Глава 45

Андрей События последних дней – сплошная чехарда и вереница из знакомств. Меня благополучно выписывают из больницы, и все те знакомства, которые уже были произведены наспех, теперь повторяются, но уже в чинной обстановке и с непременным исполнением закона: мы были у вас в гостях, а теперь и вы приезжайте! И еще один заход, но теперь уже с официальным сватовством! Просто заколдованный круг пребывания в гостях! Наконец, удалось отведать знаменитые мясные шанежки мамы Тани. Кажется, она совсем не против, чтобы я ее так называл, а вот у Алексея Владимировича немного глаз задергался, когда я назвал его папа Леша. Ульяна шикнула, заметив, как на моих губах расползлась немного ехидная улыбка. – Прекрати, Андрей! – заявляет строго. – Что ты папу дразнишь нарочно? Он же больше не против, дал благословение! Посмотри, с твоими родителями нашли общий язык, один ты нарочно ерепенишься! Неужели передумал на мне жениться? – Я тебе язык за такие слова, нахрен, под самый корень откушу! Поняла? – Да уже откуси! Хоть что-нибудь! – фыркает, отвернувшись. – Не понял… Ты… Ты меня провоцируешь, что ли? – удивляюсь я. Пока родители между собой болтают, я, пользуясь случаем, сжимаю коленку Ульяны под столом, чуть-чуть задрав платье. Сразу же вижу, как по коже поползли мурахи крупные. – Не лапай меня на виду у всех, – шепчет с придыханием. Палю по сторонам, все заняты, болтают. Беседа веселая, со взрывами смеха. Все немного выпившие, кроме меня и Ульяны. Ей просто нельзя, а мне не рекомендовано специалистом по восстановлению после отравления угарным газом, то есть отцом. Да и дед тоже иногда поглядывает, словно боится, что я от радости отправлюсь в запой, похожий на тот, в который я нырнул после расставания с Ульяной. Но мне этого совсем не надо. Я пьян и без всяких веселящих средств! Пьян свой рыжулей… – Мне нужно выйти на свежий воздух, – говорит Ульяна чуть громче, словно извиняясь перед собравшимися за длинным столом. – Тебе плохо? – моментально беспокоиться начинаю. – Немного подташнивает, из-за духоты. – Пойдем, я провожу тебя! Мгновенно поднявшись, выходим из-за стола. Выбравшись на прохладный воздух, вдыхаю его полной грудью. На улице свежо и немного прохладно после недавно пролитого дождя. Деревья почти голые, осень быстро отвоевывает свое. Обняв Ульяну за талию, проникаю теплыми ладонями под куртку, опустив на ее живот. Еще совсем плоский, без малейших намеков на беременность. Но я точно знаю, что там внутри нее уже есть частичка меня. Это все Я, думаю с гордостью. – Легче стало? – Намного, – выдыхает Ульяна, немного зевнув. – Извини, меня спать тянет. Что-то я устала за последние… – За последние две недели. Эти гостевые посиделки и поездки кого угодно с ума сведут. – Угу… Твои родители мне очень нравятся, не пойми неправильно! – спохватившись, добавляет. – Твои тоже весьма приятные люди. Даже папа Леша, обещавший мне показать самые рыбные места. Ульяна начинает хихикать. – Скажи, а ты рыбак? – Нет, а что такое? Ульяна смехом заливается. – Ничего. Я с папой поговорю насчет вашей будущей рыбалки. – Да что такого? – Ничего! Ты, главное, в одиночку не отправляйся никуда, когда папа будет клясться, что на таком-то километре местной речки, у вот такого изгиба обалденный клев! Мало ли что… – Один? Нет… Я еще Марселя с собой возьму! Приучим мажора к деревенскому шику! Ульяна снова смеется звонко, даже слезы вытирает. – Чувствую, рыбалка вам надолго запомнится. Ну ничего, я буду стоять на том, чтобы папа с вами тоже отправился. – Тьфу, думаешь, мы без него не разберемся? Разберемся! – обещаю уверенно. Моя рыжуха снова хихикает. Я вжимаюсь в нее крепче, бедра прилипают к ее твердой попке. – Аааах… – В чем дело, рыжая? Писюшка хозяина почувствовала? Крепко фиксирую ее бедра, толкаясь размеренно. Еще больше аппетит разгорается, кровь становится жидким пламенем. – Хозяина? Пфф… Самомнения тебе не занимать! – Ах, не хозяин я ей? – возмущаюсь. – Пойдем. – Куда? – На проверку! – двигаю бровями и не выдерживаю, меня прорывает и несет. – Плевать, куда! Но хоть куда-нибудь! Пока мы одни. Только ты и я! Сглатываю слюну, с трудом сдерживаю гул нарастающего желания. Член рвет трусы! – Ульяна, блять, я щас взорвусь! Эти гости, поездки бесконечные, снова гости… В доме и в квартире постоянно есть кто-то! Блять, я шизею! Я ебнусь скоро! – выкладываю как есть. – От недотраха. – Огоооо… – выдыхает удивленно. Ульяна вырывается из моих рук, разворачивается и рассматривает меня пристально, потом обнимает и целует сладко-сладко, до потрясающего головокружения и сотрясения всех жизненно-важных органов. А потом она вдруг резко… за член меня хватает через брюки. Бля, я дурею с ее цепких и сильных пальчиков! – Сожми… Еще крепче! Плевать, где и как, но сегодня я тебя трахать буду! Там, где нам никто не помешает. Хоть в лес отъедем, хоть в поле… Но сегодня я с тебя не слезу! – Наконец-то! – выдыхает Ульяна возбужденно, сжимая меня. – Наконец-то мой любимый и пошлый Платонов вернулся. – Что? – Да… Теперь я чувствую, как тебе меня не хватает. А то ты в последнее время стал такой смирный, такой правильный, такой покладистый… Ульяна проворно расстегивает молнию и проникает, прямиком под трусы, сжимая горячий, каменный до неприличия член. Места мало, но ей хватает, чтобы взять разгон и начать мне надрачивать. Я начинаю ее целовать, задыхаясь. – Шалунья! – Мы в тени возле дома… Никто не должен увидеть! – Даже если увидят, мне по большому счету плевать! Я больше так не могу… Я трахать хочу! – выдыхаю. – Люто! – Я тоже! – целует меня неистовее. – Я тоже, Андрей! – Значит, ты по мне заскучала? – По нам, да… – признается, постанывая. – Очень. Очень заскучала… И понимаю, что нельзя, как кроликам, в каждом углу зажиматься, и вроде что-то есть… – Ага, шоркаемся потихонечку. – Но не то… – Конечно! Совсем не заебись получается… Не на всю катушку. Не по-нашему… – Ух… Мне от твоих слов жарко, Андрей. Если ты меня сегодня никуда не увезешь… – Молчи! Отвесив в припухшие и дрожащие от стонов губы Ульяны звонкий поцелуй, я с сожалением вынимаю проворные пальчики из собственных трусов и чиркаю молнией. – Значит так, сумочку бери с документами и погнали. В город! Ко мне на квартиру. Или нет, жди здесь! Давай лучше я. Мне все равно пиджак нужен. Вдвоем больше шуметь будем. Я один схожу… Потихоньку. – Давай! Боже, Андрей! Не верю, что мы это сделаем! – Сделаем! Терпения больше нет… – прикладываю палец к ее губам. – Все. Тшшшш… Жди меня. Я быстро! Пригнувшись, как шпион, беззвучно в дом проникаю, вдоль стеночки ползу за сумочкой Ульяны и своим пиджаком, в котором лежат все документы и ключи от машины. За столом в просторной гостиной стоит смех и слышатся разговоры, разливается смородиновая настойка, уплетается все, что наготовлено. Я едва дышу. Меня, кажется, никто не замечает. Только дед в последний миг поворачивает голову четко в мою сторону и прищуривается. Я делаю страшные глаза, корчу мины. Мне скоро тридцать восемь, а я как будто впервые сбегаю из-под родительского надзора к понравившейся девушке. Ну же, дед! Пойми, что мне жизненно необходимо провести время с моей возлюбленной. Наедине… Дед отворачивается. Шумно сглотнув, я хватаю сумочку Ульяны, свой пиджак и быстро, как шмель, несусь к дверям, задевая ногой что-то. То ли кастрюлю, то ли ведро пустое! Понаставили ловушек! Гремит, словом. Разговоры затихают на миг, потом слышится звон разбитой тарелки. – Папа, вы неулюжий! – строго произносит мой отец. – Предупреждал же, на край не ставьте. Твердость руки и координация движений уже не те! – Все у меня то, что надо. Просто скользкая тарелка попалась. – Ничего страшного. Сейчас я все соберу. На счастье, тарелка разбилась! – отвечает мама Ульяны. Кухня в другой стороне, внимание отвлечено! Спасибо, дед! Обязательно назову детишек, как ты хотел… – Получилось? Получилось? – спрашивает Ульяна, подпрыгивая на месте от нетерпения. – Да! Да! Бежим! Хватаю ее за руку и, давясь смехом, мы бежим к машине, оставленной за забором. – У меня сейчас сердце выпрыгнет! Я первый раз сбегаю от родителей! – делится моя ненаглядная. Ульяна в этот момент прекрасна. Ее глаза горят, волосы растрепались. В ней сама жизнь и вся энергия бьет ключом, кипят, зажигая меня в ответ. – Я первый раз девушку ворую! Еще и собственную невесту! – отвечаю в таком же раже! Хлопаем дверьми, я лихо кручу развороты на улице, вылетаем на такой скорости, которую Лютиковцы точно ни разу не видели! Отъехав от деревни на пару километров, я торможу машину на обочине. Переглянувшись с Ульяной, синхронно отправляемся на заднее сиденье, поспешно сбрасывая обувь. Она ложится, с готовностью распахивая бедра, я залезаю сверху, целуя. Оттянув ворот платья, ласкаю поцелуями, все, до чего дотягиваюсь – ключицы, яремную впадинку, верхнюю часть груди. Полностью до ее классных титек добраться не получается, фасон платья такой… С нетерпением рычу, справляясь с тугой молнией на собственных брюках. Ульяна помогает мне стянуть брюки с трусами и целует постоянно, громко простанывая мое имя. – Андрей! Я хочу тебя. Андрей. Иди ко мне! – Вот так да… Как хорошо… Только, Кузь, сейчас совсем не романтично будет. Сдвинув в сторону пальцами ее мокрые трусы, врываюсь окаменевшим членом в узкое, жаркое и пышущее жаром лоно. – Ууу… – меня потряхивает, вою от ощущений тесного кайфа. Ульяна впивается ногтями в мою шею, задыхаясь. – Андрей! – Резко, да? – хриплю. – Я слишком резко? – Да, но хорошо. Боже! Наконец-то… Да… Продолжай, – подмахивает мне бедрами. – Возьми меня! – Доберемся до квартиры, я качественно твою писюху полирну, просто сейчас… – начинаю яростно долбиться бедрами. – Оттрахать хочу наше воздержание! Иначе с ума сойду. – Да-да. Я понимаю! Тоже не могу терпеть! Андрей… Не останавливайся… Вот так хорошо! Да… Ульяна извивается подо мной, взмокшая за секунды, буквально. Рыжие волосы разметались по светлым сиденьям. Запах тела любимой дурманит меня похлеще, чем опиаты. Я целюсь поцелуем в ее опухшие губы, всасываю бойкий язычок. Она играет со мной по тем же правилам и вызывает бурю внутри. Моя… Огненная! С ней я горю… Только с ней загораюсь и живу на полную катушку! Окончательно сбрендив, на дурнине снова прочесываю вслух влюбленной пошлостью. – Ох, как я люблю, когда ты такой… – Грязный на словечки? – Откровенный, мой… Настоящий! Люблю тебя! – И я тебя тоже! До безумия. Спаиваемся ртами и телами, дышим одинаково загнанно, но навстречу друг другу перестать двигаться не в силах. Даже кончив, еще долго успокоиться не можем, целуемся, гладим друг друга, ласкаем. – Ммм… Наступает мощный откат, тело парит в эйфории. – Андрей, это так хорошо. Сердце просто затопило… – У меня тоже. Спустя некоторое время приводим себя в порядок, вытираемся, как можем, найденными салфетками. – Мы так спонтанно сбежали! Я никакие вещи с собой не взяла! – спохватывается Ульяна. – Брось, я тебе все куплю. Жить будешь у меня. Наверняка твой папа решил, что выдаст тебя мне только после свадьбы, вот только херушки! Я без тебя жить не собираюсь. Не смогу! – признаюсь открыто. – Тоскую! – По хорошему сексу? – Само собой, но и по тебе – тоже. – И я… Мы переплетаем пальцы. В глубине сумочки Ульяны названивает телефон. – Кто? – Родители, – отвечает она. – Я понял, что нас потеряли, но кто звонит-то? – А я не знаю, – пожимает плечами. – У них это общий… Домашний, с выгодным тарифом. – Что ж, отвечай! – Алло? – задерживает дыхание Ульяна. – Андрей, я знаю, что ты меня слышишь и что это твоих рук дело! – прямо заявляет папа. – Украл мою дочь! – Папа, поверь, я совсем не против быть украденной своим женихом и хочу жить с ним. – Даже до свадьбы? – Да. В ответ слышится ворчание неясное. – Я за него ручаюсь, – слышится на заднем фоне голос деда. – Все будет под моим контролем… Андрей живет со мной! – заявляет важно. Я чуть кашлем не подавился. – Дед! А дед? Ты там настойки не перепил, случайно? Я живу с тобой? Ты ничего не перепутал? Это ты живешь у меня. Причем, временно! Погостить приехал. Все, пора тебе у детей погостить. Не у внука. Я так решил, завтра переезжаешь к маме и папе. – У нас все будет хорошо, не переживайте! – уверенно говорит Ульяна. – Мы часто будем вас всех навещать. Хорошего вечера. Она быстро прощается и откладывает телефон на приборную панель, всем своим стройным телом вытягиваясь. – Поехали, Андрей! Я хочу обещанную ночь! – Ты правильно сказала. У нас все будет хорошо…