Глава 35: В ловушке страсти
Саша
Я застываю на месте, ошарашенная тем, что он здесь, пришёл на мой день рождения, несмотря на все месяцы молчания и боли. Смотрю в любимые глаза, тону в их глубине, как в бездонном океане, и чувствую, как меня начинает трясти мелкой дрожью, которая разливается по всему телу, от кончиков пальцев до корней волос. Он делает шаг ко мне, а я даже дышать нормально не могу — воздух застревает в горле, сердце колотится так, будто вот-вот вырвется из груди. Мы не виделись четыре месяца. Это вечность, полная одиночества и подавленных воспоминаний, где каждый день казался бесконечным, а ночи — пыткой. Его присутствие здесь, в этом зале, полном друзей и света, кажется нереальным, как мираж в пустыне, и внутри меня буря: радость, страх, любовь и обида смешиваются в один вихрь, кружащий голову.
— С днём рождения, Саша! — шепчет он своим низким голосом, которым всегда проникал в самую душу, вызывая мурашки.
— Спасибо, Дима, — отвечаю я, голос дрожит, но я стараюсь держаться.
Он меня обнимает, и у меня ощущение, что я сейчас растворюсь, как дым в воздухе, потеряюсь в его тепле и силе. Хочу обнять в ответ, коснуться его лица, провести ладонями по его телу, почувствовать его жар, который всегда обжигал меня изнутри, разжигая огонь желания. Но "приди в себя", — говорит мой внутренний голос, строгий и настойчивый, напоминая о всех слезах и разочарованиях, и я отхожу от него, киваю с вымученной улыбкой и иду к Мише, обнимаю его, ища в этом объятии опору и спокойствие.
— Спасибо тебе большое, я знаю, что это в основном твоя заслуга, — говорю я Мише на ухо, пока он сжимает меня в своих объятиях, его руки тёплые и надёжные.
А я, обнимая его, чувствую только благодарность, больше ничего — чистую, искреннюю признательность за заботу и поддержку. Никаких трясучек, мурашек по коже или сбившегося дыхания, которые всегда сопровождали прикосновения Димы, только спокойствие, как тихая гавань после бури.
— Это же твой день рождения, и я ничего такого не делал, это всё твои друзья, — отмахивается он, но в его глазах мелькает гордость.
— Ты хоть понимаешь, сколько денег теряет ресторан сегодня? — говорю с улыбкой я, пытаясь разрядить атмосферу шуткой.
— У меня плохо с математикой, — отвечает он, и мы оба смеёмся, так как понимаем, что это неправда, его расчётливость всегда на высоте, но в этот момент она не важна.
Мы все сели за стол, атмосфера стала более комфортной и лёгкой, смех и разговоры заполнили зал, как музыка, создавая ощущение тепла и единства. Ловлю себя на том, что это мой самый классный день рождения, если не считать тот, когда мне подарили велосипед на десятилетие — тогда я чувствовала себя королевой мира, мчась по улицам, а сейчас — окружённая друзьями, которые сделали этот день волшебным, несмотря на все внутренние бури. Бокалы звенят, тосты звучат искренне, и на миг я забываю о боли, погружаясь в момент радости, где каждый взгляд и слово полны любви.
В середине вечера я понимаю, что от этих высоченных каблуков уже не чувствую ног, они ноют от усталости, каждый шаг отдаётся болью, и, вспомнив, что у меня в шкафчике есть балетки, мягкие и удобные, встаю из-за стола и иду в свой кабинет, стараясь не хромать, чтобы не привлекать внимания. Зал остаётся позади, полный смеха, а я шагаю по коридору, чувствуя облегчение от мысли о смене обуви.
Успела только зайти, как кто-то стучит в дверь, звук резкий и неожиданный, заставляющий сердце подпрыгнуть.
— Я сейчас приду, — кричу я, пытаясь звучать спокойно.
Но дверь открывается и закрывается обратно, поворачиваю голову ко входу, и внутри всё замирает.
— Я же… Дима? Ты что тут делаешь? — он не отвечает, просто стоит, его взгляд пронизывающий. — Ты что делаешь?
— Ничего, — уверенным голосом отвечает он, и в его тоне сквозит что-то властное, что заставляет меня нервничать.
— Тебя здесь не должно быть! — но он молча закрывает дверь на ключ, щелчок замка эхом отдаётся в комнате, и страх смешивается с возбуждением. — Ты что делаешь? — возмущённо повторяю я, голос дрожит от смеси гнева и желания.
Игнорируя мои вопросы, он направляется ко мне медленными, уверенными шагами, его присутствие заполняет пространство, делая воздух густым.
— Ты пьяный? — прищуриваюсь и делаю шаг назад, пытаясь сохранить дистанцию, но спина упирается в шкаф.
— Я не пил, не заметила? — наклоняет голову и смотрит с укором, его глаза темнеют.
— Нет, я не следила за тобой, — стараюсь говорить твёрдо, но коленки уже дрожат, предавая меня.
— Я заметил, что не следила, — он подходит вплотную и прижимает меня к шкафу, его тело близко, тёплое и знакомое.
В тот момент, когда его руки оказываются на моей талии, сильные и требовательные, а его губы в миллиметре от моих, здравый смысл покидает меня, как птица из клетки, оставляя только инстинкты. Он накидывается на мой рот, не давая мне шанса на сопротивление, поцелуй жадный, полный накопленной страсти, и я отвечаю, несмотря на все "нельзя". И лишь оказавшись на офисном столе, чувствуя прохладу поверхности под собой, до меня доходит, что я вновь попала в ловушку, в эту паутину желания и боли, из которой так трудно выбраться, и внутри меня крик отчаяния смешивается с удовольствием.