Глава 31

Кид не скрывал раздражение и досаду. Этот бен-Разах сообщил, что видел ее! И куда она могла деться? Впрочем, рептилоиды тоже подтвердили: девушка действительно жила здесь. Он лично осмотрел ее хижину, нашел под кроватью стилус для планшета. Сунул в карман. Он бы предпочел более личную вещь, но раз хижина пуста, то Инни была готова к отъезду. Умная девочка. Скорее всего, где-то спряталась.

— Может, он ее подхватил, да смылся? — предположил Тобиас. — Оставил нас в дураках.

— Она бы ему не поверила! И никуда бы не пошла с ним! — горячо возразил Робин. — Ее ИИ раз в час выходит на связь и просит помощи! Сейчас вот замолчал…

— Взлет не зафиксирован.

— Тогда где сам Аринель?

— Вызываю, не отвечает. Эт-та что?

К ним шел один из бойцов, волоча за ноги тело.

— Оп-па! Великолепный Ун. Дохлый. — Опознал капитан. — Чем его так?

Все задумчиво разглядывали багровые полосы и налившиеся пузыри на шее пирата.

— Там еще бен-Разах лежит, — отдышался боец.

Лежит⁈ Как лежит? Подстрелили?

— В смысле, живой. Дрыхнет.

Кид разочарованно шлепнул себя перчаткой по ляжке. Нет, Аринель — не подарок, но прилететь, чтоб поспать в каком-то складе — это уже чересчур!

— Кэп, тут вот старикан, — двое десантников подтащили Ольмо. — Подозрительный.

— Я же сказал, местных не трогать!

— У него игрушка была. Одного из наших подстрелил. — Боец передал игломет капитану.

Ольмо задергался в руках десантников. Не хотел он! Не хотел! Случайно вышло! Когда в луче прожектора скользнул по тросу десантник, рука дрогнула! Он так долго ждал эту тварь! Палец занемел. Не дурак же он, так подставляться!

— Это частная планета, — угрюмо пробубнил он, глядя в землю. — Не имеете права тут шнырять. Хозяин жалобу подаст в Совет конфедерации.

Капитан распорядился запереть старика в подсобке кухни и продолжать поиски. Раненого в медпункт. Штатного лекаря уже вызвали.

— А медпункт-то у них заглядение! — присвистнул кто-то, заводя раненого в медблок. — Не хуже, чем у нас на корабле!

Десантник стонал, по его лицу пот стекал крупными каплями. Плечо выглядело ужасно: синеватая вздувшаяся кожа, почерневшие подкожные вены и какие-то вытекающие сопли из места ранения. Болеутоляюще и уиверсальный антидот ему ввели сразу, но что-то оно не слишком помогало.

— Омертвение тканей. Яд ботропса, я такое уже видел, — авторитетно сказал один из десантников. — Органика растворяется. В желудке кровотечение, и почки отрубаются.

Пострадавший закатил глаза и потерял сознание.

— Сейчас хоть не страдает, — продолжил авторитетный, расстегивая на раненом куртку.

— Да где ты такое видел?

— В госпитале, туда смотрителя заповедника привезли, где этих тварей разводят. Копьеголовые гадюки.

— Зачем такое разводить⁈ — ужаснулся боец. — Их уничтожать надо!

— Они какие-то ужасно редкие. Вроде лекарства делают…

— А ну, разошлись! — хмурый лекарь протолкался к пациенту и запустил кибер-диагноста. — Марш отсюда! Хм… змеиный яд. Ботропс. Надо же. Редкость какая!

— А правда, док, зачем разводят гадюк?

— Лекарства для предотвращения образования тромбов, от гипертонии, от сердечной недостаточности, некоторые яды используются, как анальгетики, — меланхолично отозвался лекарь, устанавливая силиковые шунты для капельниц. — В частности, этот яд удобен при работе с опухолями, растворил, отосал детрит, промыл и зашил. Не смертельно! Промоем, очистим, будет, как новенький. Но заживлять дефект тканей придется в медикапе.

Раненый пришел в себя и заметно повеселел, а посторонних лекарь выгнал из медблока.

Ферма была обшарена до последнего камушка. Инни не нашли.

* * *

— Вы, целители, народ хитрый, себе на уме, — разглагольствовала Алирра, нервно расхаживая по коридору хранилища. — Никогда не знаешь, что вы придумали и на что способны.

— Да ничего мы не хитрые… — попробовала вяло возразить. Понятно же, Алирра просто в шоке от хранилища живого материала для опытов. Сама была в шоке. Пусть выговорится.

— Ага, просто особенные, — кивнула змеянка. — Когда целитель за грань переступает, вот тогда и появляются такие… экспериментаторы. Думаешь Крейтон первый? Да ничего подобного! Поэтому у вас и обучение дольше, и медитации всякие, и духовный корень наставники пытаются вырастить, чтоб вы в такое не скатились. Целитель больше человек, чем люди. Ну, должен быть. Примерно. Чтоб не пользоваться знаниями во вред.

Я сразу вспомнила высокомерного альва с приятелями и прикусила язык. Одаренным проще, поневоле будешь держаться в рамках, если не хочешь дар утратить. А неодаренным, кроме совести, терять, получается, и нечего. А если совести нет?

— Мне с медитациями не повезло, не умею, — призналась честно.

— Тебе и не надо. Ты и так, как стеклышко. Змеяне отлично видят ауру. И никогда не станут общаться с плохими людьми. Знаешь, как люди бесятся, когда мы ваших послов депортируем с Унукэльхайя[1]? Причину-то не знают!

Змеяне тоже себе на уме. Я вот первый раз слышу о такой их способности. На расоведении ничего такого не говорили. И Лисанна не заикалась о подобном.

— Алирра, откуда это все знаешь? И про целителей, и про Совет, и про либералов этих. Вон как ловко про пиратов разложила! Ты как-то к политике причастна? — спросила Ксу, подперев голову щупальцем.

Медузу мы с удобством устроили в баке с водой, сам бак установили на гравиносилках. Какая клиника без носилок? Легкие, маневренные, проходимые, они даже по лестнице могли передвигаться, стоило только нажать на ручку особым образом.

До бака Ксу дошла сама, на твердых кончиках щупалец. Правда, их пришлось поджимать и сворачивать, чтоб прйти в лифт. Воду попросила слегка подсолить, что было вовсе не трудно сделать, имея под рукой целый медсклад.

На вопрос Алирра не ответила, пошла заглядывать в другие ящики хранилища. Я только покрутила головой. «Мы ваших послов депортируем», ага. И командовать Алирра взялась как-то привычно в нашей маленькой компании. Круизный лайнер… да, студентам такое не по карману. Дорогое удовольствие. Летели явно не простые обыватели. Ксу тоже ведь не из простых, сама сказала, у нее мать — гидра, а те отличаются крайним честолюбием и высоким интеллектом. Обычно занимают очень высокое положение на водных и полуводных планетах.

Но лезть и выспрашивать про титулы, положение, семьи… девчонкам и так тяжело. Такое пережить. Да и родственникам не легче! Мечутся в неизвестности, не зная ничего о судьбе пропавших. Мне оно надо, ковырять свежие раны? Не надо. Поэтому я обратилась с вопросом к Урдону.

— Разморозка идет нормально, температуту повышаем по два градуса каждые двадцать минут. Время выхода из криосна от шести до двенадцати часов, — бодро отрапортовал Урдон.

Я вздохнула. Разброс был понятен. Дети разных рас, разного веса и разной комплекции, у них и глубина заморозки была разная. Самые мелкие очнутся раньше. У них будет дезориентация, головокружение и прочая побочка. Надо заправить гипошприцы тонизирующим. Да, и еды найти… Есть вряд ли смогут, а смешать питательный энергетический коктейль можно и нужно.

— Очень долго, — нахмурилась Алирра.

— Долго — не долго, а быстрее нельзя. Лед может порвать клетки и получим на выходе кровавую слякоть.

— Тогда будем спать.

С этим было сложно поспорить, мы все устали, набегались, наплавались и налазились. Я молча достала из отдельного шкафа две трубки споровика. Они шелкнули и стали надуваться, превращаясь в упругие подстилки.

— О! Что за штучки?

— Споровики. При нажатии выпускают облако спор, которые на воздухе раздуваются в подушки. Генетики похимичили, чтоб разлетались не кругом, а по прямоугольному замкнутому контуру. В каждой клинике их полно, мало ли, где придется помощь оказывать, уложить поступившего больного, раненых или самим прикорнуть…

— Никогда не видела.

— Так ты и не в клинике скорой помощи обслуживалась, верно? У нас на Каппа-Сатране в приемнике весь шкаф был забит. Они одноразовые, как и пледы.

— Гасите свет, девочки, завтра поболтаете, — сонно отозвалась Ксу из бака.

* * *

— Не понял! — Ингвар подпрыгнул на месте. — Что творится в доме? Что за шум?

— Твоя мегера бушует, — отозвался Рухх, наливая очередной стакан. Средний глаз давно закрылся, показывая высокую степень опьянения.

— Совсем с катушек съехала, — Ингвар решительно встал. Пора показать наглой женщине, кто хозяин в доме!

Дойти до двери не успел. Раздался топот многих ног. Дверь хрястнула об стену, на приятелей уставились дула плазменников.

— Командор Рухх! — Присвистнул кто-то из армейцев.

— Я Рухх! Я ты глюк, — засмеялся пират, загораживая неприятное зрелище стаканом с виски. — Видишь, тебя нет!

Однако рука пирата поползла с кинжалу, прицепленному на голени. Взмах и пущенный сильной рукой, кинжал полетел в захватчиков. Те рассыпались, раскатились по гостиной и открыли огонь.

— Да чтоб вас! — взревел центаврит, падая с кресла. Остро запахло дорогим алкоголем, выплеснувшимся из стакана. Нэр Ринно, прижавшийся к стене, нашарил ладонью скрытую панель.

В один миг пол разошеля в стороны, ковер, мебель, нападавшие и пират провалились вниз, оказавшись по колено в воде. Ингвар стоял на небольшой площадке.

— Не стесняйтесь пользоваться моим гостеприимством, нэры, — издевательски сказал он. — Гарнитур придется заказывать новый, жаль, я к нему привык.

Ловким прыжком он миновал порожек. Хлопнул по косяку. Пол вернулся на место, сложившись снова в изысканный узор.

— Идиоты, — проворчал Ингвар. И не спеша направился к бункеру. В узкий потайной ход даже арахноэлле не пролезет. Бездна! А как же его операция? Нет, мальчишку надо непременно отыскать, сообщить Мун-Карро и сбежать с этой планетки. Мун-Карро все равно, где оперировать. Хоть бы и на его корабле. Так, планы меняются, отсиживаться в бункере он не будет. Ингвар побежал по коридору, активируя систему защиты от непрошенных гостей.

— … ! — сказал один из бойцов, оказавщись в темноте. — Что это за хрень?

Кое-кто активировал фонарики. Абсолютно гладкие стены, гладкией пол, залитыый водой. Кресло стащили с Рухха. Пират хрипел, царапая горло.

— Мы в ловушке! — закричал молоденький сержант в коммуникатор.

— … ! — Еще более энергично высказался боец, заметив движение в воде. — Радужные черви! Запрещенный к содержанию и торговле вид!

— И что теперь?

— Не трогать руками, у них яд в чешуйках по всему телу! А челюстями он может прокусить ботинок!

Выстрел плазменника в воду показал целый клубок метровых щетинковых тварей, которые начали стремительно выпрыгивать из воды.

— Вот тебе, получи! — сержант разнес выстрелом длинное тело в клочья.

— Идиот, ты им воду вскипятил! — закричал взводный. — Отставить плазму! К стенам! Лазерники на минимум!

* * *

Минни ползла по холлу на четвереньках, в дыму, почти незаметная в своем темно-коричневом платье. Неужели на поместье напали? Кто бы это не сделал, Минни будет молиться за их здоровье и благополучие до конца жизни! Самые дорогие свечи ставить! Рабский чип не позволял сделать что-то против хозяина, но эмоциональные реакции не блокировал. Хозяину нравилось видеть, как рабыни плачут, кричат или пытаются сопротивляться. Она тут уже потеряла счет времени. Как и счет половым партнерам. Хозяин разрешал пользоваться служанками всем без ограничений. Охране, гостям, постащикам, связным… Как-то ей и Энн пришлось обслуживать восемнадцать гостей почти сутки. Она очнулась в медикапе, а Энн исчезла. Ушла в питательную смесь для цветов. Минни возненавидела цветы все сердцем.

Служанка легла и прижалась к стене, услышав знакомые быстрые шаги. Хозяин! Только бы не заметил!

— Муни, на поместье напали, это конфедераты, давай через два часа на орбите! Я постараюсь найти мальчишку и взлететь! — крикнул в коммуникатор нэр Ринно.

Служанка недобро посмотрела вслед хозяину. Конфедерация? Это хорошо. В конфедерации запрещено рабство и чипирование разумных. Пол дрожит и кажется, снизу раздаются крики? Служанка прижалась ухом к полу. Хм, откуда выбежал хозяин? Песочная гостиная?

Зря нэр Ринно думал, что секрет известен только ему и Инцу.

Когда в подземелье хлынул свет, на ногах оставалось шестеро бойцов.

— Здрасьте, — пискнула девушка наверху.

— Мебель! Кидайте в кучу! — прохрипел взводный. — Живо наверх!

— А Рухх?

— А что Рухх? Считай, казнен за нападения на суда Конфедерации и убийства пассажиров. Потом достанем. Что останется, идентифициируем.

Яд радужных червей не убивал, но парализовывал на два-три часа, чтоб червь мог спокойно пообедать даже впятеро первышающей его длину рыбой. Поэтому бойцы стащили невезучих товарищей в холл, оставили одного их охранять и побежали разыскивать Ринно, оставляя мокрые следы с ошметками червей на изысканном наборном паркете.

[1] Унукэльхайя — Альфа Змеи, двойная звезда, самая яркая в созвездии. «Унукэльхайя» переводится с арабского как «змеиная шея», иногда её ещё называют «сердце змеи».