Глава 5. Всеволод Дружилин

Май 2018 года По пути к детективу, с которым Всеволод наконец-то договорился о встрече, он уговаривал себя в правильности выбранной тактики общения и с ним, и с другом. Хотя на первый взгляд она выглядела совершенно неправильной. Прежде Дружилину не приходилось обманывать Анатолия, и не только как товарища, но и как руководителя. Такое было у Севы кредо: не можешь работать честно, не работай. Однако отчитываться о некстати возникших трудностях перед встревоженным отцом сбежавшего подростка казалось, по меньшей мере, негуманным. С другой стороны, проблемы возникли из-за просчётов Дружилина, из-за его самонадеянности и привычки экономить. Собственно, когда дело касалось фирмы, Сева действовал супер профессионально, но личные вопросы предпочитал решать с оглядкой на затраты. Даже если вопросы ставил Рубинов, и деньги были его же. Но ведь и задача сначала представлялась пустяшной! Звонок Анатолия с просьбой найти частного сыщика не стал откровением, Сева предполагал, что мальчишка устроит истерику после отъезда няни, и любящий родитель попытается вернуть ребёнку игрушку. Мог бы и заранее подсуетиться, да отвлёкся на более важные встречи: отфутболивал необоснованные рекламации заказчика. Буквально пять часов промедления повернули ситуацию из положения «за» в позицию «против». Однокашник по академии, на которого Дружилин изначально рассчитывал, схватился за другой заказ и собирался улетать в Новосибирск. – Чуть бы раньше, Севыч! – говорил он огорчённому приятелю, – но теперь уж я подписался. Ведь знаешь: не давши слово – держись, а давши… Мне и самому неохота в такую даль, да ещё неизвестно, уложусь ли в две недели. Расстроен не меньше твоего. – Мне-то кого посоветуешь? – Дружилин перевёл разговор в конструктивное направление. Перебрали общих знакомых. Кое-кто бросил сыскную деятельность, как хлопотную и небезопасную, другие потеряли квалификацию, занимаясь исключительно слежкой за неверными супругами и недобросовестными конкурентами, третьи отчалили в лучший мир. В результате продолжительной, полной ностальгических эмоций беседы у Дружилина на руках оказался сайт детективного агентства, куда его однокашника приглашали работать, но тот, как убеждённый одиночка, отказался. – Метнись к ним, старик! Они меня заманивали к себе, значит, понимают! Наверняка найдётся крепкий профессионал под твою задачку! Так он и сделал. Заполнил предложенную форму, как обычный гражданин «с улицы», отправил, получил уведомление, что с ним свяжутся, и продолжил искать по знакомым. К сожалению, прежние нити не сработали. Плата за услуги Агентства показалась Дружилину вполне разумной, что и стало причиной быстрого подписания договора. Детектив, представленный агентством, раздражал Всеволода с первой минуты знакомства. Пожалуй, знакомством это можно было назвать с натяжкой. Они до сих пор не виделись. И дело даже не в той чуши, которую пришлось наплести Рубинову. Человек, взявшийся за розыски Захаровой, а потом и Марка, с удивительной изобретательностью избегал личных встреч с заказчиком, то есть с его представителем. Дружилину привыкшему решать вопросы, глядя собеседнику в лицо, претило обсуждать столь важные вещи по телефону или электронной почте. Хотя, справедливости ради надо отметить, продвигался этот выскочка в деле довольно успешно. Уж Сева-то в этом знал толк, хоть и не работал ни дня нигде кроме Рубиновской фирмы. Коровихин Евгений Леонидович – так звали сыщика – категорически отказывался приезжать в офис. У него де с этим трудности. Позже объявил о том, что не намерен видеться, а отчитываться будет через интернет. – Свидетелей тоже через интернет планируете опрашивать? – поддел его тогда Всеволод. Ответа, разумеется, не получил, детектив перевёл разговор так, что даже поднаторевший в таких приёмах Дружилин не заметил его уловки. И вот первая встреча. И не где-то в кафе или парке, а дома у Коровихина, что тоже было подозрительным. Тем не менее, Всеволод поехал, так и не поделившись сомнениями с Рубиновым. Решил прежде сам всё прояснить. Покрутившись у девятиэтажек брежневской поры, Дружилин припарковался неподалёку от мусорных баков. Ничего белее подходящего не нашлось, хотя сейчас был разгар рабочего дня. Что же тут творится вечером? Глянцево-белый Рендж Ровер Вилар прощально мигнул, как показалось Всеволоду, с укоризной. – Надеюсь, я не долго, – оправдываясь, пообещал хозяин. К невысокому крыльцу вёл пандус более поздней постройки, чем сам дом. Сева отметил это как достижение городских проектов по организации доступной среды для колясочников. Надо же, добрались до московских окраин, – хмыкнул он. В подъезде обнаружился продвинутый подъёмный механизм для инвалидного кресла, с его помощью можно было достичь площадки с лифтом. Тут в голову Севы закралась пугающая догадка: "Уж не наш ли Ниро Вульф7 пользуется этими благами цивилизации?" Впечатление окрепло, когда он вышел на пятом этаже и остановился около нужной квартиры. Придверный резиновый коврик разлиновали многочисленные следы колёс. – Что за… – чуть не выругался Дружилин, хватаясь за мобильник. Чтобы его не услышали в квартире, спустился на один лестничный пролёт. После непродолжительных препирательств с барышней на телефоне, получил доступ к директору агентства. – Чем вы недовольны? – удивился тот в ответ на претензии клиента. – Евгений Леонидович превосходный специалист, как я слышал, уже есть подвижки по вашему делу. – Надо было предупредить, что человек ограниченных возможностей… – не унимался Дружилин. – Позвольте! – возмутился собеседник, – при заполнении формы на нашем сайте вы не указывали предпочтений при выборе исполнителя! И потом, что это за дискриминация! – Извините, – сменил тон Всеволод, – ничего такого я не хотел сказать, просто… поймите и вы меня, дело весьма сложное, тут и здоровому человеку не справиться с кондачка… – Да не было у меня желающих браться за ваше дело, – голос директора стал глуше, и Дружилин представил, как он отвёл руку с телефонной трубкой чуть в сторону и жестами даёт указания секретарше, – никто не взялся, это же не наш уровень. Тем более, вы даже на полицию не надеетесь. Так что благодарите Коровихина за его решимость. – Почему же… – начал возражать Дружилин, но осёкся и завершил диспут, – я всё понял. До свидания. Не слушая ответ, нажал кнопку отбоя. Теперь всё более-менее разъяснилось: детективов, скатившихся до уровня наружного наблюдения и располневших от многочасового сидения в автомобилях с фотокамерой в руках, не привлекали поиски беглецов. Инвалид-колясочник – единственный, кто отважился. Дверь открыла девочка лет девяти. Отступив, она указала рукой на комнату, где ожидали гостя, и убежала на кухню. Оттуда распространялся запах сильно поджаренного мяса. Дружилин с громким звуком захлопнул входную дверь и прошёл туда, куда его пригласили. В большой светлой комнате с невысокими потолками, с мебелью эпохи развитого социализма и плоским, как вытоптанный газон, паласом его ожидал человек в кресле-коляске с электроприводом. Новое, изготовленное где-нибудь в Германии устройство, контрастировало с обстановкой. Сам хозяин тоже вызвал у Всеволода неожиданные эмоции. Несмотря на то, что мужчина сидел, было понятно, что он высок, строен, молод – во всяком случае, выглядел он не старше тридцати – да ещё обладал вьющимися волосами цвета спелой пшеницы, аккуратно уложенными в асимметричную причёску. Коровихин перехватил взгляд клиента, машинально поглаживающего собственную лысину, и улыбнулся: – Племяшка колдует, мечтает стать стилистом. Дружилин послушно уселся на диван, куда указал приглашающий жест хозяина, и уставился на обтянутые тёмно-серыми брючинами острые колени длинных ног детектива. Начинать разговор он не торопился, лихорадочно соображая, как бы половчее расторгнуть контракт с агентством. – Вы получили мой последний отчёт? – спросил Коровихин и с сомнением покачал головой, когда Всеволод кивнул, – я отправил его минуты три назад. – Значит, не получил, – сердито ответил Дружилин. – Мне даже оповещение ещё не приходило. А! Вот! – Он почувствовал вибрацию браслета, дублирующего беззвучный сигнал айфона. – Но может, лучше на словах? – Зачем же на словах? – удивлённо подвигал бровями детектив. – Смотрите сюда. Он выверенными движениями нажал комбинацию кнопок на пульте встроенном в подлокотник, и зеркало на стене превратилось в монитор. Вернее это был экран телевизора, в спящем режиме выполняющий роль зеркала, в рабочем же демонстрирующий информацию с компьютера. Перед удивлённым Дружилиным замелькали аватарки и тексты. Детектив довольно быстро их прокручивал: – Ну, это вы видели, я приятелей Марка опрашивал, сейчас… – Вы что же, на самом деле с ними через интернет общались? Картинки на экране поплыли медленнее, Коровихин обернулся к клиенту и, чуть наклонившись в его сторону, сказал доверительно: – Представьте, многие, особенно молодёжь, куда откровеннее в скайпе, в соцсетях и в электронной почте, чем в реале. – Он кивнул на остановленный кадр – снимок незнакомого Всеволоду человека. – Это Лялин. Сторож в спортивном комплексе, где Марк занимался фехтованием. – Что-то для сторожа он хлипковат, – криво улыбнулся Дружилин, разглядывая вытянутое лицо и субтильное сложение мужчины с неопрятной бородкой и усами, в которых преобладала седина. Длинные, лёгкие, словно взлохмаченные ветром, волосы были совершенно седые. – Ночной. Это формальная должность. Там собственно есть охрана, но они в каптёрке сидят, за камерами видеонаблюдения присматривают, а этот перец обязан делать регулярный обход помещений. – И чем же он интересен? – А тем, что разыскиваемая Захарова некоторым образом опекала Лялина. После неуловимых манипуляций с пультом на экране началась демонстрация череды снимков, свидетельствующих, если не о дружбе Дарьи с этим стариком, то о регулярных их встречах. Проще говоря, девушка приносила ему продукты. – Родственник он её, что ли? – предположил Всеволод. Коровихин отрицательно покачал головой. – Как же вы догадались об их взаимоотношениях, и где фото раздобыли? – Из архива спорткомплекса. С камер. У них записи хранятся некоторое время. Через наше агентство запрашивал. А как догадался? Так рыбак рыбака… – он запустил ролик, на котором было видно колыхающуюся походку Дашиного знакомца. По всей вероятности, он перенёс полиомиелит. – Я приблизительно так же хожу, даже ещё забавнее, – усмехнулся Коровихин. – Вы ходите? – быстрее, чем успел подумать, воскликнул Всеволод. Детектив не стал отвечать, показал новый ролик, где с ночным сторожем разговаривал Марик. – Это за три дня до исчезновения, – сообщил Коровихин, – как утверждает гражданин Лялин, мальчик расспрашивал его о Захаровой. Я планирую его навестить. – Навестить? Поспешно переспросил Всеволод и с неудовольствием отметил, что теряет профессиональную выдержку рядом с этим человеком. – Я не только хожу, но и управляю автомобилем, – хмуро заметил Евгений. – Он специально оборудован. Сегодня брат заберёт его из сервиса, пришлось менять подфарник, разбили на парковке. – А-а-а-а, – протяжно откликнулся Дружилин, как будто теперь всё встало на свои места. Дальнейшее обсуждение уводило всё дальше от недавнего намерения Всеволода разорвать договор. Похоже, этот парень, действительно одарён, как сыскарь. Причин для недовольства его работой не осталось, планы, включая предстоящую встречу в роднёй Дарьи, Всеволод одобрил. – С ними по интернету не получится? – не преминул съехидничать он. – Ничего страшного, – не заметил или сделал вид, что не заметил иронии, Евгений, – Они живут в моём родном городке. Будет случай родителей навестить. – Так вы поэтому взялись? – догадался Дружилин. – За что взялся? – Захарову искать. Потому что она с вами из одного города? Коровихин коротко кивнул и посмотрел за спину Всеволода: – Что, Машенька? – Дядь Жень, они у меня пересохли совсем и почернели. Будете есть? – Не с голоду же умирать! – засмеялся Евгений. – Стилист из тебя получше, чем повар. Девочка убежала. Дружилин поднялся – пора уходить. Покинув дом детектива, Всеволод стряхнул его гипнотическое воздействие. Не может быть, чтобы безвылазно сидящий дома человек провёл следствие успешнее полиции, хотя те тоже стараются. Здесь какая-то ловушка! Не в сговоре ли он с мадемуазель Захаровой? Эта пронзительная мысль заставила притормозить на выезде со двора. Притулившись к тротуару, Дружилин включил аварийку, вцепился в руль и, напряжённо наклонившись вперёд, провожал взглядом несущиеся по проспекту автомобили. Россыпь вариантов возникла в голове. Дарья, опасаясь увольнения и разлуки с обожаемым подопечным, отважилась похитить мальчика. Её знакомый детектив вызывается участвовать в расследовании, чтобы пустить его по ложному пути. Или так: Евгений, желая отомстить девушке за прошлые прегрешения, убивает её. Марк, разыскивая исчезнувшую няню, нападает на след преступника и… Всеволод затряс головой, испугавшись возникшей перед глазами картины. Так невесть до чего можно додуматься! Откинулся на спинку сидения, прикрыл глаза, стараясь расслабиться. Надо всё взвесить и принять решение: работать ли с Коровихиным дальше, или расторгнуть договор, наплевав на неустойку. Рефлекторно дёрнул рукой, почувствовав сигнал браслета. Звонят. Директор детективного агентства интересовался итогами встречи. – Надеюсь, вы убедились в профессионализме Евгения Леонидовича? – Как он получили инвалидность? – не отвечая, поинтересовался Дружилин. – М-м-м… разве это имеет значение? – голос собеседника казался чрезвычайно огорчённым. – Видите ли, личную информацию мы… – Дело в том, – пояснил Всеволод, – что Коровихин и потерпевшая из одного города. Возможно, они были знакомы. Я опасаюсь, что он не будет беспристрастным, если Дарья, к примеру, виновна… – Нет! – воскликнул абонент с заметным облегчением. Дружилин даже услышал, как он забарабанил пальцами по столу. – Поверьте, это сугубо семейная история. Машина, которой управлял брат Евгения, попала в ДТП. Водителю – ничегошеньки, а пассажиры пострадали. Уверяю вас, Всеволод Георгиевич, здесь всё чисто. – Будем считать, что вы меня убедили. Распрощались абоненты довольными друг другом. Всеволод вернул себе уверенность и решил при первом же удобном случае рассказать Валерию о детективе всё, как оно есть, и надеялся, что ощутимые результат его работы, обнадёжат друга.