Глава 81

Маргарита – Нет, – выдохнула я. – Нет, нет, нет, нет. Я пробежала глазами статью, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Этого не может быть. Этого… этого не может быть на самом деле. И все же это случилось. Статья красноречиво разоблачала меня. В каждом абзаце меня били за то, что я написала. Как будто на обложке не было написано «основано на…». Меня рисовали брошенной бывшей. И в конце концов я проиграла, поэтому отчаянно жаждала мести, как говорилось в статье. Как будто я написала этот роман ради мести, а не для того, чтобы излить горечь на бумагу. В статье утверждалось, что я описала все так, будто принадлежу к Верхнему Ист-Сайду, поэтому попала в эту компанию друзей. Хотя на самом деле я была всего лишь временным обслуживающим персоналом. Потом бывшим обслуживающим персоналом, присматривавшим прошлой осенью за домом в Оушен-Бич. И книга не несла в себе никакой особой информации, связанной с обществом Верхнего Ист-Сайда, которую стоило бы прочитать; она оказалась всего лишь разозлившимся автором, жаждущим попасть в высшее общество. А поскольку статья была написана кем-то из «знающих» (принадлежащих к этому обществу), было ясно, что они не считают мой роман достаточно важным, тем более что он исходит от «помощницы по хозяйству». Поэтому они явно не ждали ответа с моей стороны. Просто непристойный заголовок, который низвергал меня с очевидного пьедестала. По сути, я сама по себе не представляла никакой ценности, по крайней мере, так казалось после прочтения этой статьи. Книга была полный отстой. А я выставлялась в некотором роде шлюхой. – Твою мать. Я не… – мои руки дрожали, когда я почти швырнула телефон обратно Виоле. – Как, чёрт возьми, кто-то получил эту информацию? – спросила Лео. – Автор указывает источник? Я отрицательно покачала головой. – Это клевета. Мы могли бы подать в суд. – Я не знаю, что сказать, – произнесла Виола. – Сколько ещё людей знали о твоём псевдониме? – Почти никто. Может быть, пять человек. – Никто из нас не стал бы этого делать, – сказал Лео. Виола согласилась. – Кто-то еще узнал. Тот, кто захотел тебе отомстить. – Чёрт, я даже не знаю, как это повлияет на книгу. Я должна позвонить своему агенту, – выдохнула я. – Чёрт, сегодня же суббота. Она не ответит. Мне придётся написать ей по электронной почте. Надеюсь, она не увидит эту статью до того, как получит от меня письмо. Я порылась в сумочке и вытащила телефон. Мой мозг работал со скоростью миллион миль в секунду. Должны же быть какие-то рычаги, на которые Кэролайн могла бы нажать, чтобы остановить нанесённый мне ущерб. Или Вивиан. Эта статья была… выше всяких слов. Несколько минут назад я думала, что информация о Марке и нашем последующем разрыве сведет меня в могилу. А теперь моя карьера висела на волоске. Единственное, чего я хотела в своей жизни, – стать писательницей. И моя книга, которую я наконец-то с радостью опубликовала. А теперь… Я не знала, где нахожусь. – Марго, – тихо прошептал Лео. – Что? – Спросила я, взглянув на него. Но он смотрел в другую сторону. Я проследила за его взглядом и увидела темноволосую красавицу в белом свадебном платье, которая шла к нам. – Кэтрин, – пробормотала я. Я была не готова к противостоянию с ней. Не после Марка. Не после фиаско с моим псевдонимом. Ее самодовольная улыбка была неумолима. – Привет, Марго. – Послушай, я уже ухожу, так что ты можешь приберечь свою речь для кого-нибудь другого. – Речь? – переспросила Кэтрин. – Я не планировала речь. На самом деле я рада, что ты здесь в данный момент. Я прищурилась. Начало было не очень хорошее. – Почему? – Потому что сейчас я вижу твоё лицо. Видеть ужас в твоих глазах – настоящее удовольствие, не то что представлять тебя в твоей убогой квартирке. – Ты это сделала, – поняла я. – Как ты узнала? – Спросил ее Лео. Она перевела взгляд на него. Что-то похожее на боль промелькнуло на ее лице, но сменилось тем же пустым взглядом, с которым она шла по проходу. – Неужели ты всерьёз думаешь, что в этом городе можно хранить секреты? – спросила Кэтрин. – Эта вонь исходит от тебя, – съязвил Лео. – Кто тебе сказал? – Потребовала я ответа. – У меня везде есть глаза и уши. Я с отвращением покачала головой. – Ты больная на голову женщина. Кэтрин рассмеялась. – Конечно, Марго. Это ты можешь сказать и о себе. Тебе стоило прислушаться к моим словам, – сказала мне Кэтрин. – Ты думала, что сможешь приехать в мой город и угрожать мне. Я же говорила тебе, что этот город принадлежит мне. Я тебе это доказала. Тебе здесь не место. Пусть это послужит тебе уроком, я могу сделать твою жизнь несносной. – Сделать мою жизнь несносной? – Спросила я, медленно моргая. – А почему тебя вообще волнует моя жизнь? О, подожди, я знаю ответ на этот вопрос, Кэтрин. Потому что ты несчастна и хочешь, чтобы все тоже были несчастными. Ты хочешь, чтобы люди чувствовали себя такими же несчастными, как и ты, потому что ты барахтаешься на дне океана, захлебываясь в собственной злости на весь мир. Вот чего ты хочешь от жизни. Нищая. Вот почему у тебя сегодня была эта фальшивая свадьба. – Ты ничего не знаешь о моей жизни, Марго. Продолжай так думать, но это тебе не поможет. – Я не знаю и не хочу знать, почему ты это сделала. В любом случае это мелко и безосновательно. И ты, бл*дь, заплатишь за это. Кэтрин прижала руку к животу и усмехнулась. – О, дорогая, да сколько угодно. – Я заставлю тебя пожалеть о том, что ты совершила, – серьезно заявила я. – Ну конечно, котенок, – ответила Кэтрин, снова рассмеявшись, будто я выдала анекдот этого сезона. – Я уже боюсь. Мне было все равно, как она узнала о моем псевдониме. Или какой ущерб она нанесет моей репутации. Я знала, почему она так поступила, потому что я была единственной, кто ей когда-либо противостоял. Я была единственной, кто сказал ей «Нет», при этом не отступив. Я не хотела возвращаться сюда. Даже когда та ниточка, за которую я держалась, оборвалась. Даже когда почувствовала, что падаю вниз, вниз, вниз в самое темное место моего существа. Даже когда держалась за темноту, решив назвать ее своим домом. Я чувствовала всеми фибрами души, что не позволю Кэтрин сделать подобное со мной. Скольких других женщин она побила? Ей всегда все сходило с рук. А я не позволю ей так поступить со мной. И хотя мой живот напрягся, завязавшись узлом. Возможно, я захочу все бросить. Страх мог стать моим единственным спасательным кругом. Понимая, через что мне придется пройти, через публичное унижение. Придется понять, как мне жить дальше после «смерти» Оливии Бэнкс. И все же, несмотря ни на что, я не сломаюсь перед ней. – Возвращайся в ту дыру, из которой выползла, – бросила мне Кэтрин. – Я тебя совсем не понимаю, – сказал Лео, качая головой. – Я тоже, любимый, – заявила она. – Тоже. – Затем она откинула свои тёмные волосы с плеча. – А теперь прошу меня извинить. Мне нужно закончить приём. С этими словами она развернулась и зашагала обратно к своей компании. Дьявол в девственно-белом. У меня дрожали руки, последний клочок самообладания, за который я цеплялась в присутствии Кэтрин, исчез. – Не могу поверить, что она это сделала, – сказал Лео. – Это ужасно, даже для Кэтрин. – Я… не знаю, как она вообще об этом узнала, – выдохнула я. – Должно быть, кто-то ей сказал. Не думаю, что она сама во всем разобралась. На глаза навернулись слёзы, которые я сдерживала всю ночь. Но я не хотела, чтобы их видели. Только не здесь. – Боже, ты был прав, – сказала я, сжав кулаки. – Этот мир пережевал меня и выплюнул. И продолжает чертовски выигрывать. Даже когда они ошибаются, они всё равно всегда побеждают. Лео вздохнул. – Я бы хотел уберечь тебя. Они играют в эту игру гораздо дольше, чем ты. Но на доске даже не было игры. Я вытерла глаза, твёрдо решив не дать слезам пролиться. Этого я допустить не могла. Кэтрин не увидит моих слёз. – Мне нужно… Мне нужно выбраться отсюда. – Конечно, – сказал он. – Я могу отвезти тебя домой. – Готова поспорить, что это скоро пройдёт, – тихо сказала Виола. Я взглянула на нее. – Мне кажется вряд ли. – Я в это верю. Ты уедешь на пару дней, а когда вернёшься на мою новогоднюю вечеринку, всё будет так, будто ничего и не было. – Мой псевдоним раскрыли. Кэтрин унизила меня перед всем миром. Не думаю, что за неделю что-то изменится. Виола нахмурилась. – Мне очень жаль, Марго. Я ненавижу себя за то, что с тобой случилось. Дай мне знать, если я смогу тебе чем-то помочь. Чем угодно. Мои связи в твоём распоряжении. – Спасибо, – пробормотала я и направилась к выходу. Я уже почти вышла в жуткую метель, когда поняла: – Черт, я забыла забрать пальто. – Ты хочешь, чтобы я вернулся и забрал его? Я отрицательно покачала головой, не в состоянии вынести даже мысли об этом. – У меня дома есть ещё одно. Я просто… буду считать, что это ещё одна жертва этого вечера. Лео снял пиджак и накинул его мне на плечи. Мы молча ехали в такси ко мне домой. Он еще ни разу не был в моей квартире. Даже не был в этом доме. И я поняла, что не хочу, чтобы он в этот вечер видел, как я рыдаю, собирая вещи. Когда мы поднялись наверх, я повернулась спиной к двери. – Я пришла. – Можно мне войти? Я задумалась, правильно ли поступаю, потом отрицательно покачала головой. – Нет? – Не сегодня, – поправила я. – Марго, позволь мне позаботиться о тебе. – Думаю, да.… Мне нужно позаботиться о себе в этом деле. – Ты не должна разбираться со всем этим одна, – сказал он мне. – Я знаю. Но я войду в дом, соберу вещи и уеду из города. И я не хочу, чтобы ты заходил ко мне сегодня. – Я сняла с него пиджак и вернула ему, чтобы доказать свою точку зрения. – Ты собираешься уехать, вот так просто? – Я в полном замешательстве. Мне нужно вернуться домой и собраться с силами. Подумай об этом хорошенько. Я даже не знаю, что скажут мой агент и редактор. Я собиралась вернуться домой на Новый год. Просто куплю билет на сегодня и вернусь пораньше. Лео сунул руки в карманы. – Мне бы очень не хотелось сейчас вмешиваться в твою жизнь с ещё одним вопросом, Марго, но… к чему это нас приведёт? – Не знаю, – честно прошептала я. – Сейчас я ничего не знаю. – Позволь мне перефразировать, – сказал он и поднял руки к моему подбородку, пристально глядя мне в глаза. – Именно этого я и хочу, Марго. Тебя. Только тебя. Всю тебя. Такую, какая ты есть. – Лео, – прошептала я, – не знаю, готова ли я. Он поцеловал меня в губы и отступил. – Ничего страшного. Я никуда не уйду. Я буду здесь, когда ты вернёшься. Потом я смотрела, как он уходит, обещая нам лучшее будущее. Потом я шагнула внутрь, встретившись лицом к лицу с горькой реальностью сегодняшнего дня.