Глава 54

Маргарита И я полетела. Через две недели я была в своей квартире в Верхнем Вест-Сайде. Нью-Йорк мог разрушить мою жизнь. Но он также дал мне всё, чего желало моё сердце. Это был город грёз, и я намеревалась погрузиться в него с головой. Но город не помогал развеять ноющий страх, говоривший, что всё слишком хорошо, чтобы быть правдой. Или что переезд сюда может не помочь. А вдруг я тоже не смогу писать в Нью-Йорке. Я выбросила эту мысль из головы. Бесполезно было переживать по этому поводу. Я переехала в Нью-Йорк, чтобы писать, и буду писать. Как только я закончу распаковывать вещи. Это было потрясающе, столько вещей, которые я не накопила, живя на чемоданах в течение полутора лет, а затем в гостевой спальне моей лучшей подруги в течение года. У меня действительно ничего не было, мне повезло, что я смогла перевезти всё в свою маленькую квартирку. Но во второй половине дня я решила, что уже достаточно распаковала вещи. Скорее всего, писать придется завтра, потому что я обещала Марку отпраздновать со мной мой переезд, когда он вернется с работы. Он весь день писал мне сообщения, и я не могла отрицать, что у меня в животе порхали бабочки в предвкушении встречи. Раздался звонок в дверь квартиры. Я взвизгнула от волнения и бросилась открывать. Я нажала кнопку и сказала: – Да? – Марго, это Марк. Открывай. – Ура! Сейчас. – Я нажала на кнопку домофона и стала расхаживать перед дверью, пока не услышала стук. Рывком распахнула дверь. В дверном проёме стоял Марк, чертовски сексуальный в белой рубашке на пуговицах, закатанной до локтей, с перекинутой через руку курткой и бутылкой шампанского в руке. Его лицо расплылось в широкой улыбке. – Привет, красавица. – Привет, – выдохнула я. Я была взволнована и возбуждена весь день перед этой встречей. Беспокоилась, что искра, промелькнувшая между нами, угасла. Вдруг он увидит во мне не то, что раньше. Или теперь, когда я живу здесь, у нас ничего не выйдет, потому что я не из Верхнего Ист-Сайда… или из-за чего-то ещё. Или у меня проснётся совесть из-за Лео, и я пойму, что мы поступаем неправильно и не должны этого делать. Но теперь, стоя перед ним, все мои сомнения исчезли. Он сгреб меня в объятия. – Я так рада, что ты решила переехать. Последние три недели были настоящей пыткой. – Я тоже рада, что переехала, – сказала я со смехом и отступила, жестом приглашая его войти. – Заходи же. У меня маленькая квартирка, но я в неё влюблена. Он вошел внутрь и поднял бутылку шампанского. – Подарок на новоселье. – О, ничего себе. Спасибо. – Я уставилась на желтую этикетку широко раскрытыми глазами, прежде чем положить ее в пустой холодильник. Это было модное дорогое шампанское, а не дешевый алкоголь, которым мы с Лизой отпраздновали это событие. – Теперь я знаю, что у меня будет на ужин. Он усмехнулся и бросил свою черную куртку на диван. – Итак, вот она та самая твоя квартира. – Ага, – сказала я, внезапно осознав, какой крошечной она должна казаться ему. – Я знаю, что она небольшая, но… – Эй, – он поднял руку. – Ты не должна принижать её ради меня. В конце концов, это я помог тебе её найти. И это именно то, чего ты хотела, верно? Я молча кивнула. Потому что это была именно та квартира, которую я искала. И я была поражена, когда Марк случайно наткнулся на нее. – Абсолютно. Я имею в виду, посмотри на эти кирпичные стены. – Я указала на стену гостиной. – И… и… я живу здесь одна. Никаких соседей по комнате или чего-то подобного. – Довольно впечатляюще для твоей первой нью-йоркской квартиры. Думаю, у большинства людей есть как минимум пять соседей по квартире. У меня их было четверо. – Что? Не может быть! Ты же Репин. – Как и мои родители и две младшие сестры. Я усмехнулась. – Я забыла про твоих сестер. – Ты явно не жила с ними. Они неуправляемые хулиганки. – И то, что ты был старше, не сильно помогало, не так ли? – О, хуже, гораздо хуже, – сказал он, подмигнув. – Я даже не удивляюсь. Я могла только догадываться, зная о прошлом Лео. При этой мысли я слегка съёжилась. Когда я забывала, что Лео и Марк были лучшими друзьями, мне было гораздо легче находиться в обществе Марка. Я отвернулась от Марка, чтобы надеть куртку. Я не хотела портить наш вечер. Мы оба с нетерпением его ждали. Я попыталась скрыть эмоции, когда снова повернулась к нему. – Ну, что скажешь, если мы выберемся отсюда? Марк кивнул, и я не думала, что он не заметил моего замешательства. Он снова надел куртку, и мы спустились по лестнице на первый этаж. Я вздрогнула от ледяного холода. Гораздо холоднее, чем было утром в Москве. Я натянула перчатки, готовясь к прогулке. Но Марк указал на черный «Мерседес» перед моим домом. – Мой водитель ждет. – О, у тебя есть водитель. Он кивнул, открывая заднюю дверь. – Как ты думаешь, мы добрались до твоего отеля, когда ты приезжала в тот раз? – Знаешь… я была так пьяна, мало, что помню. – Я это очень хорошо помню. Румянец окрасил мои щеки, когда я скользнула на заднее сиденье. В прошлый раз, когда мы вдвоём сидели на заднем сиденье этого «Мерседеса», я была слишком настойчива. Сейчас мне было неловко, учитывая, что я была трезвой. И это напомнило мне о том, насколько разнятся наши миры. Конечно, у Марка был водитель. Он наслаждался обществом и стилем жизни с рождения, не имея ни единого морального возражения против своего воспитания. Мне необходимо было заставить замолчать голос в моей голове, который говорил, что это проблема. Он не был Лео. Я и не хотела Лео. – Куда мы едем? – Спросила я Марка, как только он оказался внутри, и машина тронулась с места. – Сюрприз. Думаю, тебе понравится. – Я люблю сюрпризы, – призналась я. – Хорошо. Я планирую сделать для тебя много сюрпризов. – Он сосредоточил всё своё внимание на мне. – Я слышал, что у тебя уже есть идея для новой книги? – Я люблю колесить по дорогам. Однажды летом мы с Лизой за три недели доехали до самого Сочи. И я решила написать об этом. Он задумчиво сдвинул брови. – Ты уже передала агенту и издательству ее? Я отрицательно покачала головой. – Нет, я пока пытаюсь её написать, но в итоге пишу совсем другую. – А сейчас ты занята новой книгой? Ты уже придумала название? – Я склоняюсь к названию «Спорный вопрос». Потому что никто из героев книги на самом деле не знает правды и не знает всех сторон истории, кроме того, что произошло. – Мне нравится название. – Он придвинулся чуть ближе, наши плечи почти соприкоснулись. По моему телу пробежала дрожь. – Итак… когда же я смогу ее прочитать? Я рассмеялась. – Никогда! – Марго! Ну же, давай. Я твой самый большой поклонник. – Это так странно звучит, – сказала я ему, закрывая лицо. – Я даже не знаю, что это значит. – Это значит, что ты блестящий писатель, и я хочу читать больше твоих книг. Дай мне её почитать. Пожалуйста, я просто умираю от желания прочесть «Спорный вопрос». – Не получится. Никто не читает мои книги до выхода, кроме моего агента и редактора. Я никогда никому не позволяю читать их раньше времени. Думаю, у меня бы началась настоящая крапивница, если бы я узнала, что ты их читаешь. – Не может быть, неужели все так может быть плохо. – Именно, клянусь. Лиза как-то тайком прочитала одну главу, и меня чуть не стошнило от этого. Он рассмеялся и покачал головой. – Думаю, это все у тебя в голове. – Возможно, но что, если я не смогу ее закончить? А ты прочитаешь половину и будешь думать, а я… Он закатил глаза, глядя на меня. – Марго, такое невозможно. – О, вполне возможно. Но, надеюсь, не с этой книгой, потому что я уже рассказала о ней своему агенту, она рассказала о ней Вивиан, я переехала в Нью-Йорк, чтобы закончить и продать эту чёртову книгу. – Всё наладится, – заверил он меня. – Никто в издательстве не хочет, чтобы твоя карьера развивалась так же успешно, как я. Но я всё же хочу предположить, что ты переехала сюда ещё и по другой причине, не только из-за своей музы. – А? – Прошептала я. Напряжение потрескивало между нами. Его рука скользнула по моим коленям, потянулась к моим пальцам, и он переплёл наши пальцы. Его большой палец нежно поглаживал мой, словно изучая мои ощущения. И пока мои мысли были полностью заняты ощущением от его поглаживающего пальца (длинные пальцы, широкая ладонь и удивительно мягкая кожа), мои глаза были прикованы к его глазам. – Я бы хотел предположить, что ты переехала сюда из-за меня. Что я помог тебе вернуться к писательству, пока ты была здесь. И теперь, когда ты живёшь в моём городе, я смогу помочь тебе ещё больше. – Он поднёс наши сцепленные руки к губам и нежно поцеловал мою руку. – Тебя это устраивает? Я кивнула, на мгновение потеряв дар речи. Марк помог мне снова начать писать. Как и этот город. Пребывание в Нью-Йорке и рядом с ним казалось привилегией. Хотя я не была уверена, что переехала именно из-за него. – Приехали, сэр, – сказал водитель с переднего сиденья. Марк подмигнул мне и помог выйти из машины. Я ахнула от открывшегося зрелища. Я слышала об этом, видела по телевизору и всю свою жизнь представляла, как это может выглядеть на самом деле. Но смотреть на освещенную рождественскую елку Рокфеллеровского центра было настолько захватывающе, что я даже не могла себе такого представить. В прошлом году я уехала в начале ноября, ещё до того, как поставили ёлку. Сейчас я была полностью очарована. – О боже, – выдохнула я. – Она такая огромная! Марк рассмеялся и повел меня к ней. – Вообще-то думаю, что в прошлом году она была больше. Я закатила глаза, глядя на него. – Держу пари, ты из тех, кто говорит это каждый год. Его ухмылка говорила, что я была права. – Возможно. – Мы должны обязательно сфотографироваться, – настойчиво произнесла я. – Думаю, да. Мы потратили пару минут, пытаясь найти лучший ракурс и кого-нибудь, кто мог бы нас сфотографировать вместе. Затем я заставила Марка сделать несколько снимков для моей страницы Оливии Бэнкс. Соблюдая анонимность и всё такое. Затем я ещё какое-то время ахала и охала над огромным величественным деревом, прежде чем Марк повёл меня на каток. На катке было не слишком многолюдно, так как был вечер четверга, и толпы еще не собрались. Но вход был перегорожен веревкой, придется ждать минимум час. Я хотела покататься, но не была уверена, что захочу так долго стоять на холоде. – Ты думаешь, стоит? Очередь довольно длинная, – сказала я ему. Он озорно усмехнулся, словно у него был козырь в рукаве. Я последовала за ним мимо огромной очереди ко входу. – Ах, мистер Репин. Рад вас видеть сегодня вечером, – поприветствовал нас мужчина. – Я приготовил все, что вы просили, вон там. Я моргнула, потом ещё раз. Я знала, что он мог бы запросто воспользоваться своим именем, потянув за нужные ниточки. Знала, что он был Репиным. Но, чёрт возьми… я не привыкла к этому. Деньги открывали двери. Деньги также закрывали их перед моим носом. И хотя я была поражена этим жестом, часть меня хотела, чтобы мы встали в очередь. Я проигнорировала раздражённые взгляды людей, которым предстояло ждать ещё целый час, и последовала за Марком. Мы надели коньки, явно не те, что были у всех остальных, и побрели на каток. – Откуда у тебя эти коньки? – спросила я. – И как ты узнал мой размер? Он ступил на лед и протянул мне руку. – Догадался. – Угу. Конечно. – Я выгнула бровь, глядя на него. – Ты действительно хочешь узнать? Я уставилась на него, ожидая ответа. – В прошлом году ты надевала туфли Кати. Я знаю ее размер. Я сделал вывод. Катя. От ее имени у меня кровь застыла в жилах. Я совершенно не хотела ни думать о ней, ни видеть ее. – Ну же, Марго, – сказал он мягко, словно понимая мою реакцию на ее имя. Я взяла его за руку, потому что иначе тут же упала бы. Я была ужасной фигуристкой, если это можно так назвать, хотя это слово совсем не подходило ко мне. И Марк быстро это понял. Он усмехнулся, кружась вокруг меня. – Я предпочитаю бассейн, – пробормотала я, медленно двигаясь вместе с ним. – Учитывая, что ты плавала в университете, я так и подумал. – Там всё по-настоящему, – пробормотала я. – Вода должна быть мокрой, а не твёрдой, как лёд. Он усмехнулся и взял меня за руки, чтобы помочь прокатиться по катку. Мы сделали пару кругов, пока я не перестала бояться, что упаду в любую секунду. Марк явно был опытным фигуристом. В половине случаев он откатывался назад и держал меня за руки, чтобы я устойчивее стояла на коньках. Это было смешно и восхитительно с другой стороны, потому что ноги были деревянными и плохо слушались. – У тебя намного лучше получается, – говорил он. Я только посмеивалась над ним. – Конечно. Он притянул меня ближе и покатил нас к краю катка, подальше от большинства людей. Удивительно, как он умудрялся двигаться задом наперёд, когда я едва могла двигаться только вперёд. – Где ты научился так кататься? – Мы с семьёй постоянно ходили в Центральный парк, – сказал он. Затем улыбнулся, словно вспомнив что-то особенное. – Когда Элине было лет шесть, она ходила на уроки фигурного катания. Она так часто переходила от одного тренера к другому, что я подумал, что было бы полезно ходить на занятия вместе с ней, чтобы поддерживать её мотивацию. Мне было шестнадцать-семнадцать, я считался лучшим в её группе по фигурному катанию. – О боже, какая прелесть, – сказала я, прикрыв рот рукой, представив его на занятиях по фигурному катанию для начинающих. – Да. Сестры до сих пор дразнят меня по этому поводу. Я ничего не могла с собой поделать и начала хихикать. Невозможно было не засмеяться. В тот момент Марк был именно тем Марком, который заставлял меня забывать обо всем. – Мне нравится видеть твою улыбку, – сказал он, заправляя выбившуюся прядь волос мне за ухо. У меня затрепетало внизу живота. Тепло разлилось по сердцу, сердцебиение участилось. Его рука скользнула под мою куртку, касаясь обнаженной кожи. По спине пробежала дрожь, я подняла голову, чтобы посмотреть на него. Он потянул меня вперед, прижимая к своей груди, и я оказалась так близко, что почувствовала его теплое дыхание на своей щеке. Повинуясь инстинкту, я обняла его за шею. Наши взгляды встретились, спрашивая и давая разрешение. Этот момент разжигал нас, несмотря на холод вокруг. Затем он наклонился, и наши губы слились в обжигающем поцелуе, показывая, как сильно он скучал по мне эти две недели. Его губы были пухлыми, мягкими и тёплыми. Его язык обещал настоящее приключение. Его пальцы впивались мне в кожу. С моих губ сорвался стон, и он улыбнулся мне в губы. Улыбка, говорящая о том, что он точно знает, что и как делает. – Мне нравится этот звук, – прошептал он мне в губы. – Ммм, – только и смогла произнести я. В нашу сторону донесся свист, мы рассмеялись, и люди вокруг стали свистеть в знак одобрения нашего поцелуя. – Немного увлеклась, – сказала я. Затем он наклонился и снова завладел моими губами. – Не могу насытиться тобой. Я покраснела от его слов и опустила голову. Но Марк снова приподнял мой подбородок, встретившись со мной взглядом своих шоколадных глаз. – Я знаю, что ты недавно приехала, но я хочу встречаться с тобой чаще. Я хочу большего. Я хочу тебя. У меня перехватило дыхание. Я бы хотела чаще видеться с Марком. Мне нравилось находиться в его компании. Боже, мне нравились разговоры, которые мы вели последние пару недель, и это… свидание, боже, и поцелуй. Но что-то удерживало меня от слов, язык не хотел отвечать, словно арахисовое масло прилипло к нёбу. Его глаза метались по моему лицу, выискивая ответ. – Ты тоже ведь этого хочешь, – настаивая, произнес он. – Да, – наконец нерешительно выдавила я. – Но что? Я покачала головой и отвела взгляд, не желая говорить. Причина, которая останавливала меня раньше, а точнее Лео, осталась в прошлом. Почему я мучаю себя, постоянно возвращаясь к нему? – Я не знаю… сложно все. Его большой палец погладил меня по подбородку и приподнял мою голову, чтобы я снова посмотрела ему в глаза. – Ничего не должно быть сложным. Поговори со мной. – Из-за Лео, – прошептала я. Марк вздохнул. – Ах, оказывается, я соревнуюсь с Лео Коноваловым. Ну, это для меня не новость? Что еще? – Нет, – тут же ответила я. – Я не это имела в виду. Совсем не это. Между мной и Лео больше ничего нет. Но он твой лучший друг. – Так и есть. Но он решил жить дальше. Почему бы и нет? После того, как он обошёлся с тобой, ты должна встретить мужчину, который будет обращаться с тобой как с богиней. И я намерен быть именно таким мужчиной. – Я понимаю, но дело не только в тебе. Не знаю, готова ли я притворяться, что принадлежу Верхнему Ист-Сайду. Я ведь вернулась в Москву, чтобы избавиться от этого. – Не всё в Верхнем Ист-Сайде – это гала-концерты и открытие клубов. Мы могли бы начать с чего-то более простого. Не стоит делать ничего, что будет давить на тебя. Тебе было весело со мной и Виолой в «Перевёрнутом бокале», да? Я молча кивнула. – Да, было. – Мне всё равно, чем мы будем заниматься вместе. Я просто хочу встречаться с тобой чаще и, конечно, чтобы ты была счастлива. Всё остальное для меня вторично. Что-то в его словах задело меня за живое. Мне было очень хорошо с ним и Вилой. Оказалось, что с ним мне не нужно было вдруг заниматься благотворительностью, или становиться светской львицей, или потакать разным идиотам. Я могла бы с ним просто быть собой. Ходить на свидания с парнем, который утверждает, что хочет поклоняться МНЕ, тусоваться с моей подругой, предпочитающей «Грязный мартини», и при этом оставаться самой собой. И одновременно посещать вечеринки в Верхнем Ист-Сайде. Я могла бы стоять одной ногой в каждом из миров. – Хорошо. Давай не будем торопить события в социальной жизни. Я бы хотел видеться с тобой чаще. – Я уставилась на него, переполненная эмоциями. Он лучезарно улыбнулся, словно выиграл главный приз, затем притянул меня к себе и снова страстно поцеловал.