Глава 11

Яна

Сестра отправляет меня на третий этаж, уверяя заняться работой. Коллеги, наслышанные о вчерашнем конфликте с Алиловой, косятся, удивлённо посматривая. Для них я уволенный сотрудник, который зачем-то явился в офис. Но сейчас, полностью полагаясь на Нину, выполняю молча работу, не обращая внимание на фырканье рядом.

Появился генеральный в офисе, чтобы поставить на место жену или же изменил решение, оставив всё в прежнем виде, узнаем позже или же не узнаем вообще. С трудом дождавшись окончания рабочего дня, спускаюсь и тяну Нину к выходу. В холле столпились сотрудники, недоумённо осматриваясь по сторонам. Кручу головой, пока взгляд не упирается в высокого, невероятно красивого мужчину.

‒ Прошу прощения за задержку. — Приятный голос разливается в пространстве. ‒ Если кому-то я не знаком, уточняю ‒ генеральный директор компании «Эвита», Алилов Сергей Нигматуллович. ‒ Глаза мужчины скользят по толпе, пока не останавливаются на мне. ‒ Последние полгода…

А дальше не слышу, погрузившись в какой-то вакуум… От его тяжёлого взгляда пробирает озноб, спускающийся предательскими мурашками вдоль позвоночника. Тело несколько раз встряхивает и ощутимо пробивает током, пока полные манящие губы произносят длинную речь перед собравшимися сотрудниками. Не слышу слов, лишь слежу, как чувственный рот смыкается, затем растягивается в едва заметной улыбке, приоткрывается, а потом кончик мужского языка вскользь проходится по нижней губе. Чарующий и гипнотизирующий. Время останавливается, перекрывает кислород. Щелчок. Сотни бабочек взмывают ярким водопадом, сталкиваясь друг с другом и заполняя единственным желанием ‒ прикоснуться к нему.

‒ Ян? ‒ дёргаюсь, возвращаясь в реальность. В горле пересохло, руки трясутся. ‒ Что не так?

‒ Нормально всё. Пойдём, ‒ подталкиваю сестру, покидая здание. Оборачиваюсь, замечая, что Алилов провожает меня взглядом. Или не меня? Хотелось бы, чтобы меня.

‒ Да что с тобой?

‒ Говорю ‒ нормально! Поехали. Ещё ребят забирать.

Управляю машиной, поддаваясь минутной слабости и уплывая в туман воспоминаний. Образ Алилова настолько яркий, что кажется, он сейчас рядом. Даже не могла предположить, что генеральный произведёт на меня подобное впечатление. Давно забытое ощущение эйфории пленит дрожью предвкушения, когда я понимаю, что он смотрел именно на меня, считывая каждую эмоцию. Теперь я уверена ‒ сделал намеренно, выбрал определённый объект. Почему?

Вряд ли Алилов готов сейчас думать хоть о чём-то, кроме жены и разрушенного брака. Внезапный отъезд Полины, назначение Уваровой и обещание нового босса даёт понять, что генеральный избавляется от жены во всех сферах жизни. Или же просто забрал Полину в Москву, желая воссоединиться.

Жизненно необходимо узнать подробности и помочь в этом способна лишь сестра, у которой налажен контакт с Алиловым. Боже, я сойду с ума, если он по-прежнему несвободен! Хотя даже если и так, шансов у меня нет. Вряд ли я смогу заинтересовать такого мужчину.

Подъезжаем к дому, замечая машину Орехова. Этого козла только не хватало! Морально готова к его выпадам, но его интересует Нина, которой он предлагает поговорить. Забираю пацанов, бросая через плечо:

‒ Не смей приглашать этого козла в мою квартиру.

Проходит больше получаса, когда я слышу, как открывается входная дверь.

‒ Что хотел?

‒ Вернуть хотел ‒ меня и семью.

‒ А ты? ‒ не унимаюсь, вглядываясь в родного человека, за которого сейчас переживаю больше, чем за себя.

‒ Мне всё равно. ‒ Раздевается и сразу направляется вглубь квартиры.

‒ Правда?

‒ Да. Сейчас мысли о моём случайном соседе вызывают больше эмоций, чем шесть лет брака с Ореховым. Или это просто подмена чувств?

‒ Нет. Просто настоящее заменило лживое.

‒ Мы слишком мало времени провели вместе.

‒ Иногда достаточно одного взгляда, чтобы всё существующее померкло и перекрылось другим. ‒ Вновь вспыхивает образ Алилова, от которого я не в состоянии отмахнуться. Радуюсь, что Нина не видит моих глаз, рассеянно бегающих по кухне.

‒ Что с тобой? На тебя произвела впечатление речь Алилова?

‒ Есть немного, ‒ пожимаю плечами, не признаюсь, что меня заклинило на генеральном. ‒ Красивый мужчина. Очень красивый. Энергетика у него бешеная.

‒ Заставляет побаиваться, ‒ предостерегает сестра.

‒ Скорее, вызывает восхищение.

‒ Он тебе понравился?

‒ Во мне сто лет никто не вызывал таких эмоций. Словно меня в ледяную воду кинули, а затем сразу затолкали в раскалённую печь. Непонятные ощущения. ‒ Эмоции распирают изнутри в рвении поделиться с сестрой впечатлениями, но я закусываю губу, едва сдерживаясь.

‒ Ян, забудь, такие мужчины недосягаемы.

‒ Но ведь ты добралась до его друга, а по совместительству — компаньона.

‒ Алилов другой. В нём нет мягкости, присущей Игнату. И жалости, кажется, тоже нет. Даже боюсь представить, что с Полиной будет. Он накажет её за предательство.

‒ И я бы наказала. Такое не прощают. Возможно, нельзя такое говорить, но она заслужила всё, что с ней произойдёт дальше. За одни лишь омерзительные высказывания о детях рот бы зашить красными нитками.

Сейчас, после того, как я детально рассмотрела Алилова, меня не оставляет в покое вопрос: как Полина оказалась с ним рядом? Несовместимы, противоположно настроены, настолько разные, что, не зная о том, что они являются супругами, была бы удивлена.

‒ Злая ты.

‒ Справедливая, ‒ отворачиваюсь к окну, не вникая в слова сестры.

Нина видит, что большего не скажу, погружённая в свои мысли, и уходит заниматься мальчишками. А меня вновь знобит, стоит лишь на секунду откатиться на пару часов назад, вернувшись к мыслям о Сергее.

* * *

Утром кручусь перед зеркалом дольше обычного, предвкушая хотя бы случайную встречу с генеральным. О беседе мечтать не смею, да и вряд ли он обратит на меня внимание. Проблемы филиала заботят его куда больше, чем растерянный взгляд незнакомой женщины.

Открыто говорю Нине, чтобы связалась с Игнатом, преследуя собственную цель: отношения сестры с лучшим другом Алилова приблизят меня к нему самому.

Офис похож на сумасшедший дом, где все обмениваются предположениями, куда делась Полина и по какой причине назначен новый руководитель, пусть и временный. Версии, одна экстремальнее другой, передаются между коллегами, обрастая всё новыми несуществующими подробностями. Лишь я и Нина в курсе реального положения дел, которые разворошили спокойную жизнь тверского филиала компании.

Вижу Алилова лишь мельком в коридоре, когда спускаюсь на обед. Задерживается на мне взглядом лишь на пару секунд, но и этого достаточно, чтобы сердце пропустило удар, замерев на короткий промежуток времени. Закрыт и сдержан, но этим ещё больше влечёт.

Вечером Нина сообщает, что назначен суд, а в Москву завтра поедет с генеральным, который предложил ей совместную поездку. И в этот момент готова всё отдать, чтобы оказаться на месте сестры рядом с Сергеем. Навязчивые мысли не дают покоя: в Тверь он больше не вернётся, завершив дела.

Ночь проходит тяжело, почти не сплю, не могу найти себе места. Раздражает собственная реакция на мужчину, который, мелькнув в моей жизни, пойдёт дальше, занимаясь своими делами и налаживая будущее. Стараюсь не думать, не вспоминать волевое лицо и долгий взгляд, которым он меня подчинил, возможно, сам того не желая.

На следующий день в офис едем с пассажиром, которого Нина хочет отвезти Игнату. Ёж ‒ лишь причина для встречи, но воздерживаюсь от комментариев, понимая, что сестра будет отрицать очевидное, настаивая на безразличии. Слишком глупо с её стороны оставлять многоточие в их с Игнатом конфликте, но переубедить, увы, она не позволяет.

Через пару часов после начала рабочего дня сестра присылает сообщение, оповещая, что уехала в столицу. Спокойна, потому что ей поможет адвокат, как заверила Нина, серьёзный и опытный. Напрягла лишь мизерная по столичным меркам сумма за его услуги, но Алилов поручился за Икрема.

Остаток дня бью себя по рукам, чтобы не набрать Нину. Интересно, как прошло заседание, но больше меня манит Сергей и всё, что с ним связано. Тишина в эфире нарушается звонком с незнакомого номера. Несколько секунд раздумываю, стоит ли брать трубку, но принимаю звонок.

‒ Янка! ‒ В трубке голос сестры и всхлипывания. ‒ Яночка, мне помощь нужна!

‒ Нин, что случилось? Ты где?

‒ Яна, у меня мало времени. В ящике комода, в прихожей, куда мы мелочовку бросаем, лежит визитка Икрема, адвоката Алилова. Позвони ему. Звони, пока не ответит. Скажи, что я в сорок первом участке. Меня обвиняют в краже.

‒ Нин, ты серьёзно? Тебя? Кража? Что ты украла?

‒ Будто бы я влезла в квартиру Игната и что-то украла. У меня документов нет и телефона. Мне разрешили один звонок…

Короткий разговор повергает в ступор. Несколько секунд принимаю услышанное. И в любой другой момент я бы решила, что это неудачная шутка, но правдивая паника в голосе сестры не позволяет надеяться на розыгрыш. Срываюсь с места, нахожу номер адвоката и звоню несколько раз, пока мужчина не поднимает трубку. Кратко обрисовываю ситуацию, но Икрем говорит, что он за городом на выходных и помочь мне может только Алилов. Советует набрать его и скидывает сообщением номер телефона.

В этот момент явно осознаю я боюсь. Я, которая не задумываясь способна ответить колкостью на любой выпад и отбиться от поползновений мужика больше меня в три раза, трясущимися пальцами тыкаю в цифры на экране телефона, понимая, что мне необходимо позвонить Алилову. Что говорить и, главное, как? Наши с сестрой проблемы его не касаются. Мы чужие для него люди, ненужный балласт, и срываться ради постороннего человека в неизвестном направлении, возможно, мужчина не пожелает. Но в ушах звенит дрожащий голос сестры, и я нажимаю на вызов.

‒ Да, ‒ отвечает почти сразу, а у меня язык к нёбу прилип.

‒ Сергей Нигматуллович, вас беспокоит Яна, сестра Нины Савёловой, ‒ начинаю несмело, мысленно умоляя, чтобы не отключился, сославшись на занятость.

‒ Очень рад, что вы позвонили. ‒ Голос резко меняется, становясь мягче, будто разливается внутри, обволакивая теплом.

‒ Нечему особо радоваться… Сестра позвонила из полицейского участка.

‒ Когда? А в чём дело?

‒ Сама толком не поняла. Лишь успела сказать, что её задержали за кражу в квартире Игната, но как такое возможно, не понимаю. Это ведь Нина, она никогда ничего чужого не взяла, а тут обвиняется в каком-то преступлении…

‒ Не так быстро.

‒ Я позвонила Икрему, но он за городом, перенаправил к вам… Сестра в сорок первом участке…

‒ Ясно, что ничего не ясно. Икрему не надо, я сам сейчас туда подъеду, всё улажу. Какой участок? Сорок первый?

‒ Да. Я понимаю, вы заняты и не обязаны…

‒ Нет, мне несложно. Правильно, что позвонили мне, ‒ успокаивает, вселяя уверенность, что проблема Нины будет улажена.

‒ Я очень переживаю. Сестра в панике, потеряна. Хочу услышать её голос…

‒ Она сама потом позвонит. ‒ Последняя фраза, и разговор обрывается.

Отчего-то уверена, что Алилов прямо сейчас едет за Ниной. Он точно не из тех мужчин, которые забывают о данных обещаниях, или же я идеализирую Сергея в своих глазах в силу заинтересованности? Женщины склонны оправдывать поведение мужчины, приписывая черты ему несвойственные, если он задел живое и скрытое от посторонних глаз.

Борюсь с желанием набрать Алилова и расспросить подробности случившегося с Ниной, но, к счастью, через пару часов сестра звонит сама, чтобы кратко ввести в курс дела. Спешит к Игнату, который находится в больнице после операции, и уверяет, что для волнения нет причин. Хочу узнать, как Алилов отреагировал на мой звонок и высказался ли на мой счёт, но слышу на заднем плане его голос и понимаю, что в присутствии Сергея Нина распространяться не станет.

Уже лёжа в постели, радуюсь за сестру, которая, возможно, уже сегодня уладит все неразрешённые вопросы с Красовским, оставшись с любимым мужчиной, и жалею себя, мечтая, чтобы рядом оказался кто-то родной и нужный.