Глава 98

Маргарита Аплодисменты были оглушительными. Все в зале вскочили со своих мест, аплодируя последней коллекции Элизабет осень-зима. На сцене стояла вереница моделей, похожих на выставленных напоказ кукол. Элизабет сама по себе была ошеломляющей, когда кланялась присутствующим. Аплодисменты стихли, модели вернулись за кулисы, и вскоре присутствующие поспешили на следующее шоу, встречу или мероприятие в бутике. Еще до того, как я попала сюда, я знала, что Неделя моды – это, по сути, хаос для любого, кто работает в индустрии моды. Это был опыт «создай или сломай» карьеру. – Пойдём, – сказала Гармони, вцепившись в мою руку. – Пойдём к моей маме. Я потянулся к Виоле. – Ты пойдешь со мной? Она отрицательно покачала головой. – В следующий раз. Сейчас у меня встреча с Кристофером Кортесом, который так много для меня делает. Линия MCZ – это что-то невероятное. Напиши мне позже, и если я буду свободна, мы встретимся в бутике! Я рассмеялась, потому что в этом и была вся Виола. – Хорошо. Если ты будешь занята, увидимся завтра вечером на гала-концерте! – Конечно, – согласилась Виола, как будто другого выхода не было. Затем она вышла из комнаты, уже разговаривая по телефону, вероятно, налаживая деловые связи. Гармони ухмыльнулась и потащила меня за собой. – Ладно, мне понадобится минутка, чтобы привлечь внимание мамы. Ты же понимаешь, это её время. И это безумие. Гармони провела меня сквозь толпу к сцене, ближайшей к её матери, которая разговаривала с группой корпоратов. Гармони уткнулась в телефон на некоторое время. – Э-э… как называется твоя страница в «Снэп чате»? – Что моё? – спросила я, заглядывая ей через плечо. «Снэп чат» был самым популярным приложением для социальных сетей в мире. Рома создал его, когда учился в средней школе, вместе со своей командой, чтобы найти способ общаться, и оно взорвало интернет. Фейсбук пытался выкупить у него соцсеть, но он отказался, заявив, что ему не нужны деньги. – У тебя есть страница с галочкой? – выпалила Гармони. Она развернула телефон, и я увидела ее страницу с десятками глянцевых фотографий со всего мира и бесконечным списком комментариев от ее поклонников. Сейчас у нее было пять с половиной миллионов подписчиков. – О боже мой! Пять с половиной миллионов следят за тем, что ты выкладываешь здесь? – ахнула я, полностью теряя самообладание в этот момент. – Это просто невероятно. Гармони пожала одним плечом, но ухмылка на ее лице сказала все. – Спасибо! Это в основном моя жизнь. И я понятия не имею, почему у тебя нет такой страницы. Как о тебе узнают, кто ты, если ты не даёшь им доступ к своей жизни? «Шестая страница» – это здорово и всё такое, но здесь ты можешь выкладывать всё, что захочешь, причём сама. – У меня установлено приложение «Снэп чат», просто я не выкладываю туда фотографии. – Что ж, это можно исправить. Дай мне свой телефон. Я неохотно отдала ей свой телефон, и она принялась за работу, зарегистрировав для меня страницу. Она спросила разрешения просмотреть мои фотографии и, похоже, удивилась, когда я согласилась. Возможно, она привыкла к тому, что у людей есть фотографии на телефоне, которые они не хотели бы показывать кому-то, например, обнажённые. Или уродливые селфи, которые они тоже не стали бы публиковать в интернете. Фотография не была моим видом искусства, но я обычно удаляла те, которые мне совсем не нравились. Минут через десять она вернула мне телефон. – Ладно. Вот твоя страница. Я опубликовала только три фотографии, но ты должна регулярно их обновлять, подпитывая своих подписчиков, чтобы они не теряли к тебе интерес. – Она показала мне несколько фотографий. – Теперь я добавлю тебя в друзья. Ух! Я так рада за тебя. Я в шоке уставилась на свою страницу, увидев, что количество подписчиков стало равно одному – Гармонии. Потом один сменился на три, три превратились в десять, от десяти до двадцати, и всё это у меня на глазах. – Господи, кто уже подписался на меня? Гармони пожала плечами. – Люди, которым нравятся твои фотографии, мои друзья и всё такое. Это здорово, – она подняла глаза. – О! Моя мама освободилась. Гармони подошла к Элизабет, я стояла рядом. Элизабет выглядела сногсшибательно в черном брючном костюме и серебряном ожерелье. Она обняла дочь. – Гармони, дорогая, что ты думаешь? – Блестяще, как всегда, – сказала Гармони. – Наверное, ты лучшая. Элизабет просияла. – Спасибо. О, Марго. Внезапно все взгляды устремились на меня. Я сохранила на лице свою лучшую маску и лучезарно улыбнулась. – Никто не сделает лучше. Смотреть все шоу из первого ряда было потрясающе. – Отлично, – сказала Элизабет. – Увидимся завтра вечером на гала-концерте? – Конечно. Я так взволнована, что снова буду в вашем дизайнерском наряде. Элизабет усмехнулась. – Марго, позволь представить тебя Полу. Он работает в журнале «Вог». А потом последовала череда других представлений. Все эти люди хотели узнать, кто я такая. Все считали меня важной персоной, потому что сама Элизабет представляла меня, делая меня важной персоной. И от света прожекторов у меня слегка закружилась голова. Я впервые поняла, почему Кэтрин хотела такой жизни. Этот безумный светский образ жизни, где весь мир строился на дорогих дизайнерских вещах, вечеринках и связей с другими модными людьми. Мир, в котором имя держится на том, чтобы хорошо выглядеть, водить знакомство с нужными людьми и публиковать свои фотки с ними в интернете, чтобы другие могли их разглядывать. Утомительно, но все равно волнующе. Наконец я выбралась из толпы. Гармони все еще разговаривала с кем-то, я не могла уйти без неё, так как все еще хотела попасть в бутик. Но мне нужно было побыть одной. Секунду, чтобы передохнуть. – А я все гадал, встречу я тебе когда-нибудь одну. Я вытянулась по стойке «смирно», как олень, пойманный фарами машины. – Марк, что ты здесь делаешь? Мой пульс глухо стучал где-то на шее. Страх был первым, что я ощутила. Несмотря на то, что я находилась в заполненной людьми комнате, мне казалось, что я стою наедине с ним. Это был первый раз, когда я встретилась с ним один на один без Лео. И мне стало не по себе и как-то грустно. Не так давно мы закончили наши отношения, теперь я даже чувствовала себя рядом с ним не очень хорошо, не говоря уже о том, чтобы быть наедине. – Алина выступала на показе у Элизабет, – сказал он без всяких усилий. Конечно. Я видела Алину сегодня на подиуме и на открытии «Тринити» в декабре. Она была высокой, стильной и красивой женщиной с длинными волосами. Это было невероятно. Я была так поглощена Гармони и Виолой, потому не подумала, что Марк может быть здесь, чтобы посмотреть шоу. – О, конечно. Может, тебе стоит её найти, – сказала я, поворачиваясь, чтобы уйти. Он схватил меня за локоть, останавливая. Я развернулась, готовая стереть самодовольное выражение с его лица. – Не прикасайся ко мне. – Марго, прошу тебя, – сказал он. Его большие карие глаза умоляли. Он выглядел убитым горем. Но он сам все сделал. – Нет. Между нами всё кончено, Марк. Ты должен это понять. – Это была ошибка. – В какой именно части? – спросила я, вырываясь из его хватки. – Во всех. Я не должен был оставлять этот файл. Мне не следовало этого делать. Я хочу, чтобы ты вернулась. Я все исправил. Мы же можем решить эту проблему. – Какая часть меня заставляет тебя думать, что я прощу тебя за то, что ты сделал? – Значит, ты можешь простить Лео за то, что он испортил тебе жизнь, но не можешь простить меня за то, что я пытался тебя оберегать и заботиться о тебе? Я застонала и отрицательно покачала головой. – Я не хочу об этом говорить, Марк. Все кончено. И я не хочу слушать твои оправдания, а также оправдываться перед тобой за свои действия. И ты ничего не исправил, никаких ошибок. Ты просто в очередной раз попытался мной манипулировать. Я никому не позволю собой манипулировать, – сказала я ему ледяным тоном. – Марго, я люблю тебя. – Нет, – просто ответила я. – Пожалуйста, оставь меня в покое. Я снова попыталась уйти, но он схватил меня за предплечье. Крепко. Достаточно сильно. Я запротестовала. – Прекрати, Марк! Ты делаешь мне больно. – Значит, вот как, да? Ты вернулась к нему? Даже несмотря на то, что он, бл*дь, играл с тобой? Поэтому ты послала его на собрание нашей команды? Чтобы он угрожал мне? – прорычал он. – Никто не имеет права мне угрожать. – Марк, я понятия не имею, о чём ты говоришь. Но если ты меня не отпустишь, я закричу, – прорычала я. От боли на глаза навернулись слёзы. Он моргнул, словно приходя в себя. Отдернул руку, словно обжегшись. – Марго, прости. О, чёрт, я не имел в виду… – …но ты уже сделал, – выдохнула я, держась за его руку. – Не знаю, что на меня нашло. – Ты не добьёшься своего, – выплюнула я. – В кои-то веки твои планы, которые ты задумал, имеют последствия, и они тебе не нравятся. Что ж, привыкай, чёрт возьми. Я зашагала прочь, высоко подняв голову, хотя голова гудела от неожиданной боли в руке и от слов, которые он сказал. Но… он решил, что я отправила Лео на собрание его команды. Что за собрание его команды? Гармони помахала мне рукой, когда я достала телефон, чтобы позвонить Лео. Я скрипнула зубами. Звонок может подождать. Я все еще хотела пойти с Гармони в бутик. Вместо этого я напечатала сообщение: «Ты ходил на собрание твоей команды?» Ответ от Пенна пришел почти мгновенно. «Да». Ублюдок. «И когда ты собирался мне об этом сказать?» Я была в ярости, но должна была держать себя в руках. Потому что должна была пойти с Гармони в бутик. Весь этот опыт, когда мы ходили с ней по бутикам, был хорош для того, кем я хотела стать и чего хотела достичь. Я не могла отказаться, чтобы накричать на Лео. Но, чёрт возьми, все старые подозрения всплыли в моей голове. Именно так. Как по щелчку пальцев, всё вернулось. «Могу я тебе позвонить?» «Нет, я с Гармонией. Мы направляемся в бутик». «Черт, Марго. Я не хочу объяснять все в сообщении. Могу я уехать из кампуса и приехать к тебе?» «Не волнуйся. Я заеду в кампус, когда мы закончим. Думаю, это даст тебе время подготовить правдивый рассказ». «Все совсем не так. Совсем». Я подавила в себе ту старую знакомую ярость. Чёрная дыра, в которой я поселилась, твердила: «Сожги. Уничтожь дотла. Сожги его дотла». Но я не хотела этого. Не хотела причинять ему боль. Просто мне уже казалось, что я сама сжигаю себя дотла. «Поговорим позднее». «Пожалуйста, не думай об этом весь день. Это было безобидное собрание». «Всё, что касается вашей команды, никогда не бывает безобидным». Затем я засунула телефон обратно в сумочку и поклялась не обращать на него внимания, пока не закончу разговор с Гармони. – Все в порядке? – спросила она, когда я наконец добралась до нее. – Ага. Все просто прекрасно. – Ваш разговор с Марком выглядел напряжённым. – Она выгнула бровь, когда мы вышли из комнаты. – О да, – ответила я, – он не в восторге от нас с Лео. Гармони хихикнула. – Думаю, что именно так. Но кто может устоять перед Лео Коноваловым, верно? Мне хотелось проворчать себе под нос, что я, конечно, пыталась и держалась, когда он вёл себя как придурок. Но это ничего бы не решило. Мне нужно было сначала поговорить с Лео, а не жаловаться на него одной из его многочисленных бывших. – В значительной степени, – наконец сказала я. – Марк вообще ревнивый тип. – Это я заметила. – Я всегда удивлялась, что вы были вместе, – сказала Гармони. – Что ты переметнулась от одного мужчины к нему, а потом обратно. – Все было не совсем так. – Всегда есть что-то не совсем так, – Гармони подняла руки. – Поверь мне. Я не осуждаю. У нас с Лео запутанное прошлое. Я понимаю, каково это – совершать глупости из-за парней. Парень, с которым я встречалась раньше, начал встречаться с другой. Мне хотелось насолить ему, ударить побольнее, чтобы он умолял меня вернуться. Я ненавижу это чувство. – Прости, – машинально ответила я. Хотя я была лишь наполовину в этом разговоре. Мне хотелось порыться в сумке и прочитать ответ Лео на телефоне. Но я не стала этого делать, потому что мне нужно было успокоиться, прежде чем я ворвусь к нему в кампус и наброшусь на него. – Не извиняйся. Мой парень оказался придурком, – Гармони улыбнулась мне. – А вот и бутик. Боже, я снова ругаю себя за то, что надела каблуки. Приходится столько ходить. На таких мероприятиях всегда говорят, что мы можем сменить обувь на более удобную, но я никогда этого не делаю. Гармони говорила и говорила, когда мы вошли в первый временный бутик. А я старалась не обращать внимания на жужжание телефона на дне сумки.