Глава 49

Лео Ноги сами понесли меня к его дому, который находился в нескольких кварталах от моего. Я вошёл в лифт, который доставил меня в его апартаменты. Я не был уверен, что он дома, но он почти никогда не выходил из дома без крайней необходимости. Десять лет назад он открыл штаб-квартиру «Снэп чат» на Манхэттене, а затем быстро перестроил свой дом, включив в него собственный офис со стеной из экранов для видеоконференций и совещаний. Маленький интроверт. – Рома! – крикнул я, отпуская Тома с поводка, и он побежал вперёд. Из его кабинета донесся приглушённый ответ, а затем смех. Я последовал за Томом и нашёл Рому именно там, где и ожидал: он сидел за белым минималистичным столом, уставленным компьютерными мониторами. Он посадил Тома к себе на колени. Никто не мог устоять перед обаянием моей собаки. Рома кивнул мне, приглашая войти в его священное рабочее пространство. Я ступил на деревянный пол и опустился в пустой белый шезлонг, к которому так и не привык. – Что случилось? – Спросил я. Рома пожал плечами. – Работа. Дерьмо. Ты знаешь. – Знаю. – Ты здесь не просто так, – интуитивно сказал Рома. Том свернулся калачиком у него на коленях и тут же заснул. Смешная собака. – Я что не могу просто навестить тебя? – Я – не Марк, чтобы ты просто меня навещал. Я фыркнул. – Да, не Марк. Рома вернулся к клавиатуре и принялся печатать со скоростью света. Самое лучшее в Роме было то, что он всегда предоставлял мне свободу действий. Он никогда не давил. Никогда не заводил ничего не значащих разговоров, когда я хотел подумать. Он иногда пропускал социальные сигналы и был полностью одержим своим творением, и всеми техническими вещами. Но он был отличным парнем, отличным другом. – Итак, – сказал я через несколько минут. Рома выгнул бровь. – Катерина нанесла мне визит. – Приятный? – Да. Думаю, да, Марго в городе, и она сфотографировалась в «Клубе 360» с Виолой Девни. Катерина пришла позлорадствовать. – Ага. – Рома придвинул свой стул к другому монитору и начал печатать. – Эту? – Он повернул монитор так, чтобы я мог хорошенько рассмотреть лицо Марго на огромном экране компьютера. – Да, – тихо сказал я. – И ты хочешь, чтобы я разыскал ее? – Нет. – Я вздохнул и встретился с ним взглядом. – Да. – Круто. – Подожди, нет. Она заблокировала меня в «Снэп чате». Если бы она хотела, чтобы я знал, что она в Нью-Йорке, то сказала бы мне, верно? Очевидно, она не хочет, чтобы я знал. – Я думаю, если бы ты хотел, чтобы кто-то сказал тебе не искать её, ты бы пошёл к Лере. Но вместо этого ты пришёл ко мне. Он был прав. Чёрт возьми. Иногда я ненавидел его, потому что он слишком хорошо меня знал. – Да, но разве это не нарушение неприкосновенности частной жизни? Улыбка Ромы была откровенно злодейской. – Если бы люди хотели неприкосновенности, они бы не выкладывали всё подряд в интернет. У каждого из нас были свои моральные принципы. Мой всегда был связан с чувственностью и сексом. У Кати – с хитрыми, коварными интригами. У Марка были свои навязчивые идеи, и он мог быстро их воплотить. Лера уже давно отказалась от этой стороны своей личности, но в какой-то момент она могла манипулировать людьми лучше, чем Катя. Даже лучше, чем я. Но Рома… У Ромы было всё, что связано с технологиями. И то, как люди использовали их, и то, как он мог использовать людей и эти технологии, чтобы уничтожить своих врагов. Хотя я не знаю, были ли у него враги. – Меня никто не может заблокировать в «Снэп чате». Звучало слегка пугающе. Услышав его слова, я обрадовался, что он на моей стороне и мой друг. – Не знаю, этично ли это. – Тебе нужен моральный совет или техническая поддержка? – спросил Рома. Он откинулся на спинку стула и погладил Тома по голове. – Мораль – не моя область, профессор. Я заколебался, стоя на краю. Неужели я сдамся и не узнаю, что она делает в городе? Или буду вечно гадать? Рома пожал плечами и отвернулся от меня к компьютеру. – Мне чертовски любопытно. Ты можешь смотреть через моё плечо, если хочешь. Его пальцы забегали по клавишам. Я знал, что он даёт мне лазейку. Теперь он точно собирался узнать всё о Марго. Так что я вполне мог довольствоваться этим, пока боролся со своими собственными моральными проблемами. Но, чёрт возьми, я хотел всё узнать. – Хорошо. Вот ее аккаунт, – сказал он. Я наклонился и стал смотреть, как на экране проносится последний год ее жизни. Это заняло около минуты. – Какого черта? Он поднял боковой экран, который показывал ее активность. – Похоже, она впала в спячку. Аккаунт активен, но она почти не заходит в него. В последний раз она заходила в систему несколько месяцев назад. – Почему? Он ничего не сказал. В любом случае мы оба знали причину. – Она добавила некоторые контакты. Дай-ка я их посмотрю. – Он просмотрел список новых людей, которых она добавила в свой аккаунт. – Почти все они из Москвы. Один живет в Москве, другой в Нью-Йорке. Тебе знакомо имя Вивиан Кент? Я отрицательно покачал головой. – Никогда о ней не слышал. Клик мышкой. И мы вошли в профиль Вивиан. – Она редактор в «Р Паблишинг», – сказал Рома. Мои глаза сузились еще больше в замешательстве. – Зачем Марго дружить с редактором в «Р Паблишинг»? Роу открыл второй экран и поискал, нет ли новостей в издательстве о Марго, но там ничего не было. – Что-то не похоже. – Он вернулся к профилю Вивиан и бегло осмотрел его. – Но… Он увеличил изображение, которое она опубликовала вчера в «Клубе 360». Это была вечеринка с гигантским плакатом, который гласил: «Поздравляем, Оливия!». Я просмотрел фотографию, но не увидел ни Марго, ни Виолу. – Кто такая Оливия, черт возьми? – Спросил я. Клик мышкой. Мы вошли на страницу, которую Вивиан пометила, как аккаунт Оливии Бэнкс. Я застыл, увидев на странице тёмный снимок головы. На женщине была широкополая шляпа и большие солнцезащитные очки. Она не смотрела в камеру, но улыбалась, оставаясь в тени. Это был умный ход. Никто не догадается, кто изображён на этой фотографии. За исключением волос. Даже если бы я не мог разглядеть её лицо, я бы узнал эти волосы где угодно. Тёмно-шоколадные локоны ниспадали длинными прядями до талии. Лёгкая волна причёски и будто специально завитые кончики волос, но я-то знал, что она никогда специально не укладывала волосы. Волосы, в которые я запускал пальцы, хватал горстями и боготворил. Марго была Оливией Бэнкс. – Ого, – сказал Рома. – Такого я не предвидел. Клик мышкой. Обложка книги заполнила весь экран. «Всё ради пари», выведенное белыми буквами на синем фоне, в углу была приписка – «Основано на реальных событиях». Я внимательно начал читать первую страницу книги. Мои брови поднимались всё выше и выше, пока я продолжал читать. – Какого хрена? – Выдохнул я. Это было очень знакомо. За гранью привычного. Как будто я это пережил. Черт возьми. – Похоже, она написала о нас книгу, – задумчиво произнес Рома. – Бл*дь, черт, – сплюнул я. Он пролистал страницу и перешел на страницу Amazon. – И получила отличные отзывы. Чувак, интересно, как она меня описала! Я прищурился, глядя на него. – Ты не задумывался, что в твоем герое ей может понравиться? Рома пожал плечами. – Мы уже знаем, что она могла написать о тебе. Да. Знаем как последнего идиота. Я стремительно пересек комнату. Если бы я был у себя в апартаментах, то, наверное, что-нибудь разбил бы. Мне нужно было обуздать свой гнев, взять себя в руки. Выяснить, почему это вызвало у меня ярость, проанализировать все. – Она написала о нас, – проворчал я. – Да, чувак. Я положил руки на его стол и наклонился. – Почему я не удивлена? Она описала свои переживания на бумаге. И кто может винить её за то, что она взяла псевдоним, ведь если Кэтрин узнает, то сдерет с неё шкуру заживо. Рома кивнул. – Если не хуже. – Что? – Прорычал я. – Марго так и не забыла о твоем существовании. Я замер. Мои глаза поднялись, чтобы встретиться с Ромой. – Что ты имеешь в виду? – Ты думаешь, что девушка, которая весь прошлый год писала книгу о времени, проведённом с тобой, могла забыть о тебе? – фыркнул он. – Мне казалось, ты лучше знаешь женщин. Я медленно выпрямился. Рома был прав. Каким-то образом он увидел то, чего не видел я. Она ясно выплеснула весь свой гнев на страницы книги. Ее последняя отчаянная попытка отомстить всем нам. – Я должен ее увидеть, – сказал я. Рома усмехнулся. – Тебе повезло. Похоже, она все еще в городе. Сегодня она раздает автографы. – Он указал на компьютер. – Именно сейчас. – Я присмотрю за Аристотелем, – заявил Рома. – Почему мне все время кажется, что все хотят украсть мою собаку? Рома только усмехнулся. – Хорошо. Я пойду к Марго. Я кивнул сам себе и уже собрался уходить, когда меня осенила ещё одна мысль. Я снова повернулся к Роме. – Если ее книгу опубликовал «Р Паблишинг», значит, Марк знает? – А ты как думаешь? Дрожь гнева пронзила меня насквозь. Неудивительно, что этот придурок вёл себя странно в последнее время. С ним я разберусь позже. – Ты можешь всё это спрятать? Я не хочу, чтобы Катерина узнала. – Запросто. – Спасибо, Ром. Он уже вернулся к своему компьютеру, скрывая все связи, которые мы установили и которые привели нас к этому открытию. И, чёрт возьми, я был ему благодарен. Мне оставалось только надеяться, что Катя никогда об этом не узнает. Я даже представить себе не мог, что тогда начнётся. Через несколько минут я уже был в другом такси. Книжный магазин «Стрэнд» в Виллидже был битком набит покупателями, хотя помещение было в десять раз больше, чем казалось снаружи. Я думал, что это уютный маленький книжный магазинчик, а оказалось, что это гигантское многоэтажное здание с километрами книг на полках. Но я не увидел никого, кто раздавал бы автографы. Только книжные полки от пола до потолка, столы и столы, заваленные книгами и рекомендациями, и книжный «Хабар». На витрине в передней части магазина была выставлена «Всё ради пари», и я взял одну книгу. – Вы пришли, чтобы получить автограф Оливии Бэнкс? – с энтузиазмом спросила сотрудница, указывая на книгу в моей руке. Я поднял на нее голову. – Да. Да, конечно. – Прекрасно. Она раздает автографы на третьем этаже. Я поблагодарил женщину и поднялся с книгой на верхний этаж. Я понятия не имел, что ей скажу. Год назад я примчался из Нью-Йорка в Москву, пытаясь поразить её своим приездом и уговорить вернуться. Думал, что если пойду ва-банк, то у нас всё будет хорошо. Но ничего не вышло. Сейчас, год спустя, я понятия не имел, захочет ли она вообще меня видеть. Всё, что у меня было, – это книга, в которой она описывала меня как одного из персонажей, а значит, не забыла. Захочет ли она поговорить со мной сейчас? Я шагнул внутрь и замер. Вот она. Марго. Прошёл год, а она выглядела точно так же. Сияющей. Энергичной. Она была одета в богемный наряд, в котором я видел её несколько недель назад. Хотя платье было другим, оно показалось мне более подходящим для этого случая. Её волнистые волосы ниспадали на спину, она поправляла их, разговаривая с взволнованной женщиной, стоявшей перед ней. Её глаза загорелись, пока они болтали, вероятно, обсуждая её книгу, которой эта женщина очень заинтересовалась. Натали откинула голову назад и рассмеялась. Безудержным смехом, который заставил меня тут же вспомнить ночи, проведённые с ней. Все те ночи, которые я тогда принимал как должное. А сейчас она выглядела такой… счастливой. Очень счастливой. Внезапно все остальное вылетело у меня из головы. Ее книга – это то, что было между нами. Почему я стою здесь. Я видел перед собой женщину, которая мечтала стать писательницей и добилась успеха. Будь все проклято, если эта книга о нас привела ее сюда. Если она увидит меня, я всё разрушу. Всю жизнь, которую она построила сама. Жизнь, о которой она всегда мечтала. Я только всё испорчу, как разрушил и уничтожил наши отношения. Год назад Марго ясно дала понять, что не хочет иметь ничего общего с моим миром. Если бы речь шла только о нас двоих, тогда, конечно, все могло бы получиться. Возможно. Но со мной шел полный набор. Я шел с ожиданиями Верхнего Ист-Сайда, которых она совершенно ясно дала мне понять, что не хочет. Она не хотела жить моей жизнью. Черт, даже я не хотел жить своей жизнью. Так что я никак не мог втянуть ее обратно в это дерьмо. И появиться здесь было эгоистично с моей стороны. Ее счастье и успех значили для меня больше, чем все остальное, что я собирался сказать ей в тот момент. Если бы год назад я мог что-то сделать или сказать, чтобы все изменить, я бы это сделал. Но я ничего не сделал. И сейчас я тоже не мог предложить ей ничего другого, потому что у меня не было ничего другого, чего бы я так сильно хотел. Поэтому я отступил на шаг, прошёл через дверь, спустился по лестнице и вышел из книжного магазина. Позволив ей жить своей жизнью без меня.