Глава 40: Новые горизонты и тени прошлого

Саша

Прошло два месяца, как мы с Мишей стали наконец парой, и это решение принесло в мою жизнь стабильность, которой так не хватало раньше, как тихая гавань после шторма, где волны эмоций больше не бьют о скалы души, оставляя следы боли. Случилось это после того, как перед Новым годом я увидела Надю и Диму, выходящими из бара под руку, их силуэты в свете уличных фонарей казались такими близкими, и эта картина кольнула в сердце острой иглой ревности и боли, которая на миг вернула все старые раны, заставив почувствовать себя снова уязвимой и обманутой, одинокой в толпе.

Тогда я согласилась на предложение Миши праздновать Новый год вместе, и в ту ночь я осталась у него дома, не просто осталась, а мы переступили через барьер «букетно-конфетного периода», позволив отношениям стать ближе, интимнее, с той нежностью, которая не жжёт, а греет душу, давая ощущение безопасности.

Может, я и согласилась праздновать с ним из-за злости на Котова, опять, чтобы заглушить боль и доказать себе, что могу жить без него, без его теней, но я не жалею — это было осознанным выбором, который принёс мир в мою душу, позволив наконец-то дышать свободно, без постоянного ожидания удара, без ночных слёз в подушку. Я сейчас в нормальных отношениях, где всё предсказуемо и спокойно: мы гуляем по городу, держась за руку, чувствуя тепло ладони друг друга, которое дарит ощущение единства и поддержки, мы ходим в ресторан не только на работу, а как пара, наслаждаясь ужинами при свечах, где разговоры льются легко, без подтекста и напряжения. Он меня балует цветами и подарками без всяких поводов, и каждый такой жест трогает до глубины души, вызывая улыбку и благодарность за то, что рядом человек, который ценит меня просто так, без условий и игр.

И даже учитывая, что в постели у нас всё стандартно, по классике, иногда даже скучно, без той искры и безумия, которое оставляло тело в дрожи и душу в смятении, я всё равно не жалею — это спокойствие дороже бурь, которые разрывали меня на части, оставляя шрамы. Теперь я всегда спокойна, никогда не переживаю и не жду, позвонит он сегодня или нет, не мучаюсь ночами в сомнениях и слезах — это ощущение свободы от эмоциональной зависимости как глоток свежего воздуха после долгого удушья, и оно дарит силы жить дальше.

Скучаю ли я по Диме? Да, очень скучаю, и эта тоска иногда накатывает волнами, особенно по ночам, когда воспоминания о нём всплывают, как призраки из прошлого, вызывая мурашки по коже и лёгкую дрожь в теле, напоминая о том, что сердце не так легко перестроить. Мне очень не хватает бурных и жарких ночей с ним, той обжигающей страсти, того безумия и грязного порочного секса, который заставлял тело трепетать, а душу — летать на грани экстаза и боли, оставляя после себя сладкую усталость и жажду ещё, которая жгла изнутри.

Мы, естественно, видимся на лекциях или в компании, и каждый раз его присутствие как электрический разряд — сердце замирает, дыхание сбивается, внутри вспыхивает огонь, но я держу себя в руках, сжимая кулаки под столом, чтобы не сорваться, напоминая себе о боли, которую он причинил, о ночах в слезах и разочарованиях. А когда чувствую, что не выдержу, что его взгляд или случайное прикосновение вот-вот сломают мою оборону, звоню Мише, который всегда-всегда берёт трубку, его голос успокаивает, как якорь в шторм, и он меня отвлекает разговорами или встречей, помогая вернуться в реальность, где всё стабильно и предсказуемо.

Котов знает, что мы встречаемся, и это знание висит между нами, как невидимая стена — больше ко мне не лезет, не подходит ближе, чем нужно, и его отстранённость иногда коробит, вызывает укол ревности и грусти: неужели ему правда всё равно, или это маска, скрывающая чувства, которые он не хочет показывать? Но лучше так, чем постоянные метания между раем и адом, между страстью и болью, которая разъедает душу, оставляя пустоту.

Я сделала правильный выбор — повторяю себе, как мантру, и это помогает держаться, хоть и не всегда убеждает сердце, которое иногда шепчет о том, чего уже нет, вызывая лёгкую меланхолию.

Весной в нашем институте объявили отбор для выступления на конференции, где будут представители европейских отелей, ресторанов, крупных фирм и представители европейских вузов — это как дверь в другой мир, полный возможностей и мечт, где можно шагнуть за горизонт повседневности. Это возможность показать свои знания и получить стипендию и стажировку в Европе, где я смогу набраться опыта, который изменит мою карьеру, откроет новые двери и даст шанс на независимость, на жизнь, о которой мечтала.

Я не была уверена в себе и не собиралась участвовать, сомнения грызли изнутри: "А вдруг не справлюсь? А вдруг провалюсь перед всеми?", страх неудачи парализовал, заставляя отступить, но Миша меня убедил своими словами поддержки, его вера в меня была как опора, твёрдая и надёжная, и я записалась, чувствуя прилив решимости и благодарности за то, что он видит во мне то, чего я иногда не вижу сама, помогая преодолеть внутренние барьеры.

Он дал мне отпуск неделю для подготовки и очень сильно поддержал меня, даже договорился с институтом, чтобы после конференции все иностранные гости и участники конференции пообедали в нашем ресторане — это было, конечно, ради того, чтобы показать нашим гостям, как я работаю вживую, но не суть: его забота мне очень приятна, вызывает тепло в груди и ощущение, что я не одна в этом мире, что есть человек, готовый стоять за мной горой, жертвовать своим временем и ресурсами ради моего успеха.

В день Х я очень волновалась, сердце колотилось, как барабан, руки дрожали от нервов, мысли путались, страх сковывал, но несмотря на это, кажется, выступила хорошо, если судить по реакции наших гостей — их кивки, улыбки и вопросы после речи придали уверенности, заставив почувствовать, что мои слова тронули их, что я не зря старалась. Кого они считают достойными стипендии и европейской стажировки, мы узнаем через несколько дней, участников было пятнадцать, а мест только пять, и напряжение висит в воздухе, как электричество перед грозой, заставляя каждый день казаться вечностью ожидания, полного надежд и страхов. И несмотря на наши тусовки, посиделки на набережной, вечеринки и пьянки, мы все хотим получить такую возможность, и все очень хорошо подготовились, вложив душу и время, полные амбиций и мечт. Так что конкуренция большая, и это добавляет адреналина, заставляя чувствовать себя живой, полной сил и решимости.

Обед после конференции в ресторане тоже прошёл хорошо, всем всё понравилось, я переживала жутко, проверяя каждую деталь, от сервировки до вкуса блюд, страх провала гнал вперёд, и позвала Лену для поддержки — её присутствие успокаивало, как якорь в шторм, её слова ободрения помогали держаться, напоминая, что я не одна.

Когда официальная часть закончилась, и гости ушли, в ресторане остались Котов, Кристина, Лена и мы с Мишей, все расслабились и выпили шампанского, бокалы звенели, смех разносился по залу, создавая атмосферу облегчения после напряжения, и в этот момент я почувствовала единство с друзьями. С Димой мы общаемся как раньше, до того, как оказались в одной постели — нейтрально, дружески, без намёков, но каждый раз, когда наши взгляды встречаются, внутри что-то ёкает, как старый шрам, который напоминает о боли и былой близости, вызывая лёгкую грусть.

Он даже с Мишей общается, и с тех пор, как он узнал, что мы встречаемся, ни разу не пытался подойти ко мне ближе, чем на метр — его уважение к границам трогает, но и ранит: неужели ему правда всё равно, или это маска, скрывающая чувства, которые он не хочет показывать, чтобы не разрушить то, что осталось? Я благодарна ему за это, потому что если он подойдёт ближе, если я буду слышать его тяжёлое дыхание, если он коснётся меня, то я не выдержу и… та-а-а-ак, меня несёт, мысли уносят в опасную зону воспоминаний, и я трясу головой, отгоняя их, чтобы не сорваться и не потерять то спокойствие, которое с таким трудом обрела.

Взяли с девочками такси, так как Миша тоже выпил, и я сказала ему ни в коем случае не садиться за руль, его безопасность важна для меня, как и он сам, и мы разбежались по домам, полные впечатлений и усталости, с лёгким опьянением от шампанского и надежд на будущее.

Два дня сидим как на иголках, все мы переживаем и ждём решение комиссии, работа отвлекает, но не сильно — мысли то и дело возвращаются к конференции, к возможностям, которые могут изменить жизнь, и внутри меня смесь возбуждения и страха перед неизвестным, сердце замирает при каждом звонке. Когда звонит телефон, вздрагиваю, как ошпаренная кипятком, смотрю на экран: из деканата; руки моментально затряслись, пальцы холодеют от волнения, и внутри вспыхивает надежда, смешанная с тревогой.

— Алло! — с дрожью в голосе отвечаю я, сердце уходит в пятки.

— Александра?

— Да!

— Ждём вас завтра к десяти в актовом зале института, не опаздывайте.

— Хорошо, спасибо.

— Кто это был? — спрашивает сзади Миша, его голос полный любопытства.

— Это из деканата, завтра к десяти я должна быть в институте, — отвечаю я и поворачиваюсь к нему, чувствуя смесь волнения и страха.

— Это же хорошо, значит, тебя взяли, — с улыбкой говорит он, его оптимизм заразителен, и на миг я позволяю себе поверить, почувствовать радость.

— Неизвестно, может, они всех зовут и там на месте скажут, кто получит, а кто нет, — не разделяю я его веселья, сомнения грызут изнутри, заставляя представлять худшее, страх провала сжимает грудь.

— Не думаю, — мотает головой он. — Но ты не переживай, если не выберут, найдём другие возможности, — сказал Миша и обнял меня, успокаивая, его объятия тёплые и надёжные, и в этот момент я чувствую, что не одна, что есть поддержка, которая поможет пережить любое решение, и это дарит силы, смешанные с теплотой благодарности.