Глава 2

Ульяна Наверное, это произошло бы – черт знает каким фантастическим образом – если бы не мой разум, пискнувший в последний момент, что целоваться с Платоновым никак нельзя! Иначе наш поцелуй запустит необратимую реакцию и зелье сработает. Поэтому я успела повернуться щекой, а губы Платонова ткнулись мне в ушко: – Какой у тебя размер, Семенова? – Ч-ч-что? – Размер! – настойчиво повторил Платонов, скользя губами по уху. От его жаркого шепота мурашки расползлись по телу приятной волной. – Р-р-размер ноги? – Размер всего. Впрочем, не отвечай. Я сам проверю! – многозначительно пообещал босс и шмякнул обе ладони на мой зад, сжав его хорошенько. – Ах! – выдала я возмущенно. – Что вы творите? – Так, тут все ясно! – ответил невозмутимо. – А с молочными железами у нас что?! При этих словах босс переместил ладони на мою грудь и беспардонно сжал пальцами. – Не может быть! – хмыкнул недоверчиво и прошелся вверх и вниз, крепко, по-мужски исследуя тело. – Неужели тебе есть чем похвастаться, а сразу так и не скажешь! Лифчик неудачный, что ли?! – Хватит! – выдохнула я, едва держась на ногах. Я покачнулась и совсем размякла от собственнических касаний, а надо было залепить ему пощечину! – Гут! Зер гут! – одобрительно кивнул босс и присел на корточки, потянул мою ногу на себя. При этом мне пришлось схватиться за его голову, чтобы устоять на ногах. – Тридцать седьмой размер! – констатировал босс, повернув мою ступню. – Тридцать седьмой размер и трусы-парашюты в горошек! – хмыкнул, заглянув под платье. – Хватит! Платонов тем временем выпрямился и забросил на плечо руку, по-товарищески, как будто, но при этом его губы скользнули по скуле и снова зашептали. – Признайся, Семенова… – В чем? – Можешь мне во всех постыдных грехах признаться, сегодня я добрый, все грехи отпущу! – ухмыльнулся. – Но сейчас меня интересует другое. Ты машину водить умеешь? – Машину? Какую? – Обыкновенную. Легковую. Седан. Мерс, если быть точным. – Я… Я в деревне трактор водила иногда, когда наш дядь Митяй напивался до… до неприличного состояния. – Мерс не трактор, конечно! – призадумался босс. – Волгу тоже водила, мне доверяли. – Мерс подороже Волги будет. Так что водить придется аккуратнее! – Но почему я? – Потому! Сегодня день на календаре какой? Пятница. Скоро третье воскресенье июня. День медика! Все уже празднуют… – Ааах! – из головы вылетело, поэтому в клинике все такие веселые. – Простите! С грядущим праздником вас, Андрей Викторович. – Угу! Мне нужно в аэропорт, деда встретить. – Ааа… Постойте, но зачем вам я? – пролепетала, пытаясь слишком сильно не пялиться на мужчину. Но не получалось. Он казался мне красивым, и чем дольше я на него смотрела, тем красивее он становился. Мне даже родинка на виске Платонова начала казаться безумно сексуальной, хотелось ее облизнуть: что за напасть такая?! Я пыталась быть сдержанной, плотно свела бедра, между которыми назревал какой-то ураган из непривычных ощущений. Охнув, я вспомнила обещание знахарки: мол, влечение увеличится в десятки раз, главное, сразу приступить к делу. Нет-нет! Нужно сосредоточиться на главном. Переждать! Уверена, все пройдет! Само собой, как ветрянка. Просто переждать, подумать о важном: вот боссу нужна помощь. В пот бросило. Грудь заныла. – Мой дед, звездный хирург-кардиолог! Видимся мы довольно редко. Когда дед прилетает, старику льстит, что внук встречает его с помощницей. Вроде как это для него почетно и является признаком моих достижений. – А красную ковровую дорожку не раскатать? – ляпнула я. – Ковровую – отставить, каравай – тоже. Но пышный букет купить придется и тебя приодеть. – Зачем? – Затем! Непрезентабельно выглядишь, только опозоришь меня. Директор клиники и помощница в ночнушке! Пффф… – фыркнул босс, зачем-то оттянув воротник платья и заглянув внутрь. – Так я и думал. Не лифак, а стыдоба! Ничего, куплю тебе новый. Пойдет в счет премии! Главное, перед дедом не опростоволоситься, а то обидится, что я встречаю его не как положено. – Есть же водители. – Одиннадцать утра, а все водители, что не за рулем, уже накалдырились. Сам я после дежурства, за рулем не рублю, могу на светофоре уснуть! К тому же немного пригубил! В общем, за руль мне нельзя, так как тачку могут тормознуть. На мне штраф висит неоплаченный. Если тормознут, а я с амбре… Точно заберут права! И никакие знакомые мне уже не помогут, потому что не в первый раз сие безобразие я устраиваю! – хохотнул босс. – Так что выручи, конопатый дружочек. Отвезешь меня до квартиры, чтобы я мог переодеться, потом порхаем в магазин за приличным платьем для тебя, а оттуда до аэропорта и обратно – вместе с дедом! Должны успеть. Если все пройдет без происшествий… – подчеркнул. – Озолочу, Кузя. – Я… Ульяна! – Мда? А так на домовенка Кузю смахиваешь! – рассмеялся Платонов и потащил меня за собой. – На кого я смахиваю? – На домовенка. Домовенок Кузя. Ну ты, чего, мультик не видела такой? – Не видела. – Э-эх, молодое поколение, классики жанра не знают! Ну ничего, я тебе этот мультик покажу! – пообещал Платонов и неожиданно крепко обхватил меня за талию, спустив ладонь чуть-чуть ниже. Знала бы я, что спустя час босс мне совсем другое кино покажет, для взрослых, бежала бы прочь… Но тогда я решила так: если не целоваться, то зелье не сработает. Ошибка. Досадная, глупая ошибка. Моя вина. Целиком, моя… * * *– Слушай и запоминай! Это газ, это тормоз. Дополнительная педалька – это… – Сцепление, я знаю. Механика, – выдохнула с облегчением. – Справлюсь. Я молча вставила ключ в замок зажигания, мотор заурчал. – Ну? Чего с места не трогаемся? – поинтересовался босс. – Обороты слушаю. – А? – Загоните машину на автосервис, пусть проверят подшипники коленчатого вала. Машина хорошая и мощная, а звук неправильный. Так быть не должно. Есть проблемы, – констатировала кратко. Машина тронулась с места. Я напряженно вслушивалась в звук двигателя. – Я бы вообще не рекомендовала ездить. Слышите? – Что? – Звук нахлестывает. – Так! Не надо при мне механика-экстрасенса изображать. Главное, до аэропорта и обратно, поняла? Этому Мерсу лет двадцать, любимая машина деда. Я бы давно от старика избавился. От тачки, в смысле, но дед, когда прилетает, только на этой машине признает передвижение. В общем, стоит этот старый ржавый конь механический в гараже рядом с моей новой лялькой, только место занимает! – пожаловался Платонов. – Раз в год выгоняю, клянусь Гиппократом. Так что рули в аэропорт без приключений, Кузя, и обратно, цены тебе не будет. – Я не Кузя, а Ульяна. – Не бухти, Кузя, а вот на следующим повороте поверни налево. – Все же отгоните машину на автосервис. Нехороший звук, говорю вам. Платонов посмотрел на меня пренебрежительно. – Ну тебе-то откуда знать! Ты же слабый пол! Девушка, в конце концов! У вас там ноготочки-реснички-каблучки – потолок! Я чуть не задохнулась от возмущения. Если такие женщины составляли круг общения Платонова, неудивительно, что он до сих пор был не женат. Кто же женится на пластмассовой пустышке?! – Я в селе росла, наш сосед, дядь Митяй, в технике разбирался, как никто другой. Всю технику от велосипеда до автобуса мог починить. – Это тот же самый дядь Митяй, чей трактор ты угоняла? – Ничей трактор я не угоняла! – отозвалась обиженным голосом. – Отгоняла на место, когда дядь Митяй был не в состоянии даже трактором управлять. Любил выпить немного. А в целом, он хороший человек с золотыми руками! Наверное, у него научилась кое-чему. – Чудо, а не женщина! Кофе сварила, механической коробки передач не испугалась, на звук проблему определяешь! – хмыкнул Платонов. – А твоей маме, случайно, зять не нужен! – игриво шлепнул меня по коленке босс. – Во-первых, вы пристегнуться забыли. Во-вторых, зять у мамы уже есть! В-третьих! – Ну-ну? – оживился босс. – Что там в-третьих? – Вы слишком взрослый, чтобы стать зятем моей мамы. – Кузенька, ты меня сейчас стариком, что ли, обозвала? Тебе лет полных сколько? – Девятнадцать. Двадцать лет исполнится завтра, но об этом я умолчала. – Пф! А мне с… – закашлялся. – Я в меру опытный, но очень активный мужчина. Впрочем, проехали. – Да, действительно. Тема спорная. А еще так жарко! Просто невозможно. – Проехали, говорю, Кузя! Нужный поворот проехали! Платонов дернул руль у меня из рук, от неожиданности я вцепилась в него крепче, чем надо, но Платонов был сильнее. Получилось, что вместо простого поворота машина понеслась прямиком в столб! – Тормози! Тормози, кому говорят?! – Не работают у вас тормоза! Я вдавила педаль и ничего не произошло! Бух! Машина все-таки затормозила. Передним бампером о столб. Авария… На ровном месте! Ну что за день сегодня такой?! От досады и шока я замерла, глядя перед собой. – Кузя! Кузя, ты цела? Голова? Шея! Платонов начал ощупывать меня длинными, сильными пальцами. – Руки… Ноги… Почему-то моим ногам Платонов уделил больше внимания и времени, чем было необходимо! Зачем-то ощупал бедра высоко под платьем. Хуже было то, что его прикосновения вызвали неконтролируемый жар во всем теле. Особенно мучительно пульсировало внизу живота, а огонь стремительно пожирал все – буквально каждая клеточка ныла от сильного и неистребимого… Я буквально задыхалась и хотела, чтобы он продолжил меня трогать. Это было ужасно и прекрасно одновременно! Я изо всех сил стиснула бедра, Платонов отстранился от меня, часто задышав. – Это вы виноваты! Зачем руль дергали? – Не спорь с мужчиной. Мужчина всегда прав! – Самодур! – вспыхнула я, посмотрев в сторону мужчины. Он выглядел странно: был напряжен, взбудоражен. Зрачки сильно расширены, а губы приоткрыты, выпуская частые выдохи. Я залюбовалась его лицом – мужественным и красивым, «залипла» взглядом на его губах и всхлипнула. – Не реви только! – предупредил босс и зачем-то обхватил меня за шею. Его пальцы на затылок, запутались в волосах. Жест вышел резким и жадным. Я не успела возмутиться, а его губы уже набросились на мои глубоким, уверенным поцелуем. – Что вы делаете? – пробормотала я, оттолкнув мужчину за плечи. – Успокаиваю тебя. Стресс, все дела. – С-с-спасибо, но стресса у меня нет. – Не спорь с врачом, мне виднее, когда и у кого стресс! – заявил, сверкнув глазами. Я задрожала, разглядывая его спортивную фигуру: широкие плечи, крепкая грудь, острый кадык на шее и правильное лицо. Слишком правильное. Слишком красивое! С трудом я отвела взгляд в сторону и задрожала, разглядывая собственные руки, лежащие на коленях, и перебирающие подол простого платья. – Какая у тебя бледная кожа, – задумчиво произнес Платонов. – А россыпь веснушек… Я поежилась: конопатая даже на руках! Даже коленки… – Как созвездия! – выдохнул Платонов. Я затрясла головой, думая, что он шутил, посмотрела на него и… пропала, утонула в глазах небесного цвета! Мне показалось, будто небо опрокинулось на меня и придавило весом, а это всего лишь босс придавил меня к сиденью и начал целовать, гладя коленки, пробираясь под платье. Когда он оттянул трусики и коснулся меня между ног, я простонала, тело заискрило и пульсировало. – Мокрая, трындец… – рыкнул Платонов. Он начал целовать меня и одновременно с этим двигал пальцами между ног. Неожиданно стало горячо-горячо и невозможно выдерживать напор, внутри что-то напряглось, а потом схлынуло волной по всему телу. Я застонала еще раз, прикусив губу Платонова, забыв обо всем: что нас могли видеть другие водители, в том числе. Наверняка видели! Иначе бы не сигналили люто! – Кончила. За секунду… Сокровище недотраханное… Новый гудок. Платонов оторвался от моих губ и внезапно вылез из машины, затряс кулаками, громко и матерно посылая нетерпеливого водителя на хутор, не только бабочек ловить, а грязно и непристойно с ними совокупляться! Пока я сидела, пытаясь перевести дыхание и осознать, что только что случилось с моим телом. Таких эмоций я не испытывала ни разу! Как будто током ударили, но до чего же приятно! Это то самое? Удовольствие, о котором девушки шепчутся, сверкая глазами?! Додумать мне не дали. Тот же самый Платонов – или просто лучший в мире мужчина, рывком распахнул дверь, вырвал меня из нутра салона Мерса и повалил на плечо. Я даже пискнуть не успела, как он быстро перебежал через дорогу, обогнув стоящие автомобили, и переместился на тротуар скорым шагом направляясь к какому-то зданию. – Что вы делаете? – всхлипнула я, получив шлепок по попе. – Здесь в двух шагах – отель! – отозвался. – Не переживай, в аэропорт успеем…