Глава 61

Макс

Мама побледнела, её рука непроизвольно потянулась к горлу. Я видел это, потому что на последних словах отца поднялся и стал в дверях. Они не заметили меня, продолжая разговор.

– У тебя… что? Ребёнок?

– Да, у меня будет ребёнок. Зачем переспрашивать? Кажется, я достаточно ясно выразился.

– В то время как я терпела всё ради семьи! Не стала рожать ещё детей - потому что ты не хотел! Проглатывала твои унижения! Отказалась от карьеры - всё ради идеальной семьи! А ты…

– Не начинай! Ты сама этого хотела! Ты жила на всём готовом и ни дня не работала! Ради той жизни, которую я тебе предоставил, можно и потерпеть. А я мужчина. Я работаю. Пашу целыми днями и мне необходим отдых! А ты… а с тобой я скован цепями! То не так, это не этак! Приличия, правила, церемонии! Надоело! Устал! Так что могу позволить себе отдохнуть. По поводу раздела имущества с тобой свяжется с мой адвокат. Дом, - он пренебрежительно огляделся, - этот… этот музей оставлю тебе. А сам буду жить в нормальной современной квартире. Деньгами не обижу. Но видеть тебя не хочу.

– Папа! - предостерегающие сказал я и шагнул вперёд.

– Не лезь в наш разговор. Мы сами разберёмся.

– Уйди, Макс. Это наше с твоим отцом дело.

– Я не хочу слышать ни единого плохого слова в адрес своей матери!

– Я сказал только правду, сын. Когда-нибудь ты меня поймёшь!

– Не хочу этого понимать. Так нельзя! Нужно уважать женщину, с которой живёшь!

– Как ты уважал свою жену? - брови отца приподняты, на лице ухмылка.

Непроизвольно сжимаю кулаки. Стискиваю челюсти. Я никогда не относился к Кире так, как отец к матери, но сейчас он ударил по-больному. И мне хочется ударить его в ответ! Но он уже уходит. И, оборачиваясь, говорит:

– Подумай, сынок, о своём поведении. А потом осуждай других.

Он круто разворачивается и исчезает за дверью. Мать оседает на диван, неподвижно глядя перед собой. Губы её шевелятся, как будто она что-то беззвучно повторяет.

– Столько лет… столько лет! - различаю еле слышный шёпот.

Я не знаю, что делать. Могу только обнять, прижать к себе. Но моя несгибаемая и сильная мать поддаётся лишь на несколько секунд. Расслабляется, прижимается ко мне, словно ищет утешения - и опять становится невозмутимой и строгой. Отстраняется.

– Спасибо, сынок. Я справлюсь. Всегда справлялась и сейчас справлюсь. Какой же я была дурой… Сколько потеряла лет! - на лице её горькая улыбка.

– Мам…

– Может и к лучшему. - внезапно изменившимся голосом произносит она. Резко встаёт. - Сама бы я никогда не осмелилась, нет. Просто нужно привыкнуть к свободе. Свобода…

Мать выглядит сосредоточенной, как будто что-то решила.

– Не переживай за меня. Не думай, что твоя мать беспомощная и ничего не может. У меня есть люди, готовые мне во всём помочь. Я не пропаду. А теперь… оставь меня. Мне надо решить, что делать дальше со своей жизнью. А ты… ты и правда подумай о своей. Крепко подумай.

И уходит в свою комнату. Через некоторое время я слышу, как она разговаривает с кем-то по телефону.

Пора и мне позвонить. Позвонить Кире и сказать, какой я дурак. И попробовать хоть что-то изменить. Получить хоть какой-то шанс.

Я ухожу к себе и хочу взять телефон, но он звонит сам. Сердце начинает частить. Кира?

Но это не она.

Мне звонит Эдик.

Он может позвонить мне по множеству вопросов, кроме последнего дела. Но я чувствую, что нет. Почему-то я уверен, что дело в Диане.

И это оказывается так.

– Макс?

– Слушаю. - отвечаю коротко, горло перехватывает от волнения.

– Макс, её нашли!

– Диану?

– Да! Со мной связались люди её бывшего мужа. Она у него.

Не знаю, что мне и думать про эту новость. И чего теперь ждать.

– И… зачем они тебе позвонили? Что с Дианой? Что… чем это мне грозит?

– Ничем. - удивлённо произносит Эд. - Они поблагодарили за помощь, без которой бы не разобрались в ситуации и без которой бы её не нашли и сказали, что теперь Диана под надёжным присмотром. И теперь она и думать забудет о чём-то другом, кроме как том, как отдать все свои долги. И отдавать она их будет очень, очень долго. И ей будет не до нас, это нам гарантируют.

– Знаешь… - добавил Эд, промолчав, - мне показалось, что отдавать долги - это было не про деньги… а… ну…

– Это уже нас не касается. Меня не касается. - добавил я. - Пусть разбираются, как хотят. Я рад, что смогу теперь забыть об этой истории. Она дорого мне далась. Пора уже идти дальше.

И правда. Я почувствовал, что могу идти дальше. Вот что ещё угнетало меня! Держало в напряжении, беспокоило, сидело внутри, как заноза! Теперь - теперь я ощутил, что прошлое отпускает меня.

Я даже почувствовал себя лучше. Сердечно попрощавшись с Эдиком, готовый обнять его прямо через экран телефона, я с волнением - но и с радостью - позвонил Кире. Но она не отвечала.

Занято.

Занято, занято, занято.

Неужели это всё?