Глава 44

Ульяна На скорой Андрея отвезли в больницу. Платонов надышался угарным газом. Я постоянно находилась рядом, сначала возле палаты, а потом добилась того, что меня пустили к нему. Пусть Платонов пока лежал, погруженный в глубокий сон, главное, что он был жив. Он отделался лишь легкой степенью, но я все равно переживала и настояла, чтобы за ним понаблюдали врачи. Пожар в Лютиково потушили. Звонила мама, сказала, что папа выбрался из пожара целехоньким, только немного опалил волосы и брови, но вытащил из домика еще одного мужчину. В момент, когда мама сообщила, что папа жив и почти не пострадал, я выдохнула с громадным облегчением: теперь можно было дышать полными легкими! Кто оказался вторым человеком в горящем доме? Это стало большим сюрпризом для всех! Рядом с Андреем в домике находился… Федор Горелов. Я бы охотно послушала версию Андрея, но сейчас он спал, и мне ничего другого не оставалось, кроме как дождаться его пробуждения и поговорить обо всем. Мне разрешили быть с ним в палате. Настал один из самых сложных моментов, нужно было сообщить родителям Андрея. При Андрее в брюках был его телефон. Я полистала контакты и набралась решимости позвонить его родителям. Считая гудки, я про себя репетировала речь. Мне ответили, и все заготовленные слова мигом растаяли. – Алло. – Виктор Михайлович? – Да, – раздалось в трубке. – А кто это? Вы звоните с телефона моего сына. – Да. Так получилось. Не знаю, слышали ли вы обо мне… Это был первый разговор с родителями Андрея, поэтому я разволновалась немного, но потом напомнила себе, что мне нечего стесняться, надо говорить, как есть, и не тянуть время лишними паузами. Поэтому через секунду я добавила твердо. – Меня зовут Ульяна, я невеста вашего сына Андрея. Он сделал мне предложение. Возникла изумленная тишина. – Кхм… Я слышал от отца немного о том, что у сына появилась девушка. Очень приятно, – добавил все еще удивленно и немного растерянно. – Где сам Андрей? – Именно поэтому я вам и звоню. Произошел пожар. Андрей находится в больнице, адрес я вам сообщу. Он не обгорел и не пострадал, немного надышался угарным газом. Сейчас он спит. Врачи оценивают его состояние, как стабильно хорошее. Но я все же думаю, что ему лучше побыть под наблюдением. – Назови мне адрес, Ульяна. Мы сейчас же приедем. Я исполнила просьбу и назвала адрес, на всякий случай, я отправила его еще и текстовым сообщением. Я не успела отложить телефон в сторону, как услышала голос Платонова. – Думаю, ты понравишься моим родителям. Они оценят то, насколько достойно ты держалась в трудный момент. Его голос звучал так хрипло, почти чуждо. Но все-таки это был голос моего ненаглядного, любимого Андрея Платонова. Я присела на кровать и осторожно обняла его со словами: – Ты проснулся! – Скучал по тебе. – А я по тебе. Ты заставил всех нас понервничать! – произнесла я с нежным укором, смахнув слезинки, повисшие на ресницах. На несколько минут мы просто застыли, обнимаясь и целуя друг друга, я не могла наглядеться на любимого, ерошила его золотистые волосы и повторяла, что люблю. Спустя некоторое время нашлись силы и для разговоров на другие темы, не только о любви. – Как это произошло? В доме был еще Федор Горелов. – Он в порядке? – В полном. Отсыпается, как и ты. Кстати, знаешь кому ты обязан спасением жизни? – Даже не представляю! Но судя по выражению твоего лица я обязан кому-то, кого знаю. Отцу твоему? Я прыснула в кулак. – Ох, если бы! Отец прибыл намного позднее и вытащил из горящего дома Федора, а тебя… Тебя спас… Николай Горелов! – Да ладно! – закашлялся. – Что за бред! Не мог этот червяк меня спасти! Зачем?! – Мог! Спас… Он как раз вел убежавшую корову и случайно оказался рядом, когда я заметила дым. Он тебя вытащил. – Говоришь, я ему обязан спасением жизни? – Да-да. – Нет! – возразил упрямо Андрей. – Ты заметил пожар и дым первой? – Да. – Значит, я обязан спасением жизни тебе, Кузя. И Федор, получается, тоже? Кхм… – задумался. – Значит так, ты – моя невеста. И никаких благодарных поползновений в твою сторону от Гореловых я не потерплю! Черт знает, для чего этот Коля в огонь полез! Может, тебя хотел впечатлить? Так вот, ничего у него не выйдет! И у его старшего брата – тоже! – Успокойся, ревнивец. Я люблю только тебя! – обняла его снова. – Скажи лучше, что в доме делал Федор? – Я случайно встретил его. После того, как обед не задался и резко похолодало, я отправился в дом и наивно решил, что к вечеру печь затоплю по щелчку пальцев! У меня ничего не выходило. Дрова не горели. Отправился я в ваш местный маркет, в поисках жидкости для розжига, там и встретил Федора. Он неплохой мужик, в общем. Узнал, что у меня проблемы с печью и пообещал, что поможет. Мы провозились с этой дрянной печью довольно долго! Но в итоге она разгорелась, стало тепло. Мы пили пиво, разговаривали… дальше не помню. Темнота. Очнулся только здесь, от звука твоего голоса. – Угу… Печники! – вздохнула я. – Только заслонка оказалась почти до самого конца закрытой, которая дым в дымоход пропускает. Не проверили все, как следует! – Проверили! Дым уходил в трубу, немного пыхало, но не критично. Просто эта заслонка еле держалась. Может быть, когда в последний раз дрова поправляли, затронули, и она снова закрылась? – Очевидно, что так. Еще и пожар устроили. Дом полностью сгорел. Одни головешки остались… – Неудобно получилось. Попал я на деньги! – охнул Андрей. – Сколько в вашей деревне дома стоят? – Главное, что ты жив остался, а со всем остальным разберемся. Насчет стоимости… По-разному. Но я тебе так скажу, что буду рядом, когда Настасья станет требовать оплаты. Прослежу, чтобы она нос не задирала и не требовала больше положенного. – Ты ж моя удача! – тепло улыбнулся Андрей и снова прикрыл глаза, зевая. – Кузь, меня так спать тянет. Прости… Ляг сюда. С телефоном. У меня для тебя кое-что есть. Андрей подвинулся, я прилегла рядом с ним. – Наушники бы, – вздохнул он. – Ладно и так сойдет. – Что ты хочешь сделать? – Вот… Андрей загрузил плейлист. – Помнишь наш разговор? Здесь то, что ты любишь. Звук дождя. Шум поезда, когда он вдалеке. Запах скошенной травы я в плейлист загрузить не могу, прости! – Ты нашел эти звуки и записал их для меня? – чуть не прослезилась я. – Да, – как будто немного смутился Андрей. – По плану все должно было идти иначе. Романтичнее… Без преследований, скачков по заборам в пасть собаке, без конфузов и пожаров! – Люблю тебя. Я шла к тебе, когда увидела, что дом горит. Хотела уехать вместе с тобой. – Уехать? И лишить меня шанс стать достойным жителем села Лютиково? – поинтересовался Андрей с улыбкой облегчения. – Давай послушаем? Я поставила звук погромче, легла на плечо Андрея и закрыла глаза, слушая приятный перезвон капель дождя. Мы задремали оба, убаюканные и умиротворенные. – Видишь? Он спит! Не мешай… – шикнул знакомый голос. – Дай посмотреть! Дай… – Ыыыы… Ты мне ногу костылем отдавил, четырехногий! – взвыл мужской голос. – Чего ты там не видел? – Может быть, ты ее уже видел, а я – ни разу! Я встрепенулась и привстала на кровати, поправив взлохмаченные волосы. Дверь в палату была приоткрыта, прямиком на меня уставились две пары глаз. Мужчины. Марселя я уже знала, а второй был мне незнаком – темноглазый, с суровым, узким лицом и на костылях. – Здрасьте. Андрей заворочался во сне, забурчал и потянул меня к себе загребущими руками. – Андрей! Его ладонь шмякнулась на мое бедро, а лицо уткнулось прямиком в грудь, он еще и бормотал мне что-то, шлепал сонно губами, как будто собирался меня целовать. – Андрей, к тебе пришли! Только после ласкового щипка он прекратил меня лапать и проснулся, повернулся в сторону двери. – Ааа… Это вы! – Это мы, – отозвался темноглазый. – Войти можно или ты занят? – Твоими стараниями, Ник, я уже ничем не занят, – вздохнул Андрей. Дверь распахнулась на всю. Первым в палату проковылял мужчина на костылях, за ним вошла высокая, стройная блондинка, последним зашел уже знакомый мне Марсель. Я поправила на себе платье и наспех собрала волосы в воздушную косу. – Это Никита и Женя, мои друзья, Марса ты уже знаешь. А это… Это моя Ульяна! – сказал Андрей, обхватив мою ладонь своими руками. – Та самая рыжая, по которой ты вздыхал, пролеживая мой диван и охая от любовной лихорадки? – уточнил Никита. Я чуть-чуть покраснела, посмотрев на Андрея. Тот сощурился и смотрел на Никиту. – Да, та самая! – Та девушка, что покорила твое черствое сердце? После которой ни на одну бабу смотреть не хочется? – Да! – чуть громче ответил Андрей. – Та самая… – Никита ухмыльнулся и собрался сказать еще что-то, но ему легонько отвесила подзатыльник Женя. – Прекрати, Ник! – строго сказала она. – Смущаешь всех! Вводишь в краску. Веди себя прилично. – Вижу, что обручальное кольцо снова красуется на пальчике Ульяны, – заметил Марсель, улыбаясь. – Да, я сделал Ульяне предложение! – Значит, не зря я купил смокинг! – выдохнул Марсель. – На свадьбе погуляем. – Обязательно! – заверил его Андрей. В дверь осторожно постучали. – Можно? – Это мои родители, – поделилась я с Андреем, узнав голос отца. – Мы пойдем, пожалуй. Было приятно познакомиться. Поздравляю, Андрей! – отозвалась Женя. – Потом будет время познакомиться поближе. Одни покинули палату, а вторые вошли. Я бросилась к папе, обняв. Он остался почти без бровей и было видно, что опалил кожу. – Как ты? – Все хорошо. Ерунда! Отец крепко обнял меня и поцеловал в щеку. – Прости, что стоял на своем. Он отстранил меня и подошел к Андрею, пожал ему руку. – То, что стряслось, заставило меня по-новому взглянуть на все… – он сделал паузу. – Больше я вашим отношениям препятствовать не стану. Но прошу мою дочь любить и относиться к ней с должным уважением, не бросать начатое и не идти на поводу у гордыми. Желаю вам крепких отношений. Совет да любовь. Считайте, что наше благословение на брак вы получили! – Виктор, постучи для начала! – послышался женский голос. Раздался легкий, нетерпеливый стук и одновременно с ним в палату вошли родители Андрея, а за ними маячил его дед. Мои родители обернулись, родители Андрея разглядывали меня и моего ненаглядного, потом смотрели на моих родителей и снова переводили взгляд на меня. – Все в сборе, – усмехнулся Андрей. – Как удобно! Мама и папа, войдите. Дед, тоже входи… Я в порядке. Что ж, будем знакомиться. * * *После знакомства с родителями Андрея, я решила проведать в больнице и Гореловых. По словам врачей, всех, кто пострадал в пожаре, привезли именно в это отделение. Федор приветствовал меня довольно бодро, пошутив на тему того, что сам разучился быть деревенским и не смог растопить печь. Николай находился дальше по коридору. Я знала, что Андрей не станет его благодарить за спасение жизни, но я считала, что нужно сказать спасибо. Коля мог и не лезть в пламя. Кто знает, может быть, именно эти минуты и стали решающими в спасении жизни Андрея. Я постучала, прежде чем войти. – Кто? – послышалось хрипло со стороны кровати. – Ааа… Ульяна! Входи. – Привет, Коля. Как ты? – Как будто у меня внутри все покрыто тлеющей сажей. – Коля, ты герой. Спасибо, что спас Андрея. Огромная благодарность тебе! От всей души… Спасибо! – Зачлось? – поинтересовался он. – Родители мне выговор устроили, и Федор тоже буянил из-за того, как все обернулось в городе… – Зачлось, я на тебя зла не держу и желаю искреннего счастья, – ответила я с чистым сердцем. Едва я попрощалась с Колей и пошла на выход из его палаты, как распахнулась дверь, и в палату влетела Алевтина Гавриловна, бывшая бухгалтерша клиники «Медея». – Опять ты? – нахмурилась она. – Дежуришь у постели Николая? – И не думала дежурить. Просто навестила соседа. Всего хорошего, Коля! Я обошла насторожившуюся Алевтину по большой дуге. – Алевтина. Что ты здесь делаешь? – удивленно спросил Горелов-младший. – Я за тобой приехала. В Лютиково! Откровенная дыра, Николай. Не представляю даже, как ты там прозябаешь… Ты и твой острый ум достойны большего. – Вот как ты заговорила! Я вышла и осторожно прикрыла дверь, но все же немного послушала, о чем говорили эти двое. – Как узнала, что ты в пожаре пострадал, став героем, прилетела сюда. Коленька, я была не права, когда выгнала тебя. Вспылила… Прости меня, пожалуйста… – Вот еще. Наградила меня черт знает чем. – Или ты меня наградил? Давай спорить не будем! Я приехала за тобой не просто так, Николай. У меня для тебя две новости и обе – хорошие. – Ладно, говори! – хрипло отозвался он. – Во-первых, я открыла собственное дело и, зная, насколько ты хорош, предлагаю работать вместе. Во-вторых… – Алевтина выдержала паузу. – Я беременна от тебя! Коля закашлялся. – Это… Точно от меня? – До тебя у меня партнера не было целых два месяца, и после тебя еще никого не было. Да, я уверена, что ты станешь отцом малыша… – Алевтина, я этого всего как-то не планировал даже. Рано мне становиться отцом! – с легкой паникой в голосе ответил Николай. Я решила больше не слушать, отошла с улыбкой на лице, заметив, как в сторону палаты спешили родители Коли. Я поздоровалась с ними, выразила благодарность и скользнула в сторону, а они подошли к палате как раз в тот момент, когда Алевтина еще раз повторила довольно громко и уверенно, даже в коридоре было слышно: – Коля, я оставлю нашего малыша. Аборт делать не стану! Этой мой последний шанс стать мамой… Гореловы застыли на пороге, но вошли. Я оставила их самих разбираться с непутевым сыном, который все же показал себя в последний момент неплохо, и отправилась к своим родителям. Они к этому моменту довольно тесно общались с родителями Андрея и его дедушкой. Заметив кольцо на моем пальце, он довольно приосанился, глаза заблестели. – Дождусь правнуков! – произнес он, вытирая слезы в уголках глаз. – Может быть, не всех, но хотя бы одного понянчить еще успею! Ох, как хорошо! Главное, не забудьте… Илья, Варюшка, Танюшка и Алексей!