми, попу на руку положи. Я имела в виду наоборот — руку на попу. И увидишь, сработает. Ну это в том случае, если она к тебе неравнодушна. Хотя, судя по тому, что она обнаружила в доме расческу и дневник и поинтересовалась чье это, значит твоя рохля к тебе неравнодушна. Да и камень наверняка бросала, потому что не хотела становиться вдовой. А если все же к моим сиськам и твой руке на моей заднице она будет равнодушна — бросай каку. Ты к ней со всей душой и членом, а она к тебе даже не жопой, а вообще ничем. Не по-христиански это.

- Все сказала? Даже не думай об этом. Короткое приветствие и все. Мне такие игры на хрен не сдались.

- Да какие игры? Выведем ее из зоны комфорта. Она привыкла, неблагодарная, что ты весь ее, а вот хрен ей на постном масле.

- Ты меня хорошо услышала? Я сказал не лезть к ней. Что именно я непонятно объяснил? Ты слишком много на себя берешь.

- Ты бы так себя со своей женой вел, как со мной. Я же как лучше хочу. Все, ладно, давай не ссориться, - забирает из моих рук бокал и выпивает залпом. - Мне можно. Я ночую тут. Надеюсь на твою трезвую, чистую и ясную голову к завтрашнему вечеру. И да, вызови Олега, даже не думай садиться за руль. А вообще, передай респект своей жене — подружиться с твоей белобрысой особой, при этом не только снимать ее на камеру, но и завести ей собственный аккаунт в сети — это мощно. Смотри, скоро будет на этом зарабатывать.

Уж это самое меньшее из имеющихся зол.

***

Смотрю на идиотско-счастливый профиль Олега и виднеющиеся на его белоснежном воротнике следы от безвкусной рыжеватой, совершенно точно Вариной, помады и от души хочется ему вмазать. Так сильно, чтобы перестал лыбиться. На самом деле я ему тупо завидую. У меня нет к нему никаких претензий. Он идеальный водитель и даже имеющаяся дебильная лыба на его лице никак не мешает ему выполнять свою работу. Да, далеко я с такими мыслями пойду.

- Куда ты сегодня возил Соню?

- В салон красоты.

- Ну и какую она там наводила красоту?

- Не знаю. Вам будет виднее.

- Не знаешь, потому что в это время трахался с Варей на заднем сиденье?

- Я дожидался ее в машине без Вари, - совершенно ровно, почти безэмоционально бросает Олег, чем-то отдаленно напоминая мою пошатнувшуюся выдержку.

- Извини. Я немного не в настроении. Только я просил тебя быть на расстоянии максимум метра, а не дожидаться в машине, так что в следующий раз будь рядом.

- Мне кажется, я там был лишний.

- Тебе так кажется. Вы были только в салоне?

- Еще заехали в зоомагазин и детский мир.

- И что на этот раз купили? - ну давай, удиви меня.

- Детскую машинку. Вы себе не представляете, как будто реальная тачка, только в уменьшенном варианте. Я аж завис.

- Дай угадаю, тачка эта Соне нужна для того, чтобы посадить туда Марию, катать ее по просторам дома, а потом выложить очередное видео.

- Да. Мы даже сделали ставки, сегодняшняя люлька или в будущем машинка соберет больше лайков. Я за — машинку, девчонки за люльку. А вы на что ставите?

- На пиздюльки. Такие крупные, здоровенные даже… пиздюли. Всем троим. Тебе первому, так как из них ты самый старший, причем мужик. Серьезно, ты-то куда прешься, какие к черту лайки?

- Вы не правы. Интересное видео собирает подписчиков, чем больше их самых, тем популярнее страница Марии. Чем популярнее, тем больше вероятность любой ненавязчивой рекламы в дальнейшем и зарабатывании денег Софией. При этом животное она не мучает, у них полная гармония. Так что вы, Глеб Александрович, не правы.

- Ну да, вот единственное чего мне не хватает в жизни, это, конечно, денег.

- Вы снова не правы. Они нужны Соне. Девушкам вообще важно зарабатывать. Да хотя бы на мелочи для жизни, а не просить об этом мужа.

- Все, Олег, не продолжай. Что-то вокруг меня одни умники собрались, начинает прям-таки раздражать.

Всю оставшуюся дорогу, кроме как желания продолжить и нажраться в хлам — ничего не было. Привычные для меня желания возникли только тогда, когда зашел в дом. Не наигрались еще с люлькой.

- Всем добрый вечер. Варь, а ты ляльку хочешь? - усаживаюсь на диван рядом с Соней.

- Ммм… наверное, да.

- Ну если да, то тебя Олежка уже заждался в машине. Только чур в ней не трахаться. А если ляльку еще не хочется, то предохраняйтесь.

- Ага, - растерянно бросает Варя, вставая с дивана, при этом как болванчик кивает головой. - Ну тогда до понедельника.

- Да. Только Олегу напомни, что завтра в пять он должен быть здесь и отвезти нас с Соней на открытие. Ты, кстати, тоже можешь прийти.

- Хорошо, напомню. Ну тогда до свидания.

- До свидания, - резко перевожу взгляд на Соню. - Развяжи мне галстук. Будь так добра, - наклоняюсь к ней ближе, чем требуется для снятия удавки.

- Ты пьяный, да?

- Нет. Максимум выпивший. Поцелуй меня.

- Нет, - грубо произнесла Соня, стянув с меня галстук.

- А чего это нет? Уж это-то мы освоили с тобой на пять с плюсом.

- Потому что нет. Ты мне не нравишься такой.

- Подожди, то есть я тебе сегодняшний утренний нравился?

- Сегодняшний утренний мне нравится кофе из кофе-машины.

- Ясно. Значит целоваться тоже не будем. А чего будем делать, Сонь?

- Давай я разогрею тебе ужин, который мы приготовили с Варей.

- Нет, ужин, который приготовила Варя — мне не нужен.

- Мы вместе готовили.

- Нет, Сонечка, если в доме не пахнет горелым — значит ты не готовила, - не знаю зачем сказал это вслух. Наверное, от бессилия и собственной несостоятельности. - Ладно, проехали. Давай завтра с утра съездим в какой-нибудь бутик, купим тебе красивый наряд на вечер.

- Я никуда не пойду.

- В каком это смысле?

- В прямом. Пока я не буду ходить — выходить на люди, чтобы в меня тыкали пальцем, я не буду.

- Каким пальцем? Ты шутишь?!

- Нет, не шучу. Обыкновенным человеческим пальцем. Я никуда не поеду.

- А я сказал поедешь.

- Нет.

- Да.

- Бессмысленный разговор. Сказала никуда не поеду, значит — не поеду, - тянется рукой к креслу, на что я резко ее одергиваю.

- Даже если поездка — это бессмысленный разговор, это не значит, что ты вот так должна сваливать. Это как-то грубо, не находишь?

- Не нахожу.

- Находишь или нет, я прошу тебя остаться. Как провела день?

- Хорошо.

- Кстати, я забыл спросить. Варю успел, а тебя — нет. Ты-то ляльку еще хочешь? Или так, только кошка в люльке устраивает.

- Хочу. И я даже знаю, что ты сейчас скажешь — так давай трахаться, Соня. А я тебе отвечу — нет.

- Сначала было неожиданно, а потом предсказуемо. Кстати, - откидываюсь на спинку дивана, положив ладонь на Сонину ногу. - Ты знаешь, что мужчины, испытывающие два и более оргазма в неделю — живут дольше.

- Нет, не знаю.

- А знаешь, что это означает в моем случае?

- Нет, - закусив губу, тихо отвечает Соня, положив ладонь на мою руку.

- Это значит, что я уже сдох, Соня. Ты меня не бережешь. И себя тоже. Я настаиваю на том, чтобы улучшить наше кровообращение в органах малого таза.

- Ты пьяный, Глеб. Давай на этом закончим.

- Нет. Сонь, - обхватываю ее одной ладонью за шею. Не больно, но достаточно сильно. - Пожалуйста, не отталкивай меня. Я не сделаю ничего такого, что тебе не понравится. Обещаю. Пожалуйста, - шепчу ей в уголок рта, потираясь щекой об ее кожу. Никогда я не был так жалок. Но сейчас мне действительно плевать.

Пользуясь ее секундным замешательством, накрываю Сонин рот своими губами, не давая шанса отвернуться. Целую так, как будто в последний раз. Сейчас я не задумываюсь о ее чувствах. Но то, что Соня мне отвечает и есть тот самый зеленый сигнал. Я остановлюсь. Обязательно остановлюсь, ну хотя бы раз я могу сделать ей приятно.

В какой именно момент я перестал себя контролировать и спустил с нее бретельки домашнего платья — не понял. Равно как и не понял, как стал покрывать ее шею, грудь хаотичными поцелуями. Чувство, что как будто я делаю это в последний раз, надо больше, больше и еще больше. Как набрать в легкие побольше воздуха перед затяжным прыжком в воду. Руки блуждают по Сониному телу как у обдолбанного наркомана перед заветной дозой. Блуждали ровно до тех пор, пока я не провел ладонью по внутренней стороне ее бедра и не отодвинул тонкую полоску кружева в сторону. А дальше ступор, просто потому что получить вазой по затылку — это отрезвляет. Очень мощно отрезвляет.