Глава 26: Разочарование в зеркале ревности

Дима

Последняя неделя перед каникулами выдалась суматошной до предела. Несмотря на все внешние признаки беззаботной жизни, моё будущее волнует меня гораздо сильнее, чем может показаться окружающим. Друзья, клубы, алкоголь — это, конечно, весело и позволяет отвлечься, но на удивление многим, я трачу немало времени на учёбу. Экзамены не шутка, и я не собираюсь проваливать их из-за собственной лени. Это как якорь, который держит меня на плаву в хаосе мыслей и эмоций.

От Саши я держусь подальше сознательно. Во-первых, рядом с ней я не могу сосредоточиться ни на чем, кроме как оказаться в ней по самые яйца, почувствовать её тепло, её стоны, её тело, которое так идеально подходит под меня. А это значит, что подготовка к экзаменам пойдёт коту под хвост в буквальном смысле этого слова — все мысли улетучатся, и я потеряю контроль. Во-вторых, мне нужно разобраться со своими тараканами в голове, которые некоторые романтично называют чувствами. Хотя это было очень непросто. Как вспомню, как она на лекциях держит между губ ручку, медленно проводя языком по кончику, или как перекидывает волосы с одного плеча на другое, обнажая нежную шею, в которую хочется вгрызться зубами и оставить свою метку, чтобы все знали — она моя. Я железный, ребята, но даже железо может раскалиться до предела от таких воспоминаний. Эти образы преследуют меня по ночам, вызывая смесь желания и раздражения на самого себя за слабость.

С Надей тоже держал дистанцию, списывая все на экзамены и загруженность. Но она достала меня знатно, её настойчивость граничила с навязчивостью. Взять хотя бы истерику, которую она устроила мне по телефону, а потом ещё и в кафе после того, как я чудом предотвратил её столкновение с Сашей, которая стояла голой у меня в душе. В тот момент я почувствовал себя загнанным в угол, где каждый шаг мог привести к катастрофе.

Я честно хотел выпить с Сашей кофе, чтобы хоть ненадолго расслабиться в её компании, но телефон опять начал трезвонить настойчиво, и я понимал, что если не отвечу, то Надя не перестанет звонить, как одержимая. Это раздражало до чёртиков, заставляя чувствовать себя марионеткой в чужих руках.

— Алло, — раздражённым голосом ответил я, закрыв за собой дверь в комнату, чтобы Саша не услышала.

— Дима, — возмущённый голос Нади резал слух, как нож по стеклу. — Опять не отвечаешь, сколько можно? — жалобно пищит она в трубке, и в её тоне смешиваются обида и требовательность. — Это что вчера было?

— А что вчера было? — делаю из себя идиота, хотя прекрасно помню тот момент.

— Ты прошёл мимо меня, не сказав ни слова, — повышает она голос, и я убираю телефон от уха, чтобы не оглохнуть от её визга.

— Я тебя не видел, — нагло вру, так как видел её прекрасно, пришлось отпустить руку Саши на автомате, как щит от новых скандалов, которые я не хотел устраивать.

— Ну как же, — фыркает Надя, и в её голосе сквозит недоверие. — Зато ты видел шлюху, которая за тобой шла, — эти слова неожиданно задели меня за живое, вызвав вспышку гнева, который я еле сдержал.

— Надя, что ты хочешь? — скрипя зубами спрашиваю я, чувствуя, как внутри все закипает от раздражения.

— Объяснений! Мне это надоело, — твёрдым голосом требует она, и я слышу, как её дыхание учащается.

— Хорошо, встретимся позже, — киваю самому себе и собираюсь вешать трубку, надеясь оттянуть неизбежное.

— Нет. Я рядом с твоим домом, сейчас зайду, — её слова ударили как битой по голове, оставляя меня в ступоре.

— Меня нет дома, — почти ору я в трубку, пока сердце грохочет в груди от паники.

— Я вижу твою машину! — победно заявляет она.

Она повесила трубку, не дав мне ничего сказать, и в тот момент меня волновала не столько её обида, сколько реакция Саши. Выбора не было, пришлось закрыть бунтарку Сашу в своей квартире, чтобы избежать катастрофы, и увести подальше эту истеричку Надю. Я вышел как раз, когда она заходила в подъезд, и внутри меня все сжалось от напряжения.

— Привет, пойдём, — говорю я и, вцепившись в её локоть, увожу подальше от подъезда, а то вдруг Саша выглянет в окно и все поймёт.

Блядь! Я скоро свихнусь с этими бабами, их интриги и эмоции душат меня, как петля на шее.

— В чем дело? Куда ты меня тащишь? — попыталась вырваться Надя, её глаза горели подозрением.

— Я все равно собирался выходить, но ты бросила трубку, и я не успел сказать, — быстро лепечу я, сдерживая порыв поднять голову к своим окнам, где осталась Саша.

— Куда? — прищуривается она, пытаясь прочитать правду на моем лице.

— В институт собирался, но пойдём в кафе, — ляпнул первое, что пришло в голову, чтобы оттянуть время.

— Ну ладно, — пожимает плечами. — Отпусти, мне больно, — дёргает руку, и я ослабляю хватку, а потом вовсе отпускаю, чувствуя вину за свою грубость.

Мы зашли в кафе недалеко от дома, и атмосфера там казалась душной от моих внутренних конфликтов.

— Я тебя слушаю! — смотрю на неё в упор, пытаясь сохранить спокойствие.

— Кто та шлюха, что за тобой шла? — морщится она, и её слова снова царапают меня изнутри.

Вот на кой хрен всех вокруг шлюхами называть?! Это бесит меня до предела, потому что Саша не такая — она настоящая, живая, с своими чувствами.

— Она из моей группы, и она не шлюха, — отвечаю грубее, чем надо, и голос мой дрожит от скрытого гнева.

— А почему она была с тобой? — подаётся вперёд, будто хочет увидеть что-то на моем лице, её глаза сверлят меня.

— Она была не со мной…

— Она шла за тобой, и вы оба свернули за угол, думаешь, я такая тупая? Наверное, всех со своего потока трахнул уже, — её обвинения сыплются как град, раня моё самолюбие.

— Долго будешь мне мозг выносить? — вздыхаю я и покосился по сторонам. На нас уже люди смотрят, и это только усиливает раздражение. — Никого я не трахал.

— Только эту шлюху, да? — не унимается она.

— Хватит её так называть, ты даже не знаешь имя этой девушки, не все вокруг тебя шлюхи, — бью кулаком по столу, и она подаётся назад, испуганно моргая.

— Почему тогда ты её защищаешь? — уже тише спрашивает она и смотрит на меня виноватым взглядом, полным слез.

— Потому что мы с ней друзья, и она просто нормальная девушка, — говорю я, но смотрю в окно, чтобы скрыть бурю в душе.

— Ты с ней спишь? — опять двадцать пять, её вопрос как удар под дых.

— Блядь! — мотаю головой в отчаянии. — Нет, я с ней не сплю, — говорю твёрдо, хотя ложь жжёт язык.

Хрен знает, что она устроит, узнав правду — скандал будет эпический.

— Я тебе не верю! — восклицает она, и в её голосе сквозит отчаяние.

— Знаешь, а и не надо. Мне все это, нахрен, надоело, — резко встаю я и иду к выходу, чувствуя, как злость переполняет меня.

— Дима, стой! — догоняет она, впивается в мою кожанку. — Прости, прости, — утыкается носом в грудь, и её слезы пропитывают ткань. — Просто я боюсь, что ты меня бросишь, а я этого не переживу, — опять на жалость давит, и это работает, хоть и против моей воли.

— Не веди себя как сумасшедшая истеричка, и, может, все будет нормально, — хочется отцепить её от себя, так как меня очень бесят вот эти нюни, которые душат меня эмоционально.

— Хорошо, — поспешно кивает она и обнимает меня за талию, её тело дрожит. — Ты куда сейчас? — поднимает заплаканные глаза, полные надежды.

— По делам, — сухо и холодно отвечаю я, не желая продолжать.

— Опять пить с твоими дружками?

— Не начинай! — угрожающе сказал я, чувствуя, как терпение на исходе.

— Прости, не буду, — тянется она и робко целует меня в щеку, её губы холодные от слез.

Я усадил Надю в такси, чтобы убедиться, что она уехала, и бегом домой, где меня, наверняка, ждёт другой скандал от Саши. Но в этом случае он оказался намного приятнее, полным страсти и примирения. До того момента, как я случайно прочитал одно интересное сообщение на её телефоне. И это оказалось только началом моих внутренних терзаний. В тот момент я сдержался, так как сам закрыл её в своей квартире и уехал… Блядь! Но сказать, что мне это не понравилось, — это значит сказать очень мало. Ревность жгла изнутри, как огонь, заставляя сомневаться во всем.

После первого экзамена Надя попросила меня выйти на улицу, она уже уезжала домой и хотела вручить мне новогодний подарок. Ждала у самого входа, и, как только я вышел, вцепилась в мою руку, которую я выдернул через пару секунд. Почему-то появилось ощущение, что это неправильно по отношению к одной особе — к Саше. В итоге в меня кинули картонной коробкой и назвали бессердечным придурком. Переживём, не впервой. Остынет, и все будет нормально, думал я, но внутри шевелилось лёгкое сожаление.

В тот же вечер намеревался забрать Сашу на пару часов хотя бы, иначе мои яйца взорвутся нахрен. Неделя без траха, так-то, и кроме неё я никого не хочу. Достаточно просто на неё посмотреть, и член колом встаёт от одного воспоминания о её теле.

Но затормозил у общежития: передо мной встала весьма интересная картинка, которая ударила меня в самое сердце. Тут всегда какие-то тачки, но бросается в глаза только одна: черная бэха, а рядом стоит тот самый блондин, одетый с иголочки, как на свидание. Через минуту к нему выходит Саша в платье, в сапогах этих, что выше колена, но на низком каблуке. В платье, блядь! Для него! Они обнимаются тепло, он целует её в щеку нежно, потом открывает ей дверь, она садится на переднее сидение, и они уезжают, оставляя меня в пыли. А я так и стою на том же месте, глядя в пустоту, где только что была она. Самое время беситься, орать, рвать и метать, но все, что я чувствую, — это разочарование, глубокое и острое, и… боль? Боль, которая сжимает грудь, как тиски, заставляя осознать, что я привязался сильнее, чем думал.

После этого я не мог смотреть на неё по-прежнему. Остальные дни до каникул, как только натыкался на неё, вспоминал, как блондинчик трогает её своими руками, как касается губами нежной щёчки. Я ведь думал, собирался оборвать связи с Надей и за эти три недели окончательно закрыть тему, разобраться в своих чувствах. Но, блядь! В который раз я вижу эту парочку?! Ладно раньше, вроде, безобидные посиделки в кафе, потом недалеко от общежития, но она тогда была со своими подругами. А вот на этот раз я понял, что нихуя между ними не просто так все — это свидание, настоящее, с поцелуями и объятиями.

Я не скажу, что меня радовало играть на два фронта, но с точностью могу сказать, что трахать я хочу только Сашу, дальше не думал, что будет — просто наслаждаться моментом. Но раз ты, девочка Саша, также играешь на два фронта — менять ничего не будем. Раз ты прыгаешь в мою постель и раздвигаешь ножки, как последняя сучка, призывая трахнуть себя, значит твой блондичик не доводит тебя до бурных оргазмов, как я. Эта мысль успокаивала эго, но ранила сердце.

Хочешь просто трахаться? Без проблем! Я дам тебе это, но внутри меня теперь поселилось что-то новое — холодная решимость и тень боли, которая не отпустит так просто.