Глава 91

Маргарита – Леди и джентльмены, большое вам спасибо за участие в благотворительном ужине в пользу детского художественного фонда. Из-за непредвиденных личных обстоятельств нам пришлось в последнюю минуту перенести выступление нашего гостя. И я рада представить вам основательницу фонда Илону Коновалову. Лео замер рядом со мной. Я почувствовала, как от него волнами исходит напряжение. Его отношения с матерью были напряжёнными, хотя это было не совсем подходящее слово. Она хотела, чтобы он взял на себя семейный бизнес и продолжил дело своего отца, так как Кирилл отказался участвовать в бизнесе, его больше интересовали выпивка и вечеринки. Илона повела себя просто ужасно, когда узнала, что мы встречаемся. И хотя в прошлом месяце на свадьбе Кэтрин я с ней пересекалась, и наша встреча прошла довольно хорошо, я не особо надеялась увидеть её снова. Особенно в качестве спутницы его сына на этом ужине. – Ты знал? – Шепотом спросила я. Он отрицательно покачал головой. – Это все усложняет. – Может, нам уйти? Он стиснул зубы. – Будет еще хуже, если мы уйдем. Я не хочу, чтобы тебе потом пришлось разбираться с этим. Похоже, тогда ты получишь очередную лекцию от моей матери. Я не стала спрашивать, что он имеет в виду. Я поняла, что если у меня и состоится разговор с его матерью, то он явно будет не очень приятным. Мы с Лео только решили продолжить наши отношения, начав с чистого листа. Я понимала его чувства, он все еще не мог смириться с тем фактом, что у меня были отношения с Марком. Да еще и его любопытная и самоуверенная мать в центре наших разборок и отношений, скорее всего, было последним, чего он хотел. И я была с ним согласна. Мы закончили ужин, слушая выступление его матери. Она оказалась превосходным оратором. В ней был огонь, который я часто видела в её сыне, когда он начинал говорить о философии. Не то чтобы я хотела сравнивать его с матерью, но всё же. – Нам придется подойти к ней поздороваться, – сказал Лео, когда его мать закончила выступление. – Ладно. Ты в порядке? – спросила я его, когда мы встали из-за стола. Он положил руку мне на поясницу, ведя между столами к своей матери, стоявшей в передней части зала, и шёл так, словно собирался на собственную казнь. – Я смогу справиться со своей матерью. Но тебе лучше надеть маску прямо сейчас. Мне плевать, что она скажет. Ни о чем не беспокойся. Твое место здесь. Этот зал принадлежит тебе. Ничто из того, что она скажет тебе или мне, не должно никак на тебя повлиять. – Ты думаешь, она будет грубить мне в высшем обществе? – недоверчиво спросила я. – Маска, – приказал он. – Сию минуту. Я придала своим чертам сходство с тем, что видела у Кэтрин. Не пустое, ничего не выражающее лицо, как у Лео, а скучающее, потому что весь мир у моих ног и серебряная ложка во рту. Я выпрямилась и почувствовала, как напряглись все мои конечности, хотя я продолжала идти. – Лучше, – со вздохом добавил Лео. – Ужасно. Моя мать не скажет ничего лишнего, но кто ее знает. С ней лучше всегда быть начеку. Мы обошли толпу, поздравлявшую его мать с выступлением и делавшую крупные пожертвования организаторам. Илона оторвала взгляд от невысокого лысеющего мужчины, с которым разговаривала. Она слегка расширила глаза от удивления, увидев сына. Мимолетно, но даже я заметила, что она никак не ожидала увидеть его здесь. Я понадеялась, что это хороший шанс для нас. – Леонард, – произнесла Илона с улыбкой политика. Той, которая с такой же вероятностью пожмет руку и поцелует ребенка, как и ударит ножом в спину. – Я не знала, что ты будешь здесь, дорогой. Она не обняла его, не протянула руки и не обрадовалась его присутствию. Должно быть, в жизни Лео было мало любви. У меня защемило сердце. Но я не позволила своим чувствам отразиться на лице. Новая Марго не имеет права чувствовать ничего подобного. По крайней мере, на людях. – Мама, – решительно произнес он, указывая на меня. – Ты помнишь Марго? Илона едва взглянула на меня. – Ах да, конечно. Как я могу забыть?! Лео напрягся, словно собирался встать на мою защиту, хотя сам посоветовал мне не реагировать. – Мы познакомились на свадьбе Перси и Кэтрин. Вы дружите с Виолой и являетесь автором бестселлера, верно? – Верно, – легко согласилась я. Хотя понимала, что она прекрасно помнит нашу первую встречу. Она выгнала меня из своего особняка в Оушен-Бич и запретила когда-либо снова работать смотрителем в домах отдыха. – Рада вас снова видеть. – Взаимно. Похоже, я должна благодарить вас за то, что вы вернули моего сына в общество? Лео крепче сжал меня в объятиях, почти до боли. Было не так уж много вещей, которые сильно раздражали Лео. – Кто-то же должен был помешать ему стать настоящим отшельником, – ответила я. – Если бы мы могли выбросить всю эту философскую чепуху из его головы, нам всем стало бы лучше, – сказала она со смехом, как будто только что оскорбила то, чем он занимался. Я открыла рот, собираясь высказать ей все, что думаю о философской чепухе её сына, но Лео опередил меня, словно понял, что я еще не совсем овладела искусством общения в этом обществе, он сказал с ленивой улыбкой: – Эта философская чепуха в моей голове видно появилась с рождения. Она передалась мне от тебя или от папы? – Илона! – раздался голос прежде, чем она успела ответить. Что, вероятно, было хорошо. Я не хотела бы услышать то, что могло сорваться с уст его матери. Она совсем не понимала своего сына. – Мы оставим тебя, – сказал Лео, прежде чем взять меня за локоть и отойти от матери. Мы уже находились на безопасном расстоянии от матери Лео, прежде чем я решила нарушить тишину между нами. – Может, нам лучше уйти? – Предложила я. Лео на несколько секунд закрыл глаза и отрицательно покачал головой. Когда его глаза снова встретились с моими, я все еще могла видеть гнев и смятение. Знала, что он мучился из-за сложностей общения с матерью, хотя никогда не говорил об этом открыто. – Уверен? – Да, уверен. Я не позволю ей все испортить. Хочешь, верь, хочешь нет, но я на самом деле получаю удовольствие от этого вечера. Я со смехом выдохнула. –Лео Коновалов развлекается на скучном благотворительном вечере? Ты случайно не болен? Он хитро мне ухмыльнулся. – Похоже, мне была нужна только твоя компания. Гораздо приятнее находиться здесь с тобой, чем одному. И обучение – это моя профессия. – И у тебя это отлично получается. По-моему, я неплохо справилась с твоей матерью. – Да. Но в конце мне показалось, что ты готова была откусить ей голову. Я одарила его своим лучшим взглядом Верхнего Ист-Сайда. – Я? – Недоверчиво спросила я. – В приличном обществе? Он фыркнул и указал на столы для аукциона. – Пойдем, моя маленькая шалунья. Ты слишком быстро все схватываешь. Я последовала за ним, подальше от его матери и проблем, которые она несла с собой. Я так долго злилась на Лео, что было странно расслабиться, перестав сомневаться в нем. Мы представляли собой очень хорошую команду. Он оказался прав. С ним было лучше. Я позволила прошлым обидам, недомолвкам упасть с моих плеч, наслаждаясь его обществом. – А что, по-твоему, самое потрясающее? – Спросила я Лео, пока мы степенно двигались мимо столов для аукциона. – Экземпляр первого издания классического романа, членский билет на год в «Клуб джентльменов» города или яхта. – Понятия не имею. Наверное, что-то связанное с частным самолетом. Это обычно побеждает. – Вы правы, – сказал мужчина позади нас. – Воспользоваться моим личным самолетом до места назначения по выбору победителя в течение недели. Я поняла, что узнала в нем отца Джона, Карлайла Перси. А рядом с ним стояла его жена, Элизабет Кенсингтон. Наши глаза встретились, и она улыбнулась, явно довольная моим появлением. – Здравствуйте, сэр, – произнес Лео, протягивая руку Карлайлу. – Это очень великодушно. – Это меньшее, что я могу сделать. Рад тебя видеть, Лео. – Они обменялись крепким рукопожатием. – А это… – …Марго Резник, – без всяких усилий произнес Лео. Я протянула руку, Карлайл поцеловал ее. – Рад познакомиться, мисс Резник. – Это та девушка, о которой я тебе рассказывала, дорогой, – сказала Элизабет. Она оперлась на руку мужа, но ее маска Верхнего Ист-Сайда была так же эффектна, как и всегда. – Та фотография, которая была на «Шестой странице», в том последнем платье, над которым я работала. – Конечно, – произнес Карлайл таким тоном, словно понятия не имел, о чем она говорит. Затем он сразу же вступил в разговор с Лео о бизнесе. Я никогда раньше не слышала, чтобы Лео обсуждал семейный бизнес. Почему-то мне казалось, что он плохо разбирался в работе компании своего отца, которой теперь управлял новый генеральный директор и совет директоров. Но я ошибалась. Может все дело было в маске Верхнего Ист-Сайда, но деловые разговоры давались ему так же легко, как лекции по философии. Я знала, что он не хочет управлять компанией. Но я была настолько поглощена его разговором, что едва заметила, как Элизабет попыталась привлечь мое внимание. – Давайте оставим мальчиков с их скучной болтовней, – сказала Элизабет, подталкивая меня к столу, перед которым она стояла со своим мужем. Я посмотрела на столик и увидела приз – личная консультация и примерка наряда самой Элизабет. – Ух ты. Какой приз, – сказала я ей. – Да, но на самом деле мой приз никто не купит, – сказала она, махнув рукой. – Не всегда женщины хотят признать, что одеты не по последней моде. – Конечно, а кто захотел бы? – Быстро вставила я. – Кстати, я обожаю эту статью на «Шестой странице». Мне показалось, что мое платье идеально тебе подойдет. Раз уж у нас появился кто-то такой смелый. Я бросила на нее понимающий взгляд. – Понятия не имею, что вы имеете в виду. Губы Элизабет изогнулись вверх. – Возможно, но я слышала от своей дочери, что ты тут немного всех встряхнула. – Я?! Мне кажется, я только начинаю приспосабливаться к этому миру. – Если ты спросишь меня, – осторожно произнесла Элизабет, – возможно, всех уже давно нужно было встряхнуть. – И? – Мой желудок скрутило от предвкушения. Неужели Элизабет готова согласиться, что Кэтрин давно пора сместить с пьедестала? – Конечно. Какие у тебя планы на Неделю моды? Я оставалась совершенно неподвижной. Я слышала о Нью-Йоркской Неделе моды. Марина была одержима модой и умерла бы, если бы узнала, что я могу на нее попасть. Но я не знала, когда состоится это событие, и у меня не было никаких планов на эту Неделю. – Что вы имеете в виду? – Спросила я вместо того, чтобы лукавить. – Кое-кто там должен появиться, – сказала Элизабет. Кэтрин. – Я пришлю тебе билет на мой показ и платье для гала-концерта. Ее глаза стали коварными и хитрыми, говоря гораздо больше, чем она озвучила. Принимая мою сторону, она разозлит Кэтрин. И я окажусь гарантированно в том месте, где появится Кэтрин, и увижу, как все произойдет. – Это было бы замечательно, – сказала я с улыбкой. – Что было бы замечательно? – Спросил Лео, появляясь рядом со мной. –Элизабет пригласила меня на Неделю моды и великодушно предложила нарядить в свое платье. Лео не показал, я была уверена, что только я заметила промелькнувшую боль на его лице. – Прекрасно. Тогда увидимся там. – Его взгляд упал на меня. – Давай сделаем ставку на аукционе, той вещицы, который ты заинтересовалась. Я кивнула и улыбнулась Элизабет. – Чудесно было снова повидаться с вами. – И мне тоже, Марго. Будем на связи. Мы с Лео молча прошли мимо ряда выставленных на аукцион предметов, вышли через одну из боковых дверей и оказались в уединенном месте, прежде чем Лео облегченно вздохнул. – Чёрт, ты должна была спасти меня от Перси, – сказал он, прислонившись спиной к стене. – Мне показалось, что ты полностью контролировал разговор. Я даже не знала, что ты вложил деньги в компанию своего отца. Он закатил глаза. – Я нет. Просто знаю достаточно, чтобы правдиво соврать. И это основа моей маскировки, Марго. Я даже могу нести всякую чушь Карлайлу Перси о бизнесе, на который мне плевать. И могу заставить тебя поверить во все, что говорю. Хотя ты знаешь, что я презираю эту компанию. – Впечатляет. Лео отошёл от стены, его руки поднялись по обе стороны от моего тела, прижимая меня к соседней стене. – А что ты обсуждала с миссис Кенсингтон-Перси? – Неделю Моды. – М-м-м, – сказал он, склонив голову и покрывая поцелуями мою шею. – Никогда не отводи взгляд, когда врешь. Тогда все будет выглядеть правдоподобно, иначе твою ложь раскроют. – Мы просто болтали. – Да, но было кое-что ещё. Она заинтересовалась тобой, – он отстранился, оценивающе глядя на меня. – Почему? – Мне кажется, ей не очень нравится Кэтрин, – призналась я. Он поджал губы. – Гармони ненавидит Кэтрин. Вполне логично, что Элизабет чувствует то же самое, но я подумал, что, возможно, Элизабет мало что знает, ведь Кэтрин всегда носила её дизайнерские вещи. Я слегка пожала плечами. – Думаю, ей нравится дух конкуренции. – Ты осознанно вызовешь гнев Кэтрин. Моя ухмылка была безжалостной. – Вот и отлично, пусть. Рука Лео скользнула в мои волосы, затем его губы прижались к моим. Его тело прижало меня к стене. Наши языки боролись за первенство. Сердце учащенно билось в ответ на его требования. Не могу точно сказать, то ли сказалось напряжение, которое мы оба испытывали весь вечер, но я растворилась в Лео, желая лишь одного: чтобы он задрал мое платье до бедер и вошел в меня. Прижимая меня к этой стене, трахая дико и безжалостно. Высвобождая всю накопившуюся энергию, вызванную попытками приспособиться. Я поняла, может быть, впервые, почему человек, у которого есть всё, хочет сбежать из этого мира. Затем Лео отстранился, прижавшись лбом к моему. Наше дыхание смешалось между нами в резкий вздох. – Нам стоит пойти ко мне, – сказал Лео. – О? – прошептала я, снова прижимаясь губами к его губам. – Я хочу быть собой, когда я с тобой, – серьёзно заявил он, – настоящим собой. – А ты не можешь быть и тем и другим одновременно? Он покачал головой. – Ты предупреждал, что можешь говорить и делать то, что мне не понравится. – Я расстегнула его брюки, сдвинув молнию вниз, затем нежно провела ногтями по головке члена. – Ты не учёл этого… Мне могут понравиться обе твои стороны. Он застонал горлом, словно зверь, наконец-то сорвавшийся с поводка, и внезапно человек стал одновременно философом и чудовищем. До боли логично и восхитительно чувственно. Он прижал меня к стене сильнее, чем в прошлый раз. Его руки вцепились в мое синее платье, которое он выбрал для этого вечера, и задрали его до середины бедер, пока оно не собралось на талии. Его член вырвался из штанов, обнажив пульсирующую длину и потребность во мне. Он поднял мою ногу, положив её себе на талию, затем сдвинул мои трусики. Его пальцы скользнули во влагу, которая уже была там из-за нашего страстного поцелуя. Я тихо застонала от ощущения его пальцев, исследующих и подготавливающих мою киску. Затем они исчезли, и на его лице появилась коварная ухмылка. Его член заменил пальцы, и одним быстрым движением он вошёл в меня. Я закрыла глаза, ударившись головой о стену, и попыталась не закричать. Это был не медлительный и игривый Лео. Не такой, как в канун Нового года, когда мы не торопились и заново знакомились с телами друг друга. Сейчас он был совсем другим. Неистовым, решительным, яростным и сильным. Диким, возбуждающим и страстным. Он разрушал и в то же время все собирал воедино. Две стороны его личности воссоединились, я никогда не думала, что такое возможно. Может, он тоже не мог предположить, что сможет соединить две половинки одновременно. Я не хотела, чтобы это заканчивалось. Даже когда я достигла новых высот, Лео прикрывал мне рот рукой, чтобы я не кричала. Он входил глубоко, еще глубже в меня. Стенки влагалища сжимались вокруг его члена, я высасывала из него все до капли. Когда мы кончили, задыхаясь и дрожа от возбуждения и напряжения, я увидела звёзды в его глазах и корону, которую мы сорвали с неба и водрузили ему на голову. И я поняла, что приобрела себе еще больше проблем.