Глава 30 · Герцог к стражам, а я в пекарню. Опасения и обязанности

Рейнард Норвуд

Сердце дракона пело от нежности и близости с Анаис. Ему хотелось забрать девушку с собой и никуда не отпускать. А еще узнать ее тайну, которая точно существовала.

Дракон не обманулся, когда они вместе побывали у источника. Ани что-то видела и не зря махала рукой — наверняка это какой-то тайный знак. Опять же брачный браслет собеседник герцогини непременно должен был увидеть.

Рейну очень хотелось знать правду, но в случае с любимой лучше было немного подождать и не торопить ее.

— Где все? — спросил дракон у новой экономки, когда оказался в замке, а она попалась навстречу.

— Ваша светлость, они отправились за вами. Я слышала, что ваши друзья про стражей говорили.

Герцог кивнул. Дело Артемия Сарема еще в процессе раскрутки, и это важно.

Норвуд провел час в своем кабинете, разбирая корреспонденцию. Он даже не успел все прочитать, когда почтовая шкатулка прислала оповещение.

Письмо от принца Грасса Златокрылого было коротким и емким: «Рейн, приветствую! Матушка все еще сердится за свою любимую кондитерскую, но я уверен, скоро сменит гнев на милость. Я решил, что пора навестить тебя. Буду не один, а с красавицами, так что готовься! Не знаю, есть ли в твоей глуши такие курочки, но уверен, скучать они нам не дадут».

Ни кур, ни уток и уж тем более жаб видеть герцогу не хотелось, а друг не знал главного — чужие женщины и девицы Норвуда больше не интересовали. Взвесив ситуацию в целом, дракон написал ответное письмо.

«Грасс, у меня для тебя новость: я нашел свою истинную и она лучшая из всех, кого я встречал. Так что красавицы мне без надобности. Буду очень рад тебя видеть в своем замке!»

Вот так, и без всяких подробностей, тем быстрее прибудет Златокрылый. Свободные дамы, что прибудут с ним (если Грасс все-таки захочет их взять с собой), могут скрасить общество Саяна, Фарра и Диона.

Норвуд еще какое-то время побыл в кабинете, а потом приказал собрать слуг и всех, кто был на территории перед замком. Рейнард вышел на балкон второго этажа и сделал заявление, чтобы знали все и каждый — сердце лорда занято бесповоротно. Навсегда. Что он нашел свою истинную и скоро в замке появится герцогиня.

Рейн был уверен, что уже через час это станет главной новостью городка.

Выполнив свою миссию, дракон взял коня и отправился к стражам. Родители Клеопатры Олин — люди непростые и могут попытаться использовать связи, чтобы избежать наказания. Он не даст им вставлять палки в колеса правосудия, а для этого нужна самая свежая информация.

Хорошо, что Грасс Златокрылый решил заглянуть в Норвуд. Рейнард был уверен, что принцу будет интересно знать, за счет чего богател вхожий во дворец Олин. А уж сколько от его рук пострадало людей — выяснит следствие.

До участка стражей дракон добрался быстро и сразу заметил привязанных коней своей команды. Это хорошо, что они тут, значит, есть над чем поработать. До нужного кабинета герцог добрался без задержки, разве что едва не столкнулся с недовольной лисой, выскочившей из кабинета Димитра Доброва. При виде герцога девица побледнела, и ее веснушчатая кожа пошла красными пятнами.

— Что-то случилось? — поинтересовался дракон.

— Все в порядке, — тут же нашлась рыжая. — Думала, что у капитана никого нет, а он занят. Там ваши товарищи, ваша светлость.

И при этом лиса так старательно пыталась выглядеть независимой, что Норвуд сразу заподозрил ее в особой симпатии к Доброву.

— Зайдите попозже. Уверен, капитан освободится, — произнес Рейнард и усмехнулся: — Для вас точно.

Изумление на веснушчатом лице было неподдельным, однако добавлять что-либо дракон не пожелал. Костяшками пальцев стукнул в кабинетную дверь и тут же вошел. Как Норвуд и предполагал, все его друзья, а также Добров и еще один страж были в сборе.

 — Как проходит расследование? — сразу поинтересовался Рейн.

— Ваша светлость, — без тени подобострастия отозвался капитан и протянул исписанный мелким почерком листок, — читайте. Это признание Артемия Сарема. Очень интересный документ.

— Сам все рассказал или пришлось прибегнуть к сыворотке правды? Использовали своего талантливого мыслечтеца? — спросил Рейн.

— Как нас увидел, так все и выложил, — рассмеялся Фарр и махнул рукой, словно преступник был и не преступник вовсе, а испугавшийся юнец.

— Не сам, мы его немного напугали, — признался Саян. — Сказали, что семейство Олин откупится, а ему придется все разгребать.

— Уже есть попытки повлиять на следствие? — Рейн остро глянул на Доброва.

— Есть, ваша светлость, спустили свыше распоряжение освободить Сарема под подписку о невыезде, — признался капитан. — Владельца гостиницы это не коснулось, только мага.

— Надо же. Интересно, кто у нас такой смелый? — Дракон с предвкушением улыбнулся. Рейн был уверен, что Грассу будет интересно знать, кто пытался повлиять на ход следствия и выгородить настоящего преступника. — Вот что, капитан, если нет возможности удержать Сарема здесь в камере, то переводим его ко мне в замок. Не позволю преступникам повлиять на горожан и избежать правосудия.

— Ваша светлость, я не из пугливых, — заявил Добров. — Сделаем вид, что распоряжение проигнорировал.

— Уверен? — Дракон посмотрел испытующе. — А если защитники явятся непосредственно к тебе?

— Камеры просто так не открыть, — упорствовал Добров.

— Хорошо, не забудь навесить на Сарема и его подельника маячок, мало ли что может случиться.

— Сделаю, — кивнул капитан и сцепил зубы, словно уже вступил в мысленный бой с защитниками семейки Олин.

Хороший у города глава стражей, правильный.

Дракон еще раз перечитал документ, затем выслушал, что планирует делать дальше Добров. Протокол допроса ушел наверх только после того, как его одобрил герцог Норвуд. Он же затребовал копию, и капитан не отказал — выдал. Грасс Златокрылый любил развлечься с женщинами, но и от дела не бегал. Понимал, что к чему. Эту бумагу Рейнард и намеревался показать другу. А в том протоколе имена мелькали всякие, не только Олин. Даже тех, кого Сарем всего лишь подозревал в сговоре с будущим тестем.

— А что его дочь Клеопатра? — спросил Рейнард.

— Она сидит в гостинице и никуда не выходит, — ответил Добров. — Я лично сегодня с ней разговаривал — девушка сделала вид, что не в курсе махинаций жениха.

Дракон кивнул. Разумеется, эта особа не так проста, как пыталась казаться Доброву. Другое дело — за руку ее никто не поймал, а ковыряться в мозгах у нее так просто нельзя.

— Первый прицепленный маячок она скинула быстро, — поделился капитан. — Я его нарочно прицепил ей на серьгу. Девушка практически сразу деактивировала следилку, стоило мне покинуть гостиницу. Второй она не обнаружила, и, судя по всему, в настоящее время девица все еще в гостинице.

— Чего-то ждет. Предлагаю пока эту Клеопатру не трогать и понаблюдать за развитием событий. Если что — докладывайте, — скомандовал Рейнард.

Анаис Моран

Я отправилась в пекарню, чувствуя, что соскучилась по работе. Всего сутки прошло, зато сколько событий! Узнала, что обзавелась супругом, пообщалась с Анаис Моран, не говоря про встречу со Светлой.

Богиня мне очень понравилась, и я решила сделать ей подношение в храме. Поблагодарить за спасение и дракона, потому что без вмешательства высшей силы мы бы с Рейном не встретились.

Ароматный запах ванили и корицы я почувствовала еще на улице. Значит, настал черед сдобы. Вошла в пекарню, поздоровалась с персоналом и направилась к себе.

 Работа увлекла, но на каком-то этапе в дверь постучали. Оказалось, что это наш пекарь Виктор Петрович решил ко мне заглянуть.

— Анаис Потаповна, можно?

— Разумеется! — улыбнулась я мужчине и помяла шею.

Сама не поняла, как просидела над бумагами почти час.

— Слышали новости? — поинтересовался пекарь.

— Какие именно? — осторожно спросила я.

Неужели он про нападение на дом артефактора? Любопытно, что говорят люди.

— Что герцог встретил свою истинную. Весь Норвиль гудит. Сегодня в замке его светлость при всем народе сказал, что нашел избранницу, — на одном дыхании выпалил пекарь.

А сам на меня так внимательно посмотрел, словно я должна ему что-то важное ответить. Этакое признание и явка с повинной.

У меня аж в горле пересохло от такой новости. Разумеется, других истинных у Рейнарда я не подозревала, речь обо мне. Но ведь какой молодец! Взял и сообщил всему городу.

— А имя назвал?

— Нет. Я думал, вы в курсе, хотел поинтересоваться.

Пекарь сощурился, словно самый настоящий кот.

— Понятия не имею. — Я сделала скучающий вид, но уже спустя несколько секунд мы с Виктором Петровичем дружно смеялись.

— Вас можно поздравить, — уверенно заявил мужчина. — Герцог хоть и проводил бо́льшую часть своего времени в столице, но Норвиль не запущен. Все самое передовое у нас тоже появляется.

— Но как вы догадались? — Меня очень-очень интересовал этот вопрос.

— Все давно заметили, что его светлость неравнодушен к владелице пекарни, — поделился наблюдениями собеседник.

— Когда успели?! — удивилась я.

И ничего такого не было, сплошная рабочая обстановка. Расследование! На людях не обжимались, не целовались и вообще вели себя очень сдержанно.

— Госпожа Анаис, вы девушка молодая, поверьте моему опыту. Не сердитесь, я как друг вашего отца говорю, а не как любопытный мужик. Просто так герцог заедет по делам раз, от силы два, но не двадцать. Это все смекнули, и сразу.

Рейн!

Прибью!

Подушкой.

Это же как придумал — сделал объявление в замке, а узнал весь город, причем очень быстро. То-то мне икалось полчаса назад.

Я пыталась возмущаться изменившимся статусом, однако в груди разливалось тепло. Не обманул и даже более того, провернул все так, что мне теперь не сбежать. Да и куда я от своей пекарни и любимого дракона?

— Надеюсь, со свадьбой у вас тоже не затянется. А если она скоро, то придется и нам поднапрячься, ведь наверняка замок увеличит свой заказ из-за гостей.

— И правда, — протянула я и взглянула на мужчину с благодарностью.

Кто предупрежден, тот вооружен. Пожалуй, с планами я поторопилась!

— Может, и не будет ее пока, свадьбы этой, — едва ли не с надеждой взглянула на пекаря.

Понятно, что брачный браслет уже на руке, но хотя бы помечтать о чем-то таком можно?

Или уже поздно?

— Анаис Потаповна, вы сами-то в это верите?

— Нет, — немного подумав, произнесла я.

Рейнард настолько стремителен в своих поступках, что не удивлюсь, если уже сегодня подарит кольцо. Наверное, надо этому радоваться, а я даже собственные перспективы представлять пока не тороплюсь. Успеется.

— Вот и ответ. И насколько я в курсе, у Норвудов браки крепкие. Никаких дурных разговоров на моей памяти не было, — поделился пекарь.

Слов не требовалось, и я просто кивнула, принимая к сведению выданную собеседником информацию.

События разворачивались так стремительно, что было бы странно прыгать от радости до потолка. Опять же, я с драконами близко не знакома, а брачный браслет не даст о себе забыть. Я взглянула на рукав платья, на собеседника, затем снова на рукав.

А потом под изумленным взглядом пекаря расстегнула пуговку на манжете и продемонстрировала сверкнувший причудливым орнаментом браслет. Въевшийся в кожу при дневном свете, он выглядел потрясающе. Переливался и смотрелся крайне уместно.

— Вообще-то мы уже женаты, но это тайна.

— И почему я не удивлен? — Мужчина поднял руку и почесал лоб. — Этот дракон своего не упустил, не зря про истинную заговорил. А про тайну не переживайте, ваша светлость, все равно поженитесь официально. Герцог наш не какой-то замухрышка-аристократ, правила соблюдает. Да и не позволят ему, все-таки принц в друзьях, и с королевской семьей он хорошо знаком.

Оставалось лишь согласиться и спрятать браслет под манжетой.

— Только светлостью меня пока не называйте, пожалуйста, — попросила я. — Пусть будет все как раньше.

И еще останется главный вопрос — платье! Наряд! Я ведь в местной моде не специалист, а подводить Рейнарда и выглядеть бедной родственницей мне не хотелось. И дело не в деньгах. А в знании и местной моде, к которой я особо-то и не присматривалась.

Я глубоко вздохнула, потом еще раз и поняла, что рано паникую.

— Виктор Петрович, а что это у нас так вкусно пахнет?

— Маковые булочки и колечки в глазури. Хотите? — Мужчина усмехнулся.

— Пожалуй, не откажусь. Надо отвлечься. Поддержите? Я расскажу рецепт вкусного сметанника. Представляете, только сейчас вспомнила про него, а ведь ничуть не хуже торта.

— И вы молчали? Анаис Потаповна, записывайте скорее, а я сейчас схожу за выпечкой.

И как же хорошо, что я призналась этому замечательному человеку. Одной тайной меньше — уже легче.

Осталось только довериться мужу и осчастливить его известием, что его жена не просто булочница. Попаданка, перемещенная в этот мир Светлой богиней.

И как поступить?

Когда Рейну открыть глаза на мое происхождение?

Вопрос сложный, но я знала, что справлюсь. Должна справиться. Нельзя начинать совместную жизнь с такой сокровенной тайны.