Глава 31

Мне снился кошмар. Я сидела на кровати, окруженная тетрадями и конспектами, и прямо передо мной лежал теормаг, главная книга любого адепта. Он был раскрыт на формуле истинного драконьего пламени.

В моих руках путались нити заклинания, никак не желая связываться в единое целое. Я чувствовала, что должна выучить формулу любой ценой, но эти закорючки и стрелочки были далеки от моего понимания. А жесты? Зачем махать руками, если можно лепить заклинание пальцами, из магии как из теста?!

Я зло сжала кулаки. Меня захлестывало раздражение. Опять не выходит! Да сколько можно учить эту формулу?

Руки накрыли чужие ладони. Я увидела татуировку в виде трех полос на левом запястье, а затем почувствовала чей-то сокрушенный вздох на своей шее. Кто-то обнял меня сзади, обвивая сильными руками тонкую талию. Мягкую кожу задели его огрубевшие мозоли.

– Ты невыносима, Кирман.

От его голоса меня словно ударило разрядом магии. Я выгнула спину, стараясь отодвинуться от мужчины как можно дальше. Он весело хмыкнул и положил ладонь мне на живот, притягивая к себе. Боевик придвинул теормаг, указывая на нужную схему.

– Пробуй еще раз, – велел Рейнольд. – Мордекай сказал, что я не сдам экзамен, пока у тебя не получится воспользоваться формулами. Их же все маги знают! Почему у тебя не выходит?..

Я знала, что это всего лишь сон. Очертания комнаты плыли, буквы в конспектах казались едва различимыми, ведь они не имели значения. Все это лишь декорации сна, которые отходили на второй план. Ты просто знаешь, что происходит, чувствуешь саму суть. А суть была в том, что Рейнольд Хоквуд обнимал меня.

Я знала, что сижу между ног боевика и сдаю ему какой-то экзамен с треклятой формулой. Рейнольд был недопустимо близко, но нас это не смущало. Словно мы уже тысячу раз сидели на кровати в обнимку.

Кошмар становился все реальнее. Рейнольд прижался губами к моей шее, покрывая поцелуями чувствительную кожу чуть ниже роста волос. Он нежно поглаживал большим пальцем живот, постепенно задирая ночную рубашку.

– Рей, – простонала я и устыдилась собственного голоса.

Откуда в нем эти мурлыкающие нотки? Почему тело льнет к старшекурснику, с которым мы, вообще-то, активно враждуем?

Рейнольд поддел зубами лямку сорочки и скинул ее с плеча. Губы прижались к разгоряченной коже. Старшекурсник слегка прикусил место на сгибе шеи и насмешливо фыркнул.

– Мы учим формулу. Или ты забыла, Кирман?

В следующий момент он поцеловал меня, заставляя забыть обо всем. Его легкие покусывания пробуждали во мне что-то незнакомое, до этого момента неизведанное. Я выгнулась ему навстречу, ощущая, как мне в бок упирается что-то твердое.

Рейнольд нетерпеливо схватил меня рукой за подбородок, вынуждая повернуть к нему голову. На мгновение он остановился. Потемневший взгляд изучал мое лицо, приоткрытые губы и алеющие щеки. Рейнольд поцеловал меня.

Не как в коридоре, ради насмешки, а чувственно, нежно, изучая мою реакцию, вторгаясь языком в рот и делая процесс слишком интимным для простой издевки. Его ладонь коснулась моего обнаженного бедра. Он провел рукой вверх по внутренней стороне, подбираясь к зоне недопустимого. Я чувствовала, что сгораю в его объятиях, и ничего не могла с собой сделать. Рейнольд простонал мне в губы, прежде чем положить руку поверх кружева белья и требовательно сжать пальцы, сминая ткань.

Я попыталась свести ноги, чтобы не позволить ему и дальше гладить меня там, но не получилось. Рейнольд зафиксировал мои коленки заклинанием, и теперь я была полностью беззащитна перед ним и его бесстыдными прикосновениями.

Он оторвался от долгого поцелуя, позволяя мне сделать жадный вдох. Тело вновь подалось ему на встречу, моля о продолжении ласки. Рейнольд улыбнулся мне в губы.

– Надеюсь, тебе снятся кошмары, Кирман, – прошептал он. – Сладкие и мучительные.

Рейнольд едва коснулся моих губ, дразня обещанием ласки. Его пальцы медленно провели вниз по кружеву, заставляя меня вновь дернуться. Я завозилась в его объятиях, то ли стараясь избежать нового прикосновения, то ли умоляя его продолжить.

Он знал, чего я хочу. Пальцы Рейнольда нашли нужную точку, мягко поглаживая, описывая чувственные круги рядом с ней. Я простонала и потянулась к его губам. Сейчас мне как никогда хотелось ощутить вкус поцелуя, почувствовать, как язык властно толкает мой, завоевывая, вынуждая покориться.

Рейнольд отстранялся, хотя сам давно тяжело дышал и не мог оторвать взгляда от моих губ. Его зрачки расширились, полностью заполняя радужку. Он наклонился, и я возликовала, думая, что враг сдался и готов отдать мне столь желанный поцелуй. В этот момент все, о чем я думала, был он, его губы и пальцы.

– Думала, только ты умеешь проклинать чужие сны? – шепнул Рей.

Его слова обрушились на меня, как ушат ледяной воды.