Глава 25 · Расследование и ревность

Рейнард Норвуд

Больше дракон не стал задерживаться в участке и поспешил к Анаис. Сначала думал заглянуть в храм к Светлой, чтобы попытаться достучаться до нее насчет развода. Однако с собой не было подарка, достойного богини, а без него являться не следовало. Не крестьянин! Одно дело — подать на пропитание в храм, другое — самой Светлой. Неожиданно в сердце поселилась странная тревога насчет Анаис. Наученный опытом, дракон открыл портал прямо к дому девушки и едва не наступил на кота.

— Сажик? — произнес Норвуд, с удивлением глядя на волнующегося зверя.

Тот при виде дракона обрадовался.

— Ур-р-р, — выдал кот и побежал первый в дом.

По пути хвостатый обернулся, словно позвал герцога с собой, а после направился вверх по ступеням. Рейнард хоть и не владел знанием кошачьего языка, а собственный пушистик скакал где-то в замке, однако призыв зверя идти за ним распознал.

— К слову, Сажик, почему все твои братья разные на вид, разве вы не из одного помета, как сказал Фарр?

Дракону показалось, что фамильяр взглянул на него с усмешкой, и решил, что хитрые котовладельцы соврали, лишь бы сплавить ненужный балласт в виде хвостатых.

— Кто у хозяйки? — на ходу спросил дракон у попавшегося навстречу слуги.

— Знакомый Анаис Потаповны, ваша светлость, — сообщил человек и поспешил убраться с пути герцога.

Дверь в гостиную оказалась неприкрытой, и дракон с котом зашли очень вовремя. Помимо услышанного диалога, Рейн увидел, как наглец попытался схватить девушку. Ревность к незнакомому прошлому Анаис мозг не туманила. Наоборот, герцог был расчетлив как никогда, однако морду идиоту все равно захотелось набить. Исключительно ради профилактики, а заодно наказания. А то, что сама Моран такому обращению с собой не обрадовалась, да и вообще испытывала раздражение, дракон отметил.

Умница Анаис в одной комнате с мужчинами не задержалась. Как лиса скользнула рядом с ним, поворковала, словно они делали это каждый день, и не по одному разу. После чего ушла, оставив на щеке Рейнарда короткий поцелуй. Любимая провернула все так мастерски и быстро, что дракон снова подумал о женском коварстве. Светлая и Моран точно одного поля ягоды с той лишь разницей, что богиня из высших, а Анаис самая лучшая на свете истинная, о которой можно только мечтать.

— Ваша светлость, — произнес Сарем, стоило любимой выйти.

Человек точно знал, кто перед ним, и не сомневался в этом.

Дверь Рейнард прикрыл магией, чтобы никто не подслушивал, особенно женские ушки.

— Зачем вы явились, Сарем? Только не говорите, что ради приветствия знакомой, — строго спросил герцог.

— Так и есть. Не подозревал, что у Моран кто-то появился, — ответил незваный гость.

Рейнард заметил, как уголок рта человека дернулся в усмешке. Едва различимо, но для дракона это выглядело однозначно: мерзавец не просто задал вопрос — он попытался уколоть, унизить Анаис. Посчитал их любовниками в самом скверном смысле — Сарем не мог допустить и мысли, что герцог захочет быть мужем Моран. Аристократ из высших и горожанка для этого человека не могли встать на одной ступени ни при каких обстоятельствах.

Дракон подобного спускать не стал, не тот случай. Мерзавец только успел моргнуть, как был припечатан к стене. Жестко, решительно и без поблажек на то, что человек мог оговориться. Такого не бывает.

Под ладонью Рейнарда бился пульс в сонной артерии негодяя, а сам дракон смотрел в лицо негодяя и видел в его глазах лишь страх и понимание, что он крупно нарвался.

— Ты решил оскорбить мою невесту? Ты, дерьмовый человечишко, посмевший прийти в этот дом с грязными мыслями?

Герцог не собирался быть вежливым с ничтожеством. Никто не смеет бросать тень на его истинную, даже знакомый из прошлого.

— Ты все понял?! — рявкнул лорд и слегка ослабил пальцы.

Захотелось плюнуть в негодяя огнем, поджарить его, чтобы знал, на кого открывал рот.

А гость испугался. Серьезно, до дрожи в коленках и изменившегося лица. Страх отразился в глазах человека, что выдало в нем трусливую сущность.

— Я не знал, что Анаис ваша невеста, — прохрипел мерзавец.

Дракон отпустил руку и демонстративно вытер ее о жилет незваного гостя.

— На первый раз прощаю, но больше подобного не допущу. А теперь говори, зачем пришел.

Ни любезности, ни уважения и вежливости этот негодяй не заслуживал.

— Просто поздороваться, — сообщил Артемий Сарем.

Он потирал покрасневшую шею и с опаской посматривал на дракона.

— Да ну? — не поверил Рейн и оскалился.

Человек вздрогнул, но ответил.

— Сегодня видел Анаис Моран в торговых рядах и решил, что надо поздороваться. Почему бы и нет, мы знакомы несколько лет. Сразу не вышло, поэтому я решил зайти.

— Был с женщиной, — догадался Рейнард. — Считай, что поздоровался, теперь можешь быть свободен. И советую впредь думать, прежде чем касаться имени моей невесты.

Дракону нравилось называть Анаис невестой. Пожалуй, вот прямо сейчас он отправится к Светлой, чтобы решить этот надоевший вопрос. Но сначала позаботится, чтобы Сарем покинул этот дом немедленно.

Рейнард открыл дверь и приказал первому попавшемуся на глаза слуге. Тот нес корзину с бельем, но это дракона не остановило.

— Проводите гостя до двери, он уже уходит.

Норвуд убедился, что человек двинулся вслед за прислугой, после чего отправился в столовую. Можно было бы поискать Анаис в ее спальне, только он побоялся вспугнуть девушку своим напором. Желание обладать истинной росло с каждым днем, с каждой ее улыбкой, случайным и не очень прикосновением.

А вот еда — тема нейтральная. Рейн был уверен, что в чашечке чая со вкусным пирогом ему никто не откажет.

Так и получилось. Анаис вошла в столовую с подносом в руках и при этом смотрела с таким любопытством, словно знала — ему есть что рассказать. Соблазнительная и очаровательная, она приблизилась, после чего Рейн подхватил стеклянный кувшин, наполненный молоком (не чай, но тоже неплохо), и поставил его на стол. При этом и сам дракон, и девушка безотрывно смотрели друг на друга, будто ведя немой разговор.

Все это было так волнующе, что лорд не стал тянуть и поднялся. Отобрал у Анаис поднос и двинул его по столешнице подальше от себя. Пирог, украшенный яблоками, не свалился, и то хорошо. Выглядел и пах он очень вкусно, но сейчас было абсолютно не до выпечки.

Какая еда, когда рядом самая желанная девушка на свете?! Та, ради которой теперь билось его сердце.

Рейнард притянул Анаис к себе, и она не стала сопротивляться. Поднялась на цыпочки и обвила шею мужчины. Губы герцога коснулись щеки девушки, а потом дошла очередь до ее рта. Восхитительный запах нежной кожи возлюбленной опьянил, и дракон углубил поцелуй. Истинная в ответ только сильнее прижалась к лорду, запустила пальчики в его волосы.

— Люблю тебя, — выдохнул герцог и снова принялся целовать желанные губы.

— Скажи еще раз, — попросила девушка, стоило Рейну на несколько секунд прервать поцелуй.

Норвуду хотелось прикоснуться не только к губам, но и к щекам, скулам, глазам своей истинной. Мучение — знать, что ты связан высшими силами с какой-то непонятной женщиной, когда самая желанная находится рядом в объятиях и с охотой отвечает на каждое прикосновение.

— Люблю тебя, — прошептал дракон.

— Не слышу, — поморщилась плутовка.

— Я, герцог Рейнард Норвуд, люблю тебя, Анаис Моран, — ответил со смешком Рейн.

— А ты не врешь? — спросила она совершенно искренне и при этом посмотрела как девчонка, которая не поверила в сказку. — Я знаю, что любовь бывает разная, и по длительности тоже, но все же хотелось бы понимать, что завтра ты не найдешь себе новую избранницу.

— Тише. — Дракон коснулся пальцем нежного рта, затем склонился и прижался лбом ко лбу Анаис. — Клянусь честью, что мои чувства к тебе истинные. Люблю тебя, Анаис Моран, никогда не сомневайся в этом. И как только я справлюсь с определенными обстоятельствами, то сделаю тебе предложение. Готовься! Это не угроза — факт.

Девушка нахмурилась, явно отметив упоминание «определенных обстоятельств». Она едва раскрыла рот, чтобы что-то спросить, как случилось неожиданное — послышался кошачий визг, наполненный болью. Рев Сажика практически сразу перерос в ор взбешенного зверя.

Не медля ни секунды, дракон и Анаис бросились на помощь к храброму питомцу.

Лорд выскочил на улицу и в первую долю секунды потерял дар речи — Сажик вцепился в ногу Сарема когтями и зубами, а тот ругался и пытался отодрать от себя свирепого фамильяра.

— Убрал руки от моего кота! — зарычала Анаис и двинулась на обидчика.

Дракон даже моргнуть не успел, как в руке девицы мелькнула сковорода. Это как она ее призвала-то?! Получается, у боевиков для защиты и нападения острые мечи, а у бытовика — кухонная утварь? Но такое бывает крайне редко, уж дракон знал наверняка! Истинная — особенная, в этом Рейнард только что убедился в очередной раз.

Однако прежде чем Моран успела подскочить к скандальному гостю, дракон шарахнул по Сарему заклинанием. Согнутый крючком маг застыл с раскрытым ртом и протянутыми к коту скрюченными руками. Действующая по инерции (но скорее нарочно) Анаис приложила сковородкой по макушке негодяя. Только после свершившейся мести оружие исчезло из руки грозной воительницы.

— Выплюнь эту гадость, — попросила Анаис, и усатый котейка ее послушался.

Зверь сначала отцепился от Сарема, потом задрал хвост и пометил брючину негодяя. И лишь после проведенного ритуала фамильяр побежал к хозяйке.

— Что это делается-то, а?! — послышались вопросительные возгласы слуг.

— Кота пинать — немного ума надо.

— Ваша светлость, куда его теперь? Может, в сторонку убрать, чтобы на ходу не стоял и не мешался?

— Сдвиньте к забору поближе. Придет в себя — ворота рядом, — сообщил дракон. Затем подошел к застывшему Артемию Сарему и, глядя тому в глаза, произнес с угрозой: — Кое-кто не понял, что со мной связываться не стоит? Это касается не только моей невесты, но и ее питомца, а также слуг и имущества. В следующий раз тюрьма обеспечена, пока же только штраф за дурное отношение к животным. Я, как глава Норвиля, имею право выносить это решение единолично.

Рейнард щелкнул пальцами, и откуда-то сверху ему в руку упало постановление. Дракон засунул документ в нагрудный карман Сарема, после чего интерес к гостю был потерян.

Анаис Моран

Я покрутила головой и даже вытянула шею, но сумела рассмотреть начерченные тушью на бумаге несколько нолей. О том, какая сумма была там на самом деле, оставалось только догадываться. Зная о том, что Артемий прижимист, молча согласилась с Рейном, ударившим мерзавца по самому ценному для него — по карману.

Слуги тут же кинулись исполнять приказ дракона и без уважения сдвинули противного гостя под рябину, в результате спугнули сидящих на дереве птиц. Возмущенные вмешательством людей в их образ жизни, вороны взлетели и принялись кружить над нами. А что несколько птичьих шлепков попало на голову и одежду Сарема, так это его проблемы.