2

— Что случилось? — встревоженно спросил я.

Но Саня не мог говорить. Видимо, долго бежал, и теперь он, согнувшись в поясе и уперев руки в колени, пытался отдышаться.

— Дай водички, а?

Я налил ему стакан воды.

Он пил жадно, запрокинув голову назад, только кадык дергался. Затем шумно выдохнул и облизнул мокрые губы.

— Сань, можешь внятно объяснить, что произошло?

— Андрюха, короче, наши девки впухли по полной. Ирка, Машка твоя и Светка. И мы из-за них. И че теперь делать — я вообще без понятия.

— Поподробнее.

Саня скинул кеды и прошел в комнату. Сел на диван, расставив широко ноги, но, видать, от нервов сидел как на иголках.

— Ты же в курсе, чем Холичев со своими шестерками промышляет?

Честно говоря, с того времени, как Холичев выпустился из детдома, я о нем и думать забыл. Да и вообще мало вспоминал то время. Но если учесть, что у нас он кошмарил шпану и отжимал бабло и шмотки, то вряд ли теперь заделался честным трудягой.

— Не очень, — ответил я.

— Ну если грубо, то он подгоняет наших девок Кемаловским. Сразу как те сваливают из детдома, он тут как тут. Типа работу им предлагает. Может, и не только наших, не знаю. Но наших — сто пудов. Я это и раньше слышал. Пацаны говорили. А! Помнишь, Аллочка у нас была? На три года старше? Такая шикарная чикса… рыжая… Холичев сам на нее слюни пускал. Они еще какое-то время после детдома жили вместе. Потом она хотела уйти к другому челу. И, в итоге, того чела больше никто не видел, а Аллочка у Кемаловых проституткой работает. Говорят, вечно обдолбанная теперь.

— А с нашими девчонками что? — сразу напрягся я.

— Да короче, дуры они, конечно. Холичев тут к нам повадился ездить. Он же себе жигу прикупил. Разбогател у Кемаловых. Ну и ездит к нам. Типа к Ящерице поздороваться, но на самом деле за девками. Типа они же всё, школу закончили. Скоро отчаливают в свободное плаванье, вот он и подсуетился. Я вообще не знаю, чего они до сих пор не свалили. Машке еще в марте восемнадцать стукнуло, Ирке тоже вот недавно. Ну, с Машкой понятно. Ей некуда…

— Сань, что с девчонками? — перебил я его. — Они поехали с Холичевым?

— Да! Говорю же, дуры! — негодуя, Саня хлопнул себя по коленам. — Мы их, главное, предупредили. Я Ирку вообще упрашивал чуть ли не на коленях, чтобы никуда не ездила. Про Аллочку рассказал, про то, что Холичев шлюх подгоняет Кемаловым. Про всё, короче. Она только поржала. Типа: «Не ревнуй, мелкий». Тупые дуры, красивой жизни захотели! Им же Холичев наплел с три короба. Покатаемся, в ресторане посидим, все дела. Я Ирке говорю: «Сама подумай, нахрена ему вас просто так катать и по рестикам возить?». А она: «Потому что я красивая». Ну и вот… начепурились они и поехали с ним, как мы их ни останавливали. Это было еще перед майскими праздниками. Вернулись потом чуть не под утро. Бухие в хлам. И, прикинь, Ящерица, типа, ничего не заметила. Эти дуры еще другим девкам растрезвонили, как они там шикарно гульнули, какие все были душки, типа, даже бабок немного дали. А в следующий раз пообещали подарить набор косметики какой-то крутой, по телику сейчас все время крутят. Макс… там какой-то фактор… А чтоб ты понял, кроме Холичева там еще и Кемаловы были. В ресторане с нашими девками.

— Я так понимаю, Холичев за ними опять приезжал?

— Да! Вчера перед ужином, сука, на своей жиге нарисовался не сотрешь. Опять девок позвал, и эти, как овцы, за ним побежали. В этот раз в сауну. Я им: «Вы совсем дуры? В сауну только шлюх водят». Ирка давай стебаться: «Кто о чем, а ты о шлюхах. Мы хоть развлечемся как люди. Не с вами же, малолетками, тут сидеть». Я психанул. Тоже, блин, нашлись взрослые тёти! Подумаешь, совершеннолетние они. Мне вон тоже через два месяца будет…

— Сань, что дальше было? — прервал я его негодование.

— А! Короче, сказал я Ирке: «Да пошла ты, шалава». Она меня послала, и опять втроем уехали. А потом среди ночи прибежала Машка. Вся зареванная. В окно на первом этаже в туалете влезла. И к нам в спальню ломанулась. В общем, все вышло, как мы и ожидали. Машка сказала, что сначала все было хорошо, а потом их отвезли к Кемаловым, продолжить гулянку… Ну а там уже хотели по кругу пустить. Девки заартачились, и их стали избивать. Сказали, что они должны кучу бабла. Ну и типа, отрабатывать теперь должны.

— И девчонки все еще там у них?

— Да! — с отчаянием воскликнул Саня. — Мы с пацанами собрали сколько могли, позанимали там… Ну и ходили сегодня туда, к Кемаловым.

— И что?

Саня встал с дивана, повернулся ко мне задом и задрал водолазку. На спине и боках проступили багровые пятна.

— Отпинали, что ли?

— Угу, суки. Мне еще, считай, повезло. Сереге вообще башку разбили. И всё бабло, конечно, отобрали.

— А девчонки?

— А девчонки у них. Типа они им столько должны, сколько нам не снилось. И будут отрабатывать… Мы сразу в милицию. Но нас там послали. Да вообще чуть не загребли, уроды. Типа, мы бухие и буяним. Да и так было ясно, что ни хрена они не станут делать.

— А где сейчас пацаны?

— Да Сереге плохо стало. Говорю же, ему голову пробили. Его Толян повел в больничку, а я вот к тебе. Андрюх, что делать-то будем? Ирка, конечно, дура, но нельзя же так…

Саня чуть не плакал.

— Вызволять будем, что еще… — вздохнул я.