Глава 122

Маргарита Может, он и не придет. Я не думала о таком исходе, когда разрабатывала свой план. Он может разозлиться на меня и не оценить то, что я прилетела сюда и разрушила его планы. Я пожевала колпачок ручки и уставилась на раскрытый документ. Это ужасно меня напрягало. Я была так уверена в себе, когда садилась в самолёт. Я бросила ручку на открытую тетрадь рядом с собой и вернулась к компьютеру, работая над новой книгой. Я ничего не могла поделать с тем, появится Лео или нет. Я не могла заставить его прийти. Единственное, что я могла контролировать в тот момент, – это написание новой книги. И я собиралась продолжать, пока он не появится. Или не появится вообще. – Ну и наряд, – раздался голос у меня за спиной. Я вскочила со своего места, едва успев подхватить компьютер, прежде чем он упал на траву. – Лео. Он не подал мне ни одного красноречивого знака, что был удивлён. Или даже… что рад меня видеть. Наверное, я сильно облажалась. Ну ладно, теперь уже поздно. Честно говоря, я испытала такое облегчение, как только его увидела, что улыбнулась его прекрасному лицу. – Марго, – спокойно произнес он, засовывая руки в карманы. – Что ты здесь делаешь? – Я ошибалась, – выдохнула я. Я положила компьютер на скамью и повернулась к нему. – Я так сильно ошибалась. И ты был прав с самого начала. Я просто не понимала всего, пока не приехала к Арно. Он вопросительно посмотрел на меня. – Арно? Я отрицательно покачала головой. Что-то я не то сказала. Я выстраивала свою речь во время полёта, а теперь у меня в голове всё перемешалось из-за того, что я хотела спать. – Я улетела домой в Москву после твоего отъезда. И отправилась к Лизе, а Арно, оказывается, переехал к ней. Вот почему она отремонтировала гостевую спальню. Они жили вместе, а я даже не знала. Она моя лучшая подруга и не сказала мне, что они живут вместе. Лиза сказала, что я была занята. Я не была занята. Я была слишком эгоцентрична, чтобы понять, что я делаю со своей жизнью. Я не видела ничего, кроме желания отомстить, и совсем не замечала, что на самом деле происходило вокруг меня. Ущерб, который я наносила даже своей старой дружбе. Поэтому я решила сделать шаг назад и увидела, насколько я была оторвана от реальности. А потом Лиза, Марина и я провели обряд очищения, чтобы замкнуть круг. Я даже не знаю, имеет ли это смысл для тебя, – она осторожно посмотрела на него. – Ты сожгла еще больше вещей и пошла купаться голой? – По сути, да, – сказала я с усмешкой. – Мы сожгли мою книгу. Вырвали все страницы и принесли их в жертву ритуальному сожжению, чтобы очистить то, что произошло между моим первым ритуальным сожжением и последним. Потом я позволила воде смыть всё плохое. Речь шла обо мне. О том, что я хотела стать прежней Марго. – Я указала на свою богемную одежду. – Ты же узнал меня настоящую. – Ты думаешь, что ритуальное сожжение и новая одежда изменят то, кем ты стала. – Нет. Дело совсем не в этом. Дело в том, что человек, которым я была, когда совершала все эти поступки, та чёрная дыра, в которую я тогда провалилась, исчезла. Ну, то, что я сделала с Кэтрин и Марком, и горы, на которые я взбиралась, чтобы они заплатили за всё… Я больше не хочу быть таким человеком. Не хочу быть человеком, от которого ты отворачиваешься. Человек, который, как ты подумал, мог вызвать полицию для моей самой близкой подруги в Нью-Йорке. То, что случилось с Виолой, было ужасно, но я тут ни при чём. – Я знаю. – Знаешь? Он кивнул. – Когда я навещал Кирилла, она сказала, что ты тут ни при чём. И просила передать тебе, что она надеется, что ты сможешь её простить. Она не хотела заставлять тебя страдать. – Хорошо, – прошептала я. Мой желудок скрутило от этих слов. Я беспокоилась о Виоле и не могла поверить, что она была готова нарушить закон, чтобы занять определённое место в обществе. Особенно если учесть, что мы с ней очень хорошо подходили друг другу. При других обстоятельствах я могла бы быть похожей на неё. Но она так отчаянно хотела принадлежать к элите, что перешла черту. Я была благодарна, что у меня никогда не возникало подобных мыслей. – Как Кирилл? – Злится, как чёрт. Но мама уверена, что все обвинения будут сняты. Он был рад, что я его навестил. –Я рада, что вы двое ладите. Лео пожал плечами, словно ожидая, что я скажу больше. – Итак, я хотела, чтобы ты знал, что я никогда не хотела, чтобы ты страдал. Я знаю, что мои действия повлекли за собой последствия, которых я не предвидела. И одно из них – это наши с тобой отношения. Или, возможно, я догадывалась, как ты ко всему этому отнесешься, – тихо произнесла я, – поэтому не рассказывала тебе о своём плане. Потом… Потом я нашла замок любви в своих вещах, когда помогала маме разбирать вещи на чердаке. И поняла, какой идиоткой я была. Сначала я винила тебя за то, что ты бросил меня в Париже. Я во всем винила тебя. Хотя должна была принять то, что произошло, и двигаться дальше, как нормальный человек. Мои обиды… они всегда были частью меня. Я с трудом доверяю, мне тяжело забывать и прощать людей. Я хочу попытаться это в себе перебороть. Потому что в ту минуту, когда я держала этот замок, я знала, как сильно была влюблена в тебя той ночью. Глупой юношеской любовью, в которой не было никакого смысла, но она была написана на этом замке. Я сохранила его, потому что так сильно злилась на тебя и так сильно была влюблена. И я поняла, что все мои эмоции были связаны с тем, что я чувствовала к тебе. И до сих пор чувствую к тебе. Мы совершали ошибки. Мы заставляли друг друга страдать. – Я потрогала ожерелье с короной на груди. – Но наша любовь соединяла нас почти десять лет. И она все еще горит так же ярко. Я смогу все исправить. Мы сможем все исправить. Я так хочу этого, Лео. Только ты. Только мы. И я не собираюсь уезжать из Парижа, пока мы все не обсудим и не решим. Он склонил голову набок на мою длинную тираду. – Ты закончила? Я сдулась от его слов. – Не знаю. Ты все еще злишься на меня? Потому что я могу продолжить. – Я не сумасшедший, – мягко заявил он. Я прикусила губу. – Нет? – Я не злился. С недоверием посмотрела на него. – Ты пролетел через весь мир, убегая от меня, и ты… не злился? – Ладно, ладно. Я немного злился. Но больше всего я был разочарован. – Ой, ой, – прошептала я. И, наконец, он улыбнулся. – Но я понял, что ты не такая, как все, когда увидел, как ты сидишь в одежде городской сумасшедшей и что-то пишешь на своём компьютере. – Ты… ты понял? Он кивнул. – И ты… слушал мои разглагольствования целых десять минут? Он широко улыбнулся. – Я должен был убедиться. – Лео, прости, – выдохнула я. Он поднял руку. – Послушай, я беру на себя частичную ответственность за всё, что случилось. В конце концов, я создал тебя. Я сделал тебя такой, какая ты есть. Я освободил того монстра внутри тебя и вывел его в центр Верхнего Ист-Сайда. Это была моя вина. – Нет, нет, это моя вина, – настаивала я. – Я попросила тебя помочь. Умоляла тебя помочь мне влиться в это общество. – Я знаю, но я видел, что ты была в полном замешательстве после действий Кэтрин и Марка. Я мог бы отказаться. Мог бы больше расспрашивать тебя о том, что ты собираешься делать, больше говорить с тобой на эту тему. В конце концов, отправить тебя к психотерапевту. Но я так отчаянно хотел быть с тобой, что мне было всё равно, как тебя заполучить. Мне следовало бы больше об этом беспокоиться. Я вздохнула, услышав его слова. Мы оба были в отчаянии, просто по разным причинам. И к тому времени, когда мы оба захотели друг друга, было уже слишком поздно. – В любом случае, – продолжил он, – мне не следовало убегать. Это было несправедливо по отношению к тебе. – Ты имел полное право уехать после моей мести, – сказала я ему. – Хотя мне самой было не очень комфортно от своих же действий. – Нет, я не имел права уезжать. Я сказал тебе, что буду рядом, что никогда не уйду, а потом смылся. Я с самого начала говорил тебе, что ты увидишь во мне ту сторону, которая может тебе не понравиться. Но я не учёл, что я тоже могу увидеть в тебе ту сторону, которая может не понравиться мне. И несправедливо по отношению к тебе, что, увидев эту твою сторону, я бросил тебя и сбежал. Я не хочу, чтобы кто-то из нас убегал каждый раз, когда что-то идёт не так. – Я знаю, но… Мне всё равно нужно было время, чтобы понять и осознать. Значит, ты всё-таки был прав. – Только потому, что ты сама оказалась по ту сторону, я не хочу, чтобы ты думала, будто я собираюсь улететь через весь мир, чтобы сбежать от тебя. Я не хочу казаться тебе таким человеком. Не хочу быть похожим на своего отца, – твёрдо сказал он. – Я хочу заставить тебя переосмыслить, кто я и что ты для меня значишь, – моё сердце затрепетало от его слов. Он не собирался отказываться от меня. Мне просто нужно было протянуть руку и соединиться с ним. – Я знаю, что ты значишь для меня, – сказала я, делая шаг к нему, – что ты всегда хотел меня, но я была слишком упряма, чтобы признать это. – И? – спросил он, обняв меня на мой следующий шаг. – Всё. Ты значишь для меня всё, – его глаза изучающе смотрели в мои. Мы тонули в синем пространстве друг друга. Моё сердце бешено колотилось, надеясь вопреки всему, что мы сможем исправить все обиды и недомолвки между нами. – Хм, – сказал он, отводя от меня взгляд. – Знаешь, я всю неделю был на конференции, обсуждал философские теории и выступал с докладом. Я сглотнула. – Да. Ты рассказывал мне, что представляют из себя философские конференции. – Есть одна моя коллега из Стэнфорда, она пишет очень дальновидные статьи. Ее невероятно уважают и благосклонно публикуют в лучших журналах. Ее диссертация стала основополагающей книгой в этой области. Я ждала. Интересно, к чему он клонит? Но в голове у меня почему-то вертелось одно слово. Она. Она – женщина-профессор философии, таких было немного. – Многие мои коллеги считают ее невероятно привлекательной. От его слов у меня перехватило дыхание. – Многие думают, что у нас с ней завязался роман. У меня скрутило желудок. – На самом деле сегодня днём, перед тем как я забрал твой пакет, она пригласила меня выпить. – О, – пискнула я. – Понимаю. Он приподнял мой подбородок, чтобы посмотреть в глаза. – Не думаю, что ты понимаешь. От одной мысли о ней у меня скрутило живот. Меня физически тошнило при мысли о том, что мы пойдём с ней выпить. Всё, о чём я мог думать, – что меня это больше не интересует. Что единственная женщина в моей жизни, о которой я переживаю и забочусь, – это ты. И тебя не было со мной здесь. Я серьёзно облажался. И я всё время думал, как мне всё исправить. От его слов у меня на глаза навернулись слезы. – Я так тебя люблю. Он вытащил замок из кармана брюк и сунул мне его в руку. – Я тоже тебя люблю. Я обвила руками его шею и уткнулась головой ему в грудь. Не могла сдержать слёз, чувствуя облегчение. Я не спала уже сутки, поэтому слёзы мне не помогали. Но сейчас всё было просто… за пределами того, на что я могла надеяться. – Прости, – всхлипнула я. – Шшш, – прошептал он, поглаживая мои волосы. – Мы решим всё вместе. Как и следовало. Я кивнула и крепче прижалась к нему. – Я не могу тебя потерять. – Тебе не грозит меня потерять. – Мне так показалось. Извини. – Ох, заткнись. Не извиняйся. Это моя вина. – Мы оба такие идиоты. Я отстранилась и вытерла глаза. – Я должна была выбрать тебя много лет назад и никогда не позволять тебе ускользать из моей жизни. – Тогда выбери меня сейчас, – сказал он, крепко прижимаясь губами к моим губам. – Я выбрала тебя, – выдохнула я. – Выходи за меня, – выдохнул он в ответ. Я удивленно отшатнулась и рассмеялась. – Когда-нибудь, Лео. Когда-нибудь я так и сделаю. – А сейчас? – поддразнил он. – Прямо сейчас? – сказала я, соглашаясь с его шуткой. – Не думаю, что нас ждёт свадебная церемония. – Марго, я больше не хочу ни секунды жить в мире, где ты думаешь, что я не хочу, чтобы ты была моей женой, – спокойно произнес он. – Если только ты сама этого не хочешь. – Я хочу, – заверила я его. – Тогда выходи за меня. Я перестала смеяться и серьезно посмотрела на него. – Постой… ты серьезно? Он приподнял бровь. – Да. – Но мы… мы только что серьёзно поссорились и… ты же не всерьёз. Я имею в виду… у нас же нет кольца, – прошептала я, внезапно оказавшись на незнакомой территории. – А кто сказал, что кольца нет? Затем он достал из внутреннего кармана пиджака маленькую синюю коробочку. Я поднесла руки ко рту, когда он опустился на одно колено прямо перед Лувром, в нашем парке, у нашей скамейки, где все началось. Он открыл коробочку, и на простом кольце оказался бриллиант с идеальным ореолом. – Марго, восемь лет назад все началось на скамейке в парижском парке. Сделаешь ли ты меня самым счастливым мужчиной на свете и начнешь ли ты наше следующее совместное путешествие отсюда? – О боже, – выдохнула я, когда слёзы снова наполнили мои глаза. – Да! Он надел мне на палец кольцо с бриллиантом, затем поднял меня на руки и закружил, пока Париж расплывался у меня перед глазами.