Глава 10

Вечером того же дня в их домик прибежала запыхавшаяся девчонка, служившая горничной у одной дамы, которая периодически покупала у Элге чай. Виррис отдыхала у себя, а Элге всё прокручивала и прокручивала в памяти скупые обрывки новостей из ресторации, и ждала, каждую минуту ждала.

— Госпожа Адорейн! — с порога заголосила девчонка, едва переводя дыхание. — Скорее, пожалуйста! Невестка нашей леди рожает!

Элге удивлённо моргнула.

— Я же не акушерка, — растерянно напомнила она. — Вы пригласили акушерку?

— И лекаря, и саму госпожу Илау! Она-то и направила меня к вам за отваром…сейчас…она записала на бумажке. Вот!

В ладонь Элге лёг маленький листок, она развернула его и прочитала написанное. Метнулась к своим запасам.

Когда не помогали целебные снадобья, отвары и зелья лекарей, когда родовспомогательному искусству повитух требовалось ещё одно усилие, те, кто знали о волшебных сборах леди Элге Адорейн, спешили к ней. У нынешней роженицы очень медленно и мучительно шло раскрытие. Лекарь наверняка уговаривал потерпеть, и опытная госпожа Илау тоже, но, скорее всего, молодая женщина вся измучилась. Надо же, как причудливо сплетаются нити судьбы: госпожа Илау, брезговавшая помогать простым людям, точно так же как и те, нуждается в её даре.

— Подожди на диванчике, — велела девушка служанке, вернувшись в комнату с плетёной коробкой без крышки, заполненной рядами полотняных мешочков.

Та послушно плюхнулась на указанное место и нервно стиснула руки, сложенные на коленях.

— Давно рожает? — уточнила Элге, перебирая мешочки, вытаскивая нужные засушенные веточки, соцветия и листочки.

— Вторые сутки!

Рыжая травница кивнула своим мыслям, убежала на кухню, расстелила на столе специальную мягкую ткань.

— Сиди здесь и не мешай, — строго напомнила она и ушла магичить.

Разложила перед собой необходимые ингридиенты, поставила маленькую круглую мисочку из тёмной глины. Согрела ладони, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. С последним её взгляд расфокусировался, пространство вокруг перестало существовать… Послушное девичьему повелению волшебство искрилось вокруг едва различимыми искорками, обволакивало, ластилось теплым котёнком. Травы водили свой неторопливый хоровод, напитываясь магией, вбирая в себя всё, что могли вобрать… Медленно взгляд Элге обрёл осмысленное выражение, она моргнула и быстро пересыпала сбор в отдельный мешочек, плотно стягивая завязки.

— Вот, — вложила снадобье в руки служанке. — Пусть госпожа Илау заварит. Вскипятить два стакана воды, добавить сбор, три минуты подержать на огне, снять, процедить и остудить. Остужать можно магией, дать выпить роженице, по полстакана через каждые пятнадцать минут. Раскрытие пойдет быстрее, но не резко и, соответственно, не причинит лишней боли, наоборот, отвар снимет её излишки. Ты запомнишь или я запишу?

— Я запомнила, — часто закивала девчонка. — Честно, ни слова не перепутаю!

Прижала травки к груди, другой рукой полезла в карман и вытащила кожаный мешочек, отозвавшийся приятным перезвоном монет.

— Это вам. С огромной благодарностью!

С утра ей прислали корзину цветов. Счастливый супруг, новоявленный папаша, самолично прикатил на окраину Леавора и вручил потрясённой Элге охапку фрезий и еще один мешочек с деньгами. Пока она отказывалась от дополнительного вознаграждения, мотал головой, без конца благодарил и порывался целовать руки.

— Вы не понимаете всей силы своего дара… Почти двое суток мучилась, акушерку не слушает, лекаря не слушает, то теряет сознание, то кричит…Мы с ума сходили всё это время. И госпожа Илау спасала жизнь и ей, и нашему малышу, но без вас этого бы не получилось! Не отказывайтесь, госпожа Адорейн, мы не примем отказа.

— Кто у вас родился? — полюбопытствовала Элге, борясь с чувством неловкости, вызванным визитом господина Ритмера.

— Сын! Чудесный ребенок, крепкий и здоровый! — так приятно видеть на мужских губах светлую улыбку.

Вышедшая на звуки разговора Виррис перехватила тяжелёнькую корзинку и пристроила её на столик возле диванчика. Рассыпаясь в благодарностях и восхищении, восторженный молодой отец наконец отбыл к своему семейству. Элге подошла к цветам и бездумно склонилась над ними. Фрезии ей нравились, нежные и благоухающие. Белые, жёлтые, розовые…и в середине веточка орхидеи. Застывшим взглядом девушка уставилась на цветок.

— Красиво, правда? — вернул её в реальность звонкий голос сестры, разглядывающей букет рядом с ней. — Ты заслуживаешь этой благодарности, каждого слова, каждого жеста.

Элге растерянно улыбнулась.

Шестой день.

* * *

/Шелтарский лес/

Утро было полностью в его распоряжении, а в послеобеденный час прилетела записка. Вообще-то один из его постоянных, пусть и нечастых гостей, мог и не предупреждать о визите, но неукоснительно проявлял вежливость. Мало ли, у Ара проситель окажется, а к нему в домик ввалятся такие гости. Ни к чему. Лишнее. Маг написал короткий ответ и отправил послание назад.

Шестой день. Пару дней как откат прекратил терзать его. Раны, нанесённые чужеродной, не принадлежащей этому миру магией, практически не поддаются исцелению; если повезёт, заживают, но времени на заживление уходит немало. У Ара они не проходили с первого дня жизни в глубине Шелтарского леса. Почти всегда ответная реакция на исполнение «неправильных» желаний задевала старые шрамы. Иногда только одну из имеющихся отметин, оплетающих его тело по спирали, а иногда, как и в этот раз — все разом. Совсем редко, к счастью — лицо. Давно затянувшаяся кожа лопалась перезрелой ягодой, выпуская наружу желтоватую сукровицу, вновь открывшиеся раны начинали нарывать, ощутимо болеть, не желая закрываться ни целебной магией, ни мазями, ни другими лекарствами. Приходилось просто перетерпеть, снижая в эти периоды нагрузки и работу по хозяйству. Более-менее терпимо получалось продержаться, сидя за книгами, работая с записями. Дурацкий откат. Нелепый, не смертельный, но ужасно неприятный.

Знал, что так будет. Вмешательство в чужую судьбу — такое — всегда призывает к ответу.

Через несколько минут еле заметную тропинку возле входа озарила короткая яркая вспышка. О, кажется, кое-кто прибыл в распрекрасном настроении, судя по игре цвета. В окошко Ару было видно, как схлопнулся эффектный портал, выпуская человека. Маг шевельнул пальцами в направлении двери, и та гостеприимно распахнулась.

— Доброго дня, — приветливо начал прибывший, едва переступив порог.

Ар ответно кивнул, разглядывая свёрток в его руках, перевёл взгляд на щегольские сапоги гостя и, не сдержавшись, хмыкнул.

— Сегодня я тебе нужен или ты мне?

— Сегодня я тебе — по вопросу давнему, старому, решение которого, уж не обессудь, нужно не только тебе. Ну и ты мне — для компании.

В качестве пояснения своих слов гость развернул свёрток и помахал бутылкой из тёмного стекла. На пальцах блеснули крупные драгоценные камни. Помимо перстней и дорогой обуви он предпочитал и дорогую одежду, в особенности так и вопила о роскоши и отданной за неё неприличной сумме белоснежная шёлковая рубашка, чей украшенный тончайшей вышивкой ворот и манжеты рукавов выглядывали из-под расстёгнутого сюртука.

— У меня не водится посуды, достойной этого вина, — мгновенно оценив угощение, выдал Ар.

— «Багровая ночь», из личных запасов его величества, — весело подтвердил гость. — Урожая… а, короче, я ещё под стол пешком бегал в тот год. Великолепный букет, терпкий вкус, по голове бьёт так, как ты любишь, похмелья нет. Идеальное сочетание. Хрусталь и стекло не обязательны, вино не обидится, если будет выпито из обычных кружек.

— Ты ограбил короля, Вестеро? — сдержанно удивился маг, взмахом руки отправляя пару кружек левитировать от посудной полки к столу.

Те проплыли прямиком из кухни в комнату и плавно опустились на столешницу.

— Ни в жисть! — поклялся гость. — Щедрый дар в ответ на ценную услугу.

На фоне довольно высокого и ни разу не щуплого Ара, Вестеро смотрелся мелковато со своим невысоким ростом и явным недобором мышечной массы, что подчеркивали и узкие плечи, и по-женски тонкие конечности. Внешне ему было дать лет двадцать пять, на самом деле — давно и хорошо за сорок. Вопреки принятой моде, чёрные, жёсткие даже на вид волосы изящный гость стриг коротко, носил небольшую клинообразную бородку, а большие, слишком большие карие с вишнёвым оттенком глаза смотрели на мир серьёзно и пугающе проницательно, резко контрастируя с дурацкими ухмылками и весельем в голосе.

— Так что привело тебя ко мне помимо странного желания напоить в не самое подходящее для попойки время?

«Багровая ночь» была разлита по кружкам, гость ненавязчиво развёл хозяина на достойную вина закуску, зная, что при желании Ар достанет любой деликатес, хозяин держался привычно хмуро и отстранённо, держа по-настоящему интересующие вопросы при себе.

— Результаты посещения королевской библиотеки. Не нашей, дружественного соседнего государства.

Неповреждённая Арова бровь поползла вверх.

— Ты ещё и библиотеки грабишь?

Вестеро громко фыркнул, доставая ещё один свёрток. Зашуршала плотная бумага, открывая старую, очень старую книгу в кожаном переплете.

— Как меня радуют твои извечные попытки уличить меня во всяком разном непотребстве, — качнул черноволосой головой гость. — Вот. Сам прочитать не могу, разобрал всего несколько слов. Исчезнувший язык вельтов.

Маг медленно поднялся из-за стола, подошёл к ближайшему окну и зачем-то выглянул из него на улицу.

— Д…Ар! Просто посмотри. Вдруг в этой книге найдётся нужное заклинание…способ…рецепт. Любое упоминание ценно.

— Вся Большая и Малая библиотеки его величества были изучены вдоль и поперёк, — напомнил маг бесстрастно. Найдены и проверены тайники. — А также секретные книжные архивы других государств. Теро, если и были записи — их успели уничтожить: его прежнее величество не стал бы оставлять такой компромат. Когда вы уже успокоитесь?

Вестеро тоже встал.

— Ты же никогда не боялся пробовать.

— И теперь не боюсь. Просто не верю, что способ существует. Чем больше времени, тем меньше веры, знаешь ли.

Черноволосый горестно вздохнул.

— Я оставлю книгу у тебя?

— Оставь. Посмотрю, — безразлично повел плечом Ар. — Отменное вино, надо признать. Допьём?..

Допили не торопясь. Обсудили какие-то насущные вопросы, в том числе и магического характера: Ар знал о колдовстве больше и Вестеро не считал зазорным учиться у него, спрашивать совета.

— Скажи, а как там сосуды, наполняются?

Колдун медленно кивнул и уткнулся в свою кружку.

— Покажешь?

— Нечего там смотреть, — дёрнул плечом Ар. — Изменений не видно. Было бы что-то новое, я бы сказал.

Вестеро фыркнул:

— Сказал бы он..! Из тебя слова не вытянешь, если это касается лично тебя. Ты охотно только консультируешь по заклинаниям!

— Не только.

— Ещё по построению щитов, — издевательски-согласно закивал кареглазый. — Воинскому делу — но это уже не моя тематика, Аттису да Далантану помогаешь. И то…из-под палки: гостей не жалуешь, общения не хочешь. Бастиана — и того не стесняешься посылать, а ведь твоё мнение для него…сам знаешь. А как только вопрос касается лично тебя — ощетиниваешься, словно вокруг враги. А мы ведь почти двадцать лет знакомы, Ар, и разве за этот срок было что-то, вызвавшее твоё недоверие?

— В сосудах действительно нет ничего нового, — тихо отозвался маг после паузы. — Цвет и форма кристаллов не меняется. Сосуд, что один, что второй — тех же форм и размеров, ни больше, ни меньше. Количество непонятно — я веду счёт, но цифры… просто обычные цифры, мне ведь никто не сказал, сколько их должно набраться, этих кристаллов. Я бы рассказал об изменениях, Вестеро. Но их просто нет.

Черноволосый спрятал сочувственный взгляд.

…Их было немало, этих кристалликов в стеклянных ёмкостях с узким горлышком и более широким круглым дном. Зачарованное стекло не билось и не мутнело, в солнечную погоду сложенные в нём камушки красиво переливались всеми своими гранями. Цвета граната, густого, насыщенного, непрозрачного в одном сосуде и радужные, прозрачные как слезинки, огранкой напоминающие крохотные сердечки — в другом. Алых, размером походящих на гранатовые зёрнышки — было больше, несколько горстей. Прозрачных «сердечек» — заметно меньше.

Когда наступит конец этому собиранию и кто явится за ними — Ар не знал, и незнание это порождало всплески глухого, безразличного отчаяния.