Глава 35

Языки пламени осели, и мне удалось разглядеть странную комнату. На широком подиуме стояло кресло и небольшой кофейный столик с нетронутым бокалом вина. И все. Никакой другой мебели в комнате не было. Да и можно ли назвать это комнатой? Одна из стен полностью отсутствовала, открывая вид на залитую солнцем долину. В закатных лучах река окрасилась в угрожающе красный цвет.

Я уж было решила, что мы попали к дедушке в ад, но что-то неуловимо отличалось от привычных мне пейзажей. Не хватало хоть чего-то живого: растительности или, на худой конец, низших…

– Где мы? – вырвалось у меня.

– Дома.

Мордекай бесцеремонно сгрузил меня на кресло, а сам подошел к краю. Он застыл над бездной, сунув руки в карманы и слегка сгорбившись.

Я попыталась получше рассмотреть раскинувшийся внизу пейзаж, но с моего места было мало что видно. Чем старательнее вглядывалась, тем более мрачным и печальным казалось это место.

Ад жил, развивался, трансформировался, а здесь… Жизнь в этом мире даже не увядала – она давно исчезла, оставив после себя лишь пыльный след.

– Даниэлла, – ровным голосом произнес Мордекай, – ты знаешь, зачем ты здесь?

Я промолчала. Благоразумие подсказывало, что лучше не озвучивать декану варианты наказаний и пыток, которые родились у меня в голове за последние пару минут. Возможно, у него не такая богатая фантазия, так что получится отделаться малой кровью.

– С первого дня в Академии мне импонирует твое… упорство. Я знаю, что ты многое умеешь. – Мордекай оглянулся и невесело хмыкнул, заметив, как я испуганно сжалась в кресле. – Гораздо больше, чем показываешь.

– Я освою заклинания! Я буду стараться, – тихо пообещала я. – Мне надо окончить Академию!

Поступала я на спор и, конечно, в любой момент могла поменять свои планы. Но теперь в Академии было кое-что, что вызвало во мне интерес. Враг семьи Кирман. Кто-то упорно очернял наше имя. Создавалось впечатление, что начал он лишь недавно, иначе брат давно бы с ним разобрался.

Я знала, что не покину стен Академии, пока не пойму, кто так упорно пытается ославить Кирманов на все королевство. И еще было интересно, почему нас никак не связывали с Арденами, хотя после скандала в Сейморе каждый второй знал, что это новый род Каталины.

Наша обласканная королем семья стала кому-то неугодна. И я чувствовала, что совсем скоро маму попытаются подставить. Момент наши недруги выбрали самый удачный: Каталина отсутствовала, дядя Коул был занят, а у бабули намечался двадцать седьмой медовый месяц с мужьями.

Поэтому надо было убедить декана, что лучше меня адептки не найти. Он так просто от меня не избавится! Я подобралась, готовясь к худшему. Мордекай развернулся.

– Я не привык верить на слово, – ответил он. – Прости, но твои красивые глазки тоже меня не убедят. Я не Хоквуд. Со мной обманные маневры не работают.

– Вы злитесь, – осторожно произнесла я. – Это из-за иллюзий? Но вы же знаете, что эта магия мне ближе всего!

– Мимо. Еще предположения?

Я нахмурилась. Испытание мы провалили всей командой. Ошиблись, но где? Призыв ректора? Кинутое в Мордекая проклятье? Мое неподчинение?

– Что, совсем ни одного варианта? – Дракон склонил голову к плечу, так и не услышав от меня ни слова. – Плохо, Даниэлла, очень плохо. Я думал, ты куда более разумная девушка.

Это прозвучало как приговор. Почему-то я знала, что нельзя было разочаровывать Мордекая. Он видел во мне что-то особенное, и сейчас перестал в это верить. В глазах декана я пала на уровень самой обычной первокурсницы, глупой девицы, поступившей в Академию ради перспективного жениха. От этого мне стало почти физически больно…

Хотя нет. Меня ранил не пренебрежительный взгляд Мордекая. Кожу действительно покалывало разрядами магии, а волосы вдруг встали дыбом, паря в воздухе. Так бывает перед ударом молнии.

Или перед сильным атакующим заклинанием! Я вскинула руки в защитном жесте, ни на секунду не сомневаясь, что Мордекай решил стереть меня в порошок. За то, что подвела, за то, что не оправдала надежд, за то, что оказалась слабой. И перед лицом смертельной опасности я защищалась в полную силу, зная, что второго шанса не будет.

С неба сорвалась черная молния, бесконечным потоком магии ввинчивающаяся в щит. Мое плетение затрещало от напора, но устояло. Реки темного дыма стекали по абсолютному щиту, силясь разъесть его, но мое заклинание было совершенным.

По крайней мере, я так думала. Вдруг на куполе появилась тонкая ниточка трещины. Щит должен был лопнуть, и Мордекай это знал, но почему-то не стал доводить дело до конца.

Поток враждебной магии иссяк. Кресло подо мной рассыпалось в прах. В последний момент перед падением Мордекай схватил меня за руку и вздернул вверх.

Мы застыли друг напротив друга, тяжело дыша. На лбу дракона выступили бисеринки пота. Он много сил потратил на то, чтобы уничтожить мое плетение, и это радовало. Однако мне было не легче. Все тело дрожало от усталости, а резерв опустел.

– Это то, что я хотел видеть, Кирман, – хрипло произнес Мордекай. – Что ты можешь постоять за себя. Что готова сражаться.

Он положил руку мне на талию, неумолимо притягивая ближе. Все тело закололо мелкими иголочками. Моя магия искрила от его магии. Черный дым смешивался с алыми искрами.

– А теперь я перенесу нас обратно, – закончил он. – Можешь жаловаться ректору, сколько угодно. Но ваша боевая тройка останется на моем попечении.

Нас окутало черное пламя, закрывая разрушенную комнату и унылый пейзаж погибшего мира. Когда оно спало, я увидела встревоженные лица Элейн и Дейва. Позади них Рей о чем-то спорил с ректором.