Глава 33

Я испытывала ужас и чувствовала присутствие Рейнольда. Очень жаль, но в этот момент я не спала. Элейн застыла справа в напряженной позе. Дейв слева.

Мы даже дышали через раз. Кто там сказал, что факультет темных искусств закончить легче, чем остальные? И способности скрыть легко, и учеба не такая сложная. Мордекай, кажется?

Так вот, декан нагло врал. Уже на втором его занятии мне стало ясно, что Академию я закончу лишь по одной причине. Одного из моих одногруппников сожрёт монстр, и ректор выдаст нам дипломы в качестве моральной компенсации.

После чудовищного утра с кошмаром и ссоры с Рейнольдом я попала на практику с деканом. Нашу тройку поставили против старшекурсников. Декан хотел посмотреть, насколько успешно мы можем противостоять смертельной опасности. Он поставил на землю три флакона заживляющего зелья и велел старшекурсникам нас не щадить. Мол, потом вылечит.

Рейнольд, которого тоже пригласили на избиение младенцев, кровожадно ухмыльнулся. И вот тогда-то я и создала туман.

– Кирман! – рявкнул Мордекай. – Сейчас же убери иллюзию!

– Не надо, – потребовала Элейн.

Она не умела просить, только приказывала. Лощеная аристократка с первого дня в Академии презирала меня, и сейчас не изменяла своим принципам. Элейн кривила нос, но не торопилась выходить за пределы сизой дымки, которую я создала, чтобы спасти нас от Рейнольда.

Старшекурсник медленно распутывал мое заклинание, подбираясь все ближе. Он и еще парочка боевиков сначала рискнули сунуться в туман и тут же получили когтистой лапой по лицу. А что? Я не собиралась защищаться одним туманом. Одновременно я могла удерживать до десяти заклинаний разной степени сложности.

Это большое достижение для мага, но если кто-то узнал бы, как я этому научилась, то начал бы кривить нос как Элейн. Все просто: мама очень не любила, когда я забирала с витрины десерты.

Сладкого в доме всегда было много, но именно за стеклом хранились самые изящные пирожные с идеальными украшениями из горького шоколада и кремовыми шапочками. Они ничем не отличались от других, разве что выглядели лучше. И, конечно, мне хотелось съесть именно их.

Как скрыть следы преступления, если родители внезапно зайдут в лавку? Иллюзии. Именно так я спасала свои уши в детстве, именно так я прикрывала свои нижние девяноста от Рейнольда сейчас.

– Кирман, – угрожающе прорычал Мордекай. – Последнее предупреждение. Снимай иллюзию и сражайся как…

– Мужчина? – робко предположил Дейв, поправляя съехавшие на нос очки.

– Как адептка магической академии!

Мордекай был в ярости. Он бы давно развеял все мои иллюзии, туманные и те, которые я питала по поводу получения диплома, но был немного занят.

Элейн его прокляла.

Я с уважением покосилась на напарницу. Хорошо она его припечатала, уже минут десять снять не может. А я думала, моя мама – главная ведьма королевства. Одногруппница умудрилась перещеголять даже ее! Должно быть, Элейн просто слишком искренне желала декану провалиться сквозь землю, вот он никак и не мог выползти из образовавшейся ямы.

– Кир-рман, – обманчиво ласково произнес Рейнольд.

Я, не глядя, швырнула в ту сторону разряд магии. В тумане что-то вспыхнуло. Послышались сдавленные ругательства, но не от брюнета.

Стоит отдать ему должное, Рейнольд не зря был таким снобом и нахалом. Его боевые заклинания впечатляли. Чуть слабее, чем у моего отца, Деймона, но тоже неплохие. Особенно для старшекурсника.

– Скажи честно, – низким голосом произнес Рейнольд, – какие кошмары тебе снились?

Иллюзия дрогнула. С того момента, как мы с ним ругались в коридоре общежития, прошло несколько часов, но воспоминания о сне еще не померкли. Мне чудилось, как пальцы Рейнольда скользят по бедру.

Он знал, что упоминание о нашем общем проклятье выбьет меня из колеи, и умело воспользовался этим. Стоило туману на секунду стать менее плотным, как в наше трио полетел огненный шар. Элейн взвизгнула, отскочив в сторону. Я держала в руках иллюзии и не успела бы даже пригнуться, но меня спас Дейв.

Щуплый ботаник в огромных очках взял меня за ворот рубахи и отдернул в сторону. Он спокойно поставил меня рядом с собой, за Элейн, и продолжил листать тетрадь. Мы искали заклинание призыва.

Не нечисти или призрака, как многие могли бы подумать, а ректора. Произвол Мордекая надо было прекратить. Как вообще декан додумался ставить нас в спарринг против старшекурсников?!

– Почти, – пробубнил Дейв. – Я уже на сто пятнадцатой странице устава Академии…

– Кирман! – взревел Мордекай. – Деритесь, а не прячьтесь, а то практику не засчитаю.

Декан до моей иллюзии не добрался, значит, проклятие Элейн еще не снял. Это обнадеживало. Вдруг рядом с нами полыхнуло, и на границе тумана я заметила широкоплечий силуэт Рейнольда.

Это меня отвлекло. Один из старшекурсников смог пробраться сквозь иллюзии и схватил Элейн.

Дейв торопливо бормотал и делал пассы руками. Я кружила вокруг него, защищая и не давая сбить заклинание. Ректор – наш единственный шанс в этой игре на выживание. Только он мог остановить произвол Мордекая.

И вдруг туман сзади меня колыхнулся. На талию легла сильная рука, притягивая к крепкой мужской груди.

– На что похожи твои кошмары, а, Кирман? – прошептал мне на ухо Рейнольд. – В них я тоже пытаюсь тебя убить?

Если бы. Я простонала, чувствуя незнакомое тепло внизу живота. Нас окружала плотная сизая дымка иллюзорного тумана, и даже Дейва не было видно. Где-то справа совсем не аристократично крыла старшекурсника матом наша благовоспитанная Элейн. Я задрала голову, чтобы встретиться взглядом с Реем.

С его губ медленно сходила торжествующая улыбка. Наша поза все меньше походила на захват боевого мага, и все больше – на объятия.