51

Василя нашли на следующий день. Всего избитого, но живого.

Не представляю, как эту ночь промучилась Ирина.

Она осталась в клубе, в одной из комнат для гостей. Я утром посмотрела — она даже постель не расстилала. А сегодня сама вызвалась помогать мне с уборкой.

Я отказывалась, конечно же, но она и слушать не хотела. Сказала, что за работой хотя бы отвлечется от страшных мыслей, иначе совсем тронется умом в этом тягостном ожидании хоть каких-то новостей.

— Я и так за эту ночь чего только не надумала!

Мы и правда за разговорами забылись ненадолго. Я ведь тоже накануне всю ночь не спала — всё думала про Андрея, про это ужасное, нелепейшее недоразумение, про людскую подлость и коварство. А страшнее всего было от мысли, что я запросто могла так ничего и не узнать. Не похитил бы Шурик Василя, не приехала бы сюда Ирина, не оказалась бы я рядом и всё.

До обеда от Андрея и его друзей не было никаких вестей. Зато в клубе появилась Светлана. С новой прической. Она покрасила волосы в медно-рыжий цвет и сделала удлиненное каре.

Мимо нас с Ириной она прошествовала как королева мимо челяди.

— Это кто? — спросила Ира, когда Светлана скрылась в своей комнате.

— А это вот и есть девушка Андрея.

Вчера Ирина очень удивилась, когда узнала, что мы с ним не вместе. А когда я сказала, что работаю у него, в «Мираже», да еще и уборщицей, она вообще поверить не могла. Несколько раз переспросила, не шучу ли я и как такое может быть. Я не стала рассказывать про Колин карточный долг, просто сказала, что так получилось.

— Мне не понравилась, — шепотом отозвалась она о Светлане. — Важная такая.

Я пожала плечами.

— А твой кто-то из местных? — спросила Ирина.

— Что? — не поняла я ее.

— Муж твой — кто-то из местных?

Я сразу вспомнила, что именно она обвиняла Колю в изнасиловании.

— Да. Коля Мальцев. Помнишь его?

Она наморщила лоб, потом мотнула головой.

— Что-то не припомню такого… Хотя фамилия вроде знакомая… но не очень.

Я засомневалась, уместно ли спрашивать ее о Коле в такой сложный момент. Вдруг все же что-то было, и бередить сейчас старые раны будет жестоко. Но Ирина сама спросила:

— А кто он? Кем работает? Знакомый Андрюхи?

Я качнула головой.

— А как вы познакомились? Расскажи. Обожаю такие истории.

Я коротко рассказала ей про папу, про то, какую травлю мне устроили их с Андреем друзья, когда его посадили, как спас меня из задымленного дома Коля, как позже продал свою квартиру, чтобы отбить меня от Кемаловых.

— Офигеть! — присвистнула она. — Какой кошмар! Ну, наши, конечно, утырки тупоголовые. И Андрюха им ничего не сделал? Нет? Странно даже…

— Он не в курсе. Его же не было здесь тогда.

— А-а. Но твой-то настоящий герой! Красавчик!

— Ты его совсем не помнишь?

— А я его разве знаю? Среди ментов у меня вроде нет знакомых.

— Ты сказала, что в тот день, когда Андрей вас вытащил, Коля тебя изнасиловал. Вы встретили его на дороге, когда убегали от Кемаловых. Потом угнали его машину и на ней сбежали.

Ирина замерла с приоткрытым ртом, первые несколько секунд не понимая мои слова. Но затем к ней стало приходить осознание. Выражение лица ее стремительно менялось. Она явно всё вспомнила и теперь выглядела… сконфуженной? Не злой, не разгневанной, не расстроенной, а смущенной и даже пристыженной.

— Блин, я, кажется, вспомнила… — присев на корточки, будто трет плинтус, пробормотала она. — Усатый такой? Молоденький?

— Да, раньше Коля носил усы.

Она шумно выдохнула и снова поднялась. Комкая в руке тряпку, сказала:

— Слушай, ну я не знала, что он нормальный чел. Думала, что, если ошивается у цыган, значит, сам такой же.

— Так он тебя насиловал или нет?

— Нет, — закусила она губу. — Но приставал. Немного… Нас из сауны привезли туда, троих, меня, Светку и Машку. Затащили в какой-то дом, где было полно мужиков. Они там в карты играли и бухали. Козел жирный, который нас привез, им сказал что-то типа: кто хочет новых девочек. И они усатому сказали: «Ты, типа, проигрался, должно повезти в любви, иди первый выбирай». Он выбрал меня, и жирный нас отправил в соседнюю комнату. Там он… ну твой… стал ко мне лезть, но он был такой бухой, что еле на ногах держался. Мычал что-то… ну, что сильно пьян и ничего не сможет, и попросил лучше сделать минет. Стал расстегивать брюки. Я его послала и оттолкнула.

— И что потом?

В душе поднялось гадкое чувство, когда я живо представила себе всю картину, которую описала сейчас Ира.

— И ничего. Он ушел. Еще спросил такой: «Не хочешь?» — со смешком сказала она. — Я ему рявкнула: «Нет! Пошел на хер!». И он тогда: «Ну ладно» и просто ушел.

Затем она, вздохнув, добавила:

— Лучше бы я его не выгоняла, лучше бы… извини, конечно… После него потом завалился какой-то старый жирный урод. Вот он и насиловал, и бил, и окурки тушил, сука…

— Не думай сейчас об этом, — погладила я ее по плечу. — Но у меня к тебе огромная просьба.

— Какая?

— Скажи, пожалуйста, Андрею, что Коля не насиловал тебя. Это очень важно. Прости, что прошу тебя об этом. Его, конечно, не красит то, что он туда ходил, но он ведь и правда не насильник, каким его здесь все считают…

Ответить она не успела. Из своей комнаты показалась Светлана, переодетая уже в свой сценический костюм. Оглядела нас обеих свысока и тоном недовольной госпожи спросила:

— Что за базар тут устроили? Вам платят за то, чтобы работали, а не лясы точили. Тряпки в руки и вперед! А то скажу в бухгалтерии, чтобы вам выписали штраф. А ты вообще кто? Новенькая? Почему я не знаю? — затем хмыкнула, глядя на ее заплывший глаз: — Красотка.

Ирина молча таращилась на нее исподлобья. Дожидаться ответа Светлана не стала, вновь прикрикнула:

— Ну что уставилась? За работу!

И гордо ушла.

— И это вот она Андрюхина новая? — в полнейшем недоумении спросила Ира.

Я кивнула, протирая ручки дверей.

— Мда… — пробормотала она. — А как твой муж относится к тому, что ты тут работаешь?

— Он… — начала было я, но тут в конце коридора показался Андрей.

Я так и замерла, глядя на него, уставшего, встрепанного, в перепачканном костюме. Даже на лице была грязь.

Видимо, у него тоже непростая ночка выдалась.

Ирина, проследив за моим взглядом, обернулась и кинулась к нему навстречу.

— Ну что… — начала было она.

— Нашли, — успокоил он ее.

Она издала полустон-полувозглас и кинулась к нему на шею. Но тут же убрала руки, отошла на шаг и торопливо зачастила:

— А как он? Что с ним? Где он?

— Саня держал его в заброшке за городом. В старой котельной. Пацаны дали наводку. Там мы Василя и нашли. Отвезли его в больницу. В третью травму.

— Все так плохо? — всхлипнула она.

— Он жив, Ир. Это главное.