Глава 38

– Ты так сильно этого хочешь? – грустно усмехнувшись, Руслан делает шаг назад. – Да! Еще два шага назад. Он для верности прячет руки в карманы брюк, и я почти верю, что обрела свободу. – Твое желание будет исполнено. Так просто? В чем подвох? Напряженно слежу за мужчиной, ожидая очередного выпада. Но Руслан не двинулся с места. Он выровнял спину, тяжело дышит, но в мою сторону не двигается. Как дрессированная собачка, только смотрит с грустью. Я бы даже подумала, что задела какие-то глубинные струны в его душе, настолько затравлен его взгляд сейчас. Да только не могу поверить в то, что у него, вообще, есть душа. Интересное кино выходит. Он не был готов дать мне свободу, когда я просила. Но с легкостью отступил, как только я загадала желание. Это обидно. Неужели, мужчина сам не видит, как все это странно и неправильно?! – Сколько желаний я могу загадать? – спрашиваю. В груди скребет от идиотизма происходящего. Совсем не так должны между собой договариваться муж и жена. Только, в нашем браке с самого начала не было ничего нормального. – Сколько угодно, – отвечает Руслан, – но ты должна быть готова платить по счетам. Дающий исполняет твою просьбу в кредит, и однажды он захочет вернуть заём. Тебе придется жить с постоянным страхом того, что процент по этому кредиту может оказаться гораздо выше самого долга. Мне уже страшно от того, как развернулась моя жизнь. А еще, тошно от того, как все это противоестественно. – Ответное желание всегда дороже, чем заёмное? – спрашиваю, сглотнув. Руслан смотрит на меня взглядом побитой собаки. Ему неприятна эта тема, это видно. Но он сам виноват. И мне придется узнать все об этом чертовом клубе, если уж так случилось, и я стала его частью. – Необязательно дороже, – говорит Руслан, – тебя могут попросить, о чем угодно. Это может быть какая-то вещь, которая для тебя практически не значима. Может быть услуга, которая тебе ничего не будет стоить. А может быть что-то, поистине ценное, и тогда возврат долга превратится в настоящий кошмар. Мужчина провел рукой по волосам, выдавая свое волнение. «А тебя когда-нибудь просили о том, что было невероятно трудно выполнить?» – хотелось спросить. Но я прикусила язык, не дала себе произнести это вслух. Мне безумно хочется услышать, что отдать меня, пусть на одну ночь, и было тем самым кошмаром для него. Да только, я не поверю, даже, если он поклянется, что так и было. Я хочу и боюсь узнать ответ. И «да» и «нет» одинаково болезненны. В ответ «да» я просто не поверю, ответ «нет» меня добьет окончательно. – Похоже на лотерею, – говорю тихо, резюмируя сказанное. Можешь выиграть сто рублей, а можешь сорвать джекпот, – а могут у меня попросить то, что я не смогу отдать? Все мое имущество, например? Руслан устало выдохнул. – Теоретически могут попросить, что угодно, – говорит он, – но ты должна понимать, в этом клубе не состоят обычные люди. Все члены клуба богаты и влиятельны, у них нет недостатка в имуществе. – В чем тогда смысл?! – Я уже говорил тебе. Есть желания, которые за деньги не купить. Не купить? Но Вадим говорил, что за меня Руслан получил какой-то выгодный контракт. – А тот контракт, который тебе Вадим помог получить, – говорю и вижу, как меняется выражение лица моего мужа, на нем написан откровенный ужас. Похоже, мужчина не ожидал, что я могла узнать столько правды, – тоже нельзя было получить за деньги? – Тогда, когда просил, нельзя было иначе, – потухшим голосом отвечает мужчина. – Надеюсь, контракт того стоил, – голос мой осип, к горлу подступил ком. – Насть…, – Руслан шагнул ко мне, но я покачала головой. – Не смей! И почему я не загадала развод?! В тот момент, когда решение интуитивно родилось, это даже в голову не пришло. Можно, конечно, загадать второе желание. Но я не хочу потом жить с ощущением тяжести долга, за которым неизвестно, когда придут, и непонятно, что попросят. Руслан не пощадит, я ни за что не поверю в то, что он станет меня жалеть. Наоборот, он может отомстить мне самым обидным способом. Мне хочется испариться. Провалиться сквозь землю. Только бы не видеть его глаз, которые умоляюще смотрят в мое лицо. Руслан никогда не изменится, он не попросит прощения. И все, о чем ему жаль, это лишь то, что я узнала неудобную правду. – Много ты загадал желаний? – спрашиваю, проглотив ком в горле. – Достаточно. Он хотел добавить что-то еще, но замолчал. А что тут скажешь?! Он не должен был втягивать меня в свою игру, должен был честно рассказать мне все еще до свадьбы. Так почему же этого не сделал? Потому, что думал только о себе! Он всегда таким был, а я позволяла ему все. Потому, что, как маленькая наивная девочка, влюбилась всем сердцем в этого мерзавца! Он предал меня еще в тот день, когда поставил подпись в загсе. В угоду своим желаниям использовал, как разменную монету. Я не смогу простить. Такого не прощают. – Насть, пожалуйста, не волнуйся, – старается успокоить Руслан. Это тоже странно, ведь, он никогда меня не успокаивал. Обычно он приказывает, а не просит, – все не так плохо, как ты думаешь. – Правда?! – голос срывается, – кому ты еще должен? – Это не важно, – Руслан держит меня взглядом. Выдержать его взгляд непросто. Мои чувства к мужчине никуда не делись, несмотря на все подробности, которые я теперь знаю. Вадим говорил, что Елена хочет нас поссорить. Аплодисменты! Ей это удалось. Но… почему она просто не попросила Руслана?.. – Елене ты тоже должен? – спрашиваю, совладав с эмоциями. Руслан вздрогнул так, словно, я ударила его хлыстом. В глазах застыл ужас. Я попала в яблочко. Целилась пальцем в небо, а угодила в центр мишени. – Что она загадала? – слова дались с трудом. Внутри печет от чувств, которые приходится держать в себе. К сожалению, я так и не научилась у Руслана оставаться непробиваемой ледяной глыбой в любой ситуации. – Это не имеет значения. – Для меня имеет! – Елена – дочь очень богатого и влиятельного человека. Она просто избалованная девчонка. Я не хочу больше об этом! Боже, да что там такое?! Вадим говорил, что Елена без ума от моего мужа. И, что она привыкла всегда получать то, что хочет. Но просто прийти к Руслану и попросить его развестись со мной она не додумалась?! Ведь, чего проще? Устрани соперницу, и дело в шляпе. Она же не знает, что наш брак – это только сделка, и наличие штампа в паспорте не помешает Руслану любить другую женщину. Со мной ему удобно. Или… было удобно раньше, пока я не узнала правду. – Никаких секретов, мы договорились, – напоминаю мужу, – у меня от тебя секретов нет. По лицу мужчины расползлась недобрая усмешка. – Никаких секретов, говоришь? – шипит он, сделав шаг в мою сторону, – почему не сказала, что встречалась с дядей Ваней еще два года назад? Когда вы познакомились, м? Когда я прямо спросил, ты сказала, что не знаешь его. Забавно смотреть на тебя, когда ты пытаешься врать. Не делай этого, детка, из тебя хреновая актриса! Он знает?! Откуда? Понял это по моему лицу в тот день, когда мы вернулись в дом после свадьбы? Прочитал правду у меня на лбу? Это возможно. Руслан всегда читал по моему лицу, как в открытой книге. В отличии от меня. Мне вечно приходится гадать, что у мужчины на уме. – Если бы я сказала тебе два года назад, ты бы выгнал его, – говорю, потупив взгляд, – а ему было негде жить. Руслан подошел совсем близко. Его запах, смешанный с ароматом парфюма, заполнил легкие. Самый любимый запах на свете! Поднимаю взгляд. Серые глаза всматриваются в мое лицо. Мне хочется верить, что спустя месяцы брака, муж стал смотреть на меня иначе. Не просто, как на выгодный контракт, а, как на кого-то, по-настоящему для него важного. Но это не так. Не может быть так. Самый красивый мужчина в моей жизни никогда не сможет оценить моих чувств. Да он в лицо мне рассмеется, если я ему про любовь начну говорить! – Ты всегда думаешь о других, вместо того, чтобы думать о себе, – говорит, склонившись к моему лицу. Он даже не касается меня, а по телу уже пробежала стая мурашек. Точно так, как бывает всегда от присутствия этого мужчины в опасной близости от меня. Нужно держать себя в руках. Не дать себе снова стать слабой. Я же пожелала, чтобы он не трогал меня! – Что она попросила у тебя? – возвращаю себя в реальность этим вопросом, – Елена? Что она хочет? Вздрогнув, Руслан отпрянул назад. – Она хочет от меня ребенка, – звучит его ответ приговором.