Эпилог

Ульяна Родители просили, чтобы мы с Андреем не стали откладывать свадьбу в долгий ящик. Свадьбу играли долго. Сначала в городе, потом в деревне. Родители настояли, что надо отдать дань уважения сельчанам, которые отважно бросились спасать Андрея из горящего дома. Гуляли всей деревней… Без курьезов не обошлось, но еще интереснее было то, что свадьба получилась тройной: мы с Андреем, участковый Терешков со своей Настасьей и… Наверное, никто бы не догадался, но третьими были Николай и Алевтина. Гореловы настояли, чтобы Коля женился на Алевтине, которая была беременна от него. По словам мамы и папы Алевтина понравилась родителям Коли – серьезная, целеустремленная, взрослая. Такая вцепится в Колю и научит его уму-разуму, вот так примерно дословно звучали родителей Коли. А что? В итоге, за что боролся, на то и напоролся! На свадьбе были все друзья и знакомые и с моей стороны, и со стороны Андрея. Одно появление Марселя покосило всю женскую половину села Лютиково, кому было от десяти и до девяносто девяти лет. Андрей подшучивал, что очередь до сеновала с Марселем могла выстроиться на километр. Мне же не терпелось оказаться с любимым мужем наедине. Я искренне гордилась Андреем и тем, как он с честью выдержал все испытания – и серьезные, и нелепые, и даже опасные для жизни. Наверное, только такой мужчина и мог бы поразить меня в самое сердце. Мой… Только мой! – Моя… Наконец-то! Бросай чертов букет и айда повторять ночь молодоженов! – Снова ночь молодоженов? Уже была! Недавно… – Теперь по-деревенски! И не забывай, что еще у нас месяц медовый и отпуск на сказочном Бали, – ухмыльнулся Андрей. – Тебе понравится, обещаю. Бросай букет скорее и айда заниматься любовью! Букет взлетел и приземлился прямиком в руки моей подруги, Ленке Шатохиной, возле которой подозрительно часто я замечала Марселя. Могу на что угодно поспорить, что он смотрел на мою подругу с аппетитом и намеревался исполнить святой долг друг жениха: переспать с подружкой невесты! Я протиснулась через толпу, обняла Ленку. – Лен, ты с этим красавчиком поосторожнее! – шепнула я. – Знаешь, как о нем отзываются? Бабник он… Только пользует девушек. – Конечно-конечно! Помню, что нельзя с ним! Ни-ни! Ни в коем случае! – закивала Ленка, но стоило мне на метр отойти, как эти двое словно прилепились друг к другу! – Брось, большие, сами страхаются. – Андрей! – То есть разберутся-разберутся, конечно же! Пошли, поскорее в укромное местечко… – подгонял меня любимый. Наконец-то мы остались наедине… Только я и он, пылающие страстью и дышащие любовью. * * *Спустя несколько летВ нашем доме редко бывает тихо. Всегда слышны голоса детей, кто-то приезжает в гости, кто-то уезжает, с дружным тявканьем носится вокруг подрастающий щенок овчарки, который никак не хочет спать в веранде, хитро проникает в дом и изображает из себя взрослого. Сейчас он порыкивал и довольно воинственно пытался укусить за пятки Марселя, который заглянул к нам в гости после очередной командировки. Он бывал у нас так часто, что заходил словно к себе домой. У него даже была своя полка с домашней одеждой… – Где вишневый пирог? – поинтересовался он, опустив фуражку пилота на стойку. – Нет пирога, ты не успел немного. – Андрей сожрал? – предположил Марсель. – Скоро не влезет ни в одну форму врача, придется шить на заказ! – Молчи, кто бы говорил! – немедленно отозвался Андрей, появившись с маленькой Таней на руках. – Ты же к нам только за домашней едой заглядываешь. Смотри, это заразно… Где ты потом искать себе жену будешь? Хозяйственную, скромную, горячую… Такая только одна на всем белом свете – и она – моя жена! – А я не ищу. Зачем? Мне и так неплохо живется! Работа, достаток, девушки… Все при мне. От суеты я и у вас неплохо отдыхаю! Ладно, Ульян. Нет вишневого пирога, давай, какой есть. – Только запеканка осталась творожная. Будешь? Марсель задумался. Потом в дверь позвонил кто-то. Марсель мгновенно согласился: – Давай, пока есть! У вас не дом, а двор проходной какой-то! – пожаловался. – Как я ни загляну, постоянно приезжает кто-то еще. – Откроешь, Андрей? – Открою, конечно. Танюш, потискай Персика, – разрешил Андрей, опустив нашу годовалую дочку на мягкий коврик. Дочка с готовностью подползла к большой корзине, где обычно лежали все мягкие игрушки, выбирая из них большого мягкого кота, персикового цвета. – Ма, опять она все раскидала! – пожаловалась Варя, наша старшая дочь. – Я только собрала. – Умница, а теперь просто поиграй с Танюшкой, и собирать пока не надо будет. Позже успеем. – Давай, я в мирковолновку запеканку поставлю! – засуетился вокруг меня средний сын, Илья. – МиКРоволновку, Илюш. Держи, конечно! Марсель напрягся. Илья всегда оказывался рядом, когда Марсель появлялся у нас, и пытался помочь мне в обслуживании гостя, но частенько делал что-то не так. То прольет, то обронит… Кажется, я поняла, в чем причина: Илья, затаив дыхание, смотрел на фуражку Марселя. – Илья, ты на сколько минут греться запеканку поставил? Сынишка услышал не сразу. В итоге запеканка получилась дымящейся от пара, перегретой. – Ничего, съем понемногу! – ответил Марсель, обдувая еду. – Дашь Илье фуражку померить? – попросила я. – Пилотом стать хочешь? Илья закивал быстро-быстро. Марсель опустил на голову сынишки фуражку, тот засветился от счастья. – Мама, сфоткаешь? – прошептал едва дыша. – Первый пилот Платонов Илья Андреевич на борту, самолет готов к отлету! – рассмеялся Марсель. – Проходи, не стесняйся, будь, как дома… – послышался голос Андрея, встретившего очередного гостя. Но услышав, как Марсель представлял нашего сына пилотом, Платонов заявил громко. – Какой еще пилот? Будущий хирург! В нашей семье все врачи, изменников родины нет и не будет! Илья немного расстроился. Я обняла сынишку и поцеловала его в щеку: – Не переживай, ты станешь тем, кем захочешь. А с папой мы договоримся, хорошо? Илья закивал и, спросив разрешения у Марселя, побежал красоваться фуражкой перед зеркалом и фотографировать себя. – Угадай, кого я привел! Ни за что не угадаешь! Смотри… Андрей поманил рукой кого-то. Я громко ахнула, при появлении Ленки Шатохиной. – Шатохина! Тебя просто не узнать! Я попыталась вскочить с барного стула, но подруга махнула рукой. – Сиди, у тебя такой живот большой, там точно один ребенок, а не два? – спросила она с сомнением. – Сама подойду, обниму! – Один, точно один… Но крупный… Леша у нас богатырем будет! – Все по тому плану, да? – поинтересовалась подруга, обняв меня и обдав приятным запахом дорогих духов. Не только я была поражена встречей с Шатохиной, Марсель тоже застыл, не донеся ложку с творожной запеканкой до рта. – Так давно не виделись! Тебя все потеряли… Как ты? – поинтересовалась я. Ленка Шатохина пропала почти сразу же после нашей свадьбы. Не знаю, что у них было с Марселем, но кажется, точно что-то было. По тому, как сильно рыдала Ленка и ни с кем не хотела общаться после свадьбы, я предположила, что Марсель, переспав с ней, не захотел продолжить общение с деревенской простушкой. Полностью в его духе! Потом Ленка то давала о себе знать, то снова пропадала, многого о своей жизни не рассказывала. Мы поддерживали связь по переписке, я постоянно приглашала ее к нам в гости. Теперь она решила нас навестить и выглядела просто потрясающе. Ленка перестала красить волосы в белый блонд, вернула себе приятный природный темно-русый цвет волос, немного исправила нос, убрав горбинку. Очевидно, она много времени проводила в спортзале, потому что ее фигурка в белом брючном костюме с коротким топом выглядела просто шикарно! Красавица, глаз не отвести… Даже Марсель завис настолько, что не заметил, как творожная масса шлепнулась с вилки на его костюм, осев белой кляксой в районе ширинки. – Так рада тебя видеть, Ульяш! Только я уже не Шатохина! Тетерина Елена Анатольевна, – представилась она, продемонстрировав обручальное кольцо с большим бриллиантом. – Ого! Расскажешь? Марсель издал странный звук. Шатохина, ой… Просто Ленка, но я так привыкла называть ее Шатохиной, обернулась с легкой улыбкой. – У вас, господин пилот, изо рта что-то выпало. Кажется, челюсть. Ох, вот теперь я узнаю Ленку! Острая на язык, как бритва, прежний задор в глазах появился! – Пойдем, посекретничаем, – пригласила подругу в другую комнату. – Мужчины сами разберутся. Варюш, подашь мне Танечку, а то наклоняться неудобно… Скоро рожать. Четвертый ребенок в нашей с Андреем семье. Лешка, как мы его все называем, крупный малыш. Ходить с ним уже тяжело, до родов осталось совсем немного… Переместившись в маленькую гостиную, я опускаюсь на диван, Танюшка мгновенно забралась ко мне колени и слушала наши разговоры, возясь с моими бусами. – Никак не могу перестать называть тебя Шатохиной! – Не поверишь, еще сама не привыкла, – ответила она, теребя толстую золотую цепочку. – Расскажи, как ты встретила мужа? Какой он? Так не терпится все узнать… Рассказывай! Ленка почему-то отвечала общими фразами и ловко переключила внимание на меня: – Лучше ты о себе расскажи. Как живете? – Потихоньку. Я детьми занята, в основном. Андрей вернулся к хирургической практике, но берется только за самые сложные случаи. В основном, больше консультирует. Он до сих пор управляет клиникой, на пару с Марселем. Кстати, ты так и не сказала, что у вас было? С Марселем! – Было и было! – Ленка отмахнулась. – Я не вспоминаю даже! Тоже мне… Плейбой! Тьфу, я его почти и не заметила… – Ага. Показательно его припечатала! Хвостом покрутила… Что у вас произошло тогда? – Вот пристала! Ничего особенного… Потрахались и разбежались. Вернее, я решила, что в городе с ним пересекусь, после рейсов его ждала, а он как-то с такой красоткой стюардессой выплыл и дал мне понять, что деревенский вариант Хатико ему не нужен! Вот и все… Больше ничего не было. – Ох, жестко он… – Сама виновата. Ну ничего, дело прошлое… – улыбнулась Ленка как-то натянуто. Я внимательно к ней присмотрелась. – Ты… до сих пор к нему чувства испытываешь, что ли?! – Нет! – ответила подруга чересчур быстро. – Ты про мужа с таким жаром не рассказывала. Тетерин… Кто он такой? Хороший человек или один из тех, кого ты всегда надеялась подцепить. – Я много на что надеялась и много, о чем бравировала. А по сути, дурную славу мне еще в Лютиково приплел парень, которому я в сексе отказала. В отместку мне он начал рассказывать сплетни, будто я сто лет как не девочка и всем давала, еще и фото мои откровенные многим парням показывал, которые сам же выклянчивал на свидании… Козел! – Я и не знала! Ты всегда так уверенно говорила о многих парнях, о встречах! Рассуждала о том, как нужно вести себя и как быть… – Больше бравировала. По пальцам одной руки можно пересчитать тех, с кем у меня был интим. Вот так! – Марсель тебе в сердце запал. – Ничего подобного! Давай закроем эту тему! Лучше, скажи, как ты справляешься с тремя детьми! Еще и четвертый на подходе… Как представлю, сразу шок… Мне бы и одного хватило! – А сама ты детей не хочешь? Родители внуков не просят? – Еще не хочу. А что касается, родителей, у них без меня еще четверо детей! Все внуками стараются наградить на выходные. Сплошной бедлам… Долго объяснять! – вздохнула. – Хотя бы мужа покажи? Ленка начала долго рыться в галерее, выбирая самое удачное фото, в комнату вошел Андрей с Марселем. Ленка быстро спрятала телефон, начала смотреть в другую сторону, игнорируя Марселя. – Как насчет совместного вечера? Небольшая вечеринка, только для своих! – предложил Андрей. – Не знаю, согласится ли муж прийти! Он так занят! – мгновенно взвилась Ленка. – А без него я не приду. – Тетерин? А не тот ли это оскандалившийся юрист? – подал голос Марсель, сверля взглядом Ленку. – Ох, мне уже пора! Муж спрашивает, где я, а у нас столик заказан в ресторане! Побегу готовиться к светскому рауту! – мгновенно засобиралась Ленка. Мы проводили ее, а потом Андрей ткнул Марселя в бок локтем: – Что, жалеешь, приятель? – О чем ты? – О том, что деревенщину лишь разок прокатил на турборежиме… Смотри, какая стала! – Андрей! – сказала я с укором. – Я? Я – ничего, это у Марселя при виде Шатохиной штаны раздулись, как палатка туриста! – рассмеялся Платонов. – Меня только одно интересует… Андрей прокрался ко мне и зашептал на ушко. – Жду вечера. Дети уснут, и тогда я займусь твоей сочной писюшкой! Надо расслабить тебя хорошенько перед родами… – Кажется, у вас тут лайтовый разврат намечается, третий лишний! – отсалютовал Марсель. – Пошел я! Провожать не надо, дорогу сам найду. – Лайтовый разврат для моей голодной писюшки… – шепнул Андрей, заставляя дрожать. Я нашла его губы своими и поцеловала, дрожа от предвкушения. Столько лет прошло, а меня до сих пор в жар бросало от его словечек и проказ. Одним словом, любовь…