Глава 11
— Мать моя шавайнская гномка! Вот с такенной бородой! — выразил бурю своих чувств Робин, выглянув в иллюминатор.
— Она самая, — подтвердил Симус.
— Скромный домик в городе, что вы хотите? Тут только одна наша семья и живет, — я оттопырила нижнюю губу, пытаясь удержать привычно-капризное выражение Ниневии. Получалось плохо, щеки болели. — Ну, слуг пара-тройка сотен, гости, их обычно рыл сорок-пятьдесят толчется. Детей орава, кузены и кузины все время размножаются. Гараж, помещения для балов и приемов, аквапарк, зимний сад, магазины, рестораны, картинная галерея, спорткомплекс с полигоном, личные апартаменты, школа своя, казармы, мастерские, площадка для флаеров…
— Ты словно риэлтор, уговаривающий купить скромный домишко в двести этажей.
— Пфе! Всего сто пятьдесят четыре! Лично у меня обстановка нищенская, теснота жуткая, всего три этажа и каморка под гардеробную! Даже не знаю, где вас приткнуть, на коврике у двери мешать будете. Или в террариум к жабам? Там водоем, растения, вентиляция хорошая, личинки вкусные. Соседи тихие.
— Где они тихие? — Возмутился Симус. — Как начнут орать, так крейсер вздрагивает!
— Голубые жабы очень мелодично кричат. Это вы не способны оценить красоту их пения по причине неразвитого примитивного слуха. Кстати, вы просто нашу загородную резиденцию не видели, раз обычному дому удивляетесь.
Несла я бред вдохновенно и очень громко. Для команды катера старалась. А самой бы впору, как Робину, раззявить рот и глаза выпучить. Граненый вертикальный пятисотметровый темно-зеленый кристалл, сверкающий в лучах двух солнц, был подлинным украшением столицы!
Правда, так считали не все: пару раз город просил затонировать окна матовой пленкой, потому что блики слепят водителей мобилей, глайдеров и аэрокаров. И даже атмосферные катера испытывали неудобства при посадке. Семья Одаль требования игнорировала, а великий архитектор Салаами Ван Эльтарон, создатель «Смарагда» заявил, что ноги его не будет в мире, где не ценят красоту. Его дом мешает столице? Перенесите столицу! Он не возражает!
После такого демарша творца власти предпочти умолкнуть, поправили несколько пассажирских маршрутов, создали несколько новых развязок, и в целом, справились с ситуацией. Зато особняк Одиль «Смарагд» входил в список достопримечательностей столицы вторым номером, сразу после королевского дворца. И попасть в него было значительно труднее, чем во дворец. Каждый турист фотографировался на фоне сверкающего кристалла.
— Я боюсь, — шепнула, когда катер опустился на выдвинутые силовые мостки. Мерцающие лучи над провалом выглядели совсем ненадежными.
— Мы с тобой, Инни, — одними губами произнес Симус.
Форма цвета голубиного крыла без знаков отличия, которой их снабдили на крейсере, ребятам очень шла, а Симусу особенно. Правда, их по-прежнему хотелось сразу накормить, выглядели они крайне худощавыми. Робин набрал за время полета пять килограмм, Симус шесть с половиной, и откармливать их еще предстояло долго.
Люк открылся, от дома побежали слуги с тележками для багажа. Ха, думают, у меня сто чемоданов? Страшно-то как! Капитан ссудил меня собственной плащ-палаткой, чтоб прикрыть непритязательный потрепанный комбинезон. Зато ботинки со сбитыми носами оказались на виду. И ни одного стразика! И они все сейчас будут на меня таращиться? Я ойкнула и развернулась.
Симус поймал меня за локоть и опять развернул к выходу.
— Твой выход, принцесса!
А-а-а! Я выпрыгнула из люка, как жаба из террариума. И с размаху шлепнулась на ближайшую тележку. Вот это фиаско!
— Что встал, вези меня в дом, я устала! — отвратительно капризным голоском приказала рослому слуге. Он вздрогнул и повез. Куда бы он делся.
— Багаж нэры Одаль, — невозмутимые стюарды выгрузили клетки с крысюками и террариум с жабами. Звенящие закрытые боксы с медикаментами. Коробки с Урдоном и Дурой. Хоть искусственные, но проводники же! Коробки с пробами грунта.
Кид, Робин и Симус пошли сами. С неестественно прямыми спинами.
— Нера-а, добро пожаловать домой! — Экономка, образец всех экономок в зеленой форме. Икнула она при виде клетки с крысюками.
И чего икать? Зверюшки здоровые, ухоженные, шерстка лоснится, глазки блестят.
— Мои гости будут жить в моих апартаментах. Им нужны портной и парикмахер. Обед подать в мою столовую через полчаса. Жаб в зимний сад, крысюков послать моим подружкам. В отдельных клетках с розовыми атласными бантами. С открыткой «От любящей Нанни». Дизайн открыток на ваше усмотрение.
— Друзьям тоже? — Уточнила служащая, быстро делая пометки в планшете.
— Если останутся лишние зверьки.
— Нэра, леди Петра распорядилась накрывать обед через три часа.
Экономка намекает, что мне нужно приводить себя в порядок не менее трех часов, прежде чем показывать людям? Так я не стесняюсь! Я же из экстремального тура!
— Пообедаю и у себя, и с предками. Сейчас модно кушать часто и малыми порциями.
— Как прикажете, юная леди.
— Не юная леди, а молодая госпожа! — Взвизгнула я. — Я замужем! Всем это известно!
— Простите, юн… молодая госпожа. Простите великодушно!
— Надеюсь, обед будет подан без опоздания, — процедила я. Бездна, как тяжело быть стервой! Никогда не думала, что у них такая тяжелая жизнь! Вечно всем быть недовольной и выбрасывать это в пространство, портя настроение всем вокруг!
Ковры, зеркала, мозаика, цветы в кадках. И где тут лифт? По мне, это на бальный зал похоже. Ну, как в синемаконе показывали. Мозаичные панно, наборный пол, уютные альковы с диванчиками.
— В апартаменты? — Поклонился парень в зеленой ливрее.
— Да!
— Сию минуту, присядьте, госпожа!
Нехотя села на диван в небольшой гостиной. И чуть не вскрикнула, ощутив, как комната с огромной скоростью помчалась наверх. Мои сопровождающие ухватились кто за что, от неожиданности. Альков оказалась лифтом. Это я мелко мыслила, представляя себе зеркальную или прозрачную кабинку. Тут комнатами передвигались. И не только вверх и вниз. Горизонтально по периметру здания тоже запросто.
— Восемьдесят восьмой, госпожа, — поклонился лифтер.
Спасибо, подсказал. А то и не знала бы. Как-то неудобно спрашивать у слуг, где мои комнаты. Осталось узнать, как войти. Ключиков Ниневия не оставила.
Тупик с двустворчатыми дверями и никакого кодового замка. Даже замочной скважины нет. Я смотрела на дверь в беспросветной тоске, как оазиса тень на горячем песке. Как попасть мне домой, отряхнув пыль дорог, я устал и несчастен, и я изнемог!
Стихи из школьной программы выскочили некстати. Их для того и учат, чтоб выскакивали вдруг.
— Мне кажется, это сенсор, — Симус указал на неприметный выпуклый овал сбоку. — Работает либо на ауру, или на сетчатку, или…
— Ай! На кровь он работает, сволочь! Уколол иглой! — вскрикнула я, не ожидая такой подлости от мирного предмета. Не встречались мне еще двери-кровопийцы.
— Добро пожаловать домой, Ниневия, королева красоты! — двери распахнулись.
— Мать моя шавайнская гномка! Хоромы, как есть хоромы президентские! — Робин развел руки и покружился на месте. Затем подбежал ко мне, рухнул на колени и преданно заглядывая в глаза, провыл: — Королева, возьмите меня пажом? Я буду стараться!
— Отвали, какой из тебя паж? В пажи мальчиков брали! А у тебя щетина растет, как распадник[1]! — отпихнул его Симус.
— А если на вес? По весу-то я подойду! — не сдался Роб.
— На суповый набор ты подойдешь! — Кид оттолкнул Робина и склонился передо мной, протягивая руку. — Тур буранго?
Я захихикала, руку приняла, и мы промчались по необозримой гостиной, высоко вскидывая ноги и кружась. Не знаю, как оно было настроено (датчик движения?), но через пять секунд загремела мощная оркестровая музыка Сальтори. На втором круге меня перехватил Симус, за ним Робин. Мы проскакали целую анфиладу комнат по кругу и вернулись в гостиную. Запыхавшись, я упала на диван, раскинув руки и ноги. Я не призовой рысак, а скромный помощник лекаря. Правда, неизвестно, кому выносливость больше нужна.
Парни расползлись по апартаментам. Гостиная, размером с рыночную площадь провинциального городка, могла поразить и не такое воображение. Тут даже фонтаны были! Четыре штуки. В одном мог спокойно искупаться роногос. Диваны и столики, небольшие шкафчики и кресла, какие-то вращающиеся металлические и стеклянные конструкции, тихо звенящие хрустальными цветами люстры.
— Я нашел бассейн! — сообщил Робин.
Бассейн был, кто бы сомневался, стеклянный. Шагов двадцать в длину. У кого-то к стеклу нездоровая страсть. Интересно, куда уходит дно, и кто снизу любовался плавающей дивой? У ближнего конца бар, у дальнего конца располагались души, фонтаны, водяная завеса и прочие радости водоплавающих. Лично я туда не полезу! А вот парням будет очень полезно поплавать.
За водяным царством располагался личный тренажерный зал. С центрифугой. Еще один зал, показавшийся мне смутно знакомым.
— О, тут Нанни оргии проводила! — Радостно сообщил Робин из-за плеча.
— Да ты что? — я начала краснеть.
— Ну вот же, на стене мазня с сиськами! Я запомнил!
Да уж, на темно-багровых стенах располагались картинки весьма специфического содержания. Опять кожаные диваны, кресла, кушетки, какая-то непонятная мебель. Стена, увешанная искусственными фаллосами, смутила меня окончательно.
— Там дальше спальни. Я пока нашел три, — заглянул Кид.
Я поспешила покинуть зал оргий. Спальня — это более знакомое и мирное помещение.
— Ничего не видела роскошнее! — призналась, заглянув в спальню.
Огромная кровать, тумбочки, светильники, над изголовьем картина, выполненная светящимися красками. Огромный экран на стене, под ним бар. В углу скромно приткнулась инфоконсоль. Плотные двойные шторы позволяли наглухо закрыть окно.
Робин тут же приник к пульту управления над кроватью.
— Защита трехслойная, шумоподавление, управление светом, температурой, влажностью, вибрация… буду спать тут! — заявил Робин. — Можно?
— На здоровье, — фыркнула.
Две другие спальни отличались только цветом штор и покрывал.
— Еще два этажа чудес! — потер руки Робин.
Четыре открытых лифта и две лестницы позволяли вознестись из гостиной наверх быстро, либо медленно и торжественно. Наверняка на вечеринках Ниневия спускалась по лестнице, чтоб все успели рассмотреть наряд и иззавидоваться.
«Игрушечный магазин», — пришло не на ум сразу же на втором этаже. Наверное, в эти игрушки играла сестра, когда была маленькой. Ряды кукол, кукольный дом, качалки, мобили, флаеры, ларцы и шкатулки, полки, заполненные мягкими зверями. Зачем она это хранит? Отдала бы в приют! Дети были бы счастливы.
Через коридор мы попали в знакомую мне комнату.
Сюда меня приволокла Ниневия. Ядовито-розовые диваны, желтый ковер. Да, верно, вот ванная-массажная-косметический кабинет, где меня приводили в порядок. За рядом вешалок с купальными халатами и полотенцами находился склад, иначе не скажешь. Полки, заставленные рядами флаконов, банок и коробок с косметическими средствами. Как тут можно что-то найти?
— Легко! — Робин поскакал к небольшой консоли и гаркнул: — Питательный крем для рук!
На экране тут же загорелся ряд строчек. Робин начал читать. Вообще, парень играючи обращался с техникой, я с завистью смотрела, как он быстро разбирается там, где мне бы понадобилось полдня.
— С водорослями, икрой, медом, с мурахином… это еще что за фигня? С маслом таким, сяким, разэдаким. Со сливками! — Робин щелкнул по строчке.
Мигнула лампочка над полкой, синяя туба упала в приемный лоток маленького складского ботика. Ботик подполз ко мне, радостно попискивая. Вытащила крем, завидуя Нанни всей душой. Эта линейка стоит, как крыло от глайдера! Я копила стипендию три месяца, чтоб купить крошечный тюбик дневного крема.
После игрушечного и косметического личного магазина пять комнат, наполненных барахлом, меня уже не так потрясли. Прозрачное, кожаное из шнурков, из бусин, опять прозрачное, блестящее, звенящее, меховое. Вкуса у сестры не было совершенно. На мой взгляд, половину нарядов можно было надеть на пугало, охраняющее поля пунники от дроздов. Урожай бы вернули. Ну, или это сценические костюмы эпатажной певицы или танцовщицы.
Спальня с круглым красным ложем, висящим под кисейным балдахином. Еще гостиная. Еще зал для вечеринок, судя по стереосистеме и барной стойке. Сад. С лианами и орхидеями, тягучей капелью оросительной установки. И совсем неожиданно — кабинет. Очень современный и уютный, в коричнево-кофейных тонах. Удобное вращающееся кресло, инфоконсоль, куча справочников. Скорее всего, тут работал змеелюд. За кабинетом такая же лаконичная, скромная спальня.
— Тут надо пошарить тщательнее, — задумчиво сказал Кид. — Возможно, Шиндар что-то оставил? Ведь они сбегали в спешке?
Мы пообещали громко кричать, если найдем что-то интересное. Стеклянный бассейн-балкон, с которого были видны башни Дворца Собраний, мы уже интересным не считали. Как и плавучую кровать с балдахином, покачивающуюся на волнах.
Девушка с мохнатыми ушками вздрогнула, когда мы ввалились в столовую. Круглый зал, круглый стол и панорама столицы за окном. И вкусные запахи, от которых сворачивается желудок!
— Обед подан, молодая госпожа, — девушка поспешно отошла к толстой колонне.
— А тут кухонный лифт! — Робин постучал по колонне. — Я правильно понимаю, еду можно поднять на любой этаж, не гоняя прислугу?
— Да, нэр, — девушка робко кивнула. — Готовят в ресторане на двадцать втором этаже.
— Иди уже, дальше справимся сами, — не показывать же горничной, что я не умею пользоваться этими крючками, ковырялками, хваталками и щипцами!
— Нефкуфно, — Симус выплюнул кусочек тарталетки.
— Зато очень дорого! Если не ошибаюсь, это икра морского ежа, — Кид подхватил вилкой комок чего-то желтого и зернистого. — Бездна, ну и гадость!
— Я поговорю с поваром. У вас вообще-то лечебная диета, нельзя тащить в рот что попало.
После прозрачного супчика и подсушенного кусочка хлеба с паштетом я искренне порадовалась, что у меня в расписании имеется второй обед. Может, родители понимают в еде больше, чем Ниневия? Признать съедобными сырые ракушки и шевелящиеся толстые коричневые личинки мы дружно отказались. Печеные жуки тоже аппетита не вызвали. Парни смотрели на стол голодными глазами, а я злорадно вещала о вреде обжорства. Через час закажу им паровые рыбные котлетки и овощное пюре из ыквы. И мороженое. Жиры и углеводы не повредят.
— Госпожа, можно забрать посуду?
— Откуда ты появилась? — я чуть со стула не упала. Только что никого не было!
— Тут служебный лифт в углу, — девушка испуганно заморгала. Неужели у Ниневии была милая привычка кидаться в слуг посудой и столовыми приборами? Почему она боится?
— Милая, покажи, как делать заказ на кухню, и убирать тарелки, — подскочил Робин и обвил рукой талию испуганно пискнувшей горничной. — Мы будем справляться сами!
Уф! Робин меня выручил. Сестренка-то это все знала! А парни научат меня.
[1] Распадник — крайне неприхотливый и быстрорастущий сорняк.