Глава 23

К концу поездки их с Принцессой переписку можно было издать в трёх томах — столько всего они успели обсудить за четыре дня. И это ещё связь была плохая. Видать, не зря ему предлагали писательские курсы — это был знак.

Но свою многословность Лис как раз мог объяснить. У него сто лет не было друга, с которым он мог вот так запросто поделиться чем угодно.

Легко мог он отмахнуться и от того, что постоянно пересматривает её снимки. Ничего удивительного. Красивая стройная девочка. Конечно, на неё приятно было смотреть. Один снимок вызывал у Лиса особенно голодные спазмы и не только в горле. Что тоже вполне объяснимо: он взрослый здоровый мужик, его разные картинки заводят.

Но как объяснить, почему чаще других, он смотрел на другой снимок, совсем не откровенный, что Принцесса сбросила в шутку: она в том самом розовом пальто рядом с детской коляской. Он смотрел, прислушивался к своим ощущениям и удивлялся, потому что сказать: «Чур меня, чур!» желания не возникало.

Когда спустя четыре дня дневной электричкой Лис наконец вернулся в Северную столицу, желание у него было только одно — быстрее оказаться дома.

Тяготы жизни в провинциальных гостиницах, как и походных условий, его никогда не смущали. Даже помятый, заросший неприлично густой щетиной, которая кололась и чесалась, Лис чувствовал себя, если не отдохнувшим, то просветлённым.

Как паломник, что возвращался из святых мест.

Или как моряк, что полгода не был дома.

Лёгкая тревога: что его ждёт? Лёгкое волнение: как она тут? Лёгкое нетерпение: увидеть, коснуться, обнять. Вдохнуть. Услышать.

Но на Московском вокзале его встречала Лялька.

— Привет! — коснувшись губами её щеки (конспирация, ничего личного), Лис оценил лёгкое летнее платье капитана юстиции, снял куртку, поправил шапку и с недоверием посмотрел на прозрачное голубое небо: — Это что у нас? Спонтанное лето?

— Да, погода второй день шепчет. Жара, — ввела его в курс метеосводки Алевтина.

— Ну, рассказывай! — закинув на плечо рюкзак, кивнул Лис по направлению к выходу, исподтишка, но внимательно глядя по сторонам.

Где-то тут, среди местный бомжей, должен ошиваться Вадик. Ага, вот он, сидит на лавке в поношенном тряпье, лохматый, грязный, жрёт надкусанный пирожок, завёрнутый в промасленную бумагу и подкармливает двух жирных голубей.

Надеюсь, пирожок он хотя бы не из урны достал? А то этот юродивый умел вживаться в роль так, что драматический театр в сторонке нервно грыз ногти.

Но следил Лис больше не за Вадиком, а за пожилым дядькой, Иван Иванычем, с которым познакомился в поезде. Тот как раз поравнялся, махнул Лису, что шёл рядом с Лялькой неторопливо, и, раскачиваясь как маятник под тяжестью сумки с рабочим инструментом, зашагал впереди.

Дядька ехал в Петербург на заработки, а руки-то они к своему привыкшие, пояснял он Лису, вот и взял хозяйственный мужик, плотник по профессии, все свои стамески с собой.

Вадик, получив молчаливый приказ Лиса идти за дядькой, лениво встал, зевнул, поскрёб впалое пузо под линялой майкой, бросил голубям ещё кусок жареного теста и неспешно побрёл куда показали.

Лялька как раз закончила повторять то, что Лис и так уже знал.

К тому времени, как капитан юстиции под видом знакомой приехала смотреть квартиру для Юли из Владивостока, «хозяйка», что её сдавала, а ей оказалась соседка нехорошей квартиры, уже сидела перепуганная и тряслась от страха.

Напугал её до усрачки здоровый пузатый мужик, из этих, которые на рынке «пэрсик чистый мёд, бэры, нэ пожалеишь», как описала его тётка.

После того как Лялька всё это рассказала Лису по телефону, он с трудом, но всё же вытащил запись веб-камеры с сервера и посмотрел своими глазами.

Сначала мужик, с виду среднего возраста грузный армянин, позвонил, подождал, прислушался у двери, а потом сам зашёл в квартиру.

— Так ведь кодовый замок, не обычный, цифры набрал и всё, — поясняла тётка, чем-то напомнившая Лису Фрекен Бок, «домомучительницу» из мультфильма про Карлсона, на вопрос Ляльки про ключ, которая верно оценив обстановку, тут же представилась и сунула тётке в нос корки Следственного комитета. Та и запела, как дьячок на клиросе: — Нет, где взял код, не знаю. Сначала-то я подумала на эту прошмандовку Светку, что с Михалычем жила. Нерусские по её душу сюда всё ходили, когда она Михалыча на дачу свезла. А этот выскочил из квартиры злой, недовольный и давай по всем соседям звонить. Ну я сдуру-то и открыла. Не настежь, конечно, на цепочке. Говорю ему в щёлку: «Тебе чего надо? Я щаз милицию вызову». А он мне: «Гдэ дэвчонка, что квартиру сняла?»

Тут тётка от страха слегка присела. Не знаю, говорит, никакой девчонки, Михалыч тут жил, а теперь его приживалка тут хозяйничает, ничего не знаю. И дверь захлопнула.

Мужик стучал, звонил, требовал имя приживалки, адрес. Тётка и знала бы, не дала, решил Лис, но перепугалась не на шутку.

— Вдруг узнает, что это я квартиру сдала, шкуру ведь живьём спустит, — жаловалась она Ляльке. — А я ту девчонку и в глаза не видела. Она, может, и не приезжала вовсе. Как назло, — сокрушалась она, — всех видела, а её просмотрела. На фильм, видать, отвлеклась. А, может, уснула.

Бессовестно врала тётка. Принцесса при Лисе ей звонила, телефон был недоступен. Хотя, может, и не видела, а телефон сел, как знать.

— А вы значит, подзаработать хотели? — хмурилась следователь СК.

— Бес попутал. Вот вам крест, попутал, окаянный, — причитала тётка под непреклонным взором служителя закона. — Пенсия она же что, гроши. А тут квартира всё лето стоит пустая.

— А в каком она состоянии эта квартира, вы видели?

— Да видела, — вздохнула тётка. — Это ж сучка, прости господи, всё повывезла. Мебель вся хорошая была у Михалыча. Может, не новая, но добротная. А она с помоек всякого хламу понатащила, а хорошее, может, себе забрала, а может продала, — валила тётка на чистом глазу все гнусности на неизвестную Светку.

— И сколько раз вы уже эту непригодную для жилья квартиру сдали? — бесстрастным голосом спрашивала капитан.

— Так один раз и сдала, Христом богом клянусь, — осеняла себя крестом тётка.

Да ты счастливица, Принцесса, подумал Лис в этом месте их беседы.

Лис отправил запись визита грузного армянина Ляльке сразу как смог.

— Выяснили кто такой? — спросил он сейчас.

— Пока нет, — покачала головой Лялька.

Они вошли в здание вокзала и остановились внутри.

Шум, гам, людская суета. Голос диктора, взрывающий ушные перепонки:

— Пригородный поезд номер…

Лис нарочито оглянулся по сторонам, как приезжий, словно был тут первый раз.

— Не смогли. В базе данных его нет, — ответила Лялька равнодушно. — Не нарушал. Не привлекался.

— И всё? Не смогли — это всё, что вы сделали? — скривился Лис.

Он долго размышлял над записью. Над тем, как вёл себя мужик. Как, отстав от тётки, тут же стал кому-то звонить. Только одно объяснение пришло Лису в голову: мужик пришёл за алмазами. Он знал адрес, знал код замка, знал, где лежат камешки, и Принцесса ему была не нужна: он вошёл, только убедившись, что её нет дома.

Он понятия не имел, что она не заселилась и у неё пропал чемодан.

Если бы всё пошло по плану, скорее всего, дядя просто забрал бы «груз» и Принцесса даже не узнала, что его доставила.

От кого получил информацию армянин, у Лиса были сомнения. К сожалению, он не мог их развеять, просто спросив Принцессу: кому она дала адрес и код от двери. Он сомневался, что их могла узнать гадалка и что она тоже связана с алмазами, как и её амулет. Но надеялся, за четыре дня Лялька узнает больше, чем ничего, поэтому разозлился.

— А тебе не кажется, что это и есть «подельник» и ваш главный подозреваемый?

— Тогда как быть со вторым? — усмехнулась она в ответ.

— В смысле? — нахмурился Лис. Про второго она ничего не говорила, хотя звонила и не раз.

— Сливки скисли, — хмыкнула Лялька.

— А сиськи не свисли? — парировал Лис. Да, он тоже мог быть нервным и неласковым. И плевать ему было на её великолепные ноги, его интересовал результат. — Какой второй?

— На платформу номер шесть…

— Тебя ждём, чтобы ты нам сказал какой. Ты же просил тебя не дёргать, тебе не до нас, — перекрикивала она голос диктора. — А парень, судя по всему, тоже приходил по душу гражданки Моногаровой. Пока у нас ни фото, ни достоверной информации. Со слов всё той же тётки соседки: молодой, высокий, красивый, широкоплечий, — недовольно подняла глаза к потолку Лялька: из-за постоянных объявлений говорить было почти невозможно. — Ничего ни у кого не спрашивал. Молча пришёл, тоже позвонил, потом сам открыл дверь, и через минуту, а может, меньше, ушёл. Нам повезло, что она его вообще увидела.

— И чем же интересно вам повезло? — съязвил Лис. — Если вы всё равно сидите, ждёте мои записи. Я и так увижу, без всякой тётки, кто там ещё приходил-уходил. Только не всё можно сделать в походных условиях, Ляля, — ответил он на её претензии к его занятости, хотя в принципе не должен был их выслушивать: он работал, а не вату катал. И работал не на неё, не на СК, а на себя. А вот её команда могла бы шевелиться и повеселее. — Доберусь до оборудования и выясню. А какого чёрта вы ничего не сделали? Почему не поставили наружное наблюдение, камеры?

— А ты нам тогда зачем? — усмехнулась она.

— Уважаемые пассажиры… — оглушило очередное громогласное предупреждение не оставлять вещи без присмотра.

— Хороший вопрос, — усмехнулся Лис, дослушав до конца.

— Ты думаешь просто получить разрешение на камеру в жилом доме? — поёжилась Лялька. Ей в летнем платьице в стылом здании вокзала было холодно.

— Это подъезд, общественная, не частная собственность, — оценив её покрытые мурашками руки, Лис накинул Ляльке на плечи свою куртку.

— Думаешь, для него кучу бумаг не надо собрать? — благодарно кивнула она и закуталась в мягкую чёрную кожу. — Людей следить за каждой квартирой тоже не поставишь. Не угроза терроризма.

— А меня ты терроризируешь, прям как по учебнику, — примиряюще улыбнулся он. — Насилие с целью устрашения.

Капитан тоже улыбнулась.

— Какого чёрта мы здесь стоим? — обернулась она, когда очередной раз зазвучал голос диктора, сообщая, что очередной пригородный поезд прибывает на очередную платформу.

— А на слово «чешуя» нету рифмы никакой, — ответил Лис, всё это время он наблюдал, как Иван Иваныч разговаривает с двумя хмырями: один гладко выбритый повыше и помоложе, а второй — с небольшой круглой бородкой.

На самом деле выглядели они не как хмыри, одеты прилично, вели себя вежливо, хотя и неприятные, нахальные, пронырливые — за версту видно. К тому же Вадик сигнализировал: это те, кто Лису нужен, а он сразу окрестил их по заслугам.

Хмыри тоже устали перекрикивать диктора и пошли к выходу.

Лис кивнул Ляльке и пошёл за ними.

— Это ещё не всё, — с облегчением, что на уши больше не давит звук динамиков, выдохнула капитан юстиции и добавила с лёгкой язвительностью: — Твоя девчонка и сама приезжала.

Ни один мускул не дрогнул на лице Лиса, хотя он видел, как Лялька прилипла взглядом к его небритой роже.

— Моя девчонка приезжала куда? — сделал он вид, что не понял, пробуя на вкус редкое в его обиходе словосочетание «моя девчонка». Не распробовал.

— Она тётке такой Армагеддон с реками лавы и цунами устроила: та уже сто раз пожалела, что решила её нагреть.

— В каком смысле? — нахмурился Лис, искренне недоумевая. Принцесса и словом не заикнулась, что решила добиваться справедливости. Ни Лису, ни Винсенту, хотя одному регулярно писала, а второму — звонила.

— Вызвонила участкового, — пояснила Лялька, — договорилась о встрече, всё ему рассказала. Потом притащила в квартиру, показала в каком та состоянии, сняла на видео, предъявила написанное заранее заявление, где всё подробно расписала со скринами оплаты и переписки. В общем, подготовилась. И без того перепуганная тётка увидела в глазок участкового, как обычно, высунулась узнать, что происходит. Тут её девчонка по голосу и узнала. Она ей оказывается видеоэкскурсию по своей квартире устраивала, когда та ещё только думала снять жильё.

— И?.. — затаил дыхание Лис.

— И тётка с перепугу, лишь бы та заявление в полицию не отнесла, деньги ей прямо при участковом и вернула.

Моя девчонка! C гордостью выдохнул Лис. И вот теперь распробовал: стоял ошеломлённый, потрясённый, сражённый с самое сердце.

Моя, добавил с теплотой и нежностью. С восторгом и тем давно забытым чувством, когда открываешь для себя что-то неизведанное, а оно оказывается куда лучше самых смелых фантазий. Словно в детской игре в пиратов нашёл клад, а там оказались настоящие золотые монеты.

Лялька ещё что-то говорила, пока они ждали такси, и Лис даже отвечал: про чемодан и амулет, про Луизу Карловну и её дом «неподалёку», но машинально, не задумываясь.

Иван Иваныча с хмырями он тоже, конечно, упустил (ох уж эта Принцесса с её сюрпризами!), но при них был Вадик, поэтому Лис не сильно переживал.

Все мысли его сейчас были не здесь.

Были там: как дорогие бусины в чётках, которых было всего четыре, он вспоминал по очереди четыре разговора, что было у них с Принцессой за эти четыре дня.

Он даже прикрыл глаза, вспоминая её голос, что взрывал чёртовы мосты с ротами солдат каждый раз, когда Лис его слышал.

— Приве-е-ет! — протянул он удивлённо на её первый звонок.

— Прости, если отвлекаю, но не могу не спросить, — деловито скороговоркой ответила она. — Тут под дверью стоит парень, говорит: твой брат, привёз тебе машину. Отремонтировал и привёз. Зовут Руслан. Его можно впустить или нужно спросить какой-нибудь пароль?

— Спроси, как я его зову, — улыбнулся Лис. — Ответ Надя Питерский. А зачем ему входить? — Лис не боялся, что от Руслана будет какой-то вред, но кто его знает, о чём спросит коварная Принцесса, и что ей расскажет добрый, безобидный, честный парнишка.

Лис напрягся, хоть и понимал, что это выглядит трусливо.

— В смысле пусть оставит ключи на коврике перед дверью? — спросила она таким тоном, что у Лиса заныло в груди. — Или человек, что весь день ковырялся с твоей машиной, даже чашки чая не заслужил? — С мягким укором, вот как она это спросила. Таким женским и таким мудрым укором, словно они были сотни веков женаты и понимали друг друга без слов. Потом ещё и понизила голос до шёпота, а когда у Лиса перехватило дыхание, игриво добавила: — Не волнуйся, я не буду у него ничего расспрашивать. Все твои тайны останутся при тебе.

Он и не сомневался, что она считает его мелочный страх. Он вообще больше в ней не сомневался. Но… так он ей и поверил: угу, не будет, как же!

Лис слышал, как щёлкнул замок и открылась дверь, впуская Руслана.

Так хорошо представил эту картину, словно стоял рядом: как топчется в дверях Рус, бледнея, заикаясь, мучительно краснея; как прикусывает губу Принцесса, волнуясь.

— Ничего, ничего, я подниму, — подтвердила она предположение Лиса, насколько и без того стеснительного Руслана парализовало в присутствии красивой девушки. — Динар, я передам Руслану трубку, он сам тебе всё расскажет, — закончила она короткий разговор.

Вернее, Лис думал, что закончила. Он слышал Руса, который что-то вдохновенно пояснял про сгоревший замок зажигания и в подробностях объяснял, где в машине у Лиса что подтекает, что стучит, а что надо срочно менять. Это была его страсть — машины. Страсть, что привил Руслану отец.

Да, да, я в курсе: этому металлолому пора на помойку, соглашался Лис со всем, что говорил Надя, но слушал не его, слушал французский шансон, что играл в его квартире, и звуки «дома»: шипение воды, звон столовых приборов, стук чашек.

— Динар, — вдруг ворвался в эфир её голос, когда, сухо поблагодарив Руса, Лис уже готов был отключиться.

Он, конечно, неблагодарная тварь, и с Русланом обычно строг и немилосерден, но не настолько: к Русу Лис ещё заедет, чтобы сказать спасибо лично, обнять, похлопать по плечу. Он и правда молодец, человечище, его брат Надя. А пацан будет рад, хоть Лису и придётся выслушать про машину ещё раз.

— Динар, я хочу договориться о встрече с женщиной, которой нужно отвезти амулет, — поставила его в известность Принцесса.

— Угу, — ответил Лис, конечно, холодно. — А я тут при чём?

— Мне поехать самой или ты поедешь со мной? — и бровью не повела она, скорее наоборот, всё так же мягко, нежно и безнаказанно валяла дурака. — Я могу подождать, когда ты вернёшься. С тобой ведь лучше?

— Со мной определённо лучше, — усмехнулся Лис и назвал ей на выбор несколько дней недели.

Второй раз она позвонила, чтобы сообщить время и дату, на которые договорилась.

Их Лис назвал капитану юстиции и её команде. И те, конечно, решили присутствовать при «передаче». Это был основной рабочий план по делу.

У Лиса было на этот счёт своё мнение, которым он, ввиду открывшихся обстоятельств, пока не собирался делиться.

Когда Принцесса звонила второй раз, его так и подмывало спросить: как прошло чаепитие с Надей? Но Лис не Винсент, он был немногословен и скуп на эмоции, поэтому просто принял к сведению и промолчал.

Третий раз она позвонила сообщить, что приехал Снежин.

Конечно, снова спросила, открыть ли ему дверь.

Лис уже не сомневался: она над ним тонко издевается этими звонками, словно легонько прикусывает «Ры! Мой тигр. Мой защитник. Ну, р-р-ры!», подшучивает над его тотальным контролем. Ну что ей стоило открыть дверь и так?

Но это её «пусть будет по-твоему, слушаю и повинуюсь», всё равно ему нравилось.

Правда, в тот момент Лис напрягся. Снежин-то откуда знает, где я снимаю квартиру, подумал он, но очень быстро вспомнил, что все свои «шпионские» штуки он покупает у него, а не наоборот.

Деловой и страшно занятый Кирилл Снежин заходить не стал: ему был нужен Динар, раз того нет, девушку отвлекать не стал. Потребность поговорить явно назрела для них обоих, но Динара всё равно не было в городе, поэтому он даже думать об этом не стал.

И в четвёртый раз, вчера, Принцесса позвонила просто так.

— Соскучилась? — усмехнулся Лис. Он млел от её голоса и того, что она звонила, только что не урчал в трубку.

— Может быть, — улыбнулась она. — Хотела узнать, когда ты вернёшься. Я нашла квартиру, могу переехать завтра, могу послезавтра или... после послезавтра.

Он знал, какую квартиру она нашла, одобрил её выбор, знал адрес.

Винсент знал.

— Давай я всё же выполню простую просьбу, с которой не справился, и всё же доставлю тебя в конечный пункт назначения, — улыбнулся Лис.

— Надеешься, что я откажусь? — тянула она время.

Да он и не возражал. Лис зашёл в какую-то забегаловку пожрать, ждал заказ и никуда не торопился.

— Жду, что ты согласишься. У меня есть для тебя подарок. И я бы хотел вручить его лично. Может, завтра вечером?

— М-м-м… — оживилась она. — Как заманчиво. Это свидание?

— Может быть, — загадочно повторил за ней Лис.

— Интригуешь?

— Обязательно.

— И как теперь дожить до завтра?..

Лис усмехнулся. Ну вот завтра и настало.

Такси остановилось.

Он приехал домой.