Глава 10

Лис бросил джип на стоянке автосалона. Огляделся в просторном шоуруме, где среди дорогих машин скучающе прогуливались два рядовых менеджера. Оценил ассортимент и прямиком прошёл к конторке старшего. Перегнулся, снял с крючка ключи.

— Дин! Чёрт, Дин! — бежал за ним высокий тощий парень. Долговязый. Нескладный. За худобу и тщедушный вид Лис и прозвал его Надя Питерский, как героя старого КВН. — Только не эту!

— Я тебя умоляю, — сморщился Лис, открывая машину. — Она одна с номерами.

— Она стоит тридцать миллионов.

— Вот ты зануда, Надя. И что?

— Пришла под заказ. Её клиент три месяца ждал, — в отчаянии вцепился он в дверь машины.

— Значит, ещё денёк подождёт. Завтра верну, — скрипнув кожей сиденья, Лис захлопнул дверь, без труда вырвав её из Надиных рук. Хотелось сказать «хладеющих». А, судя по его несчастному лицу, так и было.

— Дин! — обречённо захныкал он. — Он мне башку оторвёт.

— Кто? Батя? — высунулся Лис в открытое окно. — Конечно, нет. Он же твой батя!

— Он и твой батя, между прочим! — крикнул ему вслед Надя.

Лис скривился. А то я не знаю! Вдавил педаль газа в пол, развернул машину и выехал в едва успевшие разъехаться широкие стеклянные двери.

Там, куда Лису надо было попасть, на другой машине его бы и не пропустили.

А к этой у охраны «Императорского Яхтъ-клуба» не возникло вопросов.

Лис припарковал джип у ограждения гранитной набережной и отправился прямиком в ресторан.

В пустом зале сидел единственный посетитель. Перед ним стыла телячья отбивная, пока он вяло ковырял вилкой гарнир и кого-то отчитывал в трубку:

— Да мне всё равно, как вы это сделаете!

Лис демонстративно противно проскрипел по мраморному полу стулом и уселся напротив.

— Я говорю, к вечеру документы должны быть у меня... — Молодой мужчина упёрся в него взглядом. Всё, что он думал сейчас о Лисе, было написано у него на лице. «Какого ху… дожника?..» — читалось без слов, но важный разговор он не прекратил. — Ты вообще нормальный?.. Ты понимаешь, на какую сумму мы можем влететь?..

Лис жестом дал понять, чтобы мужик не беспокоился. Молча выложил из кармана фотографии и разложил перед ним, как гадалка карты.

— Ты хотя бы представляешь се… — мужик осёкся на полуслове. Замер с открытым ртом. Отключил телефон. И поднял глаза от снимков. — Ты кто, бл..?

Так и подмывало ему ответить: А фамилия моя слишком известна, чтобы я её называл!Но Лис сдержался.

— Моё имя тебе вряд ли о чём-то скажет. Да оно и ни к чему.

— Какого хрена?..

— Этот вопрос не ко мне. К своей жене, пожалуйста!

Мужик сглотнул. Откровенность фото, что предъявил ему Лис, не оставляла ни единого варианта для разночтений. Куда кого как и чем жарит бизнесмен, как говорится, без комментариев.

— Она наняла тебя за мной следить?

— Можно сказать и так, — привалился к спинке стула Лис. — И только от тебя зависит что я ей предъявлю, какие доказательства и чего. Измены. Или всё же искренней любви и безграничной верности, — сверлил его взглядом Лис.

— Сколько? — сообразил мужик быстрее, чем Лис рассчитывал.

Он набил в телефоне цифры и развернул экран:

— Это если прямо сейчас.

— Идёт, — поднялся тот без лишних вопросов.

Ну вот, сразу видно: человек деловой, понимает, чем рискует, усмехнулся Лис. Хотя и был слегка разочарован: он приготовил целую речь о том, как нехорошо обманывать жену, чей папа одним движением пальца может лишить непутёвого зятя всего, что тот папа сам и даровал с барского плеча.

— Я подожду здесь, — подозвал Лис официанта.

Ему как раз принесли заказ, когда мужик спустился с пакетом в руках.

Поставил его на стол и сел, обречённо опустив плечи.

— Могу я…

Лис молча положил перед ним флешку, а потом расправил на коленях накрахмаленную салфетку.

— Никаких гарантий я не даю. Но, знаешь, есть такое слово: репутация. Так вот, я своей дорожу, — взял в руки нож и вилку. — Если что понадобится, обращайся.

— Угу, — мужик встал, сжав в руках флеш-карту. Обернулся. — А?..

— Я всегда за мир и благополучие в семье. Только будь добр, фитилёк прикрути, пока не вернёшь доверие к себе. Так, на всякий случай. А то даже моё красноречие тебя не спасёт.

Мужик понимающе кивнул. Лис засунул в рот кусок сочной отбивной и замычал от удовольствия. Приятно иметь дело с умными людьми.

На том и разошлись.

— Спустись-ка, — коротко сказал он Лето в трубку, спустя час. — Я на той стороне улицы. Такой огромный чёрный внедорожник.

— Отсоси-и-и-иськи кожура! — осмотрелся в салоне полковник. — Твоя?

— Окстись! — скривился Лис.

— А-а-а! Понятно, — мотнул тот башкой и многозначительно улыбнулся, увидев на заднем сиденье букет. — Пыль в глаза пускаешь?

— Держи, понятливый мой, — усмехнулся Лис и протянул ему пакет. — Радость. Твоя половина.

— Но как ты?.. — заглянул Лето внутрь, где лежали тугие пачки купюр.

— Никак. Я разберусь. А ты покупай хоккейную форму, и что там у вас ещё было в планах. Узнал, что я просил?

— Всё, что смог, — Лето достал телефон. — Хотя по большому счёту — ничего. Квартира чистая. Ни жалоб от соседей. Ни рапортов участкового. Один хозяин. Шестьдесят первого года рождения. Документы тебе скинул.

Лис кивнул, подсчитывая в уме возраст.

— Угу. Значит, хозяин дядька, а квартиру сдаёт тётка.

— Могу попросить участкового поинтересоваться, с соседями поговорить.

— Я сам поговорю, — отмахнулся Лис. — А по Засранцу что?

— Из того, что не сможешь узнать ты, ну, то есть можешь, но не так быстро, — покосился он на Лиса. И правильно, не стоит сомневаться в его возможностях. — Квартира, машина, паспортные данные, свидетельство о браке…

Лис поперхнулся.

— Чего-о? Он ещё и женат?

— Состоит два года в законном браке с гражданкой, — Лето отодвинул телефон подальше от глаз, прищурился. — Мелко, зараза. В общем, посмотришь сам. Ребёнку три месяца.

— Э-э-э… ясно, — кивнул Лис. — Девочка, мальчик?

— Пацан, — Лето потушил экран телефона и пожал плечами. — Сколько лет работаю и до сих пор поражаюсь. Чего не хватает-то? Денег? Острых ощущений? Неплохой вроде парень. Вратарь футбольной команды.

—   Опасный момент, нападающий выходит один на один с вратарём. Удар! Удар! Ещё удар!!! Да-а... Таких звиздюлей вратарь не получал уже давно, — прокомментировал Лис. — А работает где?

Лето пожал плечами.

— Насчёт работы сведений нет. Только не говори: вот тебе и ответ. Кого в наше время удивишь отсутствием трудовой книжки.

Лис кивнул.

— А в папке что?

— Ты прочитал?

— Ознакомился.

— В общем, держи, — движением фокусника Лето извлёк визитку. — Её заявление тоже в папочке есть. Но хочет в частном порядке. Сумма не имеет значения: сколько потребуется.

— И кого ищет, госпожа… Усольцева «пошив мужской одежды и обуви»? — покрутил Лис в руках карточку, стильную, чёрную. К буквам, тиснёным перламутром явно не мешало добавить: дорогой пошив, дорогой одежды.

— Говорит, близкого человека.

— Вопросов больше не имею, — развёл руками Лис.

— Я тебя понял, — улыбнулся Лето. Свернул потуже пакет, засунул подмышку и, подняв воротник, спасаясь от дождя, потрусил обратно на работу.

Ну что я говорил? Дождь! Лис включил дворники, посмотрел на часы: надо до встречи в аэропорту ещё успеть в пару мест.

Остро пахнущий новой кожей внедорожник пробивал себе путь сквозь ливень светом фар, лавируя на мокром асфальте, как огромный корабль по глади океана.

Рука сама потянулась к телефону.

Интересно, а почему Принцесса ничего не рассказала Винсенту про потерянный чемодан? Про неприятности с квартирой? Логично же было пожаловаться.

Лис открутил назад их переписку. Положив на руль телефон, перечитал.

И продолжил.

Винсент БЕЗYXV: Как свидание с городом?

Она явно держала телефон в руке: начала писать сразу.

monALisa: Даже лучше, чем я думала

Винсент БЕЗYXV: Боюсь и предположить. Непрекращающийся оргазм?

monALisa: Ахахаха Точно

Винсент БЕЗYXV: Одна гуляешь?

monALisa: Ну да

Радостное… Коль рядом не тёрся Засранец. Дважды Засранец, потому что женатый и с дитём.

Лис посмотрел на карту: она спряталась от дождя в «Доме книги». За ней и следить было не надо: уже выложила в эфир фоточку с книжными полками магазина, где, по иронии судьбы стояла книга о Ван Гоге. И Принцесса не могла её не заметить:

«А кто это тут у нас? Снова Ван Гог? #чётазачастил

Сидя на винтажной скамеечке книжного магазина у окна с видом на Казанский собор, набросала пост:

«Что знают о Ван Гоге все? Отрезал себе ухо, пил абсент, рисовал подсолнухи.

тёплые носки и хорошо заворачивал, чтобы не испачкались от сала

, деньги), болел

модным

неизлечимым в то время сифилисом, прожил полную лишений и разочарований жизнь и выстрелил себе в грудь в возрасте 37 лет.