Глава 28: Весенний вихрь решений

Дима

Весна: ни тепло, ни холодно, постоянные дожди, лужи повсюду, грязь, которая липнет к обуви и настроению. Мы уже начали выходить на наше любимое место на набережной, как в старые добрые времена, когда всё казалось проще и беззаботнее. Решили устроить шашлыки сегодня, и я еду в город после недельного пребывания дома. У мамы был юбилей, и моё присутствие, как наследника отцовской сети турфирм в нашем городе, было обязательно — это не просто семейный праздник, а демонстрация преемственности, которая всегда давит на меня, напоминая о ответственности, которую я не всегда хочу нести. Витя сказал, что они с парнями едут вперёд, а на мне девушки. И то, что сегодня день рождения Нади, не помешает мне присоединиться к нашим. Мама даже в подарок для неё купила какой-то браслет, непонятно почему: она же родителям не нравится, они всегда морщатся при упоминании её имени, видя в ней лишь источник проблем.

Хотя почему же непонятно? Она им не нравится, но так как мой отец заключил договор о сотрудничестве с её отцом, у которого больше связей на Востоке, то моим предкам наш союз показался весьма выгодным, как выгодная сделка, которая укрепит бизнес и откроет новые горизонты. Это раздражает меня до глубины души, потому что я чувствую себя пешкой в их игре, где личные чувства не в счёт.

— Я вообще-то собирался порвать с ней, — возмущённо говорю я отцу, когда он сказал мне про этот контракт месяц назад, и в моем голосе сквозит гнев, смешанный с отчаянием.

И это была чистая правда: мне надоело метаться от одной к другой, как маятник, который не может остановиться. А ещё больше бесило, что одна устраивает мне жёсткие сцены ревности, полные криков и слез, а другая… ничего, вот вообще. Ей до пизды, с кем я и как, словно я для неё всего лишь развлечение на вечер. Это ранит эго, заставляет чувствовать себя ненужным, и я не могу это игнорировать. Я узнал всё про этого блондинчика: он сын богатого ресторатора, с деньгами и связями. А также узнал, что, кроме походов в кино и ресторанов, у них ничего не было — никаких поцелуев, никакой близости. Откуда узнал? Легко и просто: напоил лучшую подругу на Новый год, и она много чего рассказала, выливая секреты под влиянием алкоголя. Подло? Не спорю, но мне похрен — в любви, или что там у нас, все средства хороши, когда хочешь правду. Вот тогда я и решил избавиться от прицепа по имени Надя, разорвать эту цепь, которая тянет меня вниз, но не тут-то было.

— Ну, побудешь ещё с ней, мне… нам это важно. Вряд ли её отец обрадуется, если она в слезах придёт домой. Потерпишь! — сказал отец тоном, не терпящим возражений, и в его глазах мелькнуло что-то вроде расчёта, который всегда ставит бизнес выше эмоций.

Ага, я-то потерплю, но как сказать об этом одной мелкой брюнеточке?! Представляю: «Извини, Саша, но я продолжу трахать вас обеих, пока у отца бизнес не разовьётся сильнее». Эта мысль вызывает тошноту, потому что Саша заслуживает большего, чем быть второй в этой игре. Нет, трахаться-то мы трахаемся, но и Наде иногда приходится всунуть, чтобы поддерживать видимость. И если с Надей — это быстрый перепихон, после которого хочется свалить нахрен, смыть с себя это ощущение фальши, то с Сашей — это сумасшествие, после которой дышать трудно, тело дрожит от изнеможения, и после этого что происходит? Саша сваливает, оставляя меня в пустоте. Нормально? Нихрена! С ней я на месте Нади и чувствую себя, мягко сказать, использованным, как вещь, которую взяли и отложили в сторону. Дожил, блядь! Эта роль жертвы бесит меня, заставляет злиться на самого себя за слабость.

Вот даже сейчас руки чешутся уже потискать Сашу, почувствовать её мягкую кожу под пальцами, и я вряд ли удержусь и не трахну её в тачке, ещё до того, как закончим посиделки. А потом ко мне, навёрстывать упущенное за неделю, провести ночь в страсти, которая стирает все границы и сомнения. Эта жажда сводит с ума, делает меня одержимым.

Затормозив у ворот общежития, я набираю её номер и слышу по ту сторону удивлённый голос, который сразу вызывает улыбку.

— Красавица, — улыбаюсь как идиот, чувствуя, как тепло разливается в груди. — Я уже внизу, выходите.

Долго ждать не пришлось, вышли они через десять минут. Кристина и Лена над чем-то ржали, их смех звенел в воздухе, а эта язва с гордо поднятой головой шла медленным шагом к машине, словно королева. В узких джинсах, что подчёркивают её округлые бёдра, и чёрной футболке, а, судя по выпирающим соскам, бюстгальтер она не надела. Сучка! Эта провокация вызывает во мне волну желания, смешанную с раздражением — она знает, как меня завести.

— Привет, Котов! — говорит она с вызовом.

Специально, блядь! Знает ведь, как я реагирую на это, как это слово будит во мне зверя.

Она садится на переднее сидение, а подружки на заднее, и воздух в машине наполняется их болтовнёй.

— Привет-привет, — киваю я и трогаюсь с места, стараясь сосредоточиться на дороге.

Может, оставить этих двух на набережной и поехать за город наказать девушку Сашу?! Эта идея кружит в голове, вызывая предвкушение, но я отгоняю её — сегодня шашлыки, и всё должно быть по плану.

Из мыслей вырывает трель телефонного звонка между сиденьями. Бросаю взгляд на экран и тут же слышу смешок рядом. Надя звонит уже в пятый раз сегодня, и я тяну руку, выключая звук, чтобы не слышать эту навязчивую мелодию. Доехав до места, Саша первая выходит из машины и хлопает дверью так, что стёкла дрожат от удара. Говорю же: сучка, полная огня и независимости, которая меня и бесит, и притягивает.

Выхожу из тачки, и телефон снова оживает, но я решил, что сегодня не буду отвечать, завтра что-нибудь придумаю — совру или отговорюсь, как всегда.

— Может, ответишь?! — съязвила Кристина, её тон полный сарказма.

— Не лезь! — грубо говорю я, на что она фыркает и, виляя задом, уходит за подругами, оставляя меня в раздражении.

Выключаю телефон, прячу его в карман и присоединяюсь ко всем собравшимся. На набережной разделились на две группы: девушки и парни, я смотрю, как Саша режет капусту на салат и смеётся над чем-то, её смех как музыка, которая проникает в душу. Ветер треплет её волосы, и она грациозно откидывает их назад.

С каждым разом она кажется мне всё красивее, словно расцветает под моим взглядом. Эти её ничего не значащие движения: как тонкими пальцами волосы за ухо заправляет, как она кусает нижнюю губу в задумчивости и как морщит курносый нос после глотка Мартини, отчего её лицо становится ещё милее. Иногда — вредная до скрежета зубов, с язвительными замечаниями, которые ранят, а иногда — милая и пушистая, как котёнок, готовая обнять и утешить. Коктейль похлеще водки, что дурманит разум и будит в тебе звериные инстинкты, заставляя хотеть обладать ею полностью.

— Мне звонит Надя, — из мыслей вырывает голос Вити.

Он протягивает мне свой телефон, который вибрирует без умолку, и в его глазах вопрос.

— Не бери, — говорю я и делаю глоток безалкогольного пива, чувствуя прохладу напитка на языке.

— А в чём дело? — щурится друг и убирает гаджет в карман, его любопытство очевидно.

— Да ни в чём, — отмахиваюсь я. — У неё день рождения сегодня, — говорю и смотрю по сторонам, чтобы избежать прямого взгляда.

— И ты здесь? — удивлённо спрашивает Виктор, его брови поднимаются.

— Да! — уверенно отвечаю, глядя на Сашу, которая улыбается подругам. — Я именно там, где должен быть.

Эту ночь и не только эту я проведу с ней, чтобы и думать о ком-то другом не могла, чтобы её мысли были только обо мне. А когда я окончательно порву с Надей, разорву эту связь, которая душит меня, то Сашу на цепь посажу и ни на шаг не отпущу, сделаю её своей навсегда, потому что без неё мир кажется пустым и серым.