Глава 32

Я подскочила с кровати, захлебываясь криком. Фло от неожиданности тоже завопила. Она запуталась в одеяле, спеша мне на помощь, и свалилась на пол. Я дрожащими пальцами ощупывала себя, даже проверила нижнее белье. Обычное, хлопковое, никакого кружева. Это был сон. Всего лишь сон.

Флоренс принялась меня успокаивать, хоть и не могла понять, что произошло. Она сунула мне стакан воды и помогла поднести его к губам, так как мои руки тряслись.

– В чем дело? – спросила соседка.

Я испуганно икнула. В чем дело? А правда, Кирман, что случилось? Всего лишь приснился кошмар, в котором этот негодяй Рейнольд позволял себе куда больше, чем стоило бы. А я… Я ведь отвечала на его поцелуи! Ластилась к нему!

Меня передернуло от осознания, что это мог быть не сон. Даже в самых страшных моих кошмарах Рейнольд не мог знать, что я наложила на него проклятие. А в этом сне он все прекрасно осознавал. Рейнольд говорил так, будто лично все подстроил.

Надо отдышаться. Ни один боевой маг не умел проклинать, как ведьма. В королевстве вообще не было никого с такими способностями, как у женщин рода Кирман.

– Мне просто приснился дурной сон, – заявила я.

– Настолько дурной, что ты разбудила пол общаги своим криком? – удивилась Фло. – Дэнни, с тобой точно все хорошо?

– Нет, – признала я. – Но сейчас будет.

За окном занимался рассвет. До первого колокола, призывающего адептов проснуться, оставалась еще пара часов. Пейзаж умиротворял, но не настолько, чтобы я отложила свое возмездие.

Натянув на плечи мамин любимый голубой халат в ромашку, я вышла в коридор. До комнаты Рейнольда было ровно десять шагов. Каждый из них могли слышать в соседних комнатах, потому что я топала как разъяренный дракон.

Стучать не пришлось. Рейнольд сам открыл дверь, как только я занесла руку. Старшекурсник вышел в одних серых пижамных штанах, не потрудившись прикрыть оголенный торс. Я уставилась на него, забыв, что собиралась сказать.

У Рейнольда были татуировки. Одна на груди, вторая на плече. Это удивительно для аристократа его уровня, ведь узоры на кожу наносили себе простолюдины да военные, как знаки отличия.

Старшекурсник, пусть и боевик, никак не мог успеть побывать в армии. А папа-герцог ни за что не позволил бы чаду уродовать кожу.

Я совершенно неприлично ткнула пальцем в грудь Рейнольда, пытаясь размазать чернила. Татуировка, естественно, осталась на месте, а вот мою руку перехватили. И тогда-то я заметила еще один узор. Три полоски на запястье. Та самая татуировка из сна.

Я не могла о ней знать, так как не видела предплечья Рейнольда. Их обычно скрывала академическая форма. Но в кошмаре у него была татуировка, до боли похожая на эту. Почему мой сон оказался настолько достоверным? У меня волосы встали дыбом от дурного предчувствия.

– В чем дело, Кирман? – усмехнулся Рейнольд. – Язык проглотила?

– Му… – начала я. – У… Ведьму тебе в свекрови!

В голове крутились лишь нецензурные словечки, подслушанные у отцов. Я предполагала, что ими конфликт не решить. А боевик откровенно наслаждался представлением, смотря, как я то краснею, то бледнею.

– Ну же, Кирман, – поддразнил он. – Уверен, ты куда изобретательнее.

– Прокляну, – выдохнула я.

Это была не угроза, а всего лишь обещание. Я знала, что прокляну Рейнольда, и он не мог сделать ровным счетом ничего, чтобы избежать этой участи. Выбесил. Заслужил.

Боевик стоял полуголый, нависая надо мной и прижимая мое запястье к дверному косяку. Его насмешливый взгляд прошелся по халату с ромашками. Губы Рейнольда скривились в усмешке.

– Миленько. – Он поднял взгляд на меня. – Но ты уже меня прокляла, Кирман. Думала, я не замечу?

– Мог просто снять проклятье, – рыкнула я. – Зачем на меня переселил?

Рейнольд выгнул бровь. Пару мгновений он раздумывал, стоит ли мне верить или я всего лишь притворяюсь. А потом боевик вздохнул и все же выпустил мое запястье. Его пальцы случайно задели мои, пока мы опускали руки.

– “Просто” с тобой не бывает, Кирман. Ты завязала проклятие так, что даже Арт не сумел помочь. Он смог лишь перенаправить его, чтобы не я один мучился от кошмаров.

– Объединить сны? – взбешенно прошипела я. – С ума сошел?

С губ Рейнольда сорвался смешок. Он наклонился, опускаясь к самому моему лицу. Я не отступила, даже когда почувствовала мятное дыхание на своих губах. Меня учили никогда не сдаваться и не давать слабину. Особенно когда враг выше, сильнее и… походу, умнее.

– Кто сказал, что кошмары общие? – прищурился Рейнольд. – Теперь тебе просто будут сниться сны с моим участием. В проклятии всего две переменные: ты должна испытывать ужас и чувствовать мое присутствие.

Я отвернулась и торопливо зашагала по коридору. Мне не хотелось, чтобы боевик заметил на моем лице облегчение. Больше всего я боялась, что он узнает какие кошмары с его участием меня посещают. А проклятие – это мелочи. Его я быстро сниму. Жаль только, Рейнольда оно тоже покинет, но отомстить можно и иначе.

– Надеюсь, сегодняшний сон тебе понравился, Кирман, – крикнул боевик мне вслед. – Теперь такое будет повторяться каждую ночь!

Я вздрогнула. Надеюсь, такое никогда не повторится. Мне сегодняшнего кошмара хватило, после него неделю заикаться буду и косо на парней смотреть.