15

Элли

Элли обвила руками шею Рэса, тесно прижавшись к его груди. Она едва успела прошептать ему, что ее квартира находилась на третьем этаже, как он уже взлетел по лестнице с ней на руках, да так быстро, будто она ничего не весила.

Элли достала ключи из кармана, спрыгнула и отворила дверь. Она вошла в квартиру, в которой не была пять лет. Раньше там жила ее бабушка, но потом она переехала к дяде нянчить внуков, и у Элли появилась возможность жить отдельно от родителей. Из-за долгого отсутствия жильцов воздух в квартире был прохладным. Элли поежилась, но как только ее спины коснулись горячие руки Рэса, озноб сменился жаром.

Рэс провел раскаленной ладонью по ее бедру, поднимая подол сарафана. Он скрутил в кулаке ткань, полностью обнажая нижнюю часть ее тела, и дернул, притягивая Элли к себе. Второй рукой он спустил с нее белье. Его обжигающее дыхание коснулось ее шеи.

— Ты кое-что обещала мне, Элли.

От нетерпения в его голосе ею овладела сладкая дрожь. Она выгнулась, услышав звук расстегиваемой ширинки. Рэс слегка нажал на ее спинку, заставляя облокотиться о стену, и с ходу вошел в нее, издав глубокий рык. От неожиданности Элли громко застонала. Вторжение было таким резким, что не будь она уже возбуждена до предела, наверняка причинило бы ей боль. Чертов Рэс… В нем было столько звериного. Неотесанное грубое животное… Он сводил ее с ума.

Она перестала сдерживать стоны, полностью отдавшись тому безумию, что творилось между ними. Руки Рэса блуждали по ее телу, он легонько укусил ее между лопаток, заставляя снова выгнуться и застонать. Он двигался в ней с той же неудержимой страстью, что и в их первый раз. Как будто действительно пытался соединиться с ней навсегда. Оставить след. Отметить…

— Рэс… — пробормотала она.

Он вышел из нее, развернул к себе лицом и, подхватив на руки, снова вошел, ловя губами ее стон.

— Ты моя, Элли. Моя, — прошептал он, вдавливая ее в стену и не переставая двигаться. — Больше… никогда… от меня… не убегай.

Она вцепилась в его плечи. Хотелось чувствовать его кожу, слиться с ним. В тот момент она готова была пообещать ему что угодно, и даже заточение в закрытом поселении не казалось ей больше таким ужасным. Элли схватила край его футболки и потянула вверх, обнажая его мощный торс. Рэс вжал ее в стену, удерживая ногами и поднял руки, позволяя ей раздеть себя. Элли судорожно вдохнула и провела рукой по его груди. Рэс снова с силой стиснул ее бедра и задвигался в ней еще яростнее, так, что уже через несколько минут она кричала от нахлынувшего оргазма.

Рэс смотрел на ее лицо, на то, как она дрожала в его руках, и его взгляд возбуждал ее еще больше. Он не спешил выходить из нее. Вместо этого обхватил покрепче и понес в спальню, где опустил на кровать. Она лежала с задранным сарафаном и спущенными лямками, из-под которых виднелась ее грудь, а он стоял у кровати и рассматривал ее жадным взглядом. Элли приподнялась на локтях и улыбнулась.

— Можно было и дотерпеть до спальни, Рэс, а не набрасываться на меня в прихожей.

В его взгляде промелькнуло что-то зловещее, а губы тронула легкая улыбка.

— Я истратил весь запас терпения, пока ты битых полчаса ела вишневый пирог.

— Вообще-то это фирменный пирог моей мамы, который она испекла специально к моему приезду. Я мечтала о нем пять лет.

— Я тоже кое о чем мечтал пять лет. — Его взгляд полыхал в темноте. Рэс снова оглядел ее. — Раз уж твоя мечта уже сбылась, пора исполнить и мою.

Элли сглотнула и облизнула губы. Огонь, бушевавший в глазах Рэса, стал еще ярче. Он медленно опустился на кровать, а потом притянул ее за ногу, заставляя очутиться под ним.

— Ты вроде тоже уже получил, что хотел, — прошептала Элли.

— Это только начало.

Рэс усмехнулся и одним движением сорвал с нее сарафан.

Рэс

Он сошел с ума. Слетел с катушек. Потерял остатки разума. Иначе как объяснить то, что он позволил своей маленькой соблазнительной истинной так нагло им манипулировать? Снова и снова она добивалась от него всего, что хотела. И хуже всего то, что ему это нравилось. С каждым днем у его пары было все больше власти над ним, и он охотно отдавал ей эту власть. Он хотел владеть ею, хотел сделать своей, заботиться о ней и защищать, но еще он хотел преподнести весь мир к ее ногам, сделать ее счастливой. За один только ее взгляд, он был готов на все. От него она могла получить что угодно, ей даже не нужно было ничего просить. Один взгляд, обещающий или даже просто намекающий на сладкую награду, и он отдаст ей все. Он был готов идти у нее на поводу, был готов исполнить любой ее каприз, и мысли об этом возбуждали.

Его жажда была неутолимой, и она об этом знала. С какой уверенностью, с какой соблазнительно дразнящей улыбкой она поставила его перед «выбором», прекрасно понимая, что, пообещав ему себя, она лишает его воли. Черт с ним… Он сделает так, как хочет она. Она победила, а он проиграл. Он проиграл еще в тот день, когда впервые ее увидел. Он больше не принадлежал себе, он принадлежал ей. И он не успокоится, пока не сотворит с ней то же самое.

Несколько часов он целовал, кусал, изводил бесчисленными ласками ее нежное тело, брал ее снова и снова, и никак не мог насытиться. В конце концов Элли выбилась из сил и уснула, а он не мог заставить себя перестать касаться ее. Осторожно, чтобы не разбудить ее, Рэс гладил ее тело, вновь поддаваясь возбуждению. Ее запах заполнил его легкие, и он больше ни о чем не мог думать. Дикое необузданное желание.

Если бы он оставался с ней в одной постели, то точно разбудил бы ее своими требовательными ласками. Рэс вздохнул и встал, решив пройтись по квартире. Он улыбнулся, осознав, что тогда, пять лет назад, чутье не обмануло его. Элли действительно жила в этом доме, но к тому моменту, когда он бросился ее искать, она уже покинула страну. При воспоминаниях об этом, сердце снова тревожно сжалось. Нет, больше никогда… Он ее больше никогда не отпустит.

Рэс медленно обошел квартиру. В ней было что-то очень уютное, что-то, что со всех углов кричало ему имя «Элли». Цвет стен, мебель, ковры и даже мелочи, вроде кружек и полотенец были будто идеально подобраны. Осмотрев книжные шкафы, Рэс увидел множество пособий по дизайну интерьера и улыбнулся. Ему хотелось узнать все о своей паре.

Он услышал вибрацию и нашел телефон на полу, рядом с джинсами. Звонил Говел. Как только Рэс принял вызов, из трубки раздался его насмешливый голос.

— Я так полагаю ты уже добрался до своей снова сбежавшей истинной?

Рэс усмехнулся.

— Да, но перед этим чуть не лишился рассудка.

— Боюсь даже представить себе, какого это совладать с человеческой женщиной. Ни одна волчица никогда бы так не поступила. Она тебе кстати записку оставила, и знаешь, что написала? «Машину верну». Машину!

Говел рассмеялся, и Рэсу тоже не удалось сдержать смешок. Бета был прав. То, что сделала Элли, было неслыханно среди оборотней. Но она человек. Как там говорила Пэми? Она руководствуется не инстинктами, а эмоциями…

— Когда вы вернетесь? — спросил Говел, выводя его из размышлений.

Рэс вздохнул. Никому другому он бы не рассказал всей правды, но своему бете он доверял.

— С ней сложно, Говел. Если увезу ее сейчас, она снова будет пытаться сбежать. Ей нужно время, чтобы все осознать и привыкнуть.

— И что ты будешь делать?

— Поживу пока с ней в городе. Держи меня в курсе обо всем, что происходит в стае.

Какое-то время Говел ничего не говорил, и Рэс нахмурился.

— Что-то не так, Говел?

— Мне не нравится ситуация с утечкой информации. С этим нужно разобраться. Если снова станет известно, что ты не в стае, на нас могут напасть.

— Никуда не отпускай лучших бойцов. Пусть все время будут на чеку. И сообщай мне обо всем.

— А что насчет ледяного волка? Что ты решил?

— Я убью его, как только Аяна поправится.

По молчанию в трубке Рэс понял, что Говелу ответ не понравился.

— Альфа, послушай… Ко мне сегодня подходил Кони, отец Аяны.

— Да? Дай-ка угадаю, просил не убивать истинного его дочери?

— Да.

— И что он предложил взамен? Отпустить их или оставить в стае?

— Оставить в стае…

— Говел, тебе напомнить, что случилось пять лет назад, когда я оставил в стае истинного Лексы?

— Черт, да знаю я! Но ты бы видел лицо Кони… Ты ведь сам понимаешь, что после смерти истинного, Аяна все равно что умрет сама. В чем виновата эта девчонка? И какого ее родителям знать, что ее ждет?

Рэс стиснул зубы.

— Ты забываешься, Говел. Судьба ледяного волка тебя не касается. Я разберусь с ним, когда вернусь в стаю.

— Да, Альфа.

Рэс отключил звонок и сжал кулаки. Все невовремя. В стае куча проблем, а ему надо укротить свою упрямую пару, заставить ее довериться ему и делать это надо медленно. Но времени у него нет.

Он сел на диван в гостиной, задумчиво подперев руками подбородок. Если ему нужно будет срочно вернуться в стаю, кто-то должен присмотреть за Элли. Надеяться на то, что она поедет с ним, он пока не мог. А заставлять ее… Нет, этого он тоже не мог. Он еще никогда ни с кем не церемонился, но она, его Элли, была не как все. Она не должна бояться его. Он не мог позволить себе сломить ее.

Рэс позвонил Себру и велел с утра приехать на квартиру Элли. Себр, несмотря на свою молодость, был одним из лучших его воинов. Конечно, мысль о том, чтобы доверить Элли кому бы то ни было, кроме себя самого, претила Рэсу. Но оставлять ее совсем без охраны было нельзя.

Он бросил взгляд на открытую дверь спальни. Оттуда доносилось дыхание спящей Элли, и Рэс остро почувствовал потребность охранять ее. Привыкший к ночным пробежкам зверь просил выхода, и Рэс позволил ему. Он обернулся черным волком и лег у постели, на которой спала его пара.