Глава 9

Соня Не знаю, может Лера всё ещё пребывала в шоке от случившегося или её прямо так сильно успел запугать Виктор Игоревич, но она всю дорогу пыталась меня отговорить, убеждая, что уже и сама не хочет работать в нашем отделе. А ведь из нас двоих обычно именно она всегда была резкой и упорной, никогда не позволяя даже словом себя обидеть, а тут неожиданно превратилась в растерянную и чуть ли не сломленную. Я понимаю, с домогательством трудно справиться, оно заставляет чувствовать себя униженной и слабой, но я отказываюсь понимать, почему подруга не жаждет наказать этого урода. Он повёл себя как скотина, посмел распустить руки и попробовал залезть ей под юбку. На такое просто нельзя закрыть глаза и уволиться как ни в чём не бывало. И я до сих пор очень хорошо помню чувство беспомощности, когда ты стоишь рядом с мужчиной и понимаешь, что не сможешь от него защититься. И за это я должна поблагодарить Артура. Сейчас он ведёт себя так, словно ничего не произошло и он на меня не срывался, и меня это раздражает. Можно подумать, что он решил забыть этот инцидент, стереть его из памяти и больше никогда к нему не возвращаться. Хорошая тактика! Вот только я всё помню и уже вряд ли забуду. И за эти несколько дней я поняла, что пора уже прояснить нашу семейную ситуацию и проверить, совпадают наши с Артуром желания или нет. Если нет, то я не вижу смысла мучить себя и тратить ещё один год на мужчину, который что-то от меня скрывает, – я это чувствую – и не готов к детям, не желая даже поднимать этот вопрос. Совсем не этого я ожидала, выходя за него замуж. Телефон снова зазвонил и на экране высветилось имя начальника. Первый его звонок я скинула, ну а на второй решила ответить. Я была настолько зла и возмущенна произошедшим, что мне уже не терпелось как можно быстрее словесно столкнуться с этим типом и высказать ему всё, что я о нём думаю. Но это следует сделать только после того, как мы переговорим с Филиппом Аркадьевичем. Бросив быстрый взгляд на мой телефон, увидев, кто звонит, Лера снова напряглась, и во взгляде её карих глаз появилось сомнение. Нет, мне определённо не нравится такая надломленная Лера, которая хочет сбежать от проблемы, а не решить её. Я и подумать не могла, что она может оказаться настолько уязвлённой. – Да, Виктор Игоревич, я вас слушаю, – холодно произнесла, поднеся телефон к уху. – А мне вот интересно, Света, куда это ты убежала? Почему на тебя снова жалуются сотрудники? У тебя, как бы, есть график работы, которому ты должна следовать. – Голос начальника был резким, недовольным и чуточку истеричным, а может и разочарованным. Он что, не смирился, что с ним не захотела переспать одна из сотрудниц? Наверное, понапридумывал что-то в своей больной голове и теперь злится, что женщины не раздвигают ноги по первой же его просьбе. И вот откуда он такой взялся? Мы же нормально работали, у нас была хорошая начальница, более менее нормальный коллектив, а тут на тебе, появился униженный жизнью мужчина, пытающийся разрушить нашу идиллию. – Знаете, Виктор Игоревич, мне тоже много чего интересно. К примеру, почему человек, занимающий руководящую должность, не может до сих пор запомнить имена своих подчинённых? А ещё я бы хотела узнать, где именно в нашем трудовом договоре обозначен пункт, что вы можете вызвать к себе в кабинет одну из сотрудниц и нагло её домогаться? Это у нас в компании какие-то новшества, о которых пока умалчивают? Виктор Игоревич издал странный, крякающий звук, явно растерявшись и не зная, что мне ответить. Но я и не ждала его ответ, уже догадавшись, что ничего хорошего я от него не услышу. Поэтому я сбросила вызов и улыбнулась Лере, пытаясь её приободрить. – Знаешь, а ведь Филипп Аркадьевич может быть занят, – снова попыталась пойти на попятную подруга, когда мы уже поднимались на лифте, – к нему нельзя попасть на приём без записи. – Поверь, у тебя очень уважительная причина, чтобы отвлечь его от работы. Вообще-то, то, что сделал наш начальник, карается законом, так что это в интересах Филиппа Аркадьевича, чтобы мы не подняли шумиху. Хотя я бы на твоём месте написала заявление. Но мы сейчас посмотрим, как пойдёт дело. Если директор не захочет увольнять своего оборзевшего дядю, то тебе стоит поехать в полицию. – Зря ты это затеяла. Тебя же тоже могут уволить. – Поверь, я лучше сама напишу заявление на увольнение, если пойму, что мне уже небезопасно находиться на рабочем месте. Сегодня Виктор Игоревич полез к тебе, а завтра может то же самое сделать со мной. Одна только Нина будет пищать от радости, если по ней пройдутся руки начальника, но она, судя по всему, не в его вкусе, иначе бы он уже давно воспользовался интересом с её стороны. Дверцы лифта открылись и мы оказались на последнем этаже здания, на котором и восседал наш генеральный директор. Таким маленьким рыбкам, как нам с Лерой, мужчина представлялся немного мифическим, ведь мы с ним почти не пересекались и никак не контактировали. Но слухи о нём были исключительно положительными, так что все знали, что Филипп Аркадьевич человек чести, он уравновешен, не вспыльчив и вежлив абсолютно со всеми. Так что мне даже было интересно поговорить с ним и узнать, как он поступит в данной ситуации. Не окажется ли, что его попросту перехваливают? Мы с Лерой быстрым шагом направились к приёмной директора, когда её дверь открылась и нам навстречу вышел наш неуважаемый Виктор Игоревич. Ого, какой он шустрый. Буквально только что мы разговаривали с ним по телефону, а он уже успел примчаться к своему племяннику. При виде нас мужчина замер и заметно так напрягся, явно сообразив что к чему. И, как и следовало ожидать, он испугался и его страх вылился в агрессию. Но так даже лучше, чем больше этот мужчина показывает себя с нехорошей стороны, тем легче будет убедить окружающих, что он не достоин занимать свою должность. К тому же у нас везде камеры, так что это нам с Лерой только в плюс. Если он рискнёт открыто нас запугивать, то этим навредит в первую очередь самому себе. – Так, а вы что здесь делаете!? – сквозь зубы спросил начальник, пробежавшись по нам своим водянистым взглядом. Глаза человека, как и его взгляд, могут многое сказать. И сейчас я видела перед собой малодушного мужчину, который будет трусливо всё отрицать, попытавшись выставить злодейкой мою подругу. – Вам стоит вернуться в отдел и написать заявления на увольнение! Здесь вам нечего делать. Усмехнувшись, ещё ни разу не видев настолько жалкого человека, который пытается выглядеть сильным и влиятельным, я покрепче перехватила руку Леры. – Не волнуйтесь, Виктор Игоревич, мы напишем заявления, но не на увольнение. А сейчас сдвиньтесь немного в сторону, вы нам мешаете пройти. Блеклые глаза мужчины по-нехорошему прищурились и он, нагнав на себя до смешного грозный вид, двинулся прямо на меня.