Глава 36

Ляйсан – Мне кажется, он был убедителен. – Тихий голос тренера проникает в мои мысли. Поднимаю на нее глаза. – Вы так думаете? Кольцо на безымянном пальце жжет кожу обидой, хочется поддаться порыву, снять его и выбросить в окно. Но я лишь смотрю на тонкий обруч и не решаюсь прикоснуться. Не знаю, что делать. Как поступить. Никакой определенности в мыслях, а в душе смятение. – Только тебе решать, прощать или нет, – мягко улыбается Зоя, словно прочитав мои мысли. – Но осторожнее, из-за гордыни иногда принимаются решения, о которых можно пожалеть. – Вы пожалели? – улавливаю в ее взгляде что-то такое, очень похожее на мои переживания. – Я это я. А ты это ты. Мы все разные. – Зоя Марковна сжимает мое плечо в знак поддержки. – Думай сама, это твоя жизнь. И только ты решаешь, как ее проживать. – Я в растерянности… – честно признаюсь я. Мне сложно. Я никогда ничего не решала сама. А сейчас сразу с места в карьер. – Попробуй проанализировать, что ты чувствуешь, – советует тренер. –  Ты любишь Егора? Все еще обижаешься? Сможешь забыть о его резких словах или это всегда будет стоять между вами? – Люблю, – бормочу себе под нос, глажу кольцо пальцами и прислушиваюсь к своим эмоциям. – Да, я люблю Егора. Внезапно осознаю это, и все остальные вопросы отпадают сами собой. Мне без него плохо. Я хочу, чтобы Егор был рядом. Но что, если он опять предаст? – В любом случае не прощай его слишком быстро, – хмыкает Зоя Марковна. – Пусть помаринуется недельку. – Это как? – Помучить его ожиданием. Полезно будет, а главное, профилактика на будущее. Тренер уходит, а я остаюсь думать. Прислушиваюсь к себе, своим желаниям и чувствам. Это так необычно и волнительно. Внутри все оживает, словно наступила весна, и отчего-то появляется улыбка. Так сложно снова поверить тому, кто предал. Но очень хочется дать шанс именно ему. Только рядом с Егором мое сердце бьется быстрее и раскрывается навстречу новым, пока не изведанным чувствам. Но и больно от его слов гораздо сильнее. Что бы я ни решила, сообщить об этом нет никакой возможности. Телефон остался в лагере, а других средств связи нет. Зоя Марковна обещала привезти мой, но пока не приехала. На неделю меня не хватает. Я честно пытаюсь не думать о Егоре, но уже через четыре дня готова волком выть. Сам он не приезжает, но не позволяет мне о нем забыть. Ни на секунду. Курьеры стали регулярными визитерами в этой квартире. Цветы, сладости и какие-то милые игрушки и сувениры. Я прекрасно знаю, от кого это все. Нахожу записки от Егора и улыбаюсь. У меня уже целая коллекция. Прохожу по квартире и останавливаюсь у окна. Смотрю на улицу. У подъезда желтое такси. Нервный озноб пробегает по позвоночнику, а когда раздается дверной звонок, я и вовсе подпрыгиваю от неожиданности. Бесшумно подхожу к двери и смотрю в глазок. Цветы. На этот раз какие-то полевые. Снова курьер? Осторожно открываю замок и выглядываю в щель. – Это я. – Егор улыбается во все тридцать два. – Привет. – Привет, – немного теряюсь, но все же открываю дверь. – Это тебе, – протягивает мне букет. – Самой красивой девушке. Говорит он вместо записки, а я утыкаюсь носом в цветы и прячу смущенную улыбку. – Спасибо. – Вот, Зоя Марковна просила передать. – Егор протягивает мой телефон. – Я зарядил. – Хорошо, – убираю мобильный в карман и снова ощущаю неловкость. Не знаю, как себя вести и что говорить. Да и надо ли? – Это все? – поднимаю на него глаза. – Лясь, поехали со мной? – От волнения голос Егора проседает, а у меня все равно по коже бегут мурашки. – Куда? – Это сюрприз. Он протягивает мне руку, а я с сомнением смотрю на него. – Ничего такого, обещаю, – вкрадчиво говорит он и с надеждой смотрит в глаза. – Я просто хочу познакомить тебя кое с кем. – Надолго? – Дотуда полчаса, а дальше как сама решишь. В такси тихо играет музыка, а мне как-то не по себе. Егор сидит рядом. На расстоянии, чтобы не касаться меня даже случайно. А мне так хочется до него дотронуться, но нет. Нервно кусаю губы и отворачиваюсь к окну. Спустя полчаса такси останавливается напротив высокого забора. Выглядываю из окна, но кроме крыши дома ничего не вижу. – Пойдем. – Егор протягивает руку, вкладываю свою. Мы проходим по широкому двору с ровной зеленой травой и оказываемся на веранде. Стена в доме полностью стеклянная, окна в пол, а дверь открыта и слышны голоса. – Родная, ну я уже извинился всеми доступными способами, – мягко вибрирует мужской. – Да? Ты уверен? – самодовольно хмыкает женский. Егор прикладывает палец к моим губам, и мы подходим ближе. – Ну хорошо, – сдается мужчина. – Чего твоей мятежной душе угодно? – Три желания. – Женщина игриво улыбается и показывает три пальца. – Я встрял… – Первое. Массаж. Долгий и качественный. – Внутренний? Я готов… Это так интимно, что у меня краснеет все, что только может. Нехорошо подслушивать. Оборачиваюсь к Егору, но он лишь с улыбкой наблюдает за этой сценой. Я в растерянности. – Нет. Начнешь с ног… – Женщина мечтательно загибает один палец. – Слушаюсь и повинуюсь. – Мужчина тянется к ее губам, но снова получает отказ. – Подожди, это еще не все. Второе. Я хочу поехать в город. Одна. Без детей. – Может, няню? – обреченно вздыхает он. – Нет уж, – качает она головой. – И третье. Телефон свой давай. На время отпуска я буду твоим личным секретарем. Неподкупным! Как она так? Разве можно так с мужчиной?  С ума сошла… – Нет, Ира, – хмурится мужчина и складывает руки на груди. – Это исключено. – Я жду. – Ирина протягивает руку и нетерпеливо постукивает ногой по плитке кухни. Совершенно непонятно они ругаются. Больше похоже на игру, чем на какой-то скандал. Разве так бывает? Аристов всегда только кричал на маму, а она молча терпела и слушала. – Пап, не поддавайся. – Егор тихо смеется за моей спиной и выходит вперед. Это его родители? Как же я сразу не догадалась. – Егор? Ты здесь откуда? – Ирина кидается к сыну и тискает. – Загорел как и похудел. – Ну мам, я же не маленький. – Егор выворачивается из объятий. – Да брось. – Мама нежно треплет его по волосам. Такой жест небрежный, но столько в нем любви и тепла, что чувствуется на расстоянии. – Это я виноват, что папа тогда уехал, – признается Егор. – Он из-за меня. Точнее по моей просьбе. – Егор. – Его отец качает головой и стучит пальцем по виску. – Нет, дорогой, – Ирина поворачивается к мужу, – Паша у нас взрослый мальчик и сам ответит за свои косяки, правда? Она снова протягивает руку, и на этот раз Павел сдается, вкладывает ей в ладонь свой телефон. Мама Егора расплывается в торжествующей усмешке и кладет «добычу» на стол. – Чего только не сделаешь… – снисходительно закатывает глаза Павел, обнимает жену и аккуратно утаскивает телефон обратно. – Мам, пап, я хочу вас кое с кем познакомить. – Вздрагиваю от неожиданности, поняв, что Егор говорит про меня. Все взгляды сразу сосредотачиваются на мне. – Ой, ты чего не предупредил? – суетится Ирина. – Нормально все, – отмахивается Егор и подходит ближе. Берет меня за руку и выводит вперед себя. – Это Ляйсан. Я сделал ей предложение и очень надеюсь, что она его примет. – Егор, – стону едва слышно. Я совсем не готова к подобному. Да и вообще еще ничего не решила. Разве можно так поступать? – А это мои родители. – Он крепче сжимает мои плечи. – Ирина Алихановна и Павел Федорович. – Очень приятно, – выдавливаю из себя виноватую улыбку. – А мне-то как… – теряется Ирина и шумно втягивает носом воздух. – Я немного растеряна… – Продолжай, – давит на Егора отец, одним взглядом заставляя нас обоих напрячься. Мне все больше кажется, что я в какой-то параллельной вселенной. Все чужое, мне совсем незнакомое. Страшно и очень волнительно. Но руки Егора удивительным образом дарят мне защиту. – Мам. – Его голос леденеет, а пальцы сильнее вдавливаются мне в плечи. – Ляся – дочь Асада. – В смысле? Какого? Откуда? Ирина Алихановна стремительно меняется в лице. Бледнеет и хватается за руку мужа, а я невольно чувствую себя виноватой. – У него была вторая семья, – тихо говорит ей Павел Федорович. – Ох, что-то мне нехорошо, – садится на стул. – Паш, дай водички. – Мам, что с тобой? – Егор устремляется к матери. – Плохо, да? – Да нет, сынок, все отлично. – Улыбка Ирины становится ядовитой и больше напоминает оскал. – Какие еще новости? Может, отец Ляси сам следом придет, свататься? – Стакан в ее руке мелко дрожит, но голос звучит жестко. – Все же уже решили, да, Егор? Породнимся? – Не придет. – Павел обнимает жену за плечи и целует в макушку. – Он пропал несколько лет назад. – Ну хоть на этом спасибо! Обстановка накаляется все сильнее. Самое страшное, что я теперь знаю, сколько горя причинил мой отец этой семье. Знаю и ничего не могу изменить. Мне стыдно за него и очень больно за них. Вряд ли они когда-нибудь смогут принять меня. – Мам, я люблю ее, – тихо говорит Егор и смотрит ей в глаза. А у меня сердце подпрыгивает к горлу и колотится там. Вокруг повисает тишина. Тяжелая и гнетущая. Все молчат и чего-то ждут. Но я не понимаю чего. Я вообще потеряла связь с реальностью. В этой семье все какое-то странное и непривычное. – Погоди, Гаранин, ты все знал, да? – Ирина Алихановна медленно поднимается на ноги и поворачивается к мужу. – Знал и мне не сказал? – Ир, не начинай. – Павел Федорович тактично отступает. – Я же не предполагал, что жизнь нас вот так развернет. – Ты обязан был мне сказать! – шипит она разъяренной кошкой. – Зачем? Что бы это изменило? – Он технично уворачивается от гнева жены. Я должна что-то сделать. Как-то загладить этот конфликт. – Ирина Алихановна, простите меня, – делаю шаг вперед и опускаю глаза в пол. – Наверное, не стоило приезжать. Я только недавно узнала, каким был мой отец на самом деле, – нервно ломаю пальцы и судорожно подбираю слова. – Мне очень жать, что он доставил вам столько боли. Я искренне сожалею… – Да ты-то в чем виновата? – Мама Егора стремительно меняет гнев на милость. – Просто все это очень неожиданно и совсем невероятно. – Мне, наверное, стоит уйти, – кусаю от волнения губы. – Да куда уж теперь уходить. – Она тепло улыбается и кивает на мою кисть, на которой блестит кольцо. – Насколько я поняла, у вас все серьезно? – Более чем, – уверенно подтверждает Егор. – Господи, весь в отца, – хмыкает Ирина и снисходительно закатывает глаза. – И горжусь этим. – Егор расплывается в довольной улыбке и обнимает меня. – Мам, ну сколько можно, ой… – Девушка с розовыми волосами появляется в кухне и замирает. Замечает меня и прищуривается. – Надо же, новую игрушку притащил, а старую куда денешь?