Двадцать пятая глава

Диана притихла, что само по себе уже вызывало подозрение. Работу я ей не обещал и давать не собирался, к пятнице Вероника нашла квартиру. Неплохую, район хороший. Не особо рассчитывая, что она согласится, я сбросил ей объявление с фотографиями. Только дома вместо чемоданов увидел семейную идиллию: вместе с Настей и Софьей Львовной Диана резала цветную бумагу и делала какую-то аппликацию. – Папа приехал! – Настя сорвалась с места, промчалась через холл и обняла, уткнувшись в живот. Я машинально потрепал её волосы, подумал – уже такая высокая! – Ты даже не задержался, – улыбнулась Диана, взглянув на часы. Колесить по городу, когда у тебя есть дом – такое себе развлечение. Даже если в этом доме живёт ядовитый скорпион. Хотелось провести время с дочкой, а то за всеми разборками с женой я совершенно про неё забыл. – Мышь, не хочешь какой-нибудь фильм вместе посмотреть? – Какой? – она хитро посмотрела на меня, переглянулась с Дианой. – Ма, какой фильм будем смотреть? Я внутренне поморщился: мама в мой список приятного досуга точно не входила. – Давай выберем вместе! – глаза Дианы загорелись. Она широко улыбнулась и протянула Насте руку. – А папа пока переоденется. Я невольно посмотрел на Софью Львовну. Показалось, что она более чем довольна тем, что видит. Тоже попалась на удочку Дианиного обаяния? Только этого мне не хватало. – А я, пожалуй, пойду тогда к себе. – Она поднялась. – Не буду вам мешать. Диван в гостиной был большим, но почему-то Диане непременно захотелось сесть под моим боком. Настя пристроилась под другим, ничего не осталось, кроме как положить руки на спинку. Двигаться туда-сюда, сбегая от Дианы, было бы слишком по-детски. Мысли витали где-то далеко, я толком не следил за сюжетом, рассеянно перебирая Настины волосы. Вскоре она уже сопела, уткнувшись в плечо. Я улыбнулся: дочь до сих пор редко могла досмотреть целый фильм до конца. Порой нам приходилось смотреть один и тот же по несколько раз. Осторожно перекинув руку через головы Дианы, я взял Настю и понёс в детскую. Во сне дочка всегда казалась запредельно трогательной, и волна нежности привычно захлестнула, пока укладывал и укрывал. Притушив ночник, вышел и едва не столкнулся нос к носу с Дианой. Прислонившись к стене, она молча смотрела странным, задумчивым взглядом. Я тихо прикрыл дверь и пошёл к лестнице – досматривать фильм с Дианой абсолютно бессмысленно. – Ты стал хорошим отцом, – донеслось вслед. Я так и замер с занесённой над лестницей ногой. Обернулся. – А у меня был выбор? – У меня тоже не было, когда она родилась. – Диана пожала плечами и грустно улыбнулась. – Неужели ни разу не жалела, что пропустила столько моментов из Настиной жизни? – Иногда жалела. Но мама присылала мне фотографии и видео, этого было достаточно. – Достаточно для чего, чтобы чувствовать себя матерью? – Можно и так сказать. – Она подошла ближе, не сводя гипнотического взгляда. Остановилась в шаге, склонила голову набок, окинула долгим задумчивым взглядом: – Почему ты до сих пор не спросил, как я жила эти годы? – А почему ты считаешь, что мне это интересно? – снова начала гудеть голова. Диана, как энергетический вампир, высасывала силы. С силой сжав переносицу, я длинно выдохнул. Посмотрел на Диану, прямо в глаза, которые прежде считал чарующими. – Завтра, когда я вернусь, тебя уже не должно быть здесь. – Я уже сказала, что никуда не уеду. До суда точно. – Тогда перееду я. – Я пожал плечами и начал подниматься, но не успел сделать шаг – Диана схватила за локоть и резко развернула. – Думаешь, я позволю тебе просто так встречаться со своей шалавой? – Выбирай выражения, – я выдернул руку. – Кто она? Она знает, что ты до сих пор женат? И её устраивает роль любовницы? – Не выдавливай из себя ревность. Диана полыхнула, выстрелила убийственным взглядом и вздёрнула тонкий нос. В её голове никак не могло уложиться, что я смотрю на кого-то, кроме неё? Все эти попытки снова забраться в постель и в душу были слишком жалкими. – Или ты, или я. Мне всё равно, кто съедет, – отрезал, поднимаясь к себе. Она упрямо потянулась за мной, остановилась, когда я оглянулся и приподнял бровь. – Моя спальня рядом с твоей, – напомнила высокомерно. Теперь в обиженную царицу играет. Актриса погорелого театра. – Надеюсь, тебя в ней больше не увижу. – Я открыл дверь, когда телефон в кармане зазвонил. Времени одиннадцать, только один вариант, кто это может быть. Машинально достав телефон, я улыбнулся, увидев имя. – Мог бы не радоваться так явно, – прошипела Диана. Приподняв бровь, я удивлённо на неё посмотрел. Да ладно, неужели правда ревнует? Да быть такого не может! Закрыв дверь прямо перед её носом, я принял звонок. – Вить, – голос Вики был слегка захмелевшим, на заднем фоне играла громкая музыка, – я тебя не разбудила? – Странно это спрашивать, раз уже позвонила, – ответил я с улыбкой. – Нет. Я ещё не ложился. А ты гуляешь? – Немножко. – Она протяжно вздохнула. – Прости, что звоню. Не надо было. Только… я соскучилась. – Я тоже. – Перед глазами встало её лицо, мягкая улыбка, доверчивый взгляд. – Завтра после открытия второй очереди домов приеду. Будешь ждать? – Буду. – Вика отчётливо улыбалась. – Очень буду. Хочешь, – она пьяно хихикнула, – встречу, как заправская любовница. – Это как? – мне стало интересно. – Ну-у, – протянула Вика, – в красивом белье, с бокалом в руке… Как там ещё встречают? – С рюмкой водки и подолом в зубах, – хмыкнул, вспомнив любимую шутку отца. За неё от матери он всегда получал увесистый подзатыльник, но шутить о том, как жена должна встречать мужа, вернувшегося со службы, не переставал. – Шучу. Я шучу, Вик. – Да я поняла, – хмыкнула она. – Но предложение заманчивое. – Это ты заманчивая. – Я упал на кровать и посмотрел в потолок. Можно было представить, как она лежит рядом. И лежала бы, если бы не Диана. Хотя кого я обманываю? Этот вопрос ещё надо решить с Настей. Насколько ей будет тяжело принять, что я встречаюсь с Викой, особенно теперь? Надо же было Диане так всё испортить! – Я тоже соскучился. – Сегодня ночью буду думать о тебе, – сообщила она с придыханием. Музыка стала громче, кто-то звонко рассмеялся. – Ты не одна? – С подругой. Но мы скоро едем домой. – Зачем? Развлекайся, ты заслужила после тяжелой рабочей недели. – Не такая уж она была и тяжелая. – Вика вздохнула. – Ладно, не буду отвлекать, тебе, в отличие от меня, завтра рано вставать. Спокойной ночи. – Спокойной ночи, – ответил, не переставая улыбаться. – До завтра. – До завтра, значит? – Диана вошла в спальню с застывшим выражением на лице. – Вика, значит? – Засунь свою ревность в свою красивую задницу, – вяло огрызнулся я, поворачивая к ней голову. – Расскажи о ней Кириллу, с которым в Сочи тусила. – Ты про него знаешь? – она поражённо ахнула, но тут же широко заулыбалась. – Значит, следил за мной? – Не льсти себе. Адвокат тебя искал, вот и всплыл Кирилл. На деньги парня раскрутила, да? – Я привыкла к удобству, – Диана небрежно пожала плечами. – А он с удовольствием тратил на меня деньги. Правда, они закончились быстро. – Ну, понятное дело, что для тебя полмиллиона? Ты их за неделю спокойно просаживаешь. – Откуда ты знаешь про полмиллиона? – моментально встала в стойку Диана. Я прикусил язык: о сумме-то узнал от Вики. – Неважно, – бросил в неё короткий взгляд, сел. – Всё? Сцена ревности отыграна? Иди спать, хватит перед глазами мельтешить. Она фыркнула, резко развернулась на пятках и вышла. Наконец. А утром ждала, сияя приторной улыбкой. В тёмно-синем платье, лаковых туфлях, с распущенными по плечам волосами. – Ну что, поедем на открытие? Там же будет пресса? Зачем прятать жену, когда о ней уже все знают? – Ты вконец охренела? – вырвалось невольно. – Нет, милый, – она взяла меня под руку. Хлопнула длинными ресницами. – Я просто хочу занять своё законное место рядом с законным мужем. – Хочешь посмотреть на открытие – вызывай такси. – Я выдернул руку. – И не надейся, что кто-то тебя пропустит на банкет. – Посмотрим, Вить, посмотрим. – Диана поправила идеальный макияж перед зеркалом, улыбнулась вышедшей из детской Насте. – Мы с папой съездим по делам, а потом заберём тебя и пойдём гулять. Хорошо, мышонок? – А вы недолго будете заниматься делами? – от радости в дочкиных глазах сердце сжалось. Хватит откладывать разговор, надо прямо объяснить, что через три недели нас с мамой разведут. – Как получится. Но потом весь день только для тебя. Договорились? – У меня дела после работы, – напомнил я, выразительно глядя на Диану. Улыбка на её лице дрогнула, но не сползла, наоборот, стала торжествующей. – Твои дела подождут до вечера. Неужели не хочешь провести день с семьёй? – Мышь, я не обещаю, – отвернулся от Дианы, потрепал дочь по голове, ткнул двумя пальцами в лоб. – Но очень постараюсь. Если не сегодня, то, может, завтра. – Не расстраивайся, я попробую уговорить папу. – Она взяла меня под руку и прошептала, не переставая улыбаться: – Твоя шалава подождёт. А дочь – нет. – Навёрстывай упущенное, – процедил я, дёрнувшись в сторону. Но Диана вцепилась и не собиралась отпускать. – Весь день с Настей в твоём распоряжении. – Она так много для тебя значит? Серьёзно? – Для меня много значит свобода выбора. Не пытайся манипулировать Настей, не падай в моих глазах ещё ниже. Спустившись вниз, я оставил Диану посреди гаража, надеясь, что она не поедет на стройку. Хотя одной надежды было явно мало…